Главное меню
Новости
О проекте
Обратная связь
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
О Рудольфе Штейнере
Содержание GA
Русский архив GA
GA-онлайн
География лекций
GA-Katalog
GA-Beiträge
Vortragsverzeichnis
GA-Unveröffentlicht
Материалы
Фотоархив
Медиаархив
Аудио
Глоссарий
Каталог ссылок
Поиск
Книжное собрание
Каталог авторов
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Поэзия
Астрология
Книгоиздательство
Проекты портала
Terra anthroposophia
Талантам предела нет
Книжная лавка
Антропософская жизнь
Инициативы
Календарь событий
Наш город
Форум
Печати планет
Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Книжное собрание

Г.А. Бондарев

Только для зрелых участников
Антропософского Движения







АНТРОПОСОФИЯ

на скрещении оккультно-политических
течений современности


в 2-х томах



Том второй



Содержание второго тома:

16. Духовная конфигурация Европы
17. Россия и "Социалистический эксперимент"
18. Россия в противостоянии "евразийцев" и "атлантистов"
    Приложение к 18 главе
19. Антропософия, кризис эпохи и атавистический оккультизм
20. Добро и зло. "Неизреченная тайна зла"
    1. Манихейство, католицизм, масонство
    2. Миры добра и миры зла
    3. Грехопадение
    4. Человек между Люцифером и Ариманом
    5. Индивидуальный дух и эволюция видов
    6. Разделение полов
    7. Прафеномен мистерии зла
    8. Основания для оптимизма
Список литературы

Приложение I
Всемирное-историческое значение догмы о "телесном вознесении Марии"
    Введение
    1. О том, как возникла проблема Марии в наше время
    2. Явления Марии в Фатиме
    3. Какое значение имеет движение марианян в мире?
    4. Смысл и значение догмы о телесном вознесении Марии
    5. Истинные подосновы явлений Марии и связанной с ними догмы
    6. Что скрывается за фатимским посланием об обращении России
    7. К чему сводится мысль о сосуществовании востока и запада?
    8. Духовнонаучная точка зрения на догму о телесном вознесении Марии
    9. Оккультное действие явлений Марии на души людей
    10. Что занимает католическую церковь в современности
    11. Познание истины как ответ на догму
    12. Точка зрения духовной науки на проблему Марии
    Примечания переводчика
    Список использованной литературы
Приложение II
О положении в Антропософском обществе


 
16. Духовная конфигурация Европы

Теперь пришло время рассмотреть чисто эзотерические основания, в силу которых мы получаем право говорить о духовной миссии Средней Европы. Поскольку речь пойдет о прафеноменальной основе культурно-исторического процесса, то многообразная социально-политическая феноменология современной жизни получит определенное методологическое оформление, которым упраздняется идеологический, спекулятивный, субъективный и ложный подход к ее пониманию.

Несомненно, политолог-материалист не придаст ни малейшего значения сказанному в этой главе или квалифицирует все как разновидность оккультно-политических "бредней". Однако, как уже достаточно было показано, фигура такого политолога не принимается всерьез ни одной из противостоящих в мире сил, глубоко оккультных по своей природе. Самое яркое тому подтверждение: обнародование своей оккультной, даже глубоко оккультной позиции советскими "евразийцами" — вчерашними марксистами и сугубыми атеистами-материалистами. Поэтому остается на свободное усмотрение читателя — принять ли ему точку зрения поверхностной политической болтовни или заняться рассмотрением эзотерических глубин жизни. Правда, и в этом, втором, случае мы столкнемся с широким набором идеологических доктрин — "оккультного рейха", евразийско-атлантического оккультного противостояния и др., — главное методологическое кредо которых построено по принципу: "слышал звон, да не знает, где он", ибо разрабатывают их, как правило, филистеры.

Лишь по причине всеобъемлющего характера антропософски ориентированной Духовной науки, достаточно убедительно доказавшей свое право быть универсальной методологией всякого познания: как чувственного, так и сверхчувственного, — благодаря тому, что Антропософия является в полном смысле слова Наукоучением (незнание этого факта не может служить основанием для его опровержения), мы имеем возможность также и в социально-политической сфере проникать до ее прафеноменальных основ, а не заниматься оккультным доктринерством, более опасным по своей природе, чем любая поверхностная политическая болтовня.

В небольшой отдельной главе нет, разумеется, возможности изложить все духовнонаучные основания, могущие служить опорой для политических суждений. Но ведь никакая наука не ставит себе задачи по всякому поводу излагать все свое содержание. При разработке новых проблем она просто пользуется своим уже наработанным содержанием. Таким же образом поступим и мы, полагаясь на то, что заинтересованный читатель не забыл сказанное ранее в этой книге, и что он сам обратится хотя бы к основным трудам Рудольфа Штайнера, таким как "Очерк тайноведения", "Мировоззрение Гете", некоторым циклам социальных лекций.

Рудольф Штайнер дает огромный материал для понимания процесса духовного становления человечества. Как главное, в этом процессе происходит разрушение групповых форм сознания и развитие самосознающей автономной личности. Эволюция Земли и человека разделяется на разные периоды, находящиеся под тем или иным воздействием духовных, космических сил. Именно духовные силы, Божественные Существа, Иерархии вызывают периодическое сгущение духовных субстанций до состояния вещества и его последующее одухотворение. При этом жизнь принимает все новые и новые формы, которые с ходом эволюции все более приспосабливаются к тому, чтобы стать вместилищем, носителем индивидуального духа, мыслящего, предметного сознания. Как состояния жизни, так и состояния формы бытия видоизменяются путем метаморфоз. В пределах наиболее близкого нам цикла пространственно-временной эволюции Духовная наука дает учение о семичленной цепи метаморфоз, элементы которой называются "коренными расами". Слово "раса" здесь употребляется в своем изначальном, более древнем значении, чем то, которое мы вкладываем в него теперь. Коренная раса (таким понятием давно пользуются в оккультизме) выражает определенный этап развития Земли и человечества, в котором наравне с духовной, совершается значительная биологическая эволюция человека. Коренная раса представляет собой также одну из форм дифференциации общечеловеческого группового сознания.

Согласно мировому плану Божественного творения, человек, можно сказать, был задуман как единая форма, которой надлежало населить всю Землю. Иерархия духовных существ колоссальной силы — Духи Движения (Динамис), — не пожелавшая участвовать во временном становлении мира, в известном смысле сохранившая верность вечности (у нас нет возможности подробнее вникать в подобные вещи), от такого становления отстала и потому приняла люциферизированный характер. Она воспротивилась такому творению человека, которое предполагало его нисхождение в материю. Но поскольку те духи действовали с различных планет Солнечной системы, то благодаря им единая человеческая форма была дифференцирована таким образом, что из единого человечества образовались различные расы, о которых говорит современная наука (136; 13.V).

Итак, не в процессах земного развития, вернее сказать, не только в них, а в космических силах следует искать первопричину разделения человечества на расы. Люциферизированные Духи Движения воздействовали на эфирные тела людей, и поскольку в мире существуют эфирные силы семи родов, то и рас возникло семь (165; 9.1).Они возникли в ходе эволюции, объемлющей собой период в четыре коренные расы. За это время мировая туманность дифференцировалась на ряд планетарных сил и планет, небесных тел, человек же прошел ряд состояний материализации: от теплового до минерального, что в Библии названо изгнанием из Рая.

Особенно интенсивно формирование рас шло в Лемурийскую и Атлантическую коренные расы. Тогда действием отставших Духов Движения, обитающих на Венере, в Азии образовалась малайская раса; в Америке, где преобладало действие духов Сатурна, возникла индейская (красная) раса; в Африке действием сил Меркурия была создана черная раса и т.д.

Вслед за отставшими Духами Движения над созданием рас работали отставшие Духи Формы (Элоимы). Они оказывали действие на физические тела людей. Например, те из них, которые обитают на Меркурии, особым образом воздействуют на систему желез, что ведет к образованию черной расы. В монгольской расе Духи Формы Марса специфически воздействуют на кровь. Духи Юпитера через впечатления чувств, через восприятия органов чувств воздействуют на нервную систему европейских и арийских народов (121; 12.VI).

В Иерархии духовных существ, через которых осуществляется Божественное творение, вслед за Духами Формы, если идти сверху вниз, стоят Духи Личности(Архаи), а потом Архангелы. Также и среди них имеются отставшие, люциферизированные существа. Их действием расы были дифференцированы на отдельные народы. Действие таких сверхчувственных водителей народов отдельный человек переживает через кровь: кровно-родственные связи, наследственность. "Пафос, страсти, аффекты, — говорит Рудольф Штайнер, — в которых человек чувствует свою национальную принадлежность, выступают с элементарной силой. Человек в таком случае не пытается выявить логические основания, суждения, —когда речь идет об ощущении им своей национальной принадлежности. Кровь и сердце, стоящее под влиянием крови, приводят человека в связь с его нацией (в монгольской расе действие на кровь следует понимать как идущее в направлении ее физической природы — Авт.), дают ему жизнь в национальном. Действующие здесь импульсы — подсознательны..." (174; 17.1).

До определенной ступени, или момента, действие вышеперечисленных духовных существ, несмотря на их люциферический характер, было правомерным и необходимым. На эволюционном пути к индивидуальному я-сознанию огромным прогрессом для человека явилось прохождение по ступеням: общечеловеческого — расового —национального, переход от группового сознания расы к групповому сознанию рода, народа, нации. Однако с того момента, когда человек овладевает я-сознанием, все старые отношения меняются коренным образом. На место связи с Духом народа через кровь — как уже упоминалось выше — встает связь, обусловленная личной кармой. Национальность становится частью личной кармы человека. И тогда два течения переживает в себе человек. Одно несет его от инкарнации к инкарнации. Тут он имеет дело со своей судьбой и индивидуальным долгом развития. Второе течение формирует его обязанности перед тем или иным народом, в который он воплощается. Их ему передает индивидуальный духовный водитель — Ангел-Хранитель — от Души или Духа народа (121; 9.VI).

Таким образом, человек, овладевший индивидуальным сознанием, приходит в чисто духовное отношение с Духом-Водителем своего народа (и еще с другим иерархическим существом — Гением Речи). Он понимает, что лишь одним воплощением коренится в данном народе, "... а в своем индивидуальном существе представляет собой нечто совсем другое; он несет в себе бесконечно больше и бесконечно меньше того, что содержится в Душе народа. Идентифицировать себя с Душой народа не имеет в реальности никакого смысла, если это выходит за пределы того, что выражается словами: любовь к родине, любовь к отчизне, патриотизм и т.п." (173; 17.XII). В пределах таких правомерных переживаний своего национального человек посвящает себя культурной, духовной работе, дабы служить людям на их пути к я-сознанию.

С определенного времени Духами народов становятся Архангелы правомерного развития, а люциферические Архангелы или даже отставшие Духи Личности выступают в роли их теневых двойников; имеются и ариманические двойники правомерных Духов народов. Сохраняя верность правомерному Архангелу — Водителю народа, человек никогда не придет в конфликт с представителями других народов и будет стремиться служить мировым интересам. Например, русским антропософам Рудольф Штайнер прямо сказал: "... на вас возложена задача достойно предстать перед русской Душой народа, и вы должны понять ее томление по свободному от всего личностного духовному познанию. ...Не бойтесь поэтому искать путь к вашей народной Душе". "Что же касается человечества, то ваши обязанности по отношению к нему взяла на себя сама Душа народа; вам осталось лишь найти ее, эту Душу народа; вам осталось лишь предоставить ей говорить через ваши мысли, ощущения и волевые импульсы. И, чувствуя ответственность перед своей Душой народа, вы одновременно исполните долг перед человечеством" (158; 11.IV). Легко представить себе, какую непоправимую, роковую ошибку совершает русский, абстрактно объявляя себя интернационалистом. Мы живем в эпоху души сознательной. В ней, наряду с нисходящим движением к индивидуальному предметно мыслящему духу, нарастает восходящее движение. Кто их не различает — не в состоянии отличить правомерное национальное чувство от национализма или даже расизма. Лишь Духовная наука может прийти здесь на помощь. В ней учение о расах и народах служит пониманию развития, которое освобождает человека от родового, основанного на крови, а не разжиганию национализма, как утверждают авторы "Фленсбургских тетрадей", выдающие себя за антропософов. Задача друзей Антропософии заключается в том, чтобы созидать понимание мира и человека как творения Божия, в добре рожденного и к добру ведомого вплоть до того момента, когда он сам станет автономным источником добра, а до того нуждающегося в том или ином регулировании извне.

В семичленной цепи метаморфоз, о которой был начат разговор в других наших работах, в две первые коренные расы, носящие в оккультизме название "Полярной"и "Гиперборейской", вся Земля пребывала в полуодухотворенном состоянии. Вещество сгустилось сначала до теплового, потом до воздушного состояния. Человек тогда пребывал в стадии развития, средней между животной и собственно человеческой. Говорить о существовании каких-либо оккультных центров земного развития человека в те эпохи просто бессмысленно. [*Примеч. автора: Мифический город Туле — центр Гиперборейской эпохи, есть не более чем оккультный символ, подвергнутый произвольному истолкованию в сфере темных оккультных обществ.]

В третью, Лемурийскую, коренную расу земное вещество сгустилось до водного состояния. Мировой океан покрывал тогда Землю, и в нем обитало человечество, лишенное каких-либо черт индивидуального сознания, а следовательно — и индивидуального целеполагания. Все развитие тогда направлялось извне, БожественнымиИерархиями и их помощниками — элементарными духами природы, а также человекоподобными существами, которые настолько опережали общее развитие, что в них могли инкорпорировать (но не воплощаться) божественные водители. Духовная аура Земли оказывала тогда необычайно сильное воздействие на все формы жизни. При этом с севера на юг шло преимущественное действие физических сил, ведшее вещество к минерализации. По этой причине континенты на земном шаре по большей части сконцентрированы в северном полушарии. С юга преобладающим было действие эфирных, жизненных сил. С запада на восток и с востока на запад с особой силой действовала астральная аура Земли, космос астральных сил, в земную ауру входило космическое действие, ускорявшее индивидуализацию человеческих монад, ведшее к выработке индивидуального сознания.

Лемурийская коренная раса развивалась там, где теперь находится Индийский океан. Континентов тогда еще не было, но состояние водной среды на поверхности Земли было неодинаковым. Человеческое существо в ту эпоху обладало хрящевидным позвоночником и не было прямостоящим.

Следующая, Атлантическая, коренная раса возникла там, где теперь простираются воды Атлантического океана. Тогда из мирового океана на поверхность впервые стали выступать континенты. Человек из водной среды перешел на сушу. При этом, что особенно важно, его позвоночник принял вертикальное по отношению к земной поверхности положение, человек стал прямостоящим существом. Миграции с востока на запад, говорит Рудольф Штайнер, из области Индийского океана в область Атлантического океана человек обязан своим выпрямлением. Он должен был двигаться навстречу астральным силам Земли, чтобы их действие могло возрасти и изменить весьма пластичное в то время соотношение оболочек человека, его физической, эфирной и астральной телесности.

Но не только прямостоянием обязан человек миграции с востока на запад. В результате перемещения на Атлантический континент (которое длилось достаточно долго) он развил органы речи, а в ходе семи атлантических подрас (культурных эпох) овладел речью, словом.

Вслед за Атлантической наступила наша, послеатлантическая коренная раса (пятая), у которой особого названия нет. Атлантический континент был разрушен природными катаклизмами, и его население в большей своей части начало мигрировать на восток. Новое переселение было не только вынужденным, но и необходимым.Благодаря ему астральной аурой Земли на человеческое астральное тело было оказано действие, приведшее к выработке чувства представления (115; 27.X).

[*Примеч. автора: Все такого рода феномены развития мы рассматриваем сжато, конспективно, в главном их аспекте: становления я-сознания, каким оно теперь выступает у самой передовой части человечества — у европейцев. И если у кого-то возникнут возражения в том роде, что часть переселенцев из Атлантиды переместилась на запад (индейцы), однако теперь они тоже обладают представлениями, а после Лемурийской эпохи не все население Земли переселилось на запад, тем не менее все люди стали прямостоящими, — то на это следует ответить, что именно такого рода возражения и побуждают разобраться в критериях, определяющих развитие. Да, со временем то, что завоевывает передовая часть человечества, становится достоянием всех, но качественно иным способом — минуя индивидуальную работу, силой ведущих человечество духов. Но наступает момент, когда развитие, не опирающееся на я-сознание, становится вообще невозможным. Однако материалисту не объяснить, что, например, интеллектуальность японцев качественно иная, чем интеллектуальность англичан или немцев; хотя что-то можно понять уже из анализа личных местоимений.]

В ходе послеатлантической коренной расы ход развития снова повернул на запад, при этом распростерся по всему гигантскому евро-азиатскому континенту, захватив еще и север Африки. Движение культурных эпох с востока на запад способствовало более тонкому действию земной ауры на душевно-духовное существо человека. Его телесность воздействию земной ауры уже мало поддавалась, и к тонкому действию космических сил добавилась культурная работа внутри цивилизации. [*Примеч. автора: Развитие внутри коренных рас также носит характер семичленной метаморфозы. В традиционном оккультизме ее части называют подрасами; Рудольф Штайнер называет их культурными эпохами, что особенно имеет смысл делать в отношении нашей и предыдущей коренной расы.] В результате человек развил трехчленную душу: ощущающую, рассудочную, сознательную. "Человечество, — говорит Рудольф Штайнер, — должно было прийти не просто к представлениям, но также к понятиям. ...Человечество... берет направление на восток, дабы прийти к жизни представлений, тогда как чистые понятия могли быть завоеваны лишь через обратное движение на запад" (115; 27.Х).

Подведем небольшой итог. В древней Лемурии развитие человечества прошло через семь подрас, затем последовала миграция наиболее развитой части человечества на запад; человек стал прямостоящим существом и обрел дар речи. Через семь подрас, или культурных эпох, прошло развитие на древней Атлантиде, после чего началось еще одно переселение. На восток оно шло тремя потоками: через север Африки, юг и середину Европы. Разделение потоков было обусловлено оккультно-религиозным воспитанием, которое человеческие группы на Атлантиде получали через различные оракулы, сориентированные на тех или иных Духов-Водителей: духов Юпитера, Марса и т.д. Великие посвященные через соответствующие оракулы Атлантиды получали импульсы для водительства, которое тогда постепенно Боги начали передавать в руки людей.

Поток переселенцев, двигавшийся через Европу, юг России, составляли арийцы.Они ушли на восток вплоть до озера Байкал. Их передовые отряды достигли Индии.В районе современной пустыни Гоби великим посвященным Ману, водителем всего арийского потока переселенцев, был основан центр новых Мистерий, откуда затем вышли другие посвященные, ставшие основателями и водителями послеатлантических культурных эпох.

В эпоху древней Атлантиды арийскую расу отличало то свойство, что ее представители быстрее, чем представители других рас, теряли древние, приходившие в упадок ясновидческие способности. А следует заметить, что сверхчувственные способности составляли главное свойство аристократических элит Атлантиды.Поэтому арийцы в те отдаленные времена были презираемой расой. Зарождавшиеся в них зачатки того, чем мы теперь владеем как логикой, мышлением в понятиях, ценить в то время не умели и арийцев относили к одной из низших каст.После переселения одна их часть осела в огромном сибирском регионе, в его южной части, на пространстве от Уральских гор до озера Байкал (климат Сибири в то время был мягче). Другая часть продолжала двигаться дальше, на юг. Видимо,благодаря такому движению — навстречу потоку эфирных сил Земли, первая послеатлантическая, прадревняя индийская культура была пассивной, протекала в полусновидческом состоянии. Однако в ходе ее человек выработал индивидуальное эфирное тело, благодаря чему была окончательно преодолена животная стадия развития человека. Для водительства культурой из центра Мистерий Ману на индийский полуостров были посланы семь святых Риши.

Древнеиндийская культурная эпоха длилась 2160 лет (время прохождения Землей (точкой весеннего равноденствия) одного знака Зодиака как центра огромных, влияющих на земное развитие сил), а затем культурный импульс двинулся на запад, в область Персии, Ирана. (Земля тогда из знака Рака перешла в знак Близнецов). К обитавшему там населению был послан из центра Мистерий Ману великий посвященный Заратустра. Он побудил людей к обработке металлов, возделыванию земли, благодаря чему сильный импульс развития получила система восприятий чувств; оковы родового астрального тела начали ослабевать, и человек обрел индивидуальное астральное тело — носителя индивидуализированных восприятий чувств, ощущений, а также вожделений и страстей.

Для управления третьей, древнеегипетской культурной эпохой был послан еще один великий посвященный — Гермес Трисмегист. Люди тогда начали вырабатыватьиндивидуальную душу ощущающую, а с нею — индивидуализированные чувства, переживания, склонности, побуждения.

К началу четвертой, греко-латинской, культуры центр Мистерий в районе Гоби утратил свое былое значение (память о нем сохранилась по сию пору в виде преданий о Шамбале). Культурное и возникшее историческое развитие обрело силу для самодвижения. Грецией спиритуальные импульсы были отчасти заимствованы у Египта, а отчасти развиты из собственных сил.

С наступлением пятой, европейской культурной эпохи (в 1413 г. по Р.Х.) культурно-историческое развитие обретает еще одну особенность, которая заключается в том, что если в предыдущие культурные эпохи великие посвященные приходили в те или иные области, где население обитало со времен атлантического переселения, то в Европу пришло само население и заменило древних ее обитателей — кельтов, которые были высоко спиритуальным народом, но не годились для решения тех задач, которые стоят перед европейской культурой. В Европу во II—I вв. до Р.Х. из сибирского региона вернулись те, кто некогда ушел туда с Ману: германские племена, а вслед за ними — племена славян. В течение тысячелетий они пребывали, можно сказать, в культурно неподвижном состоянии. Все то развитие, которое проделали народы в ходе трех с половиной культурных эпох, никак не коснулось их. В то же время, еще в эпоху Атлантиды водительство этими племенами осуществлялось так, что в их среду из космоса шли импульсы, готовившие пришествие на Землю Христа —Бога человеческого Я. Заложенные в них силы они хранили нетронутыми до того момента, когда общее культурное развитие человечества, шедшее через выработку тройственной души, созреет для приведения ее элементов к единству силой индивидуального я-сознания.

Здесь необходимо еще раз сказать, что развитие культур в определенном смысле напоминает духовное развитие отдельного человека. Чтобы породить новые самостоятельные феномены культуры, народ должен привести в действие присущие ему, как народу, эфирные силы, которые начинают расходоваться в ходе культурной работы, и когда она приходит к своему завершению, то, с одной стороны, мы имеем зрелую культуру, а с другой — ослабленный, как бы "выгоревший" в своей жизненной сути народ или группу народов, ее сотворивших. Они как бы принесли себя в жертву на алтарь духовного развития человечества, и на их место должны встать другие народы, люди с иной духовно-душевной конституцией, способные нести дальше культурный импульс, который по завершении предыдущего этапа претерпевает глубокую метаморфозу.

Вот откуда берется понятие старческих, стареющих и молодых народов. Современные персы, египтяне, евреи, греки являются старческими народами. Их расцвет, скажем, "народная юность" лежит в далеком прошлом. Молодые народы обращаются к нему в целях "спиритуальной экономии", чтобы не начинать абсолютно все с самого начала, однако новое в духовном развитии человечества имнадлежит творить самим, для чего потребуется израсходовать свои жизненные силы и со временем состариться.

Таким образом, старческие народы служат новой культуре лишь тем, что они создали как духовные ценности. Любая их претензия на духовное водительство, на творчество принципиально нового мертвит культуру. Им становится необходимо научиться следовать за другими, поскольку те, кто творят новую культуру, за тысячелетия до того готовились к своей задаче высшим водительством, имеют, по сравнению с ними, иную душевно-духовную конституцию. Анализ культуры дает исчерпывающее доказательство подобного положения вещей, если его не искажают политическими и националистическими доктринами.

Для тех народов, которые приближаются к решению новых духовных задач. Божественные Иерархии создают особую эфирно-астральную ауру, соответствующую всей телесно-духовной конституции тех, кто будет подвержен ее действиям. Дело тут опять-таки обстоит примерно так же, как и в случае отдельного воплощающегося на Земле человека. Мы вправе говорить о воплощении народа в культуру.

Особенность развития европейской культурной эпохи заключается в том, что человек здесь получает возможность развить последний и высший член души — душу сознательную. Вместе с тем, с развитием всех трех элементов души духовное водительство земной эволюцией человечества передается Божественным миром в руки людей. И перед человеком встает задача выработать индивидуальное "я", которое стало бы центром автономной универсальной саморегуляции, самообусловленности личности. Иными словами, в эволюции впервые открывается возможность обрести свободу индивидуального духа. Третья задача европейской культуры состоит в том, чтобы с завершением развития тройственной души человек вплотную приблизился киндивидуальной выработке тройственного духа: Самодуха, Жизнедуха, Духочеловека, или: Манаса, Буддхи, Атма, если выражаться в понятиях древнеиндийского эзотеризма. Именно для решения трех указанных задач и были приспособлены, подготовлены пришедшие в Европу германские и славянские племена.

Ни одна из предшествующих эпох не имела такого количества задач развитияи не была настолько переломной, как наша. Ибо с количеством задач связано икачественное изменение хода эволюции. Вплоть до XVI в. по Р.Х. человек лишь приближался к овладению индивидуальным я-сознанием. В современную культурную эпоху он им овладевает и — не как посвященный, а как рядовой участник культурного процесса.

Овладение я-сознанием имеет не только культурно-историческое, но и эволюционное значение. Это качество стоит в ряду таких, как выпрямление, овладение речью, мышлением. Поэтому в пятой культурной эпохе назревают изменения, подобные тем, которыми сопровождается смена коренных рас: в ней культурный процесс приходит в тесную связь с переориентацией действия планетарных сил, сил всей земной ауры в их действии на человеческое развитие. Такова первопричина, по которой арийские племена еще в древней Атлантиде были подвержены особому действию Христова Импульса, приходившему тогда из космоса. В них вырабатывалась склонность к овладению земным опытом, к его осмыслению и выработке на его основе мыслящего сознания, автономного "я". Следует еще заметить, что арийская раса объемлет собой всю индо-европейскую группу языков, многообразно модифицированную по географическому, историческому, религиозному и другим признакам, поэтому вряд ли стоит особо подчеркивать именно расовое происхождение племен, населивших Европу на границе двух летоисчислений. Арийство заслуживает внимания лишь с точки зрения исходных, пра-древних предпосылок, заложенных в него Божественными водителями человечества. Одна из этих предпосылок — главнейшая для наших дней— заключается в том, что древнегерманское и славянское население принесло с собой задатки для преодоления всякого расового начала.

pid=701#115

Придя в Европу, племена германцев и славян были разделены в соответствии стремя указанными выше задачами. Именно "были", поскольку в то время они не обладали не только индивидуальным, но и каким-либо национальным самосознанием. От духовного водительства те, кто остался в Центральной Европе, получили задачу вырабатывать автономное "я"; вернее сказать, в таком направлении пошло развитие среднеевропейской культуры. Та часть германских племен, которая ушла на северо-запад — англо-саксы — получила задачу вырабатывать душу сознательную.Совместным действием среднеевропейской и русской культур решается задача перехода от развития тройственной души к развитию тройственного духа, в первую очередь — Самодуха. Все другие народы Европы решают вспомогательные задачи по отношению к указанным трем главным.

Развитие движется не только взаимопомощью, но и противоречиями. Поэтому исшедшее из Центральной Европы встало со временем к ней в оппозицию. В ходе истории стал возрастать групповой эгоизм меркантильного (англо-саксонского), священнического (латинского) и военного (галльского) начал. Однако противоречия не должны принимать убийственный характер. Важнее их является то общее, что превращает Европу не в "Пан-Европу", а в единый сложный организм. Его не понять, обостряя или отрицая расовые и национальные различия. В каждом из этих случаев мы приходим к полному абсурду, который внешне можно уподобить намерению физиолога изучать человеческий организм, игнорируя отличие сердца от печени и т.д. на том основании, что все состоит из клеток, или, наоборот, отдельный орган изучать вне связи его с другими.

Духовную, национальную конфигурацию Европы можно понять, лишь зная большие законы мирового развития. Как ближайшее, нам здесь предстоят законы, господствующие в том развитии, которое идет от одной коренной расы к другой и от одной культурной эпохи к другой. Их можно выявить даже на основе того, что мы рассмотрели в крайне сжатом виде...[*Примеч. автора:Более подробно этим вопросом автор занимался в другой своей работе, которая называется "Ожидающая культура".] Если воспользоваться географической картой и нанести на нее ход эволюции в течение трех последних коренных рас, то мы обнаружим весьма интересную, повторяющуюся на разных уровнях закономерность. Движение коренных рас и культур по земной поверхности имеет вид спиралей: простых или в форме меандра. Ничего удивительного в таком факте нет, поскольку с древнейших времен спираль известна как символ развития, символы же почерпнуты из сверхчувственного созерцания.

Семь подрас образовали древнелемурийскую коренную расу. Затем, как уже говорилось, в развитии произошел скачок. Оно переместилось в область Атлантиды, но так, что само движение человеческих монад свостока на запад привело их к прямостоянию, человек развил органы речи и овладел словом.

Семь культур образовали "спираль" развития на древней Атлантиде, что подготовило человека к новой метаморфозе, или мутации,говоря языком биологии. Население Атлантиды двинулось на восток и под действием духовных сил Земли и духовных сил космоса, опосредованных Землей и всей планетной системой, человек овладел представлением, способностью с восприятием соединять мыслеобраз. Далее, начинаясь в центре Мистерий Ману, разворачивается спираль послеатлантических культур. Первые четыре из них движутся с востока на запад; тем путем, на котором прежде человек сделался прямостоящим существом. На этот раз он "выпрямляется" уже не физически, а душевно: развивает трехчленную душу как свое индивидуальное достояние (прежде он переживал ее инспирирующее действие из космоса) и современную структуру мозга, способного мыслить в понятиях.

Начиная с европейской культурной эпохи, импульс духовного развития вновь поворачивает с запада на восток, что имеет принципиальное значение для всех земных отношений. Этот поворот означает, что сама астральная аура Земли начинает способствовать овладению человеком индивидуальным Самодухом, переходу от чистого к имагинативному мышлению. Раньше действие Самодуха приходило свыше, поскольку в древних культурах человек не переживал себя вполне индивидуально. Человек знал: Ех Orient lux (Свет с Востока). Поэтому не случайно в оккультизме говорят, что, умирая, человек уходит на вечный Восток. С Востока пришел Мессия, Логос Божий. Двигаясь навстречу Его близящемуся к Земле Импульсу, послеатлантическое человечество, ушедшее на Восток, выработало особым, соответствующим эпохе полной индивидуализации человека образом, способность собирать и осмысливать земной опыт. Далее, начиная с древнеиндийской культуры, человечество двигалось в одном направлении с нисходящим на Землю Христом. В четвертой, греко-латинской, культуре, они встретились, и перед человеком встала задача, сформулированная апостолом Павлом: научиться приносить в жертву свое низшее "я" и переживать; "Не я, а Христос во мне".

Над решением такой задачи работает европейская культурная эпоха. Человеку здесь надлежит научиться отождествляться своим низшим "я" со вселенским Я Христа. Поэтому и возникла необходимость движение культурного импульса снова повернуть на восток, в смысле: Ех Okzident lux (Свет с Запада). Овладение индивидуальным Самодухом в шестой, славяно-германской культурной эпохе будет всецело задачей отдельных людей, пожелавших свое развитие энергично взять в собственные руки, идущих путем самопознания и самовоспитания под знаком: "Царство Небесное силой берется". Изобразим описанное нами в виде рисунка:




Теперь мы получили основание для понимания духовной задачи Европы. Едва ли не самую существенную роль в ее решении играет Средняя Европа. Она не только работает над становлением индивидуального "я", т.е. над всеобщим синтезом предыдущего культурно-исторического развития, но еще должна найти в себе силы повернуть это развитие на восток, повернуть качественно — претворяя культурное творчество из инспирируемого свыше в сугубо индивидуальное, возникающее как плодосуществления низшего "я" в Я высшем. Классическая немецкая философия, Гетеанизм частично образуют переходную стадию, а частично уже являются плодами такого творчества. Все другое в Европе, несмотря на его величие, создано из импульсов еще греко-латинской культуры; в лучшем случае — представляет собой обработку древнего наследия молодым гением Европы. Лишь Гетеанизм и Антропософия являются новообразованиями, всецело принадлежащими пятой культурной эпохе. Лишь в них она приступила к решению собственных задач; все остальное, за небольшими исключениями, следует считать лишь подготовлением.

Положение Средней Европы, и в первую очередь Германии, напоминает "штурвал" на "корабле" европейской цивилизации. Исшедшее некогда из центра Европы (германские племена) лучами по всем сторонам света сущностно сохранило связь с духовной задачей центра образовало некоего рода "спицы" "рулевого колеса" —точки приложения сил для всех народов Европы в их работе над поворотом "колеса" истории и культуры. Поясним сказанное рисунком.

Таков общий принцип взаимодействия европейских национальных культур. Лишь злонамеренный человек способен отыскать тут что-то унизительное для какой-либо нации. Кроме того, законы развития предполагают возникновение нравственности и свободы, но не определяются ими. Каждая национальная культура имеет свою специфическую задачу в решении задач общечеловеческих, в силу чего Европа представляет собой духовно-органическое, антропоморфное образование. В нем итальянцы развивают душу ощущающую, какой ей надлежит быть в пятой культурной эпохе, испанцы и французы — душу рассудочную, англо-саксы — душу сознательную.[*Примеч. автора: Культура США имеет смысл и значение лишь в той мере, в какой она причастна к этой работе.Все остальное в ней либо ненужное, либо вредное] Северогерманские народы работают над сложной нюансировкой феномена "я". Необычайно своеобразна миссия угро-финских народов. Они, как часть монгольской расы, южным путем мигрировали из Атлантиды (через север Африки) на восток, потом часть их поднялась на север и вдоль побережья Ледовитого океана снова достигла Европы. Они, таким образом, как и арийцы, не участвовали в развитии прошлых культурных эпох. В Атлантиде они имели собственную культурную эпоху, а в Европу пришли собственным путем, образовав в ней на северо-востоке небольшое вкрапление. На Россию возложена задача стать восприемницей культурного импульса Средней Европы. Свои самостоятельные духовные задачи она будет решать в шестой культурной эпохе и потому живет ожиданием ее прихода. Западные славяне являются форпостом той культуры.

Итак, говорить об объединении Европы в духе Калерги или панамериканизма —означает желать скорейшей смерти всей цивилизации. Европу объединяет лишь духовная, культурная задача, предполагающая возможно большее многообразие и неповторимость отдельных национальных культур. Взаимодействие, взаимообогащение культур отдельных народов Европы еще долго будет питаться инспирациями Архангелов — Духов-Водителей народов. Только инспирации эти будут приходить не через кровь, а на пути индивидуальных духовных усилий. В Европе уже происходит сознательное взаимодействие — оно не обязательно должно быть сверхчувственно переживаемым — людей, творящих культуру, с Архангелом. Антропософия дает возможность дополнить его и сверхчувственным переживанием. Ну, а поскольку все ставится на индивидуальную основу, то сами собой создаются предпосылки для восхождения человека национального к всечеловеку, — для восхождения, а не каких-то там диких произвольных прыжков, которые на самом деле оказываются скатыванием в групповое, идеологическое, медиумическое.

В наше время крайне опасно игнорировать тот факт, что культура человечества находится в переходном состоянии от группового к индивидуальному сознанию. Здесь ничего нельзя ни недооценивать ни переоценивать. Во всех оценках должен господствовать трезвый реализм, основывающийся на познании истины.

Современный человек, если он желает участвовать в культурной эволюции, берет на себя всецело индивидуальную задачу. Но в исходном положении она окрашена, специализирована национальной культурой, а следовательно — и всей душевно-духовной констелляцией индивидуальности (через карму). Начиная отсюда, можно лишь по мере развития я-сознания подняться до творчества в общечеловеческом смысле. Но поскольку человек еще слаб и подобное происходит крайне редко, духовное водительство, Дух Времени, иерархическое существо, управляющее развитием всей эпохи, специализирует общечеловеческую задачу национально, осуществляет свое водительство через Архангелов. Для этого целые народы заключаются в национальную ауру той или иной конфигурации. Для нас особенно важно рассмотреть и сравнить ауры русского и немецкого народов.

Наиболее значительное для понимания характера ауры русского народа мы находим в сообщении Рудольфа Штайнера, сделанном им 9 апреля 1914 г., где он рассказывает о возникновении Киевской Руси и о финском эпосе. В той лекции он дает рисунок, который, вне всякого сомнения, показывает ту сверхчувственную форму, в которую, как в народную ауру, были заключены славяне при их переселении из юго-западной Европы на северо-восток.




Форма имеет вид двух сопряженных овалов, из которых нижний сформирован действиями великого посвященного Скитианоса, специально воплотившегося для выполнения такой миссии где-то вблизи Каспийского моря. Несколько позже к глубоко оккультным действиям Скитианоса добавилось культурно-религиозное влияние Византии, пришедшее на Русь с принятием Христианства. Так возникла аура Киевской Руси. (Здесь мы опять за подробностями вынуждены отослать заинтересованного читателя к сообщениям Рудольфа Штайнера и к нашей книге "Ожидающая культура".) Субстанционально она была по преимуществу эфирной природы. Далее, на север действие ее эфирных сил ослабевает, утончается. Там, в верхнем овале, господствуют астральные силы, действие которых ослабевает (но, конечно, не прекращается) к югу, в нижнем овале. В области сопряжения овалов, там, где со временем возникла Москва, аура приняла сложный характер и образовала некое подобие того, чем отдельный человек владеет как телом душевным, оболочкой, в которой зарождается самосознание. Южный овал вызывает в людях настроение единой души, что выражается в характере южных россиян, в культуре Украины. Северный овал способствует выработке трехчленной души. Через всю ауру проходит так называемый "душевный ствол". Он возник вдоль того пути, по которому варяги ходили через Русь в Византию. На Русь они принесли принцип государственности и "закваску" для развития я-сознания. "Душевный ствол" — это некоего рода ось национального самосознания для всех народов, населяющих Россию.

В настоящее время аура русского народа, описанная Рудольфом Штайнером, соответствует лишь европейской части России. Но и в той большой ауре, что объемлет собой также и гигантский сибирский континент, и азиатские окраины России, она имеет всеопределяющее значение, поскольку ею обусловлено все то, что через культуру, через духовное творчество развивает русское самосознание. [*Примеч. автора: я хорошо понимаю, как подобного рода идеи могут быть встречены, с одной стороны, апологетами суверенизации, а с другой — приверженцами "советского монолита". Духовнонаучный взгляд не совпадает тут с мнением ни тех, ни других, поскольку основывается не на доктринах, а на истине, почерпнутой из духовной реальности. Придет время, когда духовнонаучный взгляд на русский вопрос станет самоочевидным, но лишь бы не было слишком поздно.] Остальная часть России больше, чем европейская часть, погружена в настроение ожидания будущей, славяно-германской культуры. Даже климатически огромная часть земли (север,Сибирь) уберегается от массового заселения и экологического разрушения. Однако это не бездействие ожидания. Даже азиатские окраины России, как говорит Рудольф Штайнер, участвуют в подготовке будущей культуры Самодуха. Но сейчас нам важно отметить другое, а именно, что изначальная аура России имеет ту же конфигурацию, что и аура отдельного человека, — она антропоморфна. Словно гигантский антропос распростерта наша аура от Черного до Баренцева моря.

В одной из лекций Рудольф Штайнер назвал русских "народом Христа". Христос же есть Бог человеческого Я. Все Его действия, оказываемые на человека, носят индивидуализирующий характер. Глубочайшим заблуждением являются попытки переживать Его как народного Бога или как Царя. Антропоморфная конфигурация ауры русского народа (точнее будет сказать, ауры населения России) побуждает нас страстно искать образ идеального, совершенного человека, каким он станет, овладев Самодухом. Лишь через таких людей Христианство перейдет от стадии подготовления к стадии осуществления. В широких масштабах такое станет возможным в шестую культурную эпоху, но для отдельных людей путь туда открыт уже ныне.

Чтобы будущая культурная эпоха могла развиваться правильно, весь ход культурно-исторического развития должен быть качественно изменен. Прежде всего,Средняя Европа должна дать семени пятой эпохи — Гетеанизму и Антропософии —достаточно сил роста, так много сил, чтобы из него произросла иная по сути культура,чем та, которая продолжает питаться "соками" античности и эллинизма (а там, где она и этого не делает, все впадает в варварство). Кроме того, перед Центральной Европой стоит задача направить движение культуры на восток, со временем (что нужно активно делать уже теперь) передавать туда духовные импульсы для их дальнейшей метаморфозы. Без помощи всех народов Европы, одной Германии или даже всем немецкоязычным народам таких задач не решить; но Германия в особой мере подготовлена для их решения, что коренится в конфигурации ауры немецкого народа. Для ее понимания необходимо обратиться к целому ряду сообщений Рудольфа Штайнера. Характеризуя Среднюю Европу, он говорит: там находится то, что "...всегда становится и никогда не пребывает", там "я" ищет связь, всесторонне обменивается силами с душой ощущающей, рассудочной, сознательной путем взаимодействия с культурами соседних народов (157; 3I.X). Поэтому, например, Шекспира в Германии понимают лучше, чем в Англии. Далее, немецкая народность, по словам Рудольфа Штайнера, повсюду действует как фермент, поскольку "я" свойственно колебание в разные стороны. Другие народы недоброжелательно отзываются о среднеевропейце, что он живет на земле "...для того, чтобы пахать землю и искать в облаках. ...Уже здесь он ищет духовное Я. ...поэтому в некотором смысле уже на земном пути он стремится, ищет, как устранить то, что должно быть устранено за порогом смерти" (157; 31.Х).

"Задачу немецких народов исполняют лишь те, кто свое воспитание берет в собственные руки" (186; 8.XII). "Фихте, Шеллинг, Гегель, которых сегодня так ругают,— они создали мышление пусть и не спиритуальное, не духовнонаучное, но оно содержит семена Духовной науки; и если над ним медитировать, то оно действительно ведет к Духовной науке. Поэтому немецкий национальный характер должен был оставаться текучим, чтобы можно было сказать: вот тот есть итальянец, тот есть француз, тот есть англичанин, а тот становится немцем" (159; 14.III). "В будущем историки культуры признают за немецким духом такое же значение в образовании нового времени, какое ныне признается за греческим духом в отношении образования древности" (30, стр. 244).

"Если бы нормано-германский элемент развился без помех, сам по себе, то сегодня было бы легче осуществить тот правомерный монотеизм, который не принимает абстрактного единого Бога, но — последовательность Иерархий: Ангелов, Архангелов и т.д..." (185-а; 23.XI).

"Немецкий Дух народа постоянно то нисходит вниз к народу, то вновь восходит в высшие миры. ...Благодаря этому в народе должны быть приведены в действие силы, которые в высшей степени ведут к Духовной науке. Когда Дух народа нисходит вниз, то он сильно вырабатывает народный характер. Когда же он отходит и оставляет национальный характер в колебании, то ... это ведет к познанию того, что бытие протекает между чувственным и сверхчувственным мирами". Фихте творил в эпоху наибольшего нисхождения Духа народа. И лишь тогда было возможно творчество в таких понятиях и идеях, какие были в я-существе Фихте (157; 16.III). Напротив, Якоб Беме, которого называют "тевтонским философом", "не зависит от Духа своего народа" (!) (159; 9.V).

Мы не можем, за недостатком места, привести все сказанное Рудольфом Штайнером о Средней Европе, поэтому ограничимся небольшой выборкой, достаточной хотя бы для постановки проблемы, исследование которой должно быть подкреплено анализом всей феноменологии немецкого духа, истории немецкоязычной культуры. Тогда, мы в этом убеждены (поскольку автор такую работу отчасти проделал), станет вполне очевидным то, что сейчас будет высказано до известной степени гипотетически.

Итак, вдумчивое изучение сообщений Рудольфа Штайнера о Средней Европе, созерцание (в смысле метода Гете) ее истории и культуры рождает образ ауры немецкого народа как ориентированной — в отличие от ауры русского народа — от земли к небу. Что в русской ауре образует "душевный ствол" — ось становления я-сознания, — это в немецкой ауре направлено снизу вверх, от земли к духу. Вдоль оси Я от земли вздымается гигантский вращающийся и пульсирующий "вихрь". Так ориентированы эфирные силы немецкого народа, что дает немецкому "я" мощный импульс духовного выпрямления. Навстречу эфирным силам из высей к земле нисходит"вихрь" астральной ауры, в котором проявляются инспирации Духа народа. В целом, если формализовать конфигурацию ауры, то образуется фигура, а точнее сказать, символ, оккультный символ: гексаграмма. В 5-ю культурную эпоху этот поистине неисчерпаемый эзотерический символ принадлежит Центральной Европе, только теперь, в отличие от 3-ей, египто-халдео-вавилонской культурной эпохи, гексаграмма обрела седьмой элемент, выражающий тайну становления индивидуального Я. Оккультные символы во все времена выражают чисто духовные, а не национальные или политические констелляции развития. Их не следует уподоблять орденам, военным наградам, которые выдаются на всю жизнь. Еще менее того они могут служить символами национализма.

Некогда Архангел Михаил был Ликом Ягве. Ныне он — Лик Господень. Старая звезда Соломона выражала состояние астрального тела человека с групповым сознанием. Ныне она выражает характер ауры немецкого народа или даже всей Средней Европы, где астральное тело отдельного человека силой низшего "я", апеллирующего к Я высшему, претворяется в Самодух. Совместно с индивидуальным стремлением к развитию идет действие также и ауры народа, народов Средней Европы (тут еще необходимо учитывать богатые нюансы), поэтому немец (а в более широком смысле и австриец, и швейцарец, а может быть, и все народы северной Европы) стремится одновременно и обрабатывать землю и "искать в облаках", быть всегда в "становлении". Дух народа, как бы "пульсируя", то приближается к земле, то удаляется от нее, благодаря чему восходящие к духу устремления немца то оформляются народным характером, то освобождаются от него. При этом само народное действует не как групповое начало, а инспирируя в "я", поскольку, нисходя к земле, астральный вихрь не простирается по ней, а фиксируется на индивидуальных центрах самосознания.

Если посмотреть на ауру немецкого народа в плоскости, то она имеет форму двухлепесткового цветка лотоса, каким он изображен на красном витраже Гетеанума.



В традиционном выражении этот лотос имеет вид свастики, вращающейся слева направо, по часовой стрелке, с запада на восток.

[*Примеч. автора: Через развитие двухлепесткового лотоса человек своим низшим "я" приходит в связь с Я-высшим, космическим. Эту-то связь и выражает свастика. Она не имеет ничего общего с символом креста. Ее горизонтальная составляющая может быть изображена в виде крабовидной спирали— знак эволюции, в ходе которой человек вырабатывает индивидуальное "я". Эта спираль и дана на красном витраже в качестве символа 2-лепесткового лотоса. Высшее Я нисходит к человеку из духа. Поэтому линию Я на свастике можно иметь лишь мысленно, в воображении. Но если рисовать знак целиком, то он будет иметь следующий вид:

Эзотерически свастику изображают вращающейся справа налево, поскольку она тогда выражает процессы, совершающиеся в астральном мире. С таким ее изображением следует обращаться крайне осторожно.

В другом аспекте свастика является символом 4-лепесткового лотоса.]

Так приходим мы к глубинному пониманию того, почему столь ужасным образом этот издревле святой знак был скомпрометирован и запечатлен в сознании всего человечества как символ зла. (Подобная же работа ведется и с гексаграммой). В действительности знак свастики по праву принадлежит Германии и всей Центральной Европе, ибо Германия есть "третий глаз" мира, тот центр современной цивилизации, через который она сможет обрести сознательную сверхчувственную связь с миром духа. Высшее порождение среднеевропейского духа — Гетеанизм и Антропософия — должны оцениваться именно с точки зрения этой задачи, а Средняя Европа— как средоточие всех сил человечества, стремящихся эту задачу решать. Подавлять, разрушать Германию, Центральную Европу, искажать ее духовную суть означает разрывать связь земной цивилизации с духом, погружать ее во тьму материализма. Искажать духовную суть России, разрывать ее связи с Центральной Европой, означает лишать мир будущего. Таковы те истины, которые необходимо понять в первую очередь, вне зависимости от того, каким образом и насколько искажается понимание истории, искажаются человеческие отношения в нашем веке.

Сущностное любой культурной эпохи определяется характером науки посвящения, которая, в свою очередь, всегда приводится в строгое соответствие с эволюцией человека — его души и духа. Кто хотя бы немного соприкасался с эзотерикой, знает, что уровни индивидуального сознания находятся в тесной связи сразвитием системы лотосов в человеческом существе. Двухлепестковый лотос находится в тесной связи с мыслящим сознанием. Поэтому через его развитие сознание не погружается в транс, а становится имагинативным — сверхсознанием, которое в обычных состояниях человеческого духа заявляет о себе лишь в минуты вдохновения. Вслед за 2-лепестковым человеку надлежит развивать 16-лепестковый лотос, расположенный в области гортани. Его развитие, помимо индивидуального самоусовершенствования, требует гармонизации социальных отношений. Рудольф Штайнер говорит, что от состояния 16-лепесткового лотоса зависит характер всех социальных отношений человечества. Так называемая "восьмичленная тропа" Будды в нашу культурную эпоху должна стать повседневным социальным фактом, а 16-лепестковый лотос может теперь развиваться с помощью социальных и культурных отношений, а не в аскетическом уединении.

Приведенный выше образ рулевого колеса, с помощью которого был пояснен характер необходимого взаимодействия народов Европы, — это и есть образ 16-лепесткового лотоса, который прежде в виде так называемой "розетки", "розы" изображался над входом в романских и готических храмах (см. рис).



В романских храмах "розетки" часто изображали с восемью лепестками. Они совершенно непосредственным образом раскрывали подходящему к дверям человеку тайну архитектурного замысла всего храма, который также был восьмичастным (см. рис).






Так зримо нарождающемуся самосознанию Европы был явлен древний принцип восьмичленной тропы Будды, давшего людям за пять веков до вочеловечения Христа учение о любви и сострадании.

Не следует думать, будто бы речь теперь идет о возврате к Буддизму. Нет, сам Буддизм в метаморфизированной форме оживает в христианской культуре Европы, где отношения между людьми должны теперь строиться на основе добродетелей восьмичленной тропы в их новом, соответствующем христианскому пути посвящения, звучании, какими их описал Рудольф Штайнер, сказавший при этом, что от овладения ими зависит степень развития 16-лепесткового лотоса, чем , в свою очередь, обусловлена мера социальной гармонии по всей Земле.

Эзотерическое Христианство синтезирует в себе весь положительный опыт духовного развития прошлого и возводит его на качественно новую ступень, о чем и возвестил миру гений зодчества Центральной Европы еще до наступления 5-й культурной эпохи. Эзотеризм романских, готических храмов не уступает эзотеризму храмов древнего Египта. Убедиться в этом может каждый. Например, достаточно провести геометрический анализ фасада страссбургского мюнстера, чтобы распознать запечатленный в архитектонике храма образ духовно выпрямляющейся путем развития системы лотосов индивидуальности (читатель, интересующийся этой темой, может параллельно рассмотреть геометрический анализ обелиска Сезостриса I в Гелиополисе; обелиски же, как известно, были осмысленным образом физически выпрямляющегося человека. (См. Otto Schubert Gesetz der Baukunst, Leipzig, 1954. Bd 11, S. 36, 303.)

Таким образом, перед нами реальная феноменология среднеевропейского культурного импульса, пронизавшего собой всю Европу и придавшего ей характер поистине живого организма, где нет, как в механизме, взаимозаменяющихся частей. И если отвлечься от политических спекуляций, идеологического истолкования культуры, то можно прийти к глубокому пониманию полной значения, неповторимой роли каждого европейского народа в развитии культурного импульса нашей эпохи, имеющего свое средоточие в человеческом "я".

Из чистого понимания сути и смысла среднеевропейского духовного творчества, а не из желания следовать за каким-либо национализмом, мы вынуждены признать, что символ 16-лепесткового лотоса ныне также принадлежит Центральной Европе, а не Востоку. В Центральной Европе он теперь занимает, так сказать, свое исходное положение и оттуда движется по всем направлениям света во весь остальной мир через современную духовную работу народов.

Дальнейший этап развития индивидуального духа, сознания связан с 12-лепестковым лотосом. Его символ, в известной мере, принадлежит Восточной Европе, в первую очередь — России. Поэтому Восточная Европа непременно должна участвовать в культурной жизни всей Европы, а общеевропейская культурная жизнь — готовить свою грядущую метаморфозу, которая совершится при переходе от пятой к шестой культурной эпохе.

Таков правомерный, отвечающий мировым законам путь развития человечества. В то же время, каждый этап развития сопровождается накоплением сил инерции, которые побуждают импульс культуры постоянно двигаться в одном направлении или вращаться на одном месте, бесконечно повторять самого себя, окостеневать в одном состоянии. Если мы еще раз возьмем тот виток эволюционной спирали, который объемлет собой современную культурную эпоху, то мы можем обозначить нанем главные направления инерции и застоя.


По сути говоря, все современные оккультно-политические силы,
мешающие развитию своими действиями из-за кулис, опираются на частичную правомерность своих устремлений. Исключительно важно понять эту особенность современной мировой борьбы. Частичная правомерность — она в действительности оказывается хуже полного заблуждения,
поскольку коренится в законах развития, но встает им поперек дороги.

Так, идеология Рима, font-style: italic;font-style: italic;иезуитизма исходит из того, что Пришествие Христа совершилось в ту эпоху, когда подавляющая часть человечества жила групповым сознанием. Рассудочность Рима являла тогда собой пик индивидуализации. И поскольку Рим принял Христианство, то цезаро-папизм следует признать как высшую форму общественной и религиозной жизни. Приходящее с севера, как считает Рим, несет только разрушение, хаос: в далеком прошлом именно варвары, пришедшие с севера, разрушили прекрасную Империю — цвет цивилизации, а позже они же своей реформацией нанесли непоправимый ущерб самой совершенной христианской Церкви. Латинская раса более, чем какая-либо другая, приспособлена к несению христианства в мир. Главный враг христианства — Центральная Европа, с ее искушающим зовом познания, секуляризации, свободы; а еще — ее производная: впавший в материализм англосаксонский мир.

Англосаксонский политический оккультизм уповает на многотысячелетнюю традицию культурного движения с востока на запад. Здесь ведущие оккультисты говорят (неважно — где и в какой форме): мы самые правомерные преемники греко-латинской культуры. Сами боги, звезды благоприятствуют нам, когда мы стремимся управлять миром. Латинская раса отжила свой век и должна исчезнуть. Центральная Европа вызывает лишь топтание на месте. Из-за нее мы только теряем время. Какой-то вклад в культуру она делает, но ее необходимо крепко держать в руках, разрушать ее консерватизм, ослаблять хозяйственно, парализовать политически, чтобы она не мешала Америке завладеть принадлежащим ей по праву мировым господством. Что касается Восточной Европы, то ее значение заключается главным образом в запасе генетических сил, которые сильно подорваны во всем остальном мире.

Нордическая идеология возникла как побочное явление при движении культурного импульса с юга Европы на север. Она реакционна в невероятной степени, поскольку апеллирует к реставрации прадревней Гиперборейской, а то и Полярной коренных рас. Лишь Люциферу ведомо глубинное предназначение, содержание такой идеологии. Человеческие же ее носители просто грезят, являются одержимыми ею, поскольку сознание ни одного из них не способно построить хоть какое-нибудь осмысленное отношение к тому высокодуховному, лишенному абсолютно всех свойств индивидуального, планетарному бытию человечества как единства. Имеется у нордической идеологии и ариманическая составляющая: хозяйка Севера — Лоухи (Калевала).

Наконец, идеология евразийства, становящаяся все более популярной в последние годы, представляет собой пагубное намерение раньше времени предвосхитить шестую культурную эпоху, дать ей хотя бы частично наступить несвоевременно, в условиях, совершенно для нее неподходящих, дабы истощить жизненные силы восточно-европейских народов и сделать их неспособными на культурное творчество, когда наступит время славяно-германской культурной эпохи. Вот почему сейчас в России оккультисты повсеместно твердят о наступлении уже в следующем столетии эпохи Водолея.В евразийстве мы имеем дело с повторением импульса средневековой академии Гондишапур. Евразийцы намереваются перекинуть мост от Рима прямо в Москву ( в "3-й Рим") и тем исключить из развития всю Среднюю Европу. Вот где следует искать исток двух мировых войн, в которых в первую очередь удалось столкнуть Германию с Россией.

Рим смотрит на евразийство с двойственным чувством. С одной стороны, "3-йРим" ему конкурент, поскольку вполне достаточно, как тут считают, и первых двух. С другой стороны, Рим видит в Восточной Европе, в России эффективное оружие в борьбе с Центральной Европой и Америкой. Ну, а американцы видят в России мощное оружие в их борьбе с Римом, с Европой и с Востоком в широком смысле слова.

Приводя все, сказанное до сих пор об оккультно-политической картине мира в систему, мы получаем образ расстановки основных духовных сил на мировой арене, в их отношении к истинным задачам развития (рис.).

На рисунке в виде малого внутреннего круга представлено "колесо истории", которое страны Европы и всей Земли совокупными культурно-социальными и историческими усилиями постепенно поворачивают с запада на восток, творя преемственность, метаморфозу культурных эпох. Всем этим правомерным усилиям противостоит в той или иной мере объединенная сила антидуховных и антиисторических импульсов (внешний круг; см. рис.). Период их раздельного становления закончился, чем и ознаменовано выступление азурических духов в политической и культурной жизни человечества. В XX веке единство этих сил проявилось достаточно определенно. По отношению к нему такие события, как война Германии с США и Россией — лишь внешне противоречивые и одновременно лишь эпизодические явления на пути этих сил к одной цели: повернуть все развитие человечества вспять, для чего в первую очередь им необходимо парализовать Среднюю и Восточную Европу. В одном случае этой цели служат войны, в другом — объединение, смешение всех народов Европы, а потом и рас, в некую серую массу. Предусмотрены и иные способы действия.

Свастика, вознесенная как политический знак над Германией, и выражала собой (для знающих) указанное единство. Она указывала движение в направлении против времени, в котором осуществляется эволюция; эзотерическое значение свастики было перенесено на внешний план истории; отсюда берут начало все идеи о "сакрализации" (см. главы 17 и 18) общественной жизни.

В противовес этому правомерное движение развития на плане истории и культуры выражает свастика, вращающаяся по часовой стрелке. Она — знак постепенного раскрытия двухлепесткового цветка лотоса на экзотерическом пути, по мере овладения каждым отдельным человеком свободой, моральной автономией, когда побуждения для своих поступков человек будет черпать из мира моральных интуиции, как это описал Рудольф Штайнер в "Философии свободы".

Начертанная нами картина осталась бы незавершенной, если бы мы не показали ее связь с высшим духовным планом. О ней Рудольф Штайнер говорит следующее: "Четыре могущественных возвышенных облика стоят в мировом пространстве по четырем сторонам света, образуя космический крест. Они ведут мировые процессы, управляют ими и являются служителями Одного, Который есть сама Жизнь Солнца (т.е. Христос). Они сменяются в ходе космических дней, будучи инспирируемы Духом Солнца. Они являются пра-силами, которые в космосе и в человеческой душе отражаются в трех силах: мышления, чувствования и волеизъявления" (265, с. 336). Облики эти — суть четыре Архангела. На следующем рисунке указаны главные принципы их действия и связь с четырьмя праздниками года.




Стоящий на востоке Михаил соединяет в себе силы трех других Архангелов, Он является "Ликом Божиим". Инспирируя, он приглашает человека к сотрудничеству. Действующий из свободного целеполагания, в духе намерений Архангела Михаила человек становится носителем принципа "Свет с Запада".

Четыре силы политического оккультизма, смыкаясь в круг, становятся инструментом материалистической, ариманической змеи Миттгарт, которая, охватывая Европу постоянно ширящейся петлей, стремится изолировать ее духовную, культурную жизнь от помогающих действий четырех ведущих Архангелов. Вот почему силы политического оккультизма стремятся до отказа заполнить мысли, чувства и побуждения людей своими идеологемами, подавить их с помощью массового внушения.

Такова в очень сжатом виде методология современной политологии. Кто не владеет ею, обречен заниматься пустыми спорами и враждой. Что же касается тех, у кого истинное положение дел задевает национальное самолюбие, то им можно сказать лишь одно; потерпите, придет время, когда Германия исполнит свою культурно-историческую миссию и тогда отойдет в тень, уступит место другим. Но Боже упаси, чтобы подобное случилось теперь. Ибо в таком случае тайным обществам Запада удалось бы культурный импульс увести от соприкосновения с Самодухом, заставить его двигаться далее на запад. В таком случае пятую культурную эпоху, где, имея на то основание, тон задает англо-саксонская раса, удалось бы некоторым образом "увековечить", дать ей своеобразное ариманическое бессмертие. В таком случае, говорит Рудольф Штайнер, шестая культурная эпоха хотя и наступила бы, но была бы перемещена в Южную Америку и носила бы условный характер. Лишь самые сильные духом люди смогли бы тогда благодаря чисто посвятительным усилиям индивидуально овладеть Самодухом. Что касается остальных жителей Земли, то поистине "зубовный скрежет" стал бы их уделом. Ускоренным темпом пошло бы формирование злой расы, предсказанной Апокалипсисом. Снова набрали бы силу черномагические мистерии Таотля.

Знаки такого возможного будущего выступают уже в нащем веке, ибо в нем решается, как пойдет вся дальнейшая эволюция Земли. Кто не боится познания, все это способен понять сам. И нас не должно удивлять, что с цепи спускают всех демонов зла, дабы растоптать Германию, духовно парализовать Россию, отвратить всю Европу от решения ее духовных задач. Приведенные нами ранее публикации панамериканистов красноречиво говорят об этом; в них — мировая ложь, искажение, оболгание истории народов, их сути. Кто продолжает питать иллюзии абстрактного гуманизма, пусть почитает их сам. Книг такого рода много. Для кого книга Т.Кауфмана— не аргумент, пусть почитает другого американского "мудреца" — Луиса Ницера. В своей книге "What to do with Germany" ("Что делать с Германией"), изданной в 1944 г. (Трумэн требовал, чтобы ее прочел каждый американец, Эйзенхауэр заставлял своих офицеров ее реферировать), он задается вопросом: как нам следует поступить с "миллионами убийц", с "преступным народом", у которого вся духовная культура, ее творцы, включая Фихте, Новалиса и др., даже народные песни пронизаны биологическим милитаризмом? Нам возражают, рассуждает автор: "Нельзя осудить целый народ", "невозможно уничтожить 80 миллионов" и т.д. Но что делать с ними? Если нельзя уничтожить, то, может быть, подвергнуть их "расовой стерилизации"? Если бы 20 тыс. врачей делали по 25 операций в день, то вся процедура стерилизации примерно 50 млн. немцев, способных иметь потомство, заняла бы примерно три месяца. Ну, на женщин пришлось бы потратить времени несколько больше. При естественной смертности в 2 процента в год в течение двух поколений немецкая нация исчезла бы с лица земли.

Однако от такого проекта, как считает автор, все-таки придется отказаться. —Почему? — Да потому, что немцы тогда возомнят себя мучениками, а главное, могут возникнуть массовые восстания (!) Наконец, путем стерилизации можно решить судьбу будущих поколений немцев, но не ныне живущих.

Я не стану пересказывать всю книгу, вместо которой американским "мудрецам" было бы лучше написать другую: "What have we done with America" ("Что мы сделали с Америкой"), а в заключение главы скажу лишь о том, что должно стать ясно всякому здравомыслящему человеку, — что лишь через разоблачение такого рода лжи лежит путь к преодолению национализма и шовинизма. Истоки мировой лжи,по мере их удаления в прошлое, приобретают характер незыблемых и даже как бы овеянных традицией истин. Проникнуть к ним становится все труднее и труднее, да и поправлять что-либо все меньше и меньше желает "перевоспитанное" человечество. Как сказал поэт:

Честь безумцу,

Который навеет

Человечеству сон золотой!

Не стали ли эти слова последней универсальной догмой, на которой мирно сошлись все враждующие между собой мировые силы, все противоречия цивилизации? Ну, а если кому-то "не спится" и ему хватает сил добраться до неких "истоков", то там он переживает один лишь ужас. Но ему становится ясно, что, желает того современник или нет, он поставлен перед выбором: либо на ужасе сверхгипертрофированной лжи строить "гуманистическое общество будущего", либо скинуть ночной колпак и все силы употребить на поиск истинных оснований жизни, дабы после физической смерти не пережить еще одну, куда более страшную,— душевную. Не стоит доказывать, насколько необходимо выбрать второе, если даже при этом тебя объявят "фашистом", "шовинистом", "человеконенавистником" и т.п. Будьте уверены, сам-то князь мира сего понимает, что он есть дух лжи. Так не будем хотя бы в его глазах глупцами.

 
17. Россия и "социалистический эксперимент"

Для понимания судьбы России в XX веке особенно большим значением обладает знание о той карте, которая в 80-е годы прошлого столетия фигурировала в оккультных обществах и на которой на месте России стояло слово "Пустыня". И по сей день мы остаемся свидетелями того, как из России делают пустыню. Процесс не закончен. У него, как теперь оказалось, две фазы. Для первой фазы была придумана конфронтация. Рудольф Штайнер рассказал об этом еще до того, как произошла февральская революция 1917 года, что придает его сообщению особенную ценность. В лекции от 15 января 1917 года он говорит: "Если хотят основать коммерчески-индустриальное мировое господство, то для этого главная область должна быть поделена надвое. .. .коммерция не может существовать без противоположной области.. ..Это большая, гигантская мысль тех оккультных братств,о которых я говорил. Это мировая, гигантская мысль — создать противоположность, по сравнению с которой все остальное оказывается малостью, противоположность между британской (панамериканской, вправе мы теперь сказать. — Авт.) коммерческой империей и тем, что получается из русских с действующим в них, через спиритуальные задатки, подготовлением к 6-й послеатлантической культуре. ...выражаясь тривиально, трудно представить себе лучший противоположный полюс... чем русские славяне, которые в будущем, совершенно очевидно, еще менее, чем теперь, будут склонны заниматься профессиональной коммерцией. ...Мы имеем дело с разделением мира..." (174; 15.1). И далее Рудольф Штайнер описывает характер того "миролюбия", с которым англосаксонская коммерция выступает в мире; выше я уже приводил эту мысль.

Вот что, собственно говоря, стояло за фальшивой риторикой и бессовестной пропагандой Ленина, Троцкого и "товарищей", объявивших все человечество, за исключением пролетариев — что также было ложью, — врагом новой власти. Но посмотрим, что еще таилось за кулисами того обмана.

В моей книге "Ожидающая культура" я показал те события конца XVIII —начала XIX века, которые послужили прелюдией к революциям XX века в России. Я говорил там о политизации определенной части русского масонства. Она стала возможной благодаря английскому влиянию. О том, что масонство было принесено в Россию из Англии, у нас уже шла речь. Вот еще одно свидетельство в дополнение к уже сказанному. Т.А.Бакунина, изучавшая историю масонства в России с позиций, дружественных масонству, пишет: "...мы видим капитана Джона Филипса первым гроссмейстером для России, назначенным Великой Лондонской ложей. Через десять лет его сменил на этом высоком посту также англичанин,генерал русской службы Джемс Кейт. ...его имя прославилось как основателя масонства в России". (*40)

С 1745 года гроссмейстерство в России перешло к русским, образовалось направление с духовными исканиями (Елагин, Новиков, Шварц), однако английское влияние было шире. В конце XIX века политизированные ложи буквально опутали всю Россию. Они выступали борцами за равноправие евреев и тем привлекли их на свою сторону. Через ложи начали готовить революцию. В 1905 году она не удалась —подвела армия. Тогда ею занялись специально. В высшем свете работу по вовлечению в ложи вел французский оккультист Папюс (друг царской семьи!)

К началу мировой войны почти весь генералитет (включая генерала Алексеева —главу генерального штаба русской армии, а потом главу белого движения), высшая аристократия — князья Юсуповы, Трубецкие, великие князья, — все сидели в ложах и теми или иными действиями способствовали подготовке революции.

Это было великим соблазнением России, и она не разглядела его. Русские "нибелунги" (ведшие свои родословные от норманнов или бывшие прямыми потомками немецких "нибелунгов") несли в себе слишком много сил упадка, разложения. Разночинная интеллигенция, так и не успевшая развить силу индивидуального "я", оказалась неспособной отличить правомерное стремление русского народа к социальному переустройству общества от намерений "бесов" марксизма и атеизма, описанных Достоевским.

Подмену разглядели лишь между февралем и октябрем 1917 г., но было уже поздно. Временное правительство, сформированное сплошь из членов лож, повело дело так, что нейтрализовало все защитные функции государства и передало власть большевикам, верхушка которых тоже состояла из членов лож, но более радикального направления.

Кому трудно понять русские события того времени, пусть изучит иранскую революцию, совершенную уже в наши дни. В ней был разыгран буквально тот же самый сценарий, по которому сокрушили Россию. Сначала там происходит буржуазная революция, которая свергает шаха. Создается временное правительство. Его глава— копия Керенского; подстать ему и другие члены правительства. Потом в страну "импортируется" фундаменталист, подготовленный на этот раз не в Цюрихе, а в Париже и выступающий вроде бы от имени не марксизма, а ислама, но все это не более чем специфика. Главное предназначение вождя то же самое: тотально разрушать страну изнутри. Глава временного правительства, как и Керенский, исчезает за границей, и о нем забывают (и это на фоне тех преследований, которым подвергся шах, имевший "дерзость" эмигрировать). Потом Иран затевает многолетнюю войну с Ираком (некий аналог 2-й мировой), главная цель которой — возможно большее истребление живой силы с обеих сторон и дальнейший подрыв хозяйства. Далее были разрывы отношений европейских стран с Ираном, потом признание его и т.д. (Немцам следовало бы внимательнее изучать события в Ираке, ибо в планах мировых сил это некоего рода арабский аналог Германии.)

В революционных событиях в России параллельно с большевистскими кадрами, центральное ядро которых было подготовлено в ложах, активную роль в закулисных махинациях принимали и иезуиты. Я уже говорил однажды, что метод их действий заключается в том, что они дают масонам достичь своих первоначальных целей, а потом заходят к ним с тыла, проникают внутрь и оттуда захватывают власть
путем замены ее носителей своими представителями, не трогая самой структуры власти [*Примеч. автора: Иносказательно в наше время об этом широко повествуют в фантастических романах и фильмах ужасов, где "космические пришельцы", "демоны" разными способами захватывают земную цивилизацию изнутри — замещая людей, делая их одержимыми и т. п.] Такой сценарий готовился еще во времена восстания декабристов в 1825 г. Параллельно с работой масонов, подготовку восстания тогда вели и иезуиты через "Общество соединенных славян".**[*Примеч. автора: Любопытная деталь: в антропософских инициативах, движущихся с Запада в Сибирь, все чаще звучит апелляция к декабристам. Ухо западного человека это не режет. Для нас же это выглядит по-другому. При всей поляризации сил, произошедшей у нас в последние годы, и правыми и левыми сохранен старый столп советской идеологии, что декабристы были предтечами большевиков, "обновителями" России и едва не "спасли" ее еще в 1825 г.]

В 1917 году масштабы заговора были иные. Они вышли на уровень мировых отношений. А когда они принимают такие масштабы, то закулисные махинаторы теряют над ними контроль. Тогда никто не знает, чем кончится затеянная авантюра. Так случилось и в России. Троцкисты-ленинцы, захватив власть, вынуждены были отступить и снова ввести элементы капиталистического хозяйства. А в таком случае, несмотря на все потрясения, пережитые Россией, возникла опасность, что она опять встанет на ноги и стряхнет с себя "социалистических экспериментаторов". В широких массах людей возникла надежда на духовное освобождение. В миллионах простых людей проснулось желание культурной работы, желание участвовать в социальном преобразовании общества на принципах равенства и свободы. С этим нужно было что-то делать. И тогда в том центре, где "раввины и монсеньеры пребывают в полном согласии", было принято решение передать руководство экспериментом в руки иезуитов. Их представителями были Сталин и его подручные. Завербован Сталин был еще в ту пору, когда учился в духовной семинарии. Уже тогда тайные представители католического "лобби" в православии разглядели "незаурядного", на их взгляд, юношу и внедрили его в среду большевиков. В художественной форме (а как быть иначе, если иезуиты не оставляют после себя документов?) эту историю описал Вл. Максимов, бывший советский диссидент, в романе "Карантин".

На России сомкнулась железная пасть "военного коммунизма", начавшего жуткий процесс уничтожения русской деревни. Старые экспериментаторы к новому обороту событий не подходили. Их было решено принести в жертву, сделав из них образ внутреннего врага, поскольку внешний враг остался по ту сторону непроницаемых границ и его образ грозил поблекнуть в сознании одурачиваемых масс. Исключение сделали для одного лишь Троцкого. Он был одним из немногих, кто в старой верхушке обладал абсолютной неприкосновенностью, а значит, входил в высший круг мировой власти. Позже, правда, его все равно уничтожили, но, как мне кажется, он сам виноват — не захотел вести себя тихо, подобно Керенскому.

Все известные нам из истории КПСС партии троцкистов, эсеров, кадетов на самом деле были лишь внешним прикрытием, за которым таились красные ложи. Об этом сейчас в России открыто пишут "правые", с целью скрыть природу сил, пришедших к власти вместе со Сталиным, и заодно немного "отмыть" их преступления.

Начались судебные процессы и отстрел руководства и членов тех партий. Многих отсылали в концлагеря, которые они сами же и создавали. Сплошь и рядом это были "дети Агасфера" [*Примеч. автора: По поводу этого бесспорного факта сошлюсь еше на заявление Уинстона Черчилля, сделанное им в 1919 г.: "Нет надобности преувеличивать роль, сыгранную в создании большевизма, и участие в русской революции интернациональных евреев-атеистов. Более того, (ее) вдохновителями и движущей силой являются еврейские вожди. ...И основная часть террора, учрежденного Чрезвычайной Комиссией по борьбе с контрреволюцией, была осуществлена евреями, а в некоторых случаях — еврейками".]. Замышляя устроить кровавую баню для России, авторы "эксперимента" русским не особенно доверяли, догадывались, что те могут не выдержать "величия" задач по истреблению соотечественников. В качестве прямых убийц использовали людей с больной психикой. Был заготовлен загадочный полк "латышских стрелков", производящий впечатление ордена профессиональных убийц, напрочь лишенных угрызений совести. С такими вот кадрами и начали "экспериментировать" в "социалистическом" духе.

Интересно, что когда теперь в печати или по телевидению заводят речь о родственниках некогда репрессированных "диктаторов пролетариата", то это сплошь и рядом оказываются евреи. Поэтому даже делаются попытки дать сталинизму антисемитскую интерпретацию, но приходится быть осторожным, поскольку начинают вскрываться глубинные кулисы большевизма. Тут действительно ничего нельзя поделать. Взять хотя бы тот факт, что вторым лицом в государстве при Сталине был Каганович, почти у всех подручных Сталина жены были еврейки и т. д.

Однако было бы все-таки ошибкой валить вину за большевистскую революцию на одних евреев. Да, ядро заговорщиков и исполнителей было навербовано из них, но то, что началось с середины 20-х годов, показывает, что и они были всего лишь инструментом еще в чьих-то руках. В эпоху массового террора мели всех подряд, без различия пола, возраста, вероисповедания и национальной принадлежности. Это поистине так: в деле убийства большевики всегда были интернационалистами. Когда в 1940 г. добрались до Латвии, то "ценный" вклад ее "стрелков" в дело революции ни на йоту не смягчил судьбы ее народа. Застенки ЧК познали и немецкие, и испанские, и всякие другие коммунисты. Уцелели только те, кто был достаточно хитер и понял глубинную перемену в руководстве "экспериментом". Не ради разжигания национальной розни полезно все это понять, а чтобы усвоить страшный урок и не повторять старых ошибок, гибельных для всех, их допускающих. А именно перед их повторением, но в еще больших масштабах, теперь стоит мир.

Что пришло со Сталиным, теперь пытаются "перекрасить" в "подлинно" национальное представительство России, якобы пекшееся о ее исторической роли, превратившее Россию в мировую державу. Но мы-то теперь знаем, что ленинизм-сталинизм был предусмотрен как одно явление еще до начала "эксперимента" — для создания противостояния между Америкой и Россией. Что в этом противостоянии было предопределено России, можно выразить с помощью рисунка:.


Все началось с того, что с помощью ленинизма-сталинизма Россия была "выломана" из нормального хода мировой истории, исключена из цивилизации (таково значение слова "пустыня" на той карте), вздернута "на дыбу" "зияющих высот" (выражение принадлежит Александру Зиновьеву). Началось истребление народов, и главным стала борьба за выживание, ибо все люди поголовно были лишены права на жизнь. Государство стало решать, кому ее оставить, а у кого отнять.

После смерти Сталина началась эпоха Хрущева. Россия как-будто бы пошла параллельно с общим ходом истории, но на самом деле все оставалось в сфере социально-экономической фантастики, прогрессом на "зияющих высотах". В то же время, даже попытка идти параллельным с историей ходом приблизила советские условия к реальности, и начался период стагнации. Дракон начал выдыхаться, появилась надежда на освобождение. Это выразилось в борьбе за гражданские права. Снова, как и во времена НЭПа, появилась опасность, что Россия, несмотря ни на что, встанет на собственные ноги. Тогда весь "эксперимент" был видоизменен еще раз. Руководство им было отнято у иезуитов и передано в руки представителей западных братств. Внешне они, как-будто бы, продолжили борьбу диссидентов за возврат России в лоно мировой цивилизации и культуры, но на самом деле началось тотальное разрушение средств производства, что ставит под угрозу само национальное бытие России.

Под "сурдинку" перестройки нас окончательно, как национальное образование, устраняют из мировой истории. Все этапы событий последних лет, естественно, направляются политическим оккультизмом, продуцируемым все тем же черным ядром планеты — церемониальной черной магией. Все это, конечно, выглядит мрачновато, но иначе и быть не может, если мы поймем, что гекатомбы трупов нагромождены в наш век не по причине случайных обстоятельств. Давайте только представим себе,что должны нести в своей душе люди, затевающие и проделывающие такие эксперименты. Стоит лишь понять это, и отпадает всякая охота следовать за политическим оккультизмом. А возможности для понимания предоставляются на каждом шагу.

Совсем недавно спросили английских детей, как они относятся к фильмам ужасов. 85 процентов из них ответило, что фильмы плохо влияют на их поведение; 35 процентов сказали, что фильмы толкают их на преступления. Так свидетельствуют дети! А что взрослые? — Они продолжают пичкать их этими фильмами. Так разве не ясно, что бесчеловечность насаждается по плану?

На всем протяжении "социалистического эксперимента" в России, вне зависимостиот всех его перипетий, от того, кто кого истребляет, стабильно действуют две силы: западные тайные общества и религиозно-политический романизм. Периодически одни берут верх над другими, но борьба никогда не кончается полной победой одной стороны; такого нет даже в планах. Побеждает одна сторона — наступают экономические и духовные послабления, побеждают другие — "НЭП" сменяется "военным коммунизмом". Их периодическую смену уже давно разглядели диссиденты. Но важно еще разглядеть единый стержень, остающийся неизменным при любых переменах.

По долгу службы мне довелось продолжительное время повращаться одновременно в научных кругах и в высшей сфере советских профсоюзов [*Примеч. автора: Эта организация тогда насчитывала около 120 млн. членов и по численности, вероятно, стояла навтором месте в мире, уступая лишь католической церкви.] и наблюдать процесс формирования советской политики. При этом я основательно изучал историческую симптоматологию в Антропософии. Вскоре я с изумлением начал различать, что система власти в Союзе вовсе не является монолитом, в ней довольно жестко противостоят одна другой две силы. Потом я понял, что в видоизмененной форме, но совершенно та же самая по духу, нами правит сила, называемая в западном мире иезуитизмом. Главными ее цитаделями были профсоюзы и армия. В них, как и везде в мире, этой силой насаждался дух субординации, авторитаризма, беспрекословного подчинения, велась игра на национальных чувствах, и пасторский дух царил в отношении к "стаду" "малых сил" — рабочих, которых нещадно доили и пасли железным жезлом, но при этом повсеместно подчеркивалось, что их начальники — отцы родные, ночей не спят, пекутся об их благе и т.д. Когда была опубликована книга Виктора Суворова "Аквариум", мои догадки не только подтвердились, но я узнал еще нечто новое, что у этой силы имеется даже своя разведка &? ГРУ — тайный орден со своеобразным ритуалом посвящения, на что Суворов, правда, лишь намекает.

Члены западных тайных обществ держат в своих руках Академию наук, журналистику, медицину, высшее образование. Партия и КГБ как бы поделены надвое. В школьном воспитании обе силы работают в унисон, то же самое—в марксистской и атеистической пропаганде. На уровне большой науки (атомной физики), несмотря на всю драконовскую секретность, всегда существовали ученые, которые с Запада посещали Союз с такой же легкостью, с какой мы внутри Союза могли, скажем, живя в Москве, посетить Киев.

Вся 75-летняя история Советского Союза есть выражение сосуществования и борьбы этих двух сил. Периоды сравнительного спокойствия означают закулисную подготовку реванша той силой, которая в данный период оттеснена на второй план. В подполье вести организацию всегда легче! Правящая сила — вся на виду. Происходит тайная перевербовка ее агентов, постепенное замещение на ответственных постах "чужих" людей "своими". Когда подготовка завершена, находящаяся в подполье сила переходит в наступление и внешний мир наблюдает как в Союзе происходят перемены. Так, уже вначале, в 1917 г., когда с помощью западных тайных обществ большевики готовили свой переворот, вели гражданскую войну, массовый террор,за их спиной проиезуитская группировка готовила захват власти изнутри. Процесс этот досконально описан в опубликованных источниках.

В период господства Сталина прозападная группировка собирала силы в подполье. [*Примеч. автора: Известный диссидент генерал Григоренко написал книгу с примечательным названием: "В подполье можно встретить только крыс".] Первая попытка захвата власти была предпринята при Хрущеве. Вернее сказать, то была в некоем роде "разведка боем". Она была обречена на провал, поскольку оппозиция имела мало (как теперь говорят) своих "агентов влияния" в армии (аналогия 1905-му году). После периода "междуцарствия" реванш снова взяли "правые", но правили теперь мягче, чем при Сталине, поскольку их господство было подорвано. "Левые" продолжали свою работу в цепи: Андропов—Горбачев—Ельцин. С их воцарением "правые" ушли в подполье и теперь там проводят ту же работу, какой прежде занимались"левые". Она, как и прежде, идет эффективнее, чем на поверхности, о чем и свидетельствуют "съезды" "народных избранников", заседания парламентов в период перестройки. Наблюдая все это, можно спросить: а почему одна сила не может окончательно победить другую?—Потому что это не предусмотрено той третьей силой, которая допускает "диалектическое" взаимодействие двух своих производных сил.

Я глубоко убежден, что неведение о сути происходящего в мире является главным источником всех бедствий. Говорит же Рудольф Штайнер, что Ариман не выносит, когда люди начинают видеть его присутствие, распознавать его. В России мировые процессы совершаются более открыто,чем на Западе, здесь проще распознать их природу. [*Примеч. автора: И достойно сожаления, что, когда в Дорнахе я захотел рассказать о симптоматологических основах перестройки, нашлось лишь 10—12 человек, пожелавших меня слушать. А когда я посетил Бернский институт Востока, то там после нескольких фраз меня сочли за правого националиста, и вести разговор потеряло всякий смысл.]

В настоящее время пришедшие к власти силы ведут сознательное разрушение всех сфер жизни. Это можно доказать, анализируя указы, постановления, поправки к законам, издаваемые правительством в последние 3—4 года. Дан беспредельный простор всем старым коррумпированным элементам. С невероятной быстротой растет узкий клан финансовой элиты. Она скупает валюту, поступающую в страну в виде займов и кладет ее на личные счета в западных банках (до миллиарда и более долларов уходит из страны ежемесячно). На стране остается лишь долг, с которым Россия уже никогда не сможет рассчитаться. Одна газета сообщила, что началось абсолютное сокращение численности населения страны. Только за первые три месяца 1992 г. покончили или пытались покончить с собой сотни тысяч людей. Такие потери не часто случались даже во время мировой войны. Кончает с собой не партноменклатура —эти успешно устраиваются в бизнесе, — а простые люди, прежний убогий уровень жизни которых снижен теперь еще в 3—4 раза.

Не менее разрушительная работа ведется в сфере духовной жизни. Создаются центры некоего рода аккумуляции разного рода духовных интересов, чтобы затем их профанировать. Например, зная склонность русских к мистицизму, к апокалиптике, кем-то создается газета "Голос Вселенной". В ней начинают публиковать потрясающие предсказания будущего, рассказывают о якобы достоверно засвидетельствованных явлениях сверхъестественного, в том числе ведут критику тайных оккультно-политических сил вмире. Газета получает колоссальную популярность и постепенно доводит свои сообщения до дикого абсурда, так что теперь всерьез только шизофреник может принимать ее сообщения. И при этом дело ведется газетой так, что используется не одна только "черная магия" журнализма, а прямая магия темных оккультных манипуляций.

Из другого угла ширится проповедь духовной свободы, прав человека. Измученные правовым и духовным гнетом люди устремляются туда. Но им вскоре заявляют: если вы любите свободу, то любите ее во всех обличьях, вместе со свободой сексуальной распущенности и "правом" на преступление. В "свободной" прессе появляются объявления типа: "Требуется мальчик, желтенький или беленький — все равно, лишь бы был похож на веселый одуванчик". И это не дурная шутка. Безнаказанно действует мафия, поставляющая детей богатым сексуальным маньякам. По телевидению было рассказано об одной попытке (а сколько их, оставшихся не раскрытыми?) импорта детей заграницу в качестве "сырья" для трансплантации органов. Кто протестует против диких преступлений, объявляется врагом демократии, "правым".

С третьей стороны верующим подсовывается идея якобы традиционного единства православия и армии. Я уже не говорю о разгуле практического оккультизма, об образовании бесчисленных групп, нередко международных, куда навербовываются люди, духовно пробужденные, и с ними там работают маги самого темного толка. Выйти потом из таких групп невозможно, поскольку магия в них сплетена с бандитизмом.

Еще никогда и ни в одной стране мира средства массовой информации не работали с такой интенсивностью на деструкцию, на разрушение всех общественных структур и отношений. Люди кидаются из стороны в сторону и повсюду натыкаются на пакость, отовсюду высовываются инфернальные рожи и кривляются, изгиляются, скалят зубы и высовывают языки. Нечто подобное было в России перед революцией, но там дело ограничивалось главным образом политической сферой. Теперь же создается впечатление, что старая техника "двух кинжалов" удесятерилась, настало время плюрализма ошельмований. Однако во всем хаосе видна система, по-прежнему чувствуются лишь "две руки". Мировая "диалектика" не отменяется, а только перестраивается. В последнее время общее настроение склоняется к тому, что люди добровольно начинают желать возврата того, что они так долго и заслуженно ненавидели!*

[*Примеч. автора: В годы борьбы диссидентов с режимом в Советском Союзе было широко известно имя священника Дудко, смело выступавшего за права верующих, отказавшегося идти на какие-либо компромиссы с атеистической властью. Много претерпел свободолюбивый священник от тайной полиции, вынес изощренные пытки, но не сломился. Теперь же (в 1994 г.) он пишет: "Думаю, что судьба коммунистов и христиан где-то одна и та же. ...Они стоят в основном за народ, пекутся о его благе... по геройству напоминают христианских мучеников. ...Истинно волки и овцы пасутся вместе. Чекисты... просят прощения. Хотя бы у меня. ...Я закрываю глаза на все мои обиды и говорю чекистам: простите и вы меня,что я вас некогда доводил до ожесточения, вольно или невольно". "Советская власть единственная, потому что она, видимо, от Бога. Такая власть нам нужна была..."

Выходит так: все — от Бога; большевики, палачи чекисты тоже от Бога. И бес от Бога, а если его посылает Сам Бог, то примем его с миром и поклонимся ему!

Поистине, если Бог желает покарать человека, он лишает его разума.

Если бы вся трагедия России сводилась к обидам отца Дудко, то, несомненно, нужно было бы простить. Но что сказали бы десятки миллионов замученных, растерзанных, что сказали бы жертвы ГУЛАГа, прочти они то, что пишет теперь Дудко? А он бы, вероятно, и им посоветовал попросить прощения у своих палачей за то, что причинили им массу хлопот, "невольно" вынудили допрашивать, пытать, рыть ямы для трупов своих товарищей, да еще и закапывать их.

В пору своего диссиденства Дудко порывался вступить в дискуссию с антропософами. Только требовал,чтобы мы собрали ему молодежную аудиторию, перед которой он в два счета доказал бы, что Антропософия — сплошная ересь. Можно не сомневаться, в этом заблуждении он не раскаивается по сию пору. Более того, попади теперь власть в его руки — дискуссией от него уже не отделаешься: освятит и тюрьму, и костер.

Так эффективно работает тактика "двух кинжалов".]

Основополагающим для понимания смысла всего происходящего ныне в мире является знание о том, что мы живем в эпоху двух пришествий: великого Пришествия Христа в мире эфирных сил и близящегося пришествия Аримана в физическом теле. Первое Пришествие совершается в полной свободе для свободно исповедующих его людей; второе действует с помощью обмана и насилия. Мир и души людей спутываются служителями Аримана сложной паутиной идеологий, соблазнов, игры на инстинктах и проч. Не разорвав ее, нечего и думать об осознании Пришествия Христа.

В малом Апокалипсисе о нашем времени сказано: "...а кто на кровле, тот не сходи в дом" (Мк.13, 15). Это означает, что лишь на высоте души сознательной, где преодолевается узкий эгоизм, в том числе и мнений, можно в наше время обрести понимание мировых событий и не утонуть в потоке лжи, создающем единственно приемлемую для Аримана "экологию".

Рудольф Штайнер говорит: "Теперь уже наступило время, когда в подобные вещи необходимо всмотреться", ибо существуют многочисленные средства оторвать человека от правильного развития. О них не просто говорить, даже о "близлежащих" из них, "...поскольку, касаясь этого близлежащего, совершенно не подозревают о том, что человек (при этом) соприкасается с действием оккультных импульсов огромной силы, которые (тогда) распространяются в душе" (174; 22.1).

Порой эти импульсы чувствуют (особенно антропософы) и в страхе бегут от них, бегут от социального понимания. Но Рудольф Штайнер говорит и другое: "Большую боль пережил я в последние годы, когда столкнулся с тем, что в местах, где должны бы были понимать эти вещи, их не понимали". А ведь если о них знают, "...если их принимают в сознание, то в них тогда можно внести поправки; тогда им можно дать другое направление" (186; 1.ХП).

Таким образом, дело все вновь и вновь сводится к одному и тому же: к верности смыслу, содержанию и предназначению Антропософии. В современном мире просто так, исходя из наивности и одних только добрых пожеланий, уже никто не способен отстаивать доброе, поскольку искажены все отношения, все факторы жизни. Отстоять его можно лишь с помощью сильных средств. И такие средства предоставляет Антропософия. Правда, пытаются исказить и их или, по крайней мере, парализовать. Существенной помехой в деле стало то обстоятельство, что антропософы старших поколений многое упустили сделать, и в том числе — развить понимание происходящего в то время, когда разъяснения давал сам Рудольф Штайнер. Начинать делать это в конце века — колоссально трудно, но не безнадежно, поскольку мы все еще живем внутри той мировой борьбы, которая стала интенсивно нарастать в конце XIX века.

Лишь с еще большей откровенностью действует старая тактика "двух кинжалов", хотя и кое-что новое добавилось к ней. Произошла полная смена содержания понятий "правые" и "левые". Силы, еще в недавнем прошлом дравшие горло за социализм, сделались ярыми апологетами реставрации капитализма и подают это под знаком "левого" либерализма. "Правые" собирают под свои знамена оставшихся социалистов, марксистов, необольшевиков и просто большевиков, а также монархистов, националистов и образуют "правый" блок, ратуют за реставрацию бывшего социализма, но "с человеческим лицом".

Поляризация обоих лагерей принимает все более острый характер. Левый лагерь демократии, капитализма и, конечно, панамериканизма перешел в наступление по всем фронтам, резко нарушил негласную конвенцию динамического равновесного противостояния в мире. В России возник некоего рода реванш НЭПа, сравнимый по масштабу с реваншем сталинизма в конце 20-х годов. "Правые", видя такое положение дел, прибегают к нетрадиционным формам борьбы. Например, говоря образно, бросают карты на стол и предлагают играть в открытую. Выражается это в том, что разоблачаются тайны кулис. В открытой печати появляется информация, перед которой бледнеет все то, о чем в прошлом можно было только догадываться. Но роковую ошибку совершит всякий, кто примет ее за чистую монету; при известной же подготовке, владея методом исторической симптоматологии, можно многое почерпнуть из нее для выявления оккультно-политической картины мира. Только не следует шокироваться тем обстоятельством, что источники информации приходится брать главным образом справа. Речь ведь не идет об их безоговорочном принятии. В то же время, влево ныне перекочевало большинство приемов прежней большевистской пропаганды.

Главные силы правой (духовной, как они себя называют) оппозиции в последние два года сконцентрировались вокруг еженедельной газеты "День"; ею также издается несколько нерегулярных журналов. Все, публикуемое здесь, носит острый публицистический характер и вызывает шок в стане левых. Там до сих пор не нашлись, как на все это реагировать. Попытались высмеивать — смех получился нервный, опровергать? — значит идти еще дальше в разоблачении тайн кулис.

Идеология правой оппозиции тесно смыкается с "новыми правыми" на Западе. Выстраивается некоего рода новый единый фронт мирового противостояния. Понять что-либо здесь можно только сейчас, поскольку скоро со всех сторон концы будут упрятаны в воду. В России эта оппозиция объявляет, что берет на себя право и смелость открыто и "спокойно" обсуждать темы, на которые до сих пор было "наложено строжайшее табу" или они являлись объектом "остервенелой критики".

Темы эти следующие: связь "тайных обществ" с политическими режимами, влияние различных сект и неоспиритуалистических течений на политику и экономику,"теологическая" подоплека международных и геополитических "трансформаций","контакты иудейских мистико-политичееких организаций с масонскими ложами",мистические формы расизма и антирасизма.

Если кто-то спросит: а не делается ли из всего этого "универсальный оператор"? — то ответ будет утвердительным. Более того, теперь в мире большой политики открыто обсуждается немало такого, что, на первый взгляд, созвучно со многим из того, о чем мы узнаем из сообщений Рудольфа Штайнера. Если этого не замечать, то, хотим мы того или нет, нас втянут в политику и поделят на лагеря и партии. Только активная познавательная позиция позволит нам сохранить духовный суверенитет. Внешнее совпадение в отборе, акцентировании фактов истории, социологии, политики еще ни о чем не говорит, тем более, что политики-оккультисты разных цветов и оттенков теперь основательно почитывают духовнонаучную литературу. Главное заключается в интерпретации фактов, в которой для нас, и (как выходит) только для нас не должно быть искажений. Здесь уже много говорилось о колоссальной серьезности этой задачи, решение которой составляет почти что религиозное служение миру. Я не теряю надежды, что здравомыслящие антропософы дочитают эту книгу до конца и, поняв ее целиком, поймут мою тревогу за судьбу Антропософии.

Тот "буйно помешанный", о котором говорит Рудольф Штайнер, имея в виду современную цивилизацию, переходит к самым решительным акциям. Его "помешательство" особого рода — это логика ариманического рассудка, совершенно неуместно перенесенная в социальную жизнь людей. Нужно понять эту логику, тогда откроется смысл происходящего. Строится она на некой "антидиалектике", на прямом противостоянии люциферических и ариманических сил, которое разрешается в том "синтезе", о котором хочется только сказать: Боже, упаси нас от него! Ибо "синтезом" здесь является выступление существ азурического рода. Лишь поняв это, можно понять великое значение иного синтеза — в Христе. Эзотерическая, прафеноменальная картина современного мира принимает следующий вид:




Лишь полное силы духовнонаучное понимание, включающее в себя самопознание, сознательную работу над собой, позволяет соединиться с силой Христа, которая удерживает в равновесии противостояние люциферических и ариманических сил, приводит их к взаимопогашению (все это выражено в скульптурной группе "Представителя Человечества", созданной Рудольфом Штайнером). Все остальное увлекается к инфернальному "синтезу" в сфере азуров, к радикальному космическому противостоянию Христу. В таком напряжении сил произойдет инкарнация Аримана. Ее задачей будет радикально подтолкнуть человечество к сползанию вниз, создать непреодолимую тенденцию отпадения от нормальной эволюции. Лишь силой второго Пришествия Христа человечество спасется от той страшной судьбы.


* * *

Именно в свете того принципа, который я попробовал пояснить с помощью рисунка, следует понимать современное противостояние "правых" и "левах" в России, а потом и во всем мире. И те и другие ослабляют человека тем, что лишают его целостного понимания, заменяя его односторонним. При определенной степени ослепления односторонность производит впечатление цельности. Идеология "левых" примитивна, поверхностна, но она предлагает освобождение от ГУЛАГа, и в том ее сила.

Там понимают, что люди готовы принести большие жертвы, лишь бы не повторилось старое, и их вынуждают жертвы приносить, но жертвам нет конца. К материальным добавляются нравственные жертвы, и так дело будет вестись до принятия "свободы" из рук Аримана.

Левая пропаганда пытается убедить нас в том, что достаточно было воли одного крупного партаппаратчика — Горбачева, — чтобы система рухнула. А что касается американских и иных банкиров, промышленников, то люди они "кристально чистые" — якобы спят и во сне видят процветающую Россию, суверенную, свободную, идущую "в одной шеренге" с прогрессивными демократическими капиталистическими странами мира. Подобная "концепция" кажется вполне правдоподобной также и многим антропософам на Западе.

Правые дают иную картину происходящего, такую, которая в своей фактической части на 3/4 является правдоподобной. (Почему это так, я уже говорил.) Они, например, исходят из того, что хорошо разглядел еще Достоевский, сказавший: "Интернационал распорядился, чтобы в России началась революция. И начнется...". Несостоятельность провозглашенного Америкой "нового мирового порядка", "правые" объясняют тем, что "США — это химерическая, антиорганичная, трансплантированная цивилизация, не имеющая сакральных государственных традиций". (*41) И что же, — разве это не так? В противоположность им, "...таинственная сущность каждого (другого) народа в глубине своей... совпадает с некой надчеловеческой архангелической фигурой, отождествляется, сливается с ней". (*42) Иными словами, в обиход политической борьбы вводится понятие Духа народа, как существа из Иерархии Архангелов! [*Примеч. автора: Чем не повод для г-на Линденберга начать борьбу также и с учением Рудольфа Штайнера о Духах народов, дабы кто не подумал чего плохого о нас.]

Правая оппозиция дает во многом верное описание первичного феномена "социалистического эксперимента". Там пишут, что с первого дня своего господства большевики даже не думали о выполнении своих лозунгов. Главным был принцип: "...у власти должен оставаться орден, и он выдвигает одних, разоблачает других", а сам всегда "остается в героях". Структура этой власти, созданная в 1917 г., напоминает "орден иезуитов и масонов"! Она изначально включена в "...систему международного ордена "социал-демократии". "В идеологии ордена марксизм есть лишь переходный момент, момент эпохи, частный случай социал-демократической религии. Ее ключевое содержание — в оккультно-каббалистической доктрине преобразования мира и "ускорения всеобщей эволюции". Вся лексика, символика большевизма носит масонский характер. А сегодня "драгоценные клейноды красного масонства" — красные знамена, серпы и молоты, пионерские барабаны, отрезанные головы (бюсты вождя в виде одной головы) "...упрятываются во мрак мрачных подземных мистерий". Их место занимают новые. Но мы забыли, что и большевики кричали: "Даешь демократическую республику!" и т.д. (*43)

Вот такая, поистине уничтожающая критика большевизма дается "правыми" в том их составе, который я приводил выше. Она достаточно интересна, основывается на подлинных фактах. Единственный ее изъян, который все ее значение сводит к нулю и даже делает минусовым, заключается в том, что она ведется с позиций чисто люциферических, описывает азурический феномен, который синтезирует в себе и саму эту критику, что я попытаюсь показать ниже.

Но пока последуем дальше за "правой духовной оппозицией". "Буквально все органы пропаганды, — пишут там, — блокированы орденскими сытыми мальчиками и девочками", и невольно встает вопрос: "Почему же нельзя прославлять Геббельса и Гитлера, если можно прославлять их более великих учителей — Ленина, Бронштейна, Апфельбаума и Розенфельда? Почему там фашизм, а здесь заря Октября?" (*44) В самом деле, почему? Вопрос кажется резонным. Но так только кажется, хотя разглядеть это не совсем просто. Советская идея, продолжают "правые", была пущена в 1917 г. "погулять в истории" с целью "вспахать почву", "атомизировать этносы" для грядущих усилий "возвести мировой "Храм". (*45 )

Один из идеологов "правых" дает весьма простое и, опять-таки, не лишенное изрядной доли истины объяснение тотальной нищеты и голода, в которые ввергается теперь вся наша страна. Он пишет, что существует (по аналогии с советским) "мировой Госплан", который прежде делил все мировое сырье на три неравные части: большая предназначалась "золотому миллиарду" (это страны Европы, США, Канада), вторая — странам "соцлагеря", третья — третьему миру. Теперь, ввиду истощения мировых ресурсов, вторая категория "пайков" упраздняется и весь соцлагерь переводится в третью. (*46)

Ничего не скажешь — звучит просто и очень похоже на правду; а если доказывать это с фактами в руках, то их — необозримое множество.

Вправо склоняется позиция православной церкви. Основания у нее — социально-экономические и метафизические. Что гибнет страна, народ, что правительство ведет себя как оккупационное — со всем этим бессмысленно спорить. Но церковь видит еще другое. Представители духовенства и монашества Троице-Сергиевой Лавры сделали 22 июня 1992 г. заявление, в котором говорится: "Высший Планетарный Капитал .. глобальные масоно-демократические структуры — мировое воинствующее антихристианство — делают все возможное, чтобы в ближайшем будущем подготовить приход, торжественно встретить и привести к власти лжемессию — Антихриста, который возглавит мировое правительство в течение последних трех с половиной лет всемирной истории перед Вторым и Славным Пришествием Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа". (*47)

В основе такого заявления, не исключено, лежит сверхчувственный опыт каких-нибудь монахов. Он атавистической природы, т.е. люциферизированный, поэтому они не видят, что Христос во Втором Пришествии уже здесь. Но они вполне могут уже различать Аримана — антипода Люцифера, — что он приближается к воплощению. Выход из создавшегося положения авторы заявления видят в союзе церкви с армией. Не трудно, казалось бы, понять ошибочность такой установки, но легко понять и другое, — что происходящее сейчас действительно угрожает самому существованию народов России, существованию русских как нации.

Более всего современное положение в России напоминает времена Парижской мирной конференции 1919—1920 гг. Нас неудержимо подводят к некоего рода "версальским соглашениям", которые сделают наше положение совсем безвыходным. Мы, как-будто бы, действительно проиграли третью мировую войну, подписали безоговорочную капитуляцию, и теперь на нас накладывают контрибуцию, определяют размеры репараций, выплата которых повлечет за собой беспросветную, даже по сравнению с советской, кабалу. Действием "пунктов" Вильсона, ни в коей мере не в переносном, а в прямом смысле, вся страна разрывается на национальные клочья,которые самоизолируются, замыкаются в национальном эгоизме. (Упреки же в национализме и шовинизме получают только русские.) Около 30 млн. русских оказываются "иностранцами" (чем-то вроде палестинских беженцев) в собственной стране. Абстрактно нарезанные Лениным национальные границы внутри России превращаются в якобы исторические. В одних республиках (прибалтийских) царит правовой произвол, в других (южных) — к нему добавляется реальная физическая опасность. История немецких Судет и Восточной Пруссии повторяется в масштабах 1/6 земной суши с населением почти в 400 млн. человек.

Грубо говоря, если бы эти, ставшие "лишними" 30 млн. русских в один день покончили с собой, то, как кажется, все новые правители лишь вздохнули бы с облегчением. Таков победный результат эпохи гуманизма и демократии. И не сам ли результат этот является страшным обвинительным актом всему тому, что овладевает миром под маской гуманизма?

Наивно надеяться, что в доведенной до такого отчаянного положения стране все кончится добром. В России зреет взрыв сопротивления, который, повторяю, можно уподобить действию защитных реакций живого организма, когда ему угрожает смерть. Миллионы простых людей неспособны понимать мировую политику, но они видят нарастающий хаос, голод, полную моральную деградацию, а власти предержащие лишь способствуют всему этому и думают только о личной наживе. При таких условиях в России в любой день может возникнуть фантастическая диктатура. Потом историки будут искать ее корни в "генетической испорченности" русских, и никто не вспомнит, что прежде они были доведены до полной безысходности.

Все более крепнет впечатление, что "безысходность" эта специально для того исоздается, чтобы тем легче было снова загнать все народы бывшего СССР под ярмо какой-нибудь новой диктатуры типа "национал-большевизма", "православного национализма", "сакрально-православного социализма" и т. п. Среди многого прочего, говорящего в пользу такого предположения, следует обратить внимание хотя бы на тот факт, что все мы продолжаем жить с советскими паспортами. Несколько раз обменивали заграничный паспорт, но он оставался все прежним — красного цвета, со старой советской символикой. В нэзалэжной, суверенной Украине граждане продолжают жить с советскими паспортами! Ну разве это не симптомы?

Начало пропаганде новой идеологии "правых" в России было положено опубликованием во 2-м номере газеты "День" за 1992 г. материалов "круглого стола", проведенного в редакции. В заседании приняли участие представители "новых правых" из Западной Европы — Ален де Бенуа, французский социолог, главный редактор ряда журналов: "Элементы" и др.; бельгиец Робер Стойкерс — геополитик, главный редактор журнала "Вулуар". С российской стороны в беседе участвовали: Александр Дугин, отрекомендованный как "геополитик" и "метафизик", Сергей Бабурин — влиятельный депутат Верховного Совета, и др. В ходе беседы было подытожено, что раннеперестроечный период 1986—1989 гг. обозначил нарастание геополитического кризиса; 1991-й год стал годом геополитического коллапса. "Распалось уникальное исламо-христианское евразийское сообщество", расторгнуты "узы восточнославянского единства". Главная геополитическая задача Америки, "Рах americana", — не допустить доминирования в Евразии какой бы то ни было отдельной страны.

Как и во всем остальном, у правых здесь смелое определение подлинного положения вещей "пересыпано" подтасовками и подменами. Например, о каком исламо-христианском единстве можно было говорить в государстве тотального атеизма? Следовало бы уточнить и то, какими способами затягивались "узы восточнославянского единства". Но, повторяю, в условиях отчаянного кризиса мало кто способен вдаваться в такие "тонкости". Концепцию либо "проглатывают", "не жуя", либо "выплевывают" всю целиком, вместе с богатой фактологией. И то и другое вредно.

От констатации сложившегося положения "евразийцы" — так называют себя "правые" этого типа — переходят к планам на будущее. Участники упомянутого "круглого стола" определили, что главный и общий враг народов — "...это проект политической и социальной унификации человечества (а такой проект на самом деле существует. — Авт.) вокруг абсолютного примата технологического и экономического потребления над всеми остальными аспектами жизни" (Бенуа). В то же время, в течение последних двух веков сложилась фундаментальная оппозиция двух континентов: Америки и Евразии — двух противоположных геополитических и геокультурных полюсов. Принцип их противостояния звучит так: "Европа вместе с Россией против Америки". "Европа, как континентальная сила, как традиционный конгломерат этносов, противостоит Америке, как могущественнейшей ипостаси космополитической, вненациональной цивилизации". Чтобы ослабить евразийское единство, Америка разжигает внутри него войны: на Ближнем Востоке, внутри бывшего СССР и т.д. Все они грозят слиться в тотальную катастрофу. (И, скорее всего, сольются). Противопоставить ей как силу можно лишь исламо-христианский альянс. Концепция евразийского мира предполагает создание геополитической оси "Россия—Германия—Китай". Не одно, замечу, "патриотическое" сердце откликнется на такой призыв, и ни одно не поймет, что в данном контексте такой призыв есть не что иное, как один из двух хорошо знакомых "кинжалов".

Идеологами нового "учения" континентальное противостояние Америки и Евро-Азии абсолютизируется беспредельно, так что возникает мысль, а не должно ли оно стать заменой того старого противостояния британо-американской коммерции и навязанной русским марксистской политэкономии, о котором говорил РудольфШтайнер (174; 15.1)? Александр Дугин — ставший теперь крупнейшим идеологом евразийства — пишет: "Атлантизму, воплощающему в себе примат индивидуализма, "экономического либерализма" и "демократии протестантского типа", противостоит "евразийство", с необходимостью предлагающее авторитаризм, иерархичность и постановку "общих", национально-государственных принципов над чисто человеческими, индивидуалистическими и экономическими интересами". (*48)

Таким образом, предлагается сделать "свободный" выбор одной из двух совершенно неприемлемых альтернатив. При этом, с одной стороны, давят голодом и деструкцией всех родов, а с другой — задушевно ведя разговор о национальных интересах, культурных традициях, зазывают, по сути, во все то же марксистское "царство свободы", которая есть "осознанная необходимость". А в ближайшей перспективе там маячит орвелловское: "свобода — это рабство".

Но посмотрим далее, из чего склеивают свою идеологию "сирены" евразийства. Основоположником идеологии своего оппонента, "атлантизма", они считают Макиндера. Он разработал стратегию "нового Карфагена" (т.е. США), которая является "...общей для всех "агентов влияния", для всех тайных и оккультных организаций, для всех лож и полузакрытых клубов, которые служили и служат англосаксонской идее в XX веке, пронизывая своей сетью все континентальные "евразийские державы". Всех их можно назвать участниками "атлантического заговора", служащими не только отдельно взятой стране, но и "метафизической доктрине".(*49)

Что такая "доктрина" существует — в этом можно не сомневаться. Создал ли ее один Макиндер? — скорее всего нет. Она не родилась в какое-то отдельное десятилетие, а ее "метафизический" характер определяется тем кругом церемониальной магии, о котором у нас шла речь. Впрочем, Дугин также ищет ее корни в истории западных лож. Он пишет, что "тайный орден" Атлантики восходит к древнеегипетским обществам посвященных, почитавших бога Сета, "...символами которого были крокодил и бегемот (водные — в алхимическом смысле — животные), а также красный осел". Позже в Европе (здесь Дугин ссылается на Клода Грассе д'Орсе) продолжателями секты Сета явились так называемые "Менестрели Морвана", чьей эмблемой была Танцующая Смерть (Dance Mocabre). Далее идут: Бальзамо, Мемфис-Мизраим и т.д.(*50)

Русские и немецкие евразийцы (я только пересказываю) еще в 20-е годы "...открыли логику альтернативной континентальной стратегии, тайну сухопутной "имперской идеи", эстафету Рима... Орден Евразии против Ордена Атлантики (Атлантиды), Вечный Рим против вечного Карфагена. Оккультная пуническая война, невидимо продолжающаяся в течение тысячелетий. Планетарный заговор суши против моря, земли против воды, авторитарности и идеи против демократии и материи". ( *51 )

В этом месте в качестве комментария я хотел бы напомнить о том сообщении Рудольфа Штайнера, где он говорит о намерении реставрировать Священную Римскую Империю Немецкой Нации. Тогда можно почувствовать колебание кулис, из-за которых начинают просовываться некие руки и кидать карты на стол. Одновременно стоит оценить масштабы, которые в конце столетия принимают старые оккультно-политические фантазии.

Ошибкой панславизма, развивает Дугин далее свою мысль, которая находится в тесной связи с идеологией "новых правых", был тезис: "Кровь выше почвы". Еще Константин Леонтьев — крупнейший панславист, говорил, что если акцентировать "почву", то неизбежен русско-австрийский союз и мир с Турцией и Японией. Не сделав этого, панслависты невольно начали работать на "атлантистов"; более того, они спровоцировали выступление гитлеровского "антиславянского экспансионизма", которого не было у Хаусхофера.

В конце концов, и в руководстве "3-го Рейха" победу одержало "атлантическое лобби". "Оно эксплуатировало расистские тезисы и под предлогом того, что "англичане — арийцы и родственный немцам этнос", стремились ориентировать внимание Гитлера на Восток". (*52) Пангерманизм, как и панславизм, работал на руку "атлантистам". Конфликту с Россией много способствовал адмирал Канарис. Борман же был "евразийцем". Имелись "евразийцы" и среди национал-большевиков: Эрнст Никиш, Эрнст Юнгер, Луфенберг, Петель, и др.

Что касается России, то якобы "...сам Ленин в эмиграции стремился сблизиться именно с немецкими политиками и экономистами". Его интернационализм имел "евразийское измерение". Троцкий же, напротив, был "атлантистом".(*53)

Между дореволюционными и послереволюционными русскими евразийцами имелась непрерывная связь. "Само создание Красной Армии было делом рук агентов Евразии", а их триумфом — создание ГРУ под руководством бывшего царского офицера. Французский "писатель и метафизик" Жан Парвулеску дал анализ связи ГРУ с "тайным орденом Евразии".

Во время войны агенты ГРУ вошли в контакт с шефом "Бюро по еврейским вопросам" Вальтером Николаи, получив, благодаря ему, доступ к высшему руководству абвера, СС и СД. "Центральной фигурой этой сети был сам Мартин Борман". Этот факт, утверждает Дугин, был хорошо известен союзникам при расследовании, проведенном в ходе Нюрнбергского процесса; многие из них были уверены, что Борман скрылся в СССР, и "доподлинно известно", что к русским в мае 1945 г. перешел Николаи. (*54) С советской стороны "евразийцами" были генералы (потом маршалы) Ворошилов, Тимошенко, Жуков. Они, подобно Борману, якобы сказавшему в день начала войны: "Небытие в этот июньский день одержало победу над бытием. Все кончено... Все потеряно", — до последнего момента отказывались верить в возможность войны, поскольку знали о существовании "евразийского лобби" в 3-м Рейхе. (*55)

Что тут правда, а что вымысел — попытка вогнать прошлое в новую идеологическую доктрину? Некоторое суждение об этом составить можно. Я уже говорил, что людьми, более пристально изучавшими ход второй мировой войны, было замечено, что такие фигуры, как Сталин, Ворошилов, Молотов вели себя так, как 6yдтo бы были заинтересованы в поражении Советского Союза и война была выиграна вопреки их воле. Но здесь необходимо учесть то, что в понимание войны привнес Виктор Суворов, а также то, чего он не увидел, — что обе стороны работали на истребление народов, а результат войны был предрешен до ее начала. Несомненно, и в Берлине, и в Москве были разного рода "лобби", но в конечном счете не они определяют главное: взаимное сокрушение Центральной и Восточной Европы.

В свое время в мои руки попала книга из серии "Жизнь замечательных людей", посвященная Ворошилову. (В И.Кордашев. Ворошилов. Москва, изд-во "Молодая гвардия", 1976) В ней была опубликована фотография, на которой запечатлен момент встречи Ворошилова с Кекконеном и Паасикиви. Все трое сидят за обеденным столом. Паасикиви кушает супчик из серебряной мисочки, Кекконен через переводчика беседует с Ворошиловым. Все финны в черных фраках, на Ворошилове черный костюм. Но главное: на груди у участников встречи красуются массивные золотые цепи с множеством значков свастики. Местами свастики заретушированы, но так, что ретушь хорошо видна. Кроме свастик, цепи состоят еще из каких-то знаков, видимо, обозначающих оккультный ранг носителя цепи. На цепях висят большие мальтийские кресты. У Ворошилова крест засунут за борт пиджака и виден только верхний его край. В свое время, когда Кекконен был награжден международной ленинской премией, в газетах (возможно, и в западных) была опубликована его фотография, на которой он опять снят в черном смокинге и с той же цепью, только свастики на ней совершенно заретушированы; так был дан лишь намек для знающих, кто на самом деле был этот человек.


[*Примеч. автора: Было бы также небезынтересно детально изучить обстоятельства ухода Кекконена от власти, природу советско-финской войны 1939 г , а также тообстоятельство, что Андропов поднялся из партийной элиты Карельской автономной области. ] Вероятно, это и были члены того ордена "полярных", о котором теперь открыто пишет правая духовная оппозиция. Если судить по символике, то орден представляет собой одну из разновидностей лож, что в начале века возникали на Британских островах ("Туле" и т.п.), но современные "евразийцы" демонстрируют радикальное противостояние Западу.

Что диссидентами было замечено как периодическая смена НЭПа и военного коммунизма в советской истории, Дугин объясняет сменой власти "евразийцев" и "атлантистов". К последним принадлежали Хрущев, Андропов; в настоящее время —это Горбачев и Ельцин. Евразийцами были Брежнев, Черненко. "Атлантист" Александр Яковлев, бывший член Политбюро, еще в то время, когда он занимал пост посла в Оттаве, разработал с Давидом Гольдштюкером "атлантическую стратегию перестройки". Таким образом, он "...уже с начала 70-х годов был одним из главных идеологов "атлантизма" в СССР". С другой стороны, как об этом пишет А. Проханов, о котором в газете "День" открыто сказано, что он принадлежит к ордену "полярных", "...советско-евразийские стратегии конца 70-х —первой половины 80-х всерьез разрабатывали проект новой континентально-космической цивилизации, основанной на сочетании духовных, почвенных и метафизических традиций Евразии с ультрасовременной технической, космической стилистикой и с глобальной системой "новых коммуникаций", как ответ на американские "звездные войны". (*56)

Наконец, к зиме 1991/92 гг. "...евразийцы готовили военный переворот, и августовский путч явился превентивной мерой "атлантистов", спровоцировавших преждевременное выступление заговорщиков". Главную ошибку, якобы, допустил министр обороны Язов, поддавшийся на уговоры главы КГБ (которого, тем не менее, правые сейчас провозглашают героем и мучеником). Допускается даже мысль, что на Язова было оказано "оккультно-идеологическое" и "парапсихологическое" воздействие. (*57)

По мнению "евразийцев", последняя битва должна разыграться вот-вот. В ней "служители океана" будут сброшены в океан. Однако и они имеют "свою правду", следует уважать их "глубокий метафизический выбор", только при этом не должна страдать решительность "евразийцев", их "ярость... холодная и страстная жестокость". (*58)

Такой вот, можно сказать, неслыханный пируэт сделала советская идеология, семьдесят с лишним лет опиравшаяся на "единственно верное учение" Маркса-Ленина, на "диалектический материализм". Удивляться этому не следует, зная, что оккультные тайные общества стоят за "социалистическим экспериментом". Удивляет другое. Трижды зреет, наливается колоссальной силой намерение советской стороны радикально переделать мир и трижды рассыпается в прах прежде, чем успевает сделать хоть шаг к своей цели. Перманентная революция Троцкого, охватив 1/6 суши, страстно ожидаемая в Германии, во Франции, кончает свои дни в сталинских застенках. Сталинская армада, готовая пожрать Европу в беспримерном блицкриге, "опаздывает" сделать это всего на 1—2 недели. Зреет замысел "новой континентально-космической цивилизации", обрастает невиданной военной мощью, получает поддержку "всего прогрессивного человечества", но почему-то оказывается колоссом на глиняных ногах. Является "обыкновенный мальчик" Миша Горбачев, бьет по глине, и все рушится.

События мирового масштаба напоминают игру в мыльные пузыри. Иной пузырь выдувают огромного размера, но именно потому он и лопается. Все эти разрастания советской мощи и их периодическое сокрушение являются красноречивым выражением той мировой политики, в центре которой стоит единая сила, а на нижних уровнях она двоится, троится и части ведут между собой сокрушительную борьбу. Метафизическую основу такой политики составляет та расстановка сил, которую я показал выше на рисунке. Согласно ему, идеологию советского "евразийства" в ее современном выражении следует квалифицировать как проиезуитскую. Поэтому в ней так полно отражается вековое противостояние романского мира (суши, Рима) англосаксонскому (морю, Карфагену). Но в советизме таится еще и собственная, азурическая сила. Она еще покажет себя. Для нее "евразийство" правой духовной оппозиции столь же неприемлемо, как и "атлантизм" Горбачева, Яковлева и Ельцина.

 
18. Россия в противостоянии "евразийцев" и "атлантистов".

С тем, что "перестройка", как и "революция" 1917 г., задумана в оккультных братствах Запада, а потом "импортирована" в Россию, — спорить станет лишь наивный человек или тайный сторонник этой акции. Я уже подчеркивал, что правая оппозиция публикует много правдивой информации; нужно только уметь отделять ее от "плевел". В правой печати можно часто прочесть высказывания старых вождей политического масонства, которые бросают свет на предысторию ныне происходящего.

Альберт Пайк, вероятно входивший в круг оккультной аристократии высших градусов, в 1871 г. говорил: "Для полного торжества масонства понадобится три мировые войны; в третьей из них будет уничтожен мусульманский мир, после чего мы спровоцируем гигантские социальные потрясения, которые покажут гибельность безверия. ...мы уничтожим одновременно и христианство, и атеизм". В 1923 г. на общем собрании Великого Востока Франции был провозглашен тост: "За будущую Всемирную Республику — дочь всемирного масонства!" Известно высказывание Папюса: "...революции — это применение конституций лож к обществу".

Подобных свидетельств можно собрать не десятки, а сотни. Я заранее согласен,что многие из них появляются из иезуитских источников, но нельзя забывать и другое, что "...как правило, когда англо-американские посвященные говорят о Риме...ругают его, то говорят правду. ...И, опять-таки, Рим, говоря об оккультном масонстве, об орденах, говорит правду" (184; 22.IX).

Любые оккультно-политические силы, сделавшие себя инструментом в руках ариманических, люциферических духов или их новой разновидности — азуров, для достижения своих целей готовы прибегнуть к любым средствам. В одной из лекций Рудольф Штайнер говорит об оккультных подосновах терроризма, о том, как с помощью душ, насильственно исторгнутых из тел, через специально подготовленных медиумов узнают тайны из духовного мира, узнают о том, что хочет осуществиться на Земле правомерно, и потом со знанием дела искажают здоровые импульсы развития. Той же цели служит и привязывание душ умерших к земному плану с помощью мумификации трупов. [*Примеч. автора: в Москве после долгих споров о том, что делать с мумией, к ней снова открыт доступ "массам". Во всех событиях последних лет нет признака более зловещего, чем этот. Один кинорежиссер сделал фильм о трупе Ленина и, даже будучи человеком не склонным к мистике, рассказал, какие вмешательства (порой трагические) потусторонней силы испытала вся съемочная группа во время работы над фильмом.]

С помощью этих и подобных им средств в руки "определенных людей" вкладывают "...тайну господства над массами... Это тайна — как именно над массами,

которые мало заботятся о внешних событиях и тем не менее имеют спиритуальные задатки служить подготовлению шестой послеатлантической культуры (т.е. речь идет о России. — Авт.), как над этими человеческими массами осуществлять абсолютное господство, как способ господства над ними дать в руки небольшого числа отдельных людей" (178; 6.XI)

В этих словах дана отгадка всего происходящего с нами. Господствовать над народами, имеющими большую духовно-историческую миссию, непросто. Когда их пытаются "взять в лапы", они "жгутся". Поэтому, подобно тому, как ведет себя черт в повести Гоголя, их, как горячий уголек, перебрасывают из руки в руку. Конечно, под нечестивую затею подводятся разные "глубокомысленные" идеологии, типа той, в которой говорится, что устаревшее римское папство следует заменить англосаксонским, и ему поручить опекунство над славянами. Но необходимо, советует Рудольф Штайнер, понять, способны ли эти идеологии приносить пользу человечеству? Если нет, то их нужно исправлять (173; 17.ХП).

Переход папства из одних рук в другие, дело непростое. Когда эксперимент 1917г., проводившийся под руководством западных тайных обществ, стал выходить из-под контроля —"уголек" начал жечься, — его передали на "доработку", "остудить", иезуитам. Что-то подобное повторяется и теперь. Поэтому не исключено, что нас ожидает еще один суровый период "военного коммунизма".

Имеется одна интересная деталь. Крупнейший апологет паневропейского единства граф Коденхов Калерги [*Примеч. автора: Еще в 1922 г. им создано паневропейское движение (Paneuropa-Bewegung).]

все свое обоснование его необходимости строил лишь на одном аргументе. В одной из своих книг, изданной в конце 60-х годов, он пишет: "Перед Европой стоят две альтернативы ...либо Европа свободных людей в союзе свободных государств, либо коммунистическая Евразия (выделено мною.— Авт.) без свободы". (*59) Симптоматично и другое, что Советский Союз он считает "церковным государством", в котором правят "коммунистические кардиналы". Мы теперь знаем, что это не метафора, что так оно и было на самом деле. Но кроме "красного папства" всегда существовало и нечто другое, а именно "агенты влияния" западных братств, о чем хорошо знал Калерги. Его вообще полезно читать, зная, что в оболочку популярно излагаемой идеологии он заключал конкретные сообщения о планах тайных обществ, в которые, несомненно, был вхож. И вот он пишет: "В истории все возможно, в том числе и низвержение коммунизма. Однако и после свержения коммунизма в России нет ничего более невероятного, чем триумф свободы. Наследие коммунизма там, скорее всего, превратилось бы в военную диктатуру (выделено мною. — Авт.), которая для Европы столь же опасна, как и коммунистическая мировая революция". (*60)

Выходит, что для объединения Европы под эгидой США (что проповедовал Калерги) насущно необходима угроза с Востока. И "атлантист" Калерги уже давно квалифицировал ее как "евразийскую". Так, за 20 лет до соответствующих публикаций в газете "День" он писал: "На восточном горизонте Европы встает темное грозовое облако: тень евразийской мировой державы от Лиссабона до Владивостока под гегемонией Советского Союза — конец европейской свободы".(*61) А сейчас мы наблюдаем, что в истории случилось "невероятное": угроза с Востока исчезла, и тут же пошло на убыль "послушание" Европы. Не означает ли это, что, хотя бы в сильно укороченном, "общипанном" виде, но "тень", угроза будет вновь восстановлена? Так серьезнейшие симптомы заявляют о себе задолго до того, как проявятся в жизни. Богатая информация, всегда закрытая для нас на Востоке, открывает большие возможности для социального понимания на Западе. И там даже есть круг людей, ставящих себе задачу: "Бодрственно стоять в современности!" Но, похоже, их лозунг — не более, чем "этикетка" на социальном "снотворном".

Евразийская идеология, какой ее теперь развивают "новые правые" в Западной и Восточной Европе, включает в себя три компонента: исламский, славянский (главным образом русский) и романский. О Китае и Японии говорится как о крайне желательных союзниках, но таковыми они станут лишь в некоем будущем; разговор о них пока беспредметен, поскольку евразийская идеология там пока еще не пустила глубоких корней.

Что касается Германии, то, с одной стороны, признается ее заслуга в том, что она первой "бросила вызов" "атлантизму", с другой — постоянно проскальзывает намерение держать ее на вторых ролях. Советские "евразийцы" вместе с "атлантистами" слишком долго и основательно делали из Германии пугало не только для взрослых, но и для детей. Перестроить психологию масс тут непросто. Даже такой видный идеолог евразийства, как А.Проханов, всего год назад, выступая против "перестройки", стращал "сполохами" встающего над миром германского военно-промышленного гиганта.

Отношение "евразийцев" к России также не однозначно. Аллеи де Бенуа считает,что "...именно в России должны быть заложены основы новой политической идеологии, идеологии XXI века".(*62) Другие рассматривают "русский фактор" лишь как элемент — хотя и очень значительный — западноевропейской, романской евразийской политики. Так, например, считает Гейдар Джемаль — политический советник председателя Исламской партии возрождения бывших среднеазиатских республик СССР. Европейские правые, пишет он, имеют огромный опыт изучения России; им занимался еще Жозеф де Местр. У них есть "тщательно разработанная теория России". В России же нет "рабочей теории Европы".(*63) По поводу второго утверждения Джемаля хочется заметить: это еще как сказать! Ее, может быть, нет лишь в новой идеологии евразийства и то только потому, что она по замыслу должна быть романоцентристской, о чем откровенно заявляет Жан Тириар. Что же касается "красногопапства", то там такая теория есть, и там собран "огромный опыт изучения" не только Европы, но и Америки.

Еще большие расхожсдения обнаруживаются во взглядах "евразийцев" на религию. Достаточно сказать, что подаваемый ими в качестве "безоговорочного авторитета" барон Юлиус Эвола был резким противником Христианства, а другой "авторитет" — Рене Генон перешел из Христианства в ислам. Такого рода "подводные камни" пытаются как-то обойти русские "евразийцы". А.Дугин подает Генона как мыслителя, "указавшего путь в Кали-Юге"; а поскольку мы живем в конце Кали-Юги (для "евразийцев" она еще не кончилась), что "...точно соответствует христианскому учению о прикоде Спаса непосредственно перед концом света", то, выходит, Генон был бессознательным христианином. Принятие его идеологии не противоречит воззрению, что "Христос, Солнце мира, истинный Бог наш — Бог России".(*64) Наравне с этим, Дугин во что бы то ни стало хочет найти что-то общее у христианства с исламом. В исламских хаджах, пишет он, говорится, что в конце времени явится Махди, и тогда же явится Иисус Христос, что соответствует христианскому пониманию Второго Пришествия (в физическом теле, разумеется. — Авт.). "В войне Махди (с Антихристом) именно Иисус должен поразить Антихриста-Дарджала". (*65)

Все это звучит достаточно сомнительно, но зато красноречиво показывает масштабы заново затеваемой игры. Тут речь уже идет не об "историческом материализме" и не о материализме науки в духе Бюхнера. Здесь все традиционные представления приходится расширять настолько, что от них мало что остается. Оказывается, например, что "новые культы Евразии" нельзя рассматривать, "игнорируя единый комплекс шаманизма", что своим успехом Христианство обязано созвучию евангельской истории с "мистериальными рудиментами шаманских представлений"(*66) и т.д.

Интересно, что "широта" евразийских взглядов на религию совпадает с "экуменизмом" "атлантистов". Но тем и другим противостоит "красное папство", вбирающее в себя в новых условиях православие, политизирующее его и доводящее его оппозицию католицизму до крайней религиозной нетерпимости. Не стоит удивляться, поскольку религия всеми указанными мировыми силами используется как орудие в оккультно-политической борьбе. Что касается "новых правых", то в целом они тяготеют к неоязычеству с совершенно фантастическим "экуменизмом" массовой одержимости нового и, в то же время, чем-то уже знакомого типа.

Под "знакомым" я подразумеваю не только перепевы идеологических мифов национал-социализма, но и то, о чем можно узнать только из Духовной науки. Поэтому можно догадаться, что идеологи "новых правых" почитывают Рудольфа Штайнера. Ничего невероятного тут нет, поскольку каждая сторона в оккультно-политической борьбе ищет не абстрактных, а реальных сил. Отсюда проистекает заигрывание с Христианством и, конечно, — с эзотерическим Христианством. Послушайте сами:

Мы родились на Востоке жестоком...

Мы под знаменем идем Зороастра...

Нас Готама наделил алебастром

Мудрый Мани одарил нас фаянсом...

Мы — великие сыны Чингиз-Хана...

Вспоминайте про затопленный остров...

Но судьба сейчас лежит на Востоке...(*67)

[*Примеч. автора: Я еще раз затрону тему "универсального оператора". Если следовать его логике, бояться быть скомпрометированным, то придется отказаться не только от исторической симптоматологии, но и от Духовнонаучного учения об эволюции мира. Собственно, даже быть христианином теперь "реакционно", а за разговоры о коренных расах, о Лемурии и Атлантиде в Западной Европе, того и гляди, схлопочешь тюремный срок.]

В этой "судьбе" в настоящий момент для магометан предопределено: "всем следовать законам шариата и подчиняться законам шариатских судов"; для европейских народов определен "возврат к центральной позиции Церкви в государстве", (*68) а там... — так, вероятно, "евразийцы" говорят между собой, — там посмотрим, что со всем этим делать.

Идеологию"евразийства" отличает значительная методологическая глубина, которая, правда, порой звучит комично. Например, в приходе к власти Хрущева Дугин видит победу "субъективно-кантианской линии" над господствовашей до того "тоталитарно-гегельянской" (*69). Гносеологические корни евразийства он сводит к тезису: "Небытие во всех отношениях первичнее бытия". Ему вторит Г.Джемаль: "Отрицание — наиболее фундаментальная из всех реальностей". (*70)

Хочется воскликнуть: бедный Гегель! Марксисты полтораста лет ставили его на голову, теперь "евразийцы" перекидывают с боку на бок. Главное же для тех и других, чтобы, не дай Бог, кто-нибудь не воспринял Гегеля стоящим на ногах. С такими вещами шутить не позволено. И с оккультизмом, как"евразийцы", так и "атлантисты", и "коммунисты" оперируют самым серьезным образом, почему столь неприемлемы оказываемся для них мы, антропософы, возымевшие дерзость заниматься оккультизмом, не будучи "встроенными" ни в какую из этих систем с их строгой субординацией и дисциплиной.

"Евразийцы" заявляют: "...если религия не будет постоянно внутренне корректироваться чистым эзотеризмом, ее центральный объект " превратится в идола, фетиш."— Но то же самое, — воскликнет иной антропософ, — утверждаем и мы! на что нам отвечают: тем хуже для вас! — Почему? Да потому, что мы под "эзотеризмом", "корректирующим" религию, понимаем эзотерическое Христианство, откровения Иерархий и Самого Христа, приходящие в мир через великих христианских посвященных, а "правые" и "левые" имеют в виду темный, атавистический "эзотеризм" тайных обществ, орденов, лож.

Зная об этом, не будем обольщаться, читая о сожалении "евразийцев" по поводу того, что православные авторы критикуют "инициатические доктрины", отрицают тождество высшего Я и Бога. (*72)Мыдействительно вступили в новый мир, когда широкий невод подводится абсолютно подо все духовные воззрения человечества, чтобы ни одна "рыбешка" впредь не гуляла на свободе. "Новыми правыми" этот "невод" маскируется верностью традиционализму, духовным ценностям прошлого; в Германии они присваивают себе идеи "консервативной революции". Они выступают за "реставрацию мира Традиции", под которой понимают "совокупность богооткровенных, нечеловеческих знаний". К ним ведет путь "посвящения", как "возвращение ума к вечному истоку" через реализацию "адамического состояния", соответствующего "Малым Мистериям" древних или "алхимической работе в Белом" (А1bedo); а затем следует "восхождение выше себя", к Богу, что соответствует "Большим Мистериям", или алхимической "работе в Красном" (Rubedo).(*73) Для ускорения восхождения рекомендуется прибегать к дыхательным упражнениям хатха-йоги.

Рудольф Штайнер немало говорил о том, сколь много потеряло Христианство, разрушив связь с Мистериями древности, не сумев их обновить Импульсом Голгофы. "Евразийцы" как будто бы намереваются поправить (!) эту ошибку, но способом совершенно неприемлемым. Их заигрывание с Антропософией носит узкий и целенаправленный характер: лишь фрагментарно воспользоваться ее сообщениями, привести их в связь с атавистическим оккультизмом орденов и лож и напрочь исключить всякие попытки понимания Деяния Христа, Мистерии Голгофы.

Поставив в центр замышляемой новой "евразийской цивилизации" идеалы посвящения, ее идеологи черпают в том силу для своего социального радикализма, который они открыто провозглашают "реакционным". Средний человек современного мира, заявляют они, является жертвой "контринициации" и инструментом "мировой субверсии", будучи завербованным "на тонком уровне" и поставленным
"на сторону Ада". Такому человеку противостоит "дифференцированный" или "обособленный" (по терминологии Эволы) человек — "абсолютный контрреволюционер". "Он объявляет Абсолютную Войну этому миру во всех его аспектах. Ему больше нечего защищать и нечего жалеть; он ничего больше не любит и ни перед чем не испытывает чувство долга" и т.д.(*74) Иными словами, скажем мы, — перед нами человек люциферической бездны, противопоставленный человеку "ада" материальной, ариманизированной цивилизации. Однако "евразийцы" настаивают на том, что такой "контрреволюционер" есть дело "Самого Господа". Но какого "Господа"? Он —бог "оккультной войны сеньоров" за дело "Традиции" в том мире, где все забрали в руки "гонимые дети диаспоры" и "дети вдов".

Цель "контрреволюции сеньоров": "Победа, Власть, Посвящение". Кто способен выстоять против современного мира вплоть до апокалиптической "тайны беззакония", тот сможет "оседлать тигра" (термин взят из науки посвящения. — Авт.) современной "диссолюции". (*75)

"Мир Традиции — это подчиненность социального духовному, и это духовное выражается в образе "имманентного трансцендентного", т.е. Божественного Короля, Героя, Императора. Ниже следует каста жрецов, потом воинов, потом ремесленников, потом рабов. Экономика подчинена имперской этике..." Высшая цель такого общества и одновременно конечная цель всех традиционалистских обществ, — посвятительная реализация, дарующая бессмертие и выводящая человека в ранг "небесных сущностей", "ангелов", "богов".(*76)

Таким образом, речь идет о прямой реставрации социальной структуры древнеегипетской культурной эпохи. В этом признаются открыто. И когда читаешь такое, не хочется верить собственным глазам. Но верить приходится, поскольку за "новой" идеологией стоит постоянно ширящееся движение, получающее поддержку во многих, если не во всех, странах Западной Европы. По своей внутренней природе движение представляет собой откровенное выражение оккультного латинизма в его противостоянии англосаксонскому миру. Иезуитизм выстраивает тотальную оппозицию тайным обществам англо-американского мира, поскольку те от позиционной (холодной) войны, в которой они медленно, но верно проигрывали, перешли к широкомасштабному открытому наступлению.

Сейчас говорят, что положение в России напоминает 1917-й год. Оно напоминает не только тот год, но и положение в Германии в конце 20-х — начале 30-х годов. Как там, так и здесь происходит полный развал государства, промышленности, системы финансов, крах института власти, инфляция, безработица и вдобавок — ширящиеся гражданские войны. Что на этом фоне предлагают "демократы", сулит лишь углубление кризиса. И вот поднимается группировка с радикальной программой спасения нации, но, по сути, на национал-большевистской основе.

Я уже говорил выше, что если бы в 1917-м большевики у нас проиграли, то, возможно, они победили бы в Германии, а у нас восторжествовал бы русский фашизм. [*Примеч. автора: За недостатком места я не развиваю эту тему, но рассуждения мои не беспочвенны. Рекомендую посмотреть хотя бы книгу американского историка Джона Стивена "Русские фашисты. Трагедия и фарс в эмиграции 1925—1945 гг.", Москва, 1992. ]

Теперь пришло состояние, когда большевики все-таки проиграли, но, так сказать, исторически. Они пришли к абсолютному ничто, и, сколь бы невероятным это ни показалось, делается-таки попытка разыграть карту русского фашизма. Вспомнив роман К.С.Мережковского, мы обнаружим, что вполне реально, практически ищутся все новые и новые способы для искоренения большей части существующего человечества, чтобы затем без помех заняться социальным дарвинизмом, искусственным отбором для формирования человечества будущего. В этом плане, если бы удалось столкнуть между собой англосаксонский мир с евразийским, то после того мало что осталось бы на Земле. Но такой план неосуществим. Осуществимо другое. — Если бы "новые правые" захватили власть, то в России в ближайшие год—два пришлось бы в ускоренном варианте повторить судьбу Германии. Несмотря на всю поддержку западных идеологов, реальную силу "новые правые" могли бы собрать только в Российской Федерации — в "общипанном", вытянутом на тысячи километров странном государственном образовании. Но если даже часть республик будет снова соединена, все они теперь колоссально подорваны экономически. Против них тут же была бы создана мировая коалиция. Возникло бы что-то вроде иранской войны, в которой обнаружилось бы, что старые виды вооружения уже представляют собой металлолом. А затем последовал бы позор, расчленение территории и вечная, несмываемая вина. В этом смысле прав политолог С.Е.Кургинян, который, критикуя "новых правых" справа же, тем не менее пишет: "Потом (т.е. в случае прихода их к власти) —спасение мира от "фашистов", интервенция, восстания внутри страны, и тогда уже денацификация по-германски плюс разделение страны".(*77)

Такая перспектива представляется вполне реальной по целому ряду причин. Впервую очередь, нужно опять вспомнить о глубинном, сущностном родстве иезуитизма с американизмом. Многое из того, о чем говорят "новые правые", само по себе оказывается достаточно красноречивым. Так, например, Жан Тириар, бывший (он недавно умер) лидер общеевропейского движения "Южная Европа", друг Эволы и Чаушеску, советовал правым пойти на хитрый маневр и подписать Маастрихтские соглашения. "Пусть себе европейские торгаши, — так заявил он, — готовят постель, но спать в ней будут отнюдь не они". (*78) (Интересен образ "постели" и "сна".) Остроумно, конечно, но не ново. Это все та же старая тактика иезуитизма заходить масонам в тыл и изнутри захватывать власть. Беда только в том, что в обоих случаях всякое такое "сугубое экспериментирование" с мировой историей служит целям все одной и той же силы. Тириар этого даже не скрывает. Будучи, в отличие от Калерги, сторонником объединения Европы от Дублина (а не от Лиссабона) до Владивостока, он полагал, что в такой Европе говорить будут на одном языке — на "английском, а на фуражках будут носить одну-единственную звезду, но не желтую, а красную (*79). Он также был сторонником создания четырех-пяти автономных континентальных блоков, в чем поумневшему человечеству следовало бы без труда разглядеть намерение вернуться к концепции трех мировых сверхдержав, описанных Орвеллом в его антиутопии.

"Новые правые" выступают за альянс с коммунистами. Стойкерс пишет о том, что в антиамериканских демонстрациях во время войны в Персидском заливе "новые правые" выступали бок о бок с Роже Гароди и даже Жоржем Марше. Однако здесь, надо заметить, они наталкиваются, так сказать, на большой "кукиш". Большевизм — это не Веймарская республика! Весь современный иезуитизм с его люциферизированными расовыми теориями, сакральными империями и прочим, является лишь составной частью той силы, что возникла на востоке Европы в результате "социалистического эксперимента". В настоящее время идеология большевизма лишь отчасти совпадает с идеологией "новых правых", но дух ее иной. Здесь, не без основания, понимают, "...что под видом новой патриотической идеологии против России ведется беспощадная идеологическая война и что два этапа этой войны — сначала либеральной, потом фашистской — взаимоувязаны и что война, которую Запад навязывает патриотам под видом борьбы с Америкой и либерализмом — это игра все того же Запада..."(*80 ) [*Примеч. автора: Так пишет С.Кургинян в статье "Если хотим жить", в которой он пытается "образумить" "новых правых". Статья была опубликована в газете "День", но только исходя из того соображения, что было бы хуже, если бы Кургинян опубликовался где-нибудь у "левых", поскольку он — "правый".]

Конечно, маскироваться, идти на полупризнания в новых условиях должны и большевики. Делать это не сложно. Когда они заявляют, что действия реформаторов представляют собой "...механизм самоуничтожения России, а вовсе не коммунистической системы — ее можно было демонтировать незаметно, без шума" ( *81 ), то это ведь сущая правда, однако не вся. В подновленных выражениях далее подаются все те жестарые идеологемы большевизма об извечном враге России — Германии, о "прогнившем", "обреченном" Западе и т.д. "Фашизм, — пишет Кургинян, — это извращение высоких измерений человеческого бытия, удушаемых прагматизмом, сциентизмом и мещанством современного Запада. Это карма западной цивилизации ( все они — атеисты, марксисты и проч., оказывается, еще и оккультисты. —Авт.)... Это утверждения тьмы (Тамаса) по отношению к свету".(*82) "Свет" же, надо полагать, находится у тех, кто "сломал хребет" нацизму — у большевистской России. [*Примеч. автора: См. дополнение в конце главы]

И большой грех, сетует другой единомышленник Кургиняна, совершают те, кто проводит кампанию "по дискредитации маршала Жукова, канонизированного в народном сознании " (выделено мною. — Авт.). (*83) А в общем и целом, по мнению представителей старой идеологии, "не о борьбе с коммунизмом здесь идет речь, а о разрушении тех архетипов коллективного бессознательного, которые определяют культурный генотип русского народа (и большинства других народов СССР )". (*84)

Все в заявлениях подобного рода красноречиво и значимо. Они обнаруживают тот глубинный слой советской идеологии, который Г.Климов описал в "Протоколах советских мудрецов". Об этой книге трудно говорить с тем, кто ее не читал. Она, на мой взгляд, является некоего рода "катехизисом" той наползающей на мир неслыханной религии, за которой стоят инспирации азурических духов. Эта, я бы сказал, самая безобразная в истории человечества книга образует противополюс Библии. И написана она особым образом. Ее автор сам является представителем той религии. Он пишет будто бы стоя на позиции критиков советского режима, и одновременно как бы говорит им: вы критикуете его слабо, поверхностно. Сейчас я покажу вам кое-что такое, перед чем поблекнут все ваши худосочные упреки. И, действительно, показывает нечто потрясающее, а вслед за тем снова как бы вопрошает нас: но, согласитесь, ведь все это правда? Выводы "черной профессуры" подтверждает статистика, опыт. Плох род человеческий, а не мы — "тайная государственная полиция новой молодой России". Мы со времен святейшей инквизиции спасаем человечество от деградации, сжигаем и отстреливаем тот контингент, который становится одержим, как сказано в Евангелии, "легионом" демонов. "Марксизм нужен нам только как инструмент внешней политики". Мы учимся, "когда надо", "мыслить психоаналитически".

Об одном из "черных профессоров", архиепископе Питириме — "в миру генерале госбезопасности" — Климов говорит так: "Это глава ордена советских иезуитов. И правая рука нашего Красного Папы... Как полагается в настоящей хорошей инквизиции".(*85)

Человечество постоянно недооценивает свое прошлое. Считают, что, уничтожив от имени Христианства сотни тысяч людей и даже не раскаявшись в этом, католицизм может жить дальше как позитивная сила. Или считают, что тайные обшества Запада, истребив миллионы людей в Восточной Европе, теперь могут выступать в качестве ее благодетелей. Нет, единственный истинный плод политического романизма и британизма— это "красная инквизиция" большевизма, черная азурическая ложа, использующая в церемониальной магии мумии своих вождей-магов. Возможно, сказанное звучит несколько устрашающе, но куда страшнее сама реальность такой власти.

Что особенно впечатляет в "Протоколах" — это необыкновенная проницательность, интеллектуальность человека-зверя, который бездушно "умен", что по человеческим канонам является безумием. Да, это секта политиков-магов, творящих ритуальные убийства, шагнувших за черту "второй", душевной смерти. И они в своей сути образуют симбиоз люциферизированного иезуитизма и ариманизированного масонства. Советский большевизм это духовный феномен, который невозможно устранить политическими методами, да и некому его устранять, поскольку инициаторами "перестройки" выступают все те же нечестивые "родители" своего отпрыска-монстра, который готов пожрать их самих, им же, как он считает, во благо. Сейчас "отпрыск" вцепился в православие, выступает в качестве единственного защитника национальных интересов России. Но Россия для него не более, чем "Парагвай" для отцов-иезуитов. Как существо демоническое, — он "перевертыш", способен принимать любые обличья, паразитировать на любом этносе.

А что представляют собой "освободители" России от большевистской диктатуры? Что все они сплошь "атлантисты", — это нужно принять как аксиому. Рассмотрим их природу на одном примере. Много лет диссидентское движение в России поддерживала, как они сами себя рекомендуют, "свободная радиостанция "Свобода", финансируемая Конгрессом США". По мере того, как шла у нас перестройка, перестраивалась и радиостанция. В конце концов там, где многие годы нам виделся "лик" свободы, высунулась ханжеская "рожа" темного политиканства. В последнее время оттуда для нас регулярно передается программа под названием "Русская идея". Звучит она как будто бы с другого полюса по сравнению с нашими "новыми правыми" и просто "правыми", речь же в ней ведут о том же самом, учат нас "мыслить психоаналитически". [*Примеч. автора: "Новые правые" отдают Фрейда левым, а себе берут Юнга. Юнг, утверждают они, не ученик Фрейда, его, якобы, можно уподобить Мерлину, "...он открыл одну из самых разрушительных троп посвящения и жил "погруженный в индоевропейское бессознательное". (Большевики, в отличие от него, погружены в восточноевропейское "бессознательное"!) Сам Юнг в 1936 г. в газете "Observer" писал: "Немецкая политика... это откровение через посредство Гитлера. Он — Голос Богов. ...Члены СС постепенно превращаются в правящую касту господ. ... Без аристократического идеала невозможна стабильность". После 1945 г. Юнг, конечно, струсил и дал "задний ход".]

— Если вы, недоумки, — говорят они нам, — научитесь это делать, то сами поймете, что вся ваша культура, от Пушкина до Солженицына, создавалась параноиками, явными и скрытыми гомосексуалистами и т.п. — Комплексы "Эдипа", "Электры" в передачах радиостанции навешиваются всему духовно ценному в нашей культуре; делается это с такой же легкостью и научной "глубиной", как и в "Протоколах советских мудрецов". И как "мудрецы" не останавливаются перед сокрушением кумиров пролетарской диктатуры, с помощью "метода" д-ра Фрейда показывают "легионерский" характер Маркса, Ленина, Сталина, так и "либералы" радиостанции "Свобода" критикуют их с тех же позиций, добавляя при этом: "ради освобождения от большевизма можно пожертвовать русской литературой, которая кончилась!" Причем тут русская литература? и почему ею нужно жертвовать? — такие вопросы, по мнению работников радиостанции, обнаруживают "реакционную" природу спрашивающего.

Стоит труда посмотреть на лица работников радиостанции, то и дело появляющиеся на постсоветском телеэкране: напыщенные, тщеславные, а главное — зловещие, насквозь пропитанные темным духом политических кулис. Уже одним своим видом люди эти красноречиво демонстрируют, что такое "черная магия" журнализма. Их манера проводить интервью с политическими противниками сильно напоминает знаменитые "тройки" эпохи сталинизма — суды, состоящие из трех человек, которым были даны безграничные права творить скорый произвол над кем они только пожелают.

Казалось бы: всего-то — журналисты! Но их у нас боятся все, даже правые националисты, которым, вроде бы, сам черт не брат.

Но если таково последнее слово свободной прессы свободного демократического мира, то сокрушение большевизма в СССР на самом деле означает его эскалацию!

Никакого казуса во всем этом нет, если мы поймем единую материалистическую основу всех оккультно-политических течений нашего времени, ягвеизацию цивилизации во всех ее проявлениях. Фрейд и Юнг заложили краеугольный камень в методологию оккультного материализма. Поэтому без них не могут обходиться ни "правые", ни "левые". Но кроме "родства" их разделяют, разрывают и полярные, непримиримые противоречия, коренящиеся в природе Люцифера и Аримана. Поэтому ничего, кроме разрушения, они с собой не несут, а то "примирение", которое им сулит азурическое нашествие, оно хуже смерти.

Обратимся снова к Рудольфу Штайнеру, чтобы не потерять ориентир в страшной круговерти идеологий. Он говорит: ".. .если духовнонаучный импульс не пронижет мир, то Восток постепенно станет совершенно неспособен развивать собственное хозяйство, развивать хозяйственное мышление. В таком случае Восток смог бы производить лишь то, что связано с непосредственной обработкой почвы, с непосредственной переработкой природных ресурсов с помощью инструментов, которые ему давал бы Запад. А все то, с чем хозяйствуют, исходя из человеческого разума, развивалось бы тогда на Западе. С этой точки зрения (мировая война)... есть не что иное, как начало тенденции ... Восток хозяйственно пронизать Западом, т.е. Восток сделать такой областью, где люди работали бы, а Запад—где распоряжались бы тем, что Восток будет вырабатывать как природные ресурсы. — Что касается границы между Востоком и Западом, то она пока точно не установлена; здесь имеются разные варианты.

И пойди нынешняя тенденция дальше, не будь она пронизана духом... весь Восток стал бы объектом хозяйственной экспансии Запада. И этот ход развития рассматривался бы земным человечеством как нечто данное... совершенно справедливое и само собой разумеющееся. И нет иного пути избежать того, чтобы половина человечества была превращена в илотов, используемых для другой половины, как только пронизание этой тенденции с большим трудом вырабатываемой всеобщей духовностью". Однако люди не склонны, заключает Рудольф Штайнер, вникать в подобные вещи. Для самооправдания они спрашивают: А что изменится оттого, что я узнаю, как Восток пронизывается хозяйственной жизнью Запада? (191; 14.XI).

Что тут можно сказать в конце XX века? — Что именно таким образом все и происходит, что откровенным разговорам "новых правых" о "сеньорах" и рабах вовсе не противостоят дела "левых", окончательно превращающих Россию в экономическую колонию Запада. Почему окончательно? — Да потому, что то же самое делали и большевики, прячась под маской непримиримой конфронтации с Западом.

[*Примеч. автора: Однако нельзя, как и во всем прочем у нас, не учитывать некую "специфику" положения. Она на каждом шагу показывает, что русские условия жизни коренным образом отличаются от западно-европейских, что западные абстрактные представления окрашиваются у нас более спиритуальным отношением к жизни, отчего все западные безобразия, будучи перенесенными к нам, получают более отталкиваюший вид. В одной из демократических газет были опубликованы некоторые результаты социологического исследования, проведенного в среде так называемого (почти уже официально) "класса новых русских", — в среде миллионеров. Обнаружилось, "...что в большинстве семей ситуация похожа на ту, что Островский описал в пьесе "Гроза". Бесправная жена находится под постоянным контролем со стороны сурового мужа и свекрови-"кабанихи". ...Основной отдых мужа — развлечения с любовницей и выпивка. Нравственность жены при этом блюдется в предельной чистоте. Статус любовницы почти везде утвержден официально, и жена обязана с этим мириться, но в большинстне семей по отношению к счастливой сопернице зреет страшная ненависть. Что вполне объяснимо — нормальной советской женщине, не прошедшей школу гаремного воспитания, переносить это почти невозможно".

Но насколько"счастливы" соперницы? Во вновь создаваемые частные фирмы они сплошь и рядом набираются на должность секретарш-проституток: работниц "нового профиля", порожденного процессом нашего "освобождения". Часто требуется еще знание иностранного языка. Что ни говори —живем в эпоху всеобщей образованности и интернационализма! В официальных объявлениях о найме на работу слово "проститутка" прозрачно вуалируется выражениями типа: "требуется незамужняя женщина", "не занятая по вечерам" ("новые русские" работают не покладая рук), "с привлекательной внешностью" и т.д. Все прекрасно понимают, что означают выставленные требования. С телеэкрана не сходят рауты, банкеты, приемы, презентации, благотворительные вечера, на которых нувориши присутствуют со своими "секретаршами". Их же используют в рекламе, и т. п. Что больше всего обращает на себя внимание, когда видишь таких женщин, — это их личностное развитие, остановившееся где-то на возрасте 5—7 лет. Прошу при этом не путать с Набоковскими "нимфетками". Тут речь действительно идет о чем-то просто фантастическом, о парадоксальном, я бы сказал, о "порочном пороке". Не за страх, не столько корысти ради, а за совесть, за "честь" быть принятым в какое-то более "высокое" состояние бытия нувориш чтится секретаршей и женой прямо-таки как некий "жрец" "денежно-валютной спиритуальности".

Религиозное почитание, "тантрический бизнес" растет в среде "класса новых русских" (национальность при этом не имеет значения), по ошибке называемых ничего не значащим словом "предприниматель". Такое, по сути говоря, было и прежде, и номенклатурщику-партийцу по неписанному закону полагалась своя "секретарша". Но прежде это скрывали; теперь — выставляют напоказ. Что касается самих нуворишей, то для них дело состоит не только в том, чтобы получать обслугу от безличных существ. Они сами, как личности, лишь на немного превышают нулевую отметку и потому даже женщина легкого поведения, но обладающая характером, для них неприемлема, она способна их подавлять. Настолько измельчал даже порок.

В "новый класс" все шире, также на правах обслуги, проникает парапсихология, экстрасенсорика.]

Живущим в России беда неминуемая грозит сразу с двух сторон. Рудольф Штайнер предупреждал: "Разве не видно, даже при поверхностном взгляде, нависающую угрозу, что уже долгое время восходит с Востока? ...в лоне Востока пребывают ужасные силы, и можно видеть, что в том виде, в каком они о себе заявляют, они намерены разбить, разрушить европейскую культуру. В какой мере это произойдет, можно теперь только догадываться" (159; 13.III).

Рудольф Штайнер также предсказывал, что Китай "...разорвет оковы и затопит Европу спиритуальностью, которая является наследием (аж) древней Атлантиды" (158; 11.IV). В Японии "...подготовляется империализм, который станет намного мощнее, чем тот, который имели современные империи". Рудольф Штайнер процитировал в лекции гимн, опубликованный в одной японской газете. В нем имеются такие слова:

"Для господства, Япония, ты рождена...

Разорванная ненавистью и слепой яростью

Утонет Европа в собственной крови..." (174; 8.1).

В антропософских кругах на вещи такого рода смотрят теперь иначе. "Во времена Рудольфа Штайнера, — заявляет Р.Римек, — еще имелась так называемая "желтая опасность"; мы больше не говорим о "желтой опасности", мы говорим об опасностях, исходящих из так называемого третьего мира".(*86) Однако ей, как историку, подобало бы знать, что на Востоке всерьез обсуждается японоцентристская система "Рах Japana". Например, пять лет тому назад редактор одной из гонконгских газет писал: "Некоторые японцы рассматривают Европу как ателье мод, Америку — как ферму или склад зерна, Австралию — как карьер полезных ископаемых". Далее в статье приводится высказывание ведущего токийского политолога Наохиро Айяма, который рассуждает следующим образом: "Предположим, что существует некая всемирная корпорация, где США выполняет роль президента, а Япония — вице-президента. Случаются ситуации, которые неприятны для "вице-президента". Но выбор таков: либо продолжать поддерживать "президента", либо занять его место, обзаведясь ядерным оружием и создав универсальную идеологию. Поскольку мы не можем пойти по этому пути, Япония должна слушаться "босса", хотя его указания временами звучат неразумно". В Японии, продолжает гонконгский редактор, размышляют также о том, что делать, если "упадок США пойдет слишком быстро" и Японии самой придется беспокоиться о безопасности и вообще бороться за "место под Солнцем" и т.д. (*87)

Политикам, историкам противопоказано иметь "короткое дыхание", когда они берутся судить о больших, мировых отношениях. В 1917 году, в условиях военного времени, когда велась мировая война Германии с Россией, Рудольф Штайнер говорил: "Россия — может ли она разоружаться? — Нет, и об этом не может быть даже речи, ибо за нею стоит Азия и, разоружись Россия, то исчез бы вал, сдерживающий напор народонаселения Азии, которая, совершенно очевидно, разоружаться не будет; об этом тоже не может быть и речи" (174; 6.1).

Не исключено, что Россию не станут разрушать до основания, в ней сохранят некий резерв сил, но не для того ли, чтобы она сыграла роль "камикадзе" в грядущей войне между Западом и Востоком? Если подобное когда-то случится, то его истоки надо будет искать, так сказать, в "малом" восточно-западном противостоянии, где роль Востока играет Россия.

Уча своих слушателей исторической симптоматологии, Рудольф Штайнер разъяснял: обратите внимание на то, как во Франции импульсы свободы, равенства,братства жестко сталкиваются с тем, что живет в Римском католицизме. Посмотрите, как чувствует себя клерикализм в социальном экспериментировании левых республиканцев во Франции и т.д. — Во всем этом живет внутренняя духовная сверхрадикальная оппозиция ко всему, что воплощено в англосаксонском масонстве. Если с одной стороны выступает "посвященный римский католицизм", то с другой — течение тех тайных обществ, "которые представляют собой ариманическое течение". Во Франции все разыгрывается в области некой диалектики, дискуссии. В Англии же главную роль играет вопрос о власти. В англо-американском мире склонность к духу движется через "сверхматериализм" (204; 1 .V).

Все это, собственно говоря, и обнаруживается теперь в России в борьбе между "евразийцами" и"атлантистами", что я уже достаточно проиллюстрировал. Несмотря на острейшие противоречия, их объединяют плохие оккультные союзы. Что "полярные", что "Туле" [*Примеч. автора: Утверждают, что такое название имел главный город в легендарной Гиперборее. Но мы знаем, что в эпоху древней Гипербореи вся Земля еще пребывала в тепло-воздушном состоянии. О каких городах тогда можно было говорить?], "Танцующая смерть" или "Scull and Bones", — во всех них "... ищут связи с Ариманом и Люцифером. При этом на людей стараются действовать так, чтобы вызвать в них вожделенным для них образом видения, вызвать видения через внутреннее воспламенение.

А то, что в подобные плохие оккультные круги вносится сознательно, что вносится как союз с Ариманом и Люцифером, — это, естественно, трактуется как-либо иначе, при том условии, что Люцифер и Ариман действуют в подсознании людей" (170; 28.УП).

Деятельность в подобном духе, исходя от разных сторон, нередко взаимно перекрещивается. Когда она принимает преступный характер, политические противники пытаются свалить вину друг на друга. Но мир от этого ничего не выигрывает. Например, вот уже пятьдесят лет нам рассказывают стращные истории об экспериментах нацистов над людьми. В последние годы открылось, что еще стращнее экспериментируют над людьми в Советском Союзе, при этом связи подобных "научных" кругов уходят куда-то в англосаксонский мир, где еще в 1912 году была основана новая наука —"евгеника". Добавим сюда выводы психиатрии и психоанализа о том, что все гении — больные люди, и тогда станет понятно, как мало фантазировал русский писатель К.С. Мережковский, и откуда взялось научное обоснование "высшей социологии" большевизма, о которой мы узнаем из "Протоколов советских мудрецов".

Наконец, что касается самого "социалистического эксперимента", который проделывают с нами, то он, как теперь любят выражаться, "комплексный". Руководство Запада, говорит Рудольф Штайнер, проступает в нем ясно, и не только потому, что Ленин и Троцкий — духовные ученики (я бы еще добавил — оккультные. — Авт.) Запада, но самым непосредственным образом: под надзором Парвуса-Гельфанда их в запломбированном вагоне импортировали в Россию. [*Примеч. автора: Только теперь вслух заговорили о том вагоне, но прежде ни на Востоке, ни на Западе об этой политической тайне никто не смел и заикнуться на страницах широкой печати.]

"Что хотят сделать с восточно-европейской культурой?" — спраiивает Рудольф Штайнер и дает такой ответ: "Там пытаются все то, что является человеческим, что как человеческое воплощено в человеческую телесность, исключить и Люцифера и Аримана сплести в однойкультуре. [*Примеч. автора: Я лишь напомню здесь о том, что было сказано выше по поводу выступления азуров.] Стань это сегодня действительностью на Востоке, и тогда из артельной работы Люцифера и Аримана выступило бы творение, в котором было бы исключено все полезное индивидуальному человеку, и это творение в люциферически-ариманической культуре было бы, как элемент, вплетено в машину, во весь ход такой машины... которая безжизненна... Вплетенное в нее было бы человеческой природы, внутренне живым, проодухотворенным, но поскольку оно не может существовать в просто люциферически-ариманической организации, то ему пришлось бы просто погибнуть" (195; 1.1).

Этим-то последним обстоятельством и вызвана перестройка. Она есть не более, чем попытка мировых "хирургов"-евгенистов удержать подопытного "кролика" на лабораторном столе. Ибо — спросим себя — с какой стати станут вдруг отменять "эксперимент", едва не доведя его до завершения? Проводится же он "в интересах" всего "прогрессивного человечества". Он — не только наша беда. "Троцкизм и ленинизм, — говорит Рудольф Штайнер, — означает заболевание всего культурного развития Европы" (301; 11 .V). Люди легко поддаются обману, когда их подвергают воздействию лишь одного супостата, а другой тем временем выступает даже в роли как бы противника, или когда один из них или они оба "меняют кожу" и т.д. Человека, далекого от всякого спиритуализма и оккультизма, тут и спрашивать особенно нечего. Иное дело те, которые знают об "артельной работе" супостатов. Тогда нужно постоянно иметь в виду не только Восток и Запад, но всю христианскую цивилизацию и все силы, противостоящие ей. Тогда мы сможем понять, что "...национализм (любой разновидности, разумеется) — есть люциферический облик антихристианства, а то, что заостряется в ленинизме и троцкизме — ариманический облик антихристианства. Это "лопаты", которыми сегодня хотят вырыть могилу Христианству, —национализм и ленинизм. И повсюду, где совершается культ с национализмом и троцкизмом, пусть даже в ослабленном виде, там сегодня роется могила Христианству, там, для проницательного настроения, господствует поистине настроение Страстной Пятницы" (198; 3.IV).

Простоватые поклонники "михаэлита" Горбачева [*Примеч. автора: А имеются и не "простоватые", которые под видом собственного убеждения распространяют в нашей среде полученную в ложе установку заниматься апологией Горбачева.]

возражают: но ведь с ленинизмом-троцкизмом теперь в России покончено? В ответ хочется спросить их: почему вы говорите об одной России? И с чего вы взяли, что покончено? — В самом нашем Антропософском Обществе ведется пропаганда марксизма. А еще постарайтесь все-таки прочесть "Протоколы советских мудрецов" [*Примеч. автора: Антропософским бы издательствам заняться изданием симптоматологической литературы.] — Там сами марксистские "мудрецы" признаются, что марксизм для них — всего лишь "инструмент внешней политики", что тайную полицию "новой (еще до"перестройки") молодой России" интересуют работы профессора Ломброзо, что она учится "мыслить психоаналитически" и т.д. — Так думаете ли вы, что люциферически-ариманический альянс полностью исчерпывается марксизмом?

Я не берусь утверждать окончательно, что в большевизме на социальном плане непосредственно выступает отставший дух Времени — Азур, но не сомневаюсь в том, что дело здесь ведется в этом направлении. Большевизм у себя дома и в Ватикане и в Вашингтоне. Не случайно те из американцев, кто был допущен к тайнам кулис — Г. Киссинджер, Р.Никсон, Джорж Кеннон, — не раз заявляли, что Западу опасен не Советский Союз, а Россия. Большевизм насаждает авторитарно-пасторскую форму управления массами и одновременно противостоит капиталистически-империалистическим устремления британизма-американизма, что так близко целям посвященного католицизма. Одновременно он весь пронизан материализмом и техницизмом, враждебен клерикализму, — что так мило англо-американизму. Западу необходимы природные ресурсы России, ее золотой запаси т.д.? — Пожалуйста! В этом никогда не было отказа ни при Сталине, ни при Горбачеве. Ватикану антипатична "ересь Фотия"? — Пожалуйста! Устраивается такой погром церкви, какой невозможен даже при прямом завоевании страны. Но и на оккультном уровне, как теперь выяснилось, и с ложами, и с орденами большевизм способен говорить на одном языке. [*Примеч. автора: 70-е годы считаются темным временем холодной войны, конфронтации с Западом, а в это время в стране ветвилась сеть лож американо-английской ориентации. О связях с Ватиканом рекомендую прочесть интересную книгу Ренаты Римек "Moskau und der Vatikan", Basel, 1988.

] Но есть у большевизма нечто, принадлежащее только ему — это особый, азурический род посвящения, всецело материалистический, обостряющий я-сознание настолько, что человек начинает жить в душе сознательной и тем не менее становится инструментом элементарных духов подматериального мира. В таком посвящении выражается нечто, имеющее планетарное, общечеловеческое значение, но всецело в негативном смысле; здесь выражается анти-дух эпохи, а значит — Азур.

У Рудольфа Штайнера имеется одно необычайно значительное высказывание о природе азурических сил. В начале 1917 года, перед Февральской революцией в России, он рассказывал в целом ряде лекций об оккультных манипуляциях в братствах. Люди, подвергающиеся одной из таких манипуляций, носящей характер ритуальной магии, при прохождении порога смерти лишаются возможности эволюционировать далее нормальным образом. Они не получают того,что душа должна получить после смерти от существ из Иерархии Ангелов. Вместо этого ее пронизывает нечто принципиально другое. "Она пронизывается тем, что приходит от отставших архаев, пребывающих, по причине отставания, на ступени архангелов. ...Им полагалось бы быть Архаями, если бы они проходили нормальное развитие; но они отстали и потому пребывают на ступени архангелов. А это означает, что они до крайности пронизаны ариманическим. Необходимо иметь совершенно правильное представление о духовном мире, чтобы постичь все значение такого факта. Если с оккультными средствами стремятся такому "духу народа" (в качестве Духов народов выступают Архангелы нормального развития. —Авт.) обеспечить мировое господство, то это значит, что действие (оккультно-политическое, совершаемое в братстве. — Авт.) должно достигнуть духовного мира, чтобы на место правомерного господства Архангела над умершими было поставлено неправомерное господство отставшего архая, неправомерного духа времени. С помощью таких приемов достигается ариманическое бессмертие" (174; 22.1) [*Примеч. автора: А еще ведется борьба за души погибших в войнах, за их переориентацию в азурическом духе. Таков прафеномен отвратительной возни с ветеранами, имеюшей одну цель — не дать тем, кто когда-то рядом с ними прошел через насильственную смерть, работать из духа над оздоровлением нашего мира.]

Таким образом, сходятся воедино: отставшие духи эпох, времени, т.е. Азурас (древнее название Архаев), проблема бессмертия, мировое господство и ариманизация. Продление жизни, над чем усиленно работают американские ученые и оккультисты, является проблемой временного характера. Если она решается в ариманическом духе, то необходим неправомерный, ариманизированный дух времени, т.е. азур. Будучи отставшим, он оказывается на ступени духа народа, но заявляет претензию на управление всей эпохой. Так азур, вынужденный действовать в отдельном народе, инспирирует претензию на мировое господство такого народа. Здесь следует искать исток безумной идеи, что разрушает социальную жизнь человечества. Выступая в роли архангела, азур является двойником народа; в то же время, это не просто люциферический или ариманический двойник. Те являются существами, отставшими на ступени архангела и ангела. Они действуют в описанной выше "ягвеизации" народов, в их замыкании в национальном, в сведении национального к родовому, кровно-родственному. Иное дело азуры. Им, как говорится, подавай все человечество. Они "интернационалисты", но на ариманический, марксистский или панамериканский манер.

Почему для эксперимента была выбрана Россия? Кроме ряда других причин, —также и потому, что она многонациональна, представляет собой как бы модель всего человечества. По нраву азурам англосаксы, потому что это скорее раса, чем народ; соответственно, и настроение там господствует одновременно и мировое, и эгоцентристское, и материалистическое. Отзвуки азурического настроения можно расслышать и в стремлении некоторых евреев быть не нацией, а расой, хотя известно ведь, что их раса — это семиты.

В духовном мире одни существа "состоят из" других, образуют их более высокое единство. В Иерархиях такая форма бытия не лишает нижестоящие существа индивидуального сознания, напротив, одаряет их еще более высоким сознанием. По аналогии с этим, но в полярно противоположном смысле, можно сказать, что азуры" состоят из " люциферических ангелов и ариманических архангелов, образуют их более значительное, но в отрицательном смысле, единство. А поскольку в азуре, как более "высокое", действует ариманический архангел, то и оказывается, что азур "до крайности пронизан ариманическим".

Приняв все это во внимание, мы значительно глубже можем понять "социалистический эксперимент", понять те серьезнейшие предостережения, которые делал по его поводу Рудольф Штайнер, понять, почему для него потребовался посвященный, отдавший себя во власть иной, чуждой всему развитию человечества космической сфере, почему и после смерти он оказался "живее всех живых", а созданная им система лишь наращивает культ мертвых, которых по этой причине чем больше, тем лучше, ибо тогда легче заполнить памятью о них все сознание живущих, но памятью в чисто материалистическом смысле, чтобы не позволить умершим действительно помогать живущим на Земле. Легко понять и другое — претензию большевизма на мировое господство. Если в дело вступает азур, то оно становится неизбежным. Азурами был инспирирован большевистский интернационализм. И все-таки "социалистический эксперимент" в России является лишь подготовительной фазой, опытной отработкой другого, действительно мирового эксперимента, для которого в качестве главного носителя избраны англосаксонские народы — представители души сознательной. Русские мало годятся для такой роли. Поэтому большевистский интернационализм был насквозь пронизан духом изоляционизма.

Теперь, в конце столетия необходимо подготовиться к тому, чтобы встретить азурический импульс выступающим с Запада. Вот почему важно видеть сущность панамериканизма и всех сопутствующих ему сил и движений.

Таковы предварительные наброски к значительнейшей теме современности. Чтобы глубоко и всесторонне разрабатывать ее дальше, необходимо систематически развивать способность читать "знаки времени", распознавать симптомы. Компромиссы с азурами — это ясно — делу тут не помогут.

Большевизм всегда будет враждебен Средней Европе, поскольку азурические существа испытывают к культуре Я еще больщую антипатию, чем люциферические и ариманические. Вторая мировая война явилась колоссальным подспорьем для распространения культа умерших, поэтому ее "дегероизация", к чему призывал Солженицын, для большевизма — острый нож. Но этого не хотят и "левые".

Во многом беспочвенны обвинения большевизма в антисемитизме. Не следует забывать, что Сталин стоит у "колыбели" создания государства Израиль. А ныне эта тема у необольшевиков звучит так: "Если евреи хотят иметь свое государство, то Россия только заинтересована в этом. ...В этом государстве тоже будут разные элиты, там начнется своя политическая борьба. Ну и ради Бога: боритесь, воюйте, живите". Неприемлемо лишь одно: "Мы будем протестовать, если вы станете действовать по-фашистски, но этот наш протест будет ровно таким же, как и при любых других выявлениях фашистских тенденций в мире".(*88)

Различия между левыми и правыми, конечно, существуют, однако их не следует абсолютизировать. "Новой молодой" России с ее "психоаналитическим мышлением" противостоит "новое", совершенно "передовое" учение "демократов"-перестроечников: фрейдизм! Одни противопоставляют Сталина Троцкому, другие —Троцкого Сталину, реабилитируют Бухарина, человека якобы порядочного, истинного "марксиста"; за него выступают ниспровергатели коммунизма, апологеты реставрации капитализма как единственно"прогрессивной" экономической системы. "Кормчего" этой реставрации Гайдара спросили: а что сказал бы о вашей деятельности ваш дед, усердно отстреливавший врагов "пролетарского государства"? Тот ответил: я думаю, что дед не осудил бы меня; он бы меня понял! [*Примеч. автора: Чтобы понять всю чудовищность такого заявления Гайдара-младшего, необходимо прочесть документальную повесть Вл. Солоухина "Мертвое озеро" ("Наш современник", №4, 1994), где собраны документы, показывающие "нравственный облик" нашего детского писателя, бывшего, как оказывается, патологическим убийцей.]

Что ж, давайте и мы поймем все то, что лишь чисто внешне выглядит сущей галиматьей, а суть имеет одну, и суть та поистине страшная. "Пойди дело так, — предупреждает Рудольф Штайнер, — как оно запущено в России, и Земля утратит свою задачу: тогда ее задача может быть изъята из Мироздания, Земля тогда ариманизировалась бы" (294; 22.VIII). Об этом следовало бы крепко подумать любителям легких комромиссов, ищущим в Антропософии все что угодно, только не ее саму. Велика, непомерно велика будет мера их ответственности за всякое слово неправды.

Социализм марксистского толка никогда не был родственен русскому народу, "еще никогда не сталкивались такие большие противоположности, как души восточноевропейцев и античеловеческий троцкизм-ленинизм" (182; 30.IV), пришедший к нам с университетских кафедр Запада. Он есть "дитя" западного буржуазного общества. В России он имел 2—3 сотни тысяч сторонников, которые сумели навязать его сотням миллионов. "И людям, чтобы отбиваться от этих ленинцев, требуется куда большая сила, чем в свое время католикам, отбивавшимся от своих епископов" (198; 9.VII).

Что такое человек, спрашивает Рудольф Штайнер, в глазах "Троцких" любого толка? —"Это ветхозаветный человек, который в наше время может только пригрезиться" (186; 8.XII). "Вильсон повсюду созвучен с Лениным и Троцким" (329, стр.234). А если мы обратимся к нашему времени, то обнаружим, что панамериканизм, идеологию которого в России проводят заурядные продолжатели былых гениев зла — Ленина, Троцкого, — это все тот же вильсонизм. Блеф, да и только — будто бы Горбачев, Ельцин, Гайдар и вся их, как теперь говорят, "команда" — антиподы Ленина и Троцкого. Тут даже доказывать нечего, поскольку они сами о том говорят. Гайдар, я еще раз повторяю, открыто утверждает, что его —"революционера-реставратора" капитализма (да, такие немыслимые понятия вводят в политический обиход обновители России), — хорошо понял бы, т.е. одобрил бы дед — верный ленинец, троцкист и т.д. Ну, а что делают те, которые даже не маскируются под "антиподов" Ленина-Троцкого? Что делают старые и нео-большевики? Они теперь орут: Октябрьская революция была следствием жидо-масонского заговора, имевшего целью сокрушить Россию, лишить ее самостоятельности; но мы никому не отдадим завоеваний Октября! Что это — шизофрения? — Ах, нет! Это диалектика по методу "советских мудрецов". В ней упражняются и демократы. Опять сошлюсь на радиостанцию "Свобода". Ее дикторы и комментаторы сетуют на жителей Брянской, Орловской областей за то, что по их вине там у власти остается старая номенклатура.

— Население идет за большевиками, и ради чего? — вопрошают на радиостанции. — Подумаешь! Хлеб в тех областях втрое дешевле, чем в Москве! Но это же чистая агитация. Да, правители там помогают детей устроить в школы, молодежи —поступить в высшие учебные заведения. Но ведь это же большевики! Разве можно пользоваться их помощью, пусть даже в очень трудном положении? Глупый народ, ничего не понимает!

Так рассуждают на радиостанции "Свобода". А как нужно вести себя, чтобы не вызвать нареканий от "мудрецов" "независимой радиостанции, субсидируемой Конгрессом США"? Я отвечу на этот вопрос в образной форме, суммируя их установочные идеологемы и ничего не добавляя от себя. — Нужно, скажем (чтобы нас не обвинили в садизме), защемить в дверь собственные пальцы и изо всех сил стараться открывать ее в ту сторону, куда она закрывается. Такого рода советами заполнен и московский телеэкран. Бойкие журналисты выхватывают на улицах "случайных" прохожих и вопрошают их: что вы думаете о возрастающих трудностях? Те отвечают: ничего, потерпим, лишь бы была свобода! Высокие цены? (а они просто фантастические) — Зато в магазинах есть товары!

Никто уже не вспоминает, что еще несколько лет назад в ходу была подобная же присказка: Трудности? — Потерпим, лишь бы не было войны. То была большевистская уловка; новая — от демократов. — На скорое улучшение жизни даже не надейтесь! —успокаивают они. — Хотите быть свободными, боритесь за существование; и пусть слабые погибнут.

Будущие поколения скажут (если будет кому сказать), что большевистская диктатура была последней, которая старалась скрывать свои злодеяния. После нее зло выступило открыто и цинично. И это все то же старое зло, которое восторжествовало в мире с октября 1917 г. Идущая ныне по поверхности "рябь" перемен не затрагивает глубин. В глубинах же: "Науку посвящения своеобразного рода имеет также и ленинизм. ...В ленинизме на поверхности человеческого развития работает расчет человека-зверя, расчет человеческой животности... Ленин, Троцкий и подобные им люди являтся инструментами ариманических сил. Это ариманическая инициация, которая принадлежит совсем другой мировой сфере, чем наша мировая сфера. И эта инициация имеет в себе силу, способную смести с Земли все, что образовалось на ней как человеческая цивилизация.

С тремя посвятительными направлениями имеет дело человек: с двумя направлениями, лежащими в плане человеческого развития, и с одним, лежащим под планом человеческого развития, с посвящением... почти безграничной силы воли" (197; 13.VI). Под двумя другими, говоря в данном случае только о посвящении тьмы, Рудольф Штайнер имеет в виду посвящение иезуитизма и тайных обществ Запада.

Посвящение ленинизма было таковым с самого начала, но позже, вобрав в себя люциферический элемент иезуитизма, оно приобрело не однозначно ариманический характер. Об этом, собственно говоря, и ведет речь Рудольф Штайнер: о третьем посвятительном направлении наравне с двумя другими. Он не называет его прямо азурическим, поскольку тогда пришлось бы специально развивать эту тему, чего он не хотел делать, чтобы не вносить в сознание людей слишком много того, что в начале века еще едва проявлялось. Иное дело — конец века. Здесь тому высшему синтезу двух древних путей посвящения (аполлоническому и хтоническому, дионисийскому), который осуществляется во Христе, все отчетливее противостает противосинтез ариманического и люциферического посвящений в азуре (см. рис. в гл. 17). Достаточно плохи и опасны каждое из них по-отдельности. Приходя же к синтезу, они образуют ту исключительную опасность для самого существования планеты, о которой говорит Рудольф Штайнер. Поэтому желанию людей, чтобы большевизм был преодолен и искоренен, нет альтернативы. Но, к сожалению, он, как некоего рода "осадок", "остаток" остается при оккультно-социальных "исчислениях" действующих, занимающихся дурной алхимией в современном мире сил. Перестроечный "осадок" останется нерастворимым ни для романской, ни для англосаксонской стороны. Достаточно самостоятельно он заявил о себе на ялтинской конференции союзников, в Потсдаме, на Нюрнбергском процессе. В 90-е годы оказывается никому не под силу "живой труп" посвященного чуждой человечеству мировой сферы вынести из мавзолея и предать земле. А если и вынесут, то ничто не помешает укрыть его в "катакомбах" центра ариманической инициации особого рода и там продолжить"заседания" "вечного Политбюро".

Рудольф Штайнер дает описание той духовной реальности, которая стоит за феноменом ленинизма. На Востоке, говорит он, который начинается от Волги, на место служения Богам постепенно было поставлено служение идолам. (Замечу сразу, что Ленин и Керенский родились на той границе; и вообще многое завязалось в Симбирске.) Северо-азиатская, восточная магия, шаманизм (которому Христианство, по мнению евразийцев, обязано своим успехом), колдовство практикуются там определенными ариманическими эфирно-астральными существами. "Через всю Сибирь, через Среднюю Азию, через Кавказ, повсюду там в мире, непосредственно граничащем с земным, ужасные ариманические эфирно-астральные существа занимаются земным ариманическим колдовством, которое коренится в астральном. И это действует заражающе на людей..."

На Западе меж тем "возникают существа астрального мира", которые теперь вбирают в себя все то, что там развивалось как диалектика, логика, как "человеческое удовольствие", получаемое от чувственного бытия, а также "религиозную жизнь". Это "...те существа, которые с астрального плана делали одержимыми собой Ленина (имевшего в своей крови — по отцовской линии — наследие шаманизма. — Авт.) и других его товарищей". Оба рода существ, говорит далее Рудольф Штайнер, на территории, простирающейся на восток и на запад от Урала и Волги, стремятся к некоего рода "космическому браку". Они "...совсем космическим вожделением стремятся к соединению и порождают ужасно душную атмосферу, делают людей одержимыми собой". Существа шаманизма имагинативно имеют вид "средний между козлом и медведем" (вспомним , как пережила Маргарита Волошина "диктаторов пролетариата"). Люциферизированные существа Запада имеют вид необыкновенно интеллектуальных голов, которые летят с запада на восток в астральном мире.

[*Примеч. автора: Эти головы вождя, бюсты в виде одной сверхинтеллектуальной головы, заполняли всю Россию. И сейчас искоренить их оказывается ужасно трудно, они то и дело мелькают на экранах телевизоров, когда показывают разные политические собрания. Перед "перестройкой" их любили рисовать на гигантских щитах и ставить возле дорог. Создавалась полная иллюзия летящей по воздуху головы.]

А в области между Волгой и Уралом "медведе-козлы", которым недостает головы, и "головы", лишенные тела, устремляются навстречу друг другу и сливаются в одно существо (225; 15.VII).

В этой имагинации, как в прафеномене, коренится причина многого из того, что совершается в России начиная с 1917 года. Троякое необходимо различать здесь сейчас; во-первых, люциферизированный абстрактный интеллектуализм Запада. Не зря демократов обвиняют в том, что они продолжают мыслить по-марксистски. Во-вторых, за "евразийцами" стоит ариманизированный шаманизм. Рудольф Штайнер говорит в цитированной выше лекции, что те "медведе-козлы" являются деградировавшими сатирами и фавнами античного мира, которые переселились на Восток. Поэтому "тени" Римской империи и ищут в них опору для новой идеологии.

Наконец, политический оккультизм имеет теперь дело с люциферически - ариманическим родом существ, которые представляют собой не просто взаимодействие, а симбиоз полярно противоположных сил. Он оказывается возможным благодаря некой перемене ролей, благодаря тому, что люциферическое начинает проявляться ариманически и наоборот. Сливаясь, они образуют род элементарных существ азурического рода.

Каковы составляющие симбиоза, таковы на физическом плане лики зла оккультно-политических сил. Низведение людей в формы древнего группового сознания сопровождается глубочайшей интеллектуальной работой. Интеллектуализм материальной культуры, где все определяет мера, число и вес, захлестывает эротическая распущенность, преступность, не желающие считаться ни с какими правилами.

Но большевики стремятся подо всем этим подвести черту, подвести диалектически. Их идеальную цель описали Джордж Орвелл и К.С. Мережковский; "религиозно"-идеологические, уже давно практикуемые принципы описал Григорий Климов. Книги всех трех авторов — не утопии, не антиутопии. Они просто фиксируют факт преждевременного зарождения "злой расы" человечества, о которой говорится в Откровении Иоанна, преждевременного по той причине, что еще не возникла "добрая раса", импульс к чему дала Антропософия в начале века. Многое тут "упустили" сделать те люди, чей долг и прямую обязанность составляло овладение Духовной наукой и широкое внесение ее во все сферы жизни. Были, правда, на то и объективные причины.

Такова внутренняя природа современного кризиса. Он не безнадежен, если не будет отвергнута рука помощи, протянутая человечеству Божественными Иерархиями через деяние Рудольфа Штайнера.


* * *

В заключении главы рассмотрим вопрос о том, как разыгрывается еврейская "карта" в "евразийско-атлантическом" противостоянии. Не из особой любви к этой теме я еще раз возвращаюсь к ней. Напротив, я делаю это с крайней неохотой хотя бы потому, что рискую быть обвиненным в "зоологическом" или каком-то там еще (тут любят крепкие выражения) антисемитизме. Впрочем, за любую из затронутых в книге тем следовало бы — так скажут носители группового сознания, "вживленные" в те или иные закулисные структуры — мое имя, по меньшей мере, вычеркнуть из "книги жизни" (в существование которой сами они вряд ли верят). Но я готов подождать до тех пор, пока способные учиться лишь путем бедствий и тяжелых страданий не получат свой урок и не придут к тому же самому, о чем идет речь в моей книге, где в общем-то показано лишь чуть больше вершины айсберга, а если поднять эти темы во всем их объеме, то пришлось бы совсем отказаться от надежды иметь читателя.

В обстановке сложной политической борьбы, которая сейчас разгорается в мире, к пониманию ее сути особенно трудно прийти потому, что в ней противоборствующие силы прикрываются, как террористы заложниками, еврейским вопросом. Делается это для того, чтобы в том случае, если дело примет неблагоприятный оборот, бросить, так сказать, евреев на "автоматы" и в создавшейся неразберихе быстро скрыться и "перетасовать колоду". Я уже говорил, что точно таким образом поступили с немцами и русскими. В этой связи в США крупнейшая организация русских эмигрантов "Конгресс Русских Американцев" одну из главных целей видит в борьбе с распространяемой в прессе и по каналам радиовещания тенденцией приравнивать русских к "советским" или "большевикам", а Россию — к СССР. То же самое систематически подчеркивали и диссиденты.

Подобным же образом следовало бы поступать людям и в других вопросах, когда речь заходит о мчащемся в ничто "экспрессе цивилизации". Я понимаю, что тут нужна смелость, ибо движение "экспресса" так возросло, что у многих захватывает дух при мысли, что с него надо прыгать; к тому же в нем еще сохранилось так много спальных вагонов, привлекательных буфетов и т.п. Что ж, в таких вопросах насильно мил не будешь. Поэтому я и вынужден адресовать свою книгу лишь немногим читателям.

Предупреждение, сделанное Самим Богом: "Иерусалим, Иерусалим... сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!Се, оставляется вам дом ваш пуст" (Мф.23, 37—38), — оно во время Его Второго Пришествия звучит с новой силой. Только теперь oпacнocтьстать "пустым" угрожает "дому" всего человечества.

Когда в России "евразийцы" заговорили вслух об оккультно-политических кулисах перестройки, "атлантисты" на каждом шагу, по поводу и без повода стали тыкать им в лицо: "А, вы повсюду видите жидо-масонский заговор! Это ваша идефикс!" — Такое заявление стало своего рода опознавательным знаком для "левых". Немало авантюристов начало пользоваться им для своих корыстных целей, поняв, что сделавший такую декларацию может рассчитывать на поддержку всех "либерально-демократических сил". В массовом же сознании стало крепнуть представление, что евреи и масонство — это одно, и что все они — разрушители России. С другой стороны, в бывшем СССР укоренилось представление, что масонство является некой силой, способной уберечь евреев от национализма других народов, помогающей им построить собственное государство и т. д.

Тогда "евразийцы" дали открыто не лишенное глубины разъяснение своей позиции по этому вопросу. "Альянс масонства и политического иудаизма, — заявили они,— это альянс... жертв", поскольку и те и другие углубили в нем свой упадок: "...масонство пропиталось весьма сомнительной "юдофилией", не зависящей от конкретных обстоятельств... а иудаизм... пропитался масонским "просветительством", в котором, как религия, потерял последние, сохранившиеся аутентично, религиозные черты". Иудео-масонский блеск стал "маской контр-инициатических центров" (т.е.приобрел антиклерикальную направленность. — Авт), он "потворствует аппетитам черни" и "толпа становится игрушкой в руках темных сил". (*89)

Председатель исламской партии возрождения (в бывшем СССР) Ахмадкади Ахтаев пишет: "Соединенные Штаты выступают как бы глобальным патроном евреев, а остальные — скажем, мусульмане — как бы в роли антисемитов". Но "арабы — исконные и чистокровные семиты. Коран признает и иудаизм, и христианство как Божественные откровения, как религии-откровения. И потому, противопоставляя всех евреев и иудаизм исламу и христианству, американцы тем самым не защищают евреев, а наоборот, подставляют их и иудаизм под удар".(*90)

Интересно, что в подобном же духе высказываются и некоторые евреи. Газета "День" перепечатала статьи двух раввинов, опубликованные в бельгийском журнале "Вулуар". Один из них, раввин Бекк — традиционалист и активист движения "Натурей карта", пишет: "Сионизм — это относительно новое движение, которое основывается на еретическом отказе от иудаизма". (*91)

Я понимаю, что все публикации, которые я теперь цитирую, — не чистые источники информации, а средства острой политической борьбы. В то же время, в них, о чем я уже говорил, содержится масса серьезнейших сведений, в общем потоке идеологии встречаются высказывания серьезных и добросовестных людей. Такие ведь тоже существуют, и они не молчат. Возможно, я бы не обратил внимание на статью Бекка, если бы сам не услышал однажды по радиостанции "Свобода", ставшей ныне рупором сионизма в большей мере, чем "Коль Израель", заявление следующего рода. В программе, посвященной жизни евреев, автор ее тоном, каким обычно задают риторические вопросы, спросил: "А как быть с ожиданием Мессии?" — и дал такой ответ: "Да никак! Тысячи лет благополучно обходились без него, обойдемся и впредь!"

Раввин Бекк утверждает (и это стоит в Талмуде), что евреи поклялись "...не восставать против народов мира... не участвовать в действиях, которые могут ускорить наступление конца света... не возвращаться всем вместе в страну Израиль".(*92)

Раввин Мейер-Шиллер, профессор Иешеботского университета в Нью-Йорке, пишет, что если христиан считать идолопоклонниками, то это значит, что все они, жившие в последние 2000 лет, "...не будут иметь никакого места в "хаолам хаба" —в "мире грядущего". (*93) [*Примеч. автора: А Зальция Ландман утверждает, что все христиане — потенциальные антисемиты.]

Об идее "всемирного еврейского заговора" "евразийцы" пишут, что она получила такое тотальное распространение, что "оставила позади себя" идею "масонского заговора". Судьба евреев в XX веке — гонения в Германии, создание Израиля, война с арабами, "...не только подпитывает теоретиков "еврейского заговора", но и делает "еврейский фактор" действительно важнейшей геополитической концепцией". (*94) И с этим в известной мере нельзя не согласиться.

Повсеместно видно, что евреям сейчас не просто предлагают, а навязыва ют, суют в руки разного рода власть. Но это ловушка. Нужно набраться разума, чтобы власть эту не брать, — в первую очередь власть прессы. Опять-таки потому, что так же поступили с русскими в 1917 г., объявив: "Кто был никем, пусть станет всем! Грабь награбленное!" и т.д., — с немцами после 1933 г., предложив им считать себя высшей расой. Цена соблазна оказалась огромной.

В России сейчас получает развитие курьезный и опаснейший процесс. Однажды все по той же "Свободе" прозвучал еще один "риторический" вопрос: "А кто сейчас является истинно русским интеллигентом?" И на него был дан такой ответ:" Конечно же, истинно русскими интеллигентами теперь являются только евреи!" Я слышал это собственными ушами, а когда затем начал внимательнее прислушиваться к тому, что творится вокруг вопроса о русской культуре, то мне, признаюсь, стало не по себе.

Если кто-то недоуменно пожмет плечами и скажет, что изреченное радиостанцией есть простая констатация факта, а не провокация, то ведь известно, что при этом будет сказано с русской стороны. Даже простой человек в России, не интеллигент, возразит: "А зачем было после 1917 года истреблять русскую интеллигенцию? под корень, вплоть до гимназистов? Мы растили ее два с лишним века; свою состоятельность она доказала плодами культуры. Как посмели перестрелять ее, выморить голодом и непосильным трудом на Соловках, Беломорканале, на Колыме? Зачем уж так-то было вести себя:


"Не стянув сапоги.

Не сняв кобуры,

Не расстегнув гимнастерки?"


(повторяю, я не цитирую антисемитов). А вспомним декрет Троцкого, изданный в 1922 г., который предоставил евреям преимущественное право поступать в любые учебные заведения и т.д. Одним словом, если разговор перевести в эту плоскость, то нам никогда не расквитаться. И остается только спросить: кто и зачем его в эту плоскость все же переводит? (Я имею в виду инициаторов.)

Как сказал один писатель: "Евреи хорошие тактики, но плохие стратеги". Если, положим, кому-то взбредет в голову фантастическая идея собрать взвод солдат, вооружить гранатометами и в мирное время бросить на штурм атомной электростанции, то, с точки зрения тактики, в успехе такой операции можно не сомневаться — до тех пор, пока не проявится просчет в стратегии: пока не начнут взрываться реакторы. Ведь, продолжая в духе вышеприведенного заявления радиостанции, можно также спросить: а кто сейчас является истинно американским интеллигентом?...французским? ...английским? ...польским? ...Так можно ставить риторические вопросы, ответы на которые, якобы, заведомо известны, и не заметить опаснейшего стратегического просчета, что такими успешными "тактическими" приемами пережимается, так сказать, "сонная артерия" культуры человечества. Мысля материалистически, этого не понять, но если мы знаем о существовании Духов народов, о Божественных Духах-Водителях целых культурных эпох, о беспредельном, безграничном по силе мире Божественных Иерархий — Творцов Вселенной, Творцов всей эволюции человечества, знаем о смысле развития, предназначении народов и человека как такового, — то нам не нужно долго объяснять, что фальсифицируя культуру, манипулируя ею, можно и саму земную ось сдвинуть с места. Именно по причине остановки культурного процесса, деградации культурных слоев общества, извращения культурных ценностей, искажения целей культуры исчезли с лица земли величайшие цивилизации.

Живя в эпоху "ученого невежества", мы вконец разучились пользоваться уроками прошлого. Каждый новый день мы встречаем с нулевой отметкой памяти и сознания. О давно познанных и осмысленных вопросах мы начинаем рассуждать как бы впервые. А все, что требуется подчас, — вспомнить, что думали и что понимали до нас люди, не спавшие в социальных отношениях своего времени.

В 1990 г. в одном из московских журналов была опубликована статья Андрея Белого — человека, вне всякого сомнения, знавшего цену культуре, — которая называется "Штемпелеванная культура". (Впервые она была напечатана в 1909 г. в журнале "Весы".) В ней он размышляет о понятии и значении национальной культуры, об отношении русской культуры к культуре Запада и о кризисе культуры. "Нормы культуры, — пишет он, — универсальны; форма и содержание ее конкретны, индивидуальны, многообразны, народны. Поэтому смешно, когда идею самобытности культур космополит отрицает во имя "прогресса"; еще более смешно, когда защитник самобытности видит уничтожение самобытности в необходимой политической и экономической эволюции...

Гений — фокус, собирающий лучи жизни народной; вся культура любого народа основана на творческих личностях, претворивших землю народа в культуру. ...В гениях обнажена и освещена душа народа; земля народа — источник рождения гениев". Далее Белый пишет о политизации понятия культуры, о привнесении дурного привкуса в слово "самобытность" и попытке откреститься от него, дабы не оказаться в одном лагере с радикальными сектантами и сугубыми славянофилами. Однако, в любом случае, через космополитизм искореняется "само содержание души народной". Штемпель прогресса, наносимый на продукты культуры, фабрикует одну всеобщую "прогрессивно-коммерческую культуру".

Разве не замечаете вы, восклицает Белый, ужасающего роста такой культуры? Растут книгоиздательства, единственная цель которых — нажива; все книжное, музыкальное дело концентрируется в одних руках. Вместе с тем, наблюдается ".. .страшное падение литературных нравов, продажность прессы, понижение уровня критики и все большая ее гегемония в вопросах творчества... Вырастает ужасная цензура... переводится, рекламируется и распространяется только то, что угодно королям литературной биржи; выпускается на эстраду только то, что угодно королям биржи музыкальной; а их идеал — интернациональное искусство, одинаково доступное и понятное плебисциту всего мира... А духовно отравляемые интеллигентные массы всего мира наивно продолжают верить, что в этой бирже и в этом хаосе понятий совершается таинство служения культуре.

Много лет "интернационалисты" замалчивали Вагнера, но когда замолчать не могли... грянул тысячеголосый хор критиков во славу Вагнера... Ницше... только по знаку дирижера господина Брандеса хлынул поток похвал; и реклама ныне уже запятнала имя Ницше". (А что сделали с ним потом? — спросим себя. — Ведь доконали все-таки!)

Андрей Белый задается вопросом: "Кто же эти посредники между народом и его культурой в мире Гениев? Кто стремится "интернациональной культурой" и "модерн-искусством" отделить плоть нации от ее духа, так, чтобы плоть народного духа стала бездушна, а дух народный стал бесплоден? Кто, кто эти оскопители? Странно и страшно сказать, но приходится.

Это — пришлые люди: обыкновенно оторванные от той нации, в недрах которой они живут... главарями национальной культуры оказываются чуждые этой культуре люди; конечно, не понимают они глубин народного духа в его звуковом, красочном и словесном выражении. И чистые струи родного языка засоряются своего рода безличным эсперанто из международных словечек, и далее: всему оригинальному... бессознательно (а иногда сознательно) объявляется бойкот. Вместо Гоголя объявляется Шолом Аш ...наряду с Бетховеном фигурирует Мейербер".

Я не думаю, чтобы у кого-то повернулся язык обвинить Белого в антисемитизме. В той же статье он пишет: "Бесспорно, евреи — глубоко талантливый, способный и самобытный народ; бесспорны отзывчивость и чуткость евреев на все вопросы, связанные с искусством; бесспорно и то, что среди еврейства есть отдельные личности (как Левитан, Юахим, Мендельсон, Гейне и др.), способные глубоко проникнуть в дух арийского творчества... Но, но и но...

Интерес ко "всему культурному" порождает эклектизм... рождается поверхностный интерес ко всем нациям; так возникает международный базар искусств... устанавливается международная связь равно далеких от народа, но равно (национально) близких друг другу издательств и фирм... Глубокоталантливые и вдумчивые единицы еврейства тонут в стихийном потоке культуртрегеров " чего угодно, на всякий вкус". ...базар порождает коммерцию; так является готовая, интернациональная (а изнутри узконациональная) биржа: и отсюда невольная, инстинктивная борьба еврейской критики сперва с арийцем Вагнером и арийцем Ницше, а потом стремление к монополии в истолковании того и другого. (Заметим, что это пишется в 1909-м году).

...вы посмотрите списки сотрудников газет и журналов России; кто музыкальные, литературные критики этих журналов? Вы увидите почти сплошь имена евреев,.. есть немногие среди них, которые понимают задачи национальной культуры, быть может, и глубже русских; но то — исключения...

Если принять, что это все "законодатели вкусов" в разных слоях общества, то становится страшно за судьбы родного искусства.

То же с издательствами; все крупные литературно-коммерческие предприятия России... или принадлежат евреям, или ими дирижируются; вырастает экономическая зависимость писателя от издателя, и вот — морально покупается за писателем писатель, за критиком критик. Власть "штемпеля" нависает над творчеством: национальное творчество трусливо прячется по углам; фальсификация шествует победоносно.

И эта зависимость писателя от еврейской или юдаизированной критики строго замалчивается; еврей-издатель, с одной стороны, грозит голодом писателю; с другой стороны — еврейский критик грозит опозорить того, кто поднимает голос в защиту прав русской литературы быть русской и только русской". Далее Белый пишет о "торжестве еврейского городового" в западной культуре.

Я позволил себе такое длинное цитирование статьи Андрея Белого потому, что не хочу "изобретать велосипед" в огнеопасной теме колоссального значения. Андрей Белый и многие другие русские и западноевропейские интеллигенты пытались в начале века найти выход из кризиса культуры. Для этого им нужно было говорить правду. Никаким расизмом, национализмом они не были обуреваемы. Например, Белый постоянно горячо выступал за полное гражданское равноправие евреев. В их неравноправии он видел первопричину всего того, что изложил в выше цитированной статье. Но в ином положении находимся мы. Более 80 лет спустя мы видим, что наделение равными правами повлекло за собой ничем не оправданное желание получить еще такие права, осуществление которых возможно лишь за счет лишения других людей их прав.

Речь тут, разумеется, не идет о желании евреев иметь свое национальное государство. Если они так сильно хотят его иметь, то пусть имеют, пусть соберутся все в нем и живут как только пожелают, но без мировых спонсоров, собственным трудом обеспечивая свой жизненный уровень. Дело, однако, в том, что никакая сила в мире именно такого государства иметь не желает. — Я уж не говорю о том, что множество евреев на Западе считает евреев Восточной Европы, за счет которых, главным образом, возводится государство Израиль, потомками хазар —тюркского племени, жившего в далеком прошлом на юге России и исповедовавшего иудаизм. Я не говорю о том, что реставрировать историческое прошлое двух-тысячелетней давности настолько же невозможно, насколько невозможно вернуть США индейцам, Европу — кельтам, весь север России, включая Московскую область, — финнам. Анализ политических событий в мире уже десятилетиями подтверждает одну и ту же истину: создание еврейского государства есть не самоцель, а средство для чего-то иного, в чем мы и пытаемся разобраться. Вот где корень проблемы. Она обладает общечеловеческим значением и разобраться в ней не только имеет право, но просто обязан каждый человек.

Поэтому евреям следует со всей серьезностью обдумать вопрос: Что будут они делать после того, как отпадет политическая нужда в существовании Израиля? Для человечества опасен не политический, не националистический сионизм. Рано или поздно, пусть дорогой ценой — если иначе нельзя, — он сам обнаружит перед своими приверженцами всю свою реакционность, всю невозможность осуществить его цели в современном мире. Страшна духовная, культурная экспансия, страшно доведенное до крайнего безобразия искажение, оболгание не то что человеческих, межнациональных отношений, а самого культурно-исторического процесса.

Да, люди — плохие стратеги, чего не скажешь о тех духовных существах, которые враждебны правомерной эволюции мира и человека. Только приняв их во внимание, можно по достоинству оценить глубину кризиса, охватившего мир, величину опасности, перед которой стоит человечество. Люциферические, ариманические, а теперь еще и азурические существа — они просто гениальные стратеги.Они понимают, что элементарными методами, с наскока развитие мира не увестина нужные им пути.

В 16-й главе у нас шла речь о том, что для современной, европейской культурнойэпохи мировым водительством было задолго приготовлено особое народонаселение, обладавшее задатками для выработки автономного я-сознания. Теперь перед народами Европы стоит задача на путях науки, Духовной науки выработать в человеке новые органы восприятия, которые бы позволили ему прийти в индивидуальную сознательную связь с духовными мирами, обогатить культуру, обновить ее за счет высокоспиритуального индивидуального творчества, обновить социальную жизнь моральными интуициями, создать предпосылки для духовного братства людей и все это постепенно и органично передать Восточной Европе, повернув движение культурного импульса на восток.

Прямо противоположного хотят азурические духи. Они хотят культурный импульс двигать далее на запад, а в Европе навек законсервировать его под эгидой англосаксонской расы. В своей стратегии они учатся подражать Божественным Водителям мира. По этой причине они также ищут особых носителей для своей "культурной" работы. В значительной мере они, так сказать, ставят на карту англосаксонских народов. Но через них они преследуют далеко идущие цели. Что касается настоящего времени, то здесь для них главным является создание антикультуры. И в такой работе исторически сложившиеся народы Европы не вполне надежны. Всегда остается опасность, что через них выступят инспирации Духов народов и разрушат работу азуров и других духов тьмы. А все, что возвышается до общечеловеческого, еще менее приемлемо для них.

Национал-социализм и большевизм имели целью лишь расшатать связь народов с Духами народов, исказить культурные традиции путем перенапряжения люциферического и ариманического принципов, путем профанации духовного творчества. Кроме того, в большевизме наравне с ариманическим проступили и угрожающие признаки присутствия азуров. А теперь мы уже полностью живем в антикультуре, инспирируемой азурическими существами. Она глубоко враждебна христианской этике, традиционным представлениям о красоте. И в то же время, она работает с человеческим "я". Апологеты поп-арта, его учредители и хранители считаются с закономерной эмансипацией личности, всячески поощряют ее и .. доводят до абсурда.Такова методология современной массовой культуры. Для работы по ее законам нужны люди совершенно особого склада — сущностно чуждые любой национальной культуре, интернационалисты в марксовом смысле, индифферентные к духовным запросам личности — по сути говоря, материалисты.

Вот эту глубоко оккультную опасность для культуры человечества и почувствовал Андрей Белый. У него было на этот счет особое чутье, о чем свидетельствует его роман "Петербург" и ряд других произведений. Что же касается фактологии, которой он пользуется в своей статье, то она в наше время разрослась до гигантских масштабов. И без всякой антисемитской пропаганды все больше людей замечают, кто являются активными и даже агрессивными носителями антикультуры, чьи лица мелькают повсюду, где только имеются кино- и телекамеры, микрофоны, подиумы, сцены. Под громкие вопли о зле шовинизма, национализма, расизма на радиостанции "Свобода" произведен идеально чистый расовый отбор сотрудников и всех сотрудничающих с нею лиц, в какой бы части мира, в каком бы народе они ни жили. В программах о русской, славянской культуре главным образом фигурируют лишь "истинно русские интеллигенты"; и только спорадически в них включают "инородцев", т.е. собственно русских, украинцев, поляков, чехов и т.д.

В Москве ввели в моду учреждать что-то вроде старых аристократических салонов (с показом по телевизору), где навевают ностальгию по русскому прошлому, ломают комедию с аристократическими привычками и т.п., учреждают клубы миллионеров, устраивают телетусовки, на которых абсолютно ничего не происходит, и повсюду —"истинно русские интеллигенты". А всех "неинтеллигентов", пишущих романы, рисующих картины, и, несмотря ни на что, даже снимающих порой кинофильмы, как-то необыкновенно ловко и быстро затолкали в правую оппозицию, перемешали с необольшевиками, просто большевиками, агентами тайной полиции и т.п. Так сознательно тотально поляризовали русское общество, не дав ему опомниться после большевистского гнета; а далее уже ясно прорисовывается подобная же поляризация всего человечества. Примеры во множестве — у каждого на виду.

Как-то раз мне довелось разговориться с одним советским антрепренером, устраивавшим у нас гастроли эвритмической труппы Гетеанума. Он начал сетовать на программу концертов. "Они ее очень неудачно составили, — говорил он. —Вы представляете, включили в нее Пушкина! Сначала я подумал, что в этом кроется какой-то особый смысл. Потом, смотрю — нет, просто Пушкин! Ну разве так можно! Ведь есть же поэты: Бродский, Мандельштам, наконец, Пастернак".

Приведу еще пару примеров, не посчитаться с которыми может лишь недобросовестный человек. Седьмого сентября 1992 г. по первому каналу телевидения была показана программа, в которой прямо в студию была приведена живая свинья. Ведущий программы, указывая на свинью, заявил: "Она являет образ России, вечно комплексующей, наполненной вечными комплексами, которые нельзя разрешить, а можно только разрубить!" Вслед за тем на глазах у миллионов телезрителей свинья была убита и разрезана на куски, которые расхватали участники программы.

"Истинно русских интеллигентов" видишь повсюду, где ведется пропаганда сексуальной распущенности. Через средства массовой информации народ не только агитируют, но уговаривают, упрашивают: да чего вы боитесь? вы только попробуйте отбросить все старые нормы нравственности и вскоре увидите, что сексуальная революция сама пойдет на убыль. Так уже происходит на Западе. Сначала они тоже боялись дать сексу полную свободу, а теперь теряют к нему интерес. — Кто противится таким уговорам, тех клянут последними словами, а главное — называют шовинистами и необольшевиками!

Нет более непримиримых, чем "истинно русские интеллигенты", борцов за права так называемых "сексуальных меньшинств". Их апология ведется с такой основательностью, что за нею явно просматривается намерение превратить эти "меньшинства" в "большинство". Расскажу об одной из регулярных телевизионных программ, с помощью которых ведется массовое перевоспитание молодежи, освобождение ее от "вечных комплексов России". В ней показывают заседания некоего дискуссионного клуба. Участие в нем принимают главным образом представители "меньшинств", за стол сажают "эксперта"; между "экспертом" и аудиторией суетится ловкий журналист. На одном из заседаний журналист задает вопрос пожилому мужчине с внушающей доверие внешностью.

—Сколько раз вы любили?

—Два, — отвечает тот.

—В который раз сильнее?

—Во второй.

—Почему?

—Я любил мужчину!

—Браво! — восклицает журналист, и в аудитории раздаются аплодисменты.

Затем следует интервью с лесбиянкой и с нормальной девушкой, у которой существуют религиозные убеждения. Первая, что называется, "печатает слова истины", вторая лепечет что-то жалкое. Далее следует исповедь молодой четы. Они живут вчетвером, еще с одной парой. Муж рассказывает с подчеркнутой откровенностью: "Если друг удовлетворяет сексуальные потребности с моей женой, то я чувствую себя одиноко, обделенным, поэтому я соединяюсь с его женой. А если я совокупляюсь еще с какой-нибудь женщиной, то моя жена присутствует при этом мистически, и это не измена."

Вступает "консультант": " Однолюбы — это люди, как правило, с ненормальной психикой. Самый прекрасный возраст для сексуальной любви — от 7 до 14лет! Берите пример с Ромео и Джульетты!"

Известный теперь у нас "сексолог"[*Примеч. автора: Из "истинно русских интеллигентов"; при большевиках он был "истинно советским интеллигентом", "светилом" советской социологии.]

Игорь Кон в одной из центральных газет заявляет: "В России самый высокий уровень гомофобии (т.е. отрицательное отношение к половым извращениям) в мире. ...явление это того же порядка, что и расизм, недопустимый в демократическом обществе" (!). Далее газета сообщает,что в августе 1992 г. Кон созвал международную конференцию геев и лесбиянок, на которой русские (опять: причем тут русские?) геи "дружески похлопывали по плечу американских". (*95)

Таков, как говорят юристы, "момент истины". Вот он, конечный адрес, по которому направляется всемирная историческая борьба с расизмом. Цель ее —принудить человечество погрузиться в ту аморальную жизнь, которая, как о том давно говорят пророчества, будет предшествовать приходу Антихриста. И не за горами то время, когда за отпор, данный растлителю или сексуальному маньяку, пытающемуся растлить ребенка или подростка, будут привлекать к суду за расизм и давать тюремные сроки. У нас уже повсеместно случается, что к школам приходят такие растлители и открыто соблазняют школьников деньгами, вещами. Совершается и такое, о чем даже писать не хочется.

Пока что таких типов можно прогнать, но к суду их уже не привлечь. Если же процесс "демократизации" пойдет и дальше в этом духе, то к суду станут привлекать учителей и родителей, пытающихся защитить своих детей. А на Западе удивляются, почему это русские так слабо поддерживают своих освободителей: Горбачева и Ельцина?

[*Примеч. автора: Поскольку в мире ничто не стоит на месте, непрерывно развивается и рассматриваемый нами теперь вопрос. Особую заостренность он получил в статье директора Центра социального прогнозирования и маркетинга, опубликованной в "Вестнике Российской Академии наук" (той Академии, куда Ельцин обращался с просьбой сформулировать понятие "расизм" для готовящегося антирасистского закона) в №1 за 1995 г. Статья называется "Перспективы развития русского этнического сознания". В ней, среди прочего, поворится: "Основные сдвиги в социальной структуре (российского общества) и вызываемые ими изменения в этническом сознании будут относительно скоротечными — в течение 2—3 поколений. Что касается развития этнического сознания в результате активного включения страны в международное разделение труда, то этот процесс, как нам кажется, будет разворачиваться в историческом споре между двумя суперэтносами: достигшим своего расцвета еврейским и находящимся на стадии становления, но являющегося доминантным генотипом, — русским. Подобное соперничество ставшего к началу XX века доминантным генотипа еврейского этноса с завершившим свое онтогенетическое развитие германским едва не закончилось трагедией. Как поведут себя нынешние суперэтносы, покажет время. Для русского вообще не ясно, идет ли он... по традиционному пути развития, что предполагает становление генетически четко обозначенной соматической конституции личности, или же о нем можно говорить как об абсолютно открытом генотипе, реализующем себя благодаря саморастворению в других этносах.

Первый вариант таит в себе угрозу перерастания русского этнического сознания в жесткий, непредсказуемый по своим последствиям национализм в рамках мощной государственности. Второй будет способствовать тому, что оно (сознание) приобретет своеобразный "интернациональный" характер.Это воплотится в массовом миграционном синдроме и стремлении к межэтническим бракам.

На наш взгляд обе тенденции сегодня органически присущи России, и каждая угрожает ей расколом. Европейская часть русских может сплотиться в этноцентрическое, национальное государство, которое в условиях борьбы за защиту своего национального рынка выродится в государство фашистского типа, а сибирские великороссы, ценностные ориентации которых в значительной степени отличаются от ориентации их европейских соотечественников, образуют собственно русское государство". (Выделено нами. —Авт.)

В завуалированной в псевдонаучную терминологию форме в статье, по сути, России объявлена этническая война. Германии, как мы помним, была в свое время объявлена война лишь экономическая. В таких случаях, как учит исторический опыт, неизбежно возникают диктатуры и всплески антисемитизма.

Я бы еще попросил читателя вспомнить эту цитату, особенно ее последний абзац, когда он будет читатьо будущей политической карте мира в гл. 18.]

Так "разогреваются", "воспаляются" отношения в России. Никого не интересует, что никогда прежде, говоря об интеллигенте, в России не подчеркивали его национальное происхождение. Главной считалась его духовная пробужденность, а вместе с нею, естественно, — высокая нравственная позиция, энтузиазм в отстаивании нравственных основ жизни.

То, что творится сейчас, можно охарактеризовать однозначно — чертова карусель. Как ни пересаживайся, пока ты остаешься в ней, ты движешься по ее законам. На "карусели" предусмотрено все! Ты измучен диктатурой? — Иди к демократам, но тогда закрой глаза на развал страны, на голод, на войны. Не смущайся, что порой об этике проповедуют вчерашние урки, которые в недавнем прошлом носили бритву в кармане, а сегодня наняли банду телохранителей и обзавелись виллами на Женевском озере. Читай спокойно о том, как идет торговля детьми в дома терпимости, не унывай, что презрение к человеку выражают сами либеральные власти. Надейся, что кто-то выплывет из этой клоаки, и сам ты в "свободной конкуренции" отвоюй себе место под Солнцем свободы. На всех, конечно, мест не хватит, но такова плата за демократию: "пусть неудачник плачет, кляня свою судьбу".

Если ты за сохранение России и тебе по нраву, что в прошлом ее народы жили вмире, что не было национализма, что здравоохранение и образование были бесплатными; если тебе дорого завоеванное страшными жертвами то материальное положение в последние 20 лет, когда все-таки никто не голодал с опасностью для жизни, то иди к коммунистам, встань под красное знамя, где снова намалеваны вместе Ленин и Сталин, слушай как "радеют" об интересах России генералы КГБ и т.д.

Если ты за дружбу с Германией, то иди к тем, кто сейчас развивает теорию о господстве "сеньоров"; и т.д., и т.п.[*Примеч. автора: я приведу несколько выдержек из центристской печати, характеризующей положение в стране (я уже говорил, что отдельные здравые голоса звучат повсюду): "Народ не примет этого наглого захвата его собственности. Он не смирится с переводом миллиардов долларов на частные счета в зарубежные банки, с обесцениванием его личных трудовых накоплений, он не примет новых господ..." "...мы на пороге не просто голода, холода, диктатуры, но — взаимоистребления. Мы на пороге гигантской человеческой мясорубки". "Итак, вот они знаки беды: в идеологии — остро конфликтное мышление, агрессивность, готовность к взаимоистреблению; в экономике — спекулятивно-рэкетный рынок и бюрократическая приватизация, обеспечивающая захват созданного народом богатства новой господствующей элитой; в политике — реформирование новототалитарной системы". "Независимая газета" от 22 августа 1992 г.]

Ну, а если кто-то спросит: а нельзя ли так, чтобы не рвать Россию на части, ведь она— не империя, и в то же время обойтись без большевиков? нельзя ли улучшить экономику, не передавая ее из рук одной, партноменклатурной мафии в руки другой? нельзя липри перестройке сохранить хотя бы прежний, весьма скромный жизненный уровень? нельзя ли быть демократами, не разрушая нравственные устои обшества? — то на такого рода вопросы повсюду на "карусели" человек получает отрицательный ответ. И никто — ни демократы, ни большевики, ни "евразийцы" — не объяснят, почему нельзя так сделать. Не объяснят не потому, что не знают. Напротив, все они хорошо знают, как можно улучшить положение в России, как сделать ее процветающей, свободной и самостоятельной страной. Но тогда отпадет надобность в существовании всех этих "левых", "правых", "центристских", "полуцентристских" направлениях и партиях. А в таком случае любая из них говорит себе: "Да пропади она пропадом, эта Россия и все ее народы вместе взятые, если для ее блага я — партия — должна лишиться власти." Почему так думают? — легко понять. Россия не иголка в стоге сена. Это крупная фигура, вовлеченная в мировую игру, главная ставка в которой — сама душа человека! Но чтобы спасти душу, идеальной целью объединения людей должен стать этический индивидуализм с его элитарностью за счет одного лишь духовного развития, с его демократизмом, понимаемым как любовь к ближнему, с его стремлением к свободе, которая побуждает человека обращаться с другими так, как он желает, чтобы обращались с ним.

Рано или поздно возникнет объединение таких людей. Они не станут писать уставов, создавать Центральные Советы, институты власти харизматических проходимцев. Но на пути к такому союзу вздымаются горы непонимания, фанатизма, злобы и ненависти. И только "претерпевший до конца, спасется".

Хватит ли на это сил у России? Должен сказать, что я не вижу ни одной группировки, партии, ни одного интеллектуального, духовного центра сил, которые давали бы хоть какой-то повод для надежды. В междоусобной борьбе партий сквозь бутафорский дым политического плюрализма как единственная реальность проступает всевозрастающее противостояние большевизма и тех, которые идут с Ельциным. Все, очем сейчас можно говорить, — это отдельные хорошо думающие люди, которые уже

понимают, что нам угрожает. Но большим влиянием в обществе они не обладают, их каждодневно либо ошельмовывают, либо "примазывают" к разным группировкам с пустыми или откровенно разрушительными программами. От всего этого и у понимающих голова идет кругом. Лишь основательно владея Духовной наукой, можно сохранить понимание происходящего. Однако и в этом случае сделать, кажется, ничего нельзя. Ход событий жестко управляется из-за кулис. А если что и может вырваться из-под того контроля, то — одна лишь ярость разрушения.

Случается, правда, так, что недобрые силы во взаимной борьбе нейтрализуют одна другую. Ведь было же так, что ариманическую магию римского сената разрушил люциферический разгул страстей в легионах. Скорее всего, что-то подобное предстоит и России. Разгул мировых сил зла приведет их к взаимопогашению. Но путь этот труден, его, как говорится, и врагу не пожелаешь. Лишь уповая на Бога можно будет уцелеть в начавшихся испытаниях. Но уповать следует не расслабленно, а строя активное конкретное, реальное отношение к духу.

 
Дополнение к главе 18

Если бы последнюю страницу кто-нибудь прочитал в декабре 1993 года, то сказал бы, что я тут ошибся, что националисты превзошли большевиков. Внешне взять, действительно, либерально-демократическая партия (ЛДПР) на выборах, состоявшихся 12 декабря, оказалась впереди всех. Но вот что интересно: главный идеолог "евразийцев" А.Дугин заявил после выборов, что вообще не считает русских нацией! В статье,опубликованной в №2 газеты "Завтра" (под таким заголовком выходит теперь запрещенная газета "День"), он пишет: "Думаю, что "наших" отныне не должно трогать, повышается ли у этих "дисциплинированных" рождаемость и отапливаются ли батареи, выгоняют ли их на улицы или насилуют в подъездах. Они выбрали "службу", "работу", работу на систему. Черт с вами. Снами же Россия, с нами наши мертвые, с нами Бог. Но мы вернемся". Устрашающее своей метафизикой заявление, и оно еще раз подтверждает, что борющимся в стране группировкам лишь постольку есть дело до русского народа, поскольку он служит послушным инструментом в их руках.

Под стать "евразийцам" высказались и наши "атлантисты". На праздничном банкете, устроенном по случаю проведения выборов (он транслировался по телевидению всю ночь), напоминавшем пир во время чумы (это было в высшей степени симптоматическое зрелище), демократы (не либеральные, проельцинские), несмотря на принятое условие всем партиям держаться корректно, начали делать заявления в том духе, что какой, дескать, народ, такого правительства он и заслуживает, что иного, как поддержки профашистской партии от этого быдла (на этот эпитет намекалось) и ждать не приходится.

Перестроечной печати дан великолепный повод снова возопить о черносотенной психологии русского народа, о его "генетической испорченности" . Этого пока не делают лишь по той причине, что возглавляют ЛДПР два еврея. [*Примеч. автора: Русским, как и в 1917-м, в особенно рискованных и далеко идущих авантюрах не особенно доверяют. Взять хоть того же Ельцина — заладил одно и то же: "я бы ушел! я бы ушел!" То же самое твердит и Шеварднадзе. И это несмотря на то, что оба "потусторонники" (т.е. возведены по ту сторону добра и зла). Ленин и Троцкий на их месте так бы себя не вели.] Один из них —политический лидер, другой — самый известный в стране экстрасенс, гипнотизер, крупнейший специалист по массовому внушению. Когда выборы уже "отгремели" , по телевидению выступил другой, второй по значению, но может быть даже и равный первому, экстрасенс, провозглашающий себя белым магом. Он рассказал, что, зная профессионально технику массовых внушений и, кроме того, имея некий сверхчувственный опыт, он непосредственно, во всех деталях наблюдал, как велась суггестивная обработка населения темным экстрасенсом. Еще в 1989 году тому были предоставлены безграничные возможности десятки тысяч глупых обывателей на стадионах превращать с помощью гипноза в идиотов и рабов, ползающих по полю, прямо ртом жрущих траву и т. п. Бесчинства эти наблюдали по телевидению миллионы зрителей. У всех, так говорил белый маг, кто подверг себя воздействиям черного экстрасенса, сохранилась внутри зависимость от него. Теперь по этому каналу были посланы определенные команды, зашифрованные в догматические заявления политического лидера, в которых рефреном повторяются одни и те же фразы. Белого мага спросили, почему он не рассказал обо всем этом до выборов. Он ответил, что пытался рассказать, но его не стали слушать; была даже подготовлена специальная программа для телевидения, но ее не пропустили, хотя доступ на телевидение этому магу обычно также всегда открыт.Что касается людей из ЛДПР, то они и сами не скрывают, что пользуются услугами оккультистов. Странно порою было видеть, например, крупного офицерского чина, заявляющего, что "все колдуны России" — с ними, с их партией.

Так осуществляется теперь в России политика на государственном уровне. Демократы (опять должен пояснить — не "либеральные" , обыкновенные) могли бы сказать в свое оправдание: В борьбе с большевистским зверем все средства хороши, но внутренне мы привержены правам личности и т.д., и как только достаточно власти будет в наших руках, мы создадим правовое государство и т.д. Но это старая, хорошо известная песенка. Слыша ее в очередной раз, любой говорит себе: Такого не было никогда и не будет! Создатели ордена иезуитов намеревались защищать божье дело на земле, а поскольку выше этого ничего быть не может, то решили, что могут позволить себе любые средства. В результате превратились в бич Божий, сделались самой антихристианской сектой на земле. Первые духовные ордена были созданы людьми, понявшими, что папство перегородило дорогу всякому развитию, не способствует развитию Христианства, а профанирует его. И это была сущая правда. Масонские ложи, вышедшие из тех орденов, главную свою задачу видели в преодолении церковного обскурантизма, в распространении просвещения. В них сходились люди с углубленными духовными интересами. Но со временем руководители лож, поскольку враг был дьявольски силен и изворотлив, позволили себе стремиться к своим целям любыми способами и в мир ворвались кровавые революции; папство же простерло свою власть и на ложи.

С конца XVIII века за покровом цивилизации возникают обширные оккультно-политические кулисы, некоего рода параллельный мир, упраздняющий постепенно весь естественный культурно-исторический процесс развития, лишающий народы суверенитета. С тех пор силами кулис гипертрофируются, искажаются, ошельмовываются все здоровые стремления к переменам. Например, стремление русских к социальной справедливости уже в XIX веке связывают с диким терроризмом, потом являются красные агитаторы, политические ложи, большевики. Но по сию пору сквозь весь хаос наших дней, то и дело проступают честные стремления оздоровить жизнь нации. Однако спереди их блокируют демократы, а сзади им "на спину" бросаются необольшевики,маги, колдуны. И делается это в условиях, когда население доведено до критического состояния, когда может случиться все, что угодно.

К любым средствам в борьбе за власть прибегают как демократы, так и необольшевики и любые другие разновидности этих двух сил: лгут, занимаются массовыми внушениями, играют на низменных страстях черни. По телевидению перед самыми выборами (я так часто ссылаюсь на телевидение по той причине, что это наиболее эффективное средство пропаганды) был показан небольшой кинофильм, сделанный перестроечной стороной (на русском языке с английским дублированием; или наоборот) с целью поколебать авторитет либерально-демократического лидера (говорят, что вышло все наоборот). В нем, в частности, был обыгран такой момент. Со смехом было рассказано, что лидер на вопрос о своем происхождении отвечает, что мама у него русская, а отец — юрист. Спрашивают "случайно" выхваченного на улице прохожего:

—Вы будете голосовать за лидера ЛДПР?

—Нет, — отвечает тот.

—Почему?

—Потому, что у него "папа юрист". Возникает пауза, потом следует вопрос:

—А вы что, настроены против евреев?

Нет, нет, что вы? — протестует прохожий. — Просто он мне не нравится.

К таким приемам позволяет себе прибегать левая, демократическая, перестроечная журналистика. Ну, а что сам лидер? — Он отрепетирован в подражание немецкому фюреру и настолько явно, чтобы ни у кого не возникло сомнений на этот счет. Подобно своему "великому" прообразу, он уже объявил своим врагом №1 самого известного в стране комика, еврея ( в первом случае, как известно, это был Чаплин). Много общего у него с фюрером и во внешнем облике: голубые глаза, не фиксирующийся ни на чем конкретном взгляд, обращенный как бы ко всему человечеству, к истории (но одновременно обнаруживающий подверженность самого лидера внушению); в манере поведения, где все повседневное, примитивное уже предназначено к будущему возвеличиванию, обобщению, подается как фрагменты к будущей биографии великого человека; в демагогии, где порой повторяются наиболее провокационные заявления немецкого фюрера. Ближайшие помощники лидера — полковники КГБ, о чем они открыто заявляют сами.Созданный для показа публике отряд партийной молодежи, "сделанный" под штурмовиков (униформа, наглый взгляд, широко расставленные ноги, заложенные за спину руки — чисто киношный гештальт), также состоит из бывших (как они признаются с гордостью) работников КГБ младшего звена.

Насколько в действительности опасны эти "правые" ? С точки зрения внутри-Российских отношений они для демократов — хорошая палка для загона колеблющихся в свой лагерь, для консолидации всех, кто, даже не возражая против политики Ельцина, все же хотел бы иметь частично и собственное мнение (депутаты этого круга свидетельствуют, что в процедуре выборов было множество нарушений, что странной была процедура подсчета голосов). С удвоенной энергией теперь запросятся в НАТО прибалты. Напряглась и Западная Европа. Кто-то из демократов уже заявил,что если бы ЛДПР не было, ее нужно было бы придумать. Одним словом, все это —политический фарс самого дурного тона.

Но иначе обстоит дело с точки зрения мировых отношений. Здесь настораживают определенные феномены американской политики. Например, известный американский политолог Р.Коэн заявляет, что после окончания "холодной войны" американцев охватывает гражданская депрессия. "Когда Советский Союз развалился, — пишет он в "Вашингтон пост" , — мы, американцы, потеряли больше, чем врага; мы потеряли соратника в поисках смысла бытия".

Не видя в жизни смысла, жить, понятно, нельзя. Поэтому Америка усиленно ищет его. Он, как и прежде, может состоять в чем угодно, только не быть истинным смыслом человеческого бытия. В №46 журнала "Гетеанум" (28 сент. 1993 г.) Амнон Ровени в интереснейшей статье рассказал, в каком направлении Америка ищет смысл своего дальнейшего существования. В сентябрьском номере (за 1993 г.) влиятельный американский журнал "Foreign Affairs" опубликовал статью проф. Гарвардского университета Самюэля Хантингтона "The clash of Civilisations?" (Конфликт цивилизаций?). Сопоставив эту статью с другой, появившейся в этом же журнале в июле 1947 г. и обозначившей начало "холодной войны" , Ровени приходит к выводу, что новая статья относится к числу тех публикаций в мировой прессе, которые под маской частного мнения выражают глобальную политическую доктрину, которую предполагается начать осуществлять. И в таком случае статья является не чем иным, как руководством к действию для определенных политических сил.

О статье Хантингтона поведала также и российская пресса. В газете "Московские новости" в марте 1994 г. (№ 10) была опубликована подборка материалов, в которую вошли выдержки из статьи, интервью с автором, десять основных тезисов, кратко характеризующих позицию Хантингтона в целом, и карта, приложенная к его статье, где показана линия будущего "водораздела" между Западом и Востоком. Особенно интересно для нас знать (далее мы увидим, почему), что Хантингтон говорит по ее поводу. Он объясняет, что Россия принадлежит не к европейской, а к евроазиатской цивилизации. Отделяющий ее от Запада "железный занавес" исчез с концом "холодной войны" , "но в то же время как идеологический раздел Европы перестал существовать, здесь снова дал знать о себе рубеж между культурами — западным христианством с одной стороны и православным христианством и исламом— с другой... Наиболее важной разделительной линией в Европе, наверное, можно считать тот рубеж, до которого в 1500 году распространилось западное христианство. Эта линия проходит вдоль нынешней границы России с Финляндией и прибалтийскими странами, перерезает Беларусь и Украину, отделяя Западную Украину, где преобладает католическое население, от Восточной Украины, где живут православные. Затем линия раздела резко поворачивает на запад, отделяя Трансильванию от остальной Румынии, и после того идет по территории Югославии, почти точно совпадая с нынешней границей, отделяющей Хорватию и Словению от остальной Югославии. Разумеется, на Балканах линия раздела совпадает с исторической границей между Габбсбургской и Оттоманской империями. К северу и западу от этой линии народы являются протестанскими или католическими. Их объединяет европейское историческое наследие: феодализм. Возрождение, Реформация, Просвещение, Французская революция, промышленная революция. В целом их экономический уровень выше, чем у народов, живущих к востоку от линии раздела. А в настоящее время они могут рассчитывать на более сильную вовлеченность в экономику объединяющейся Европы. Что касается народов, живущих к востоку и югу от линии раздела, то они —православные или мусульмане. Утверждение стабильных демократических систем здесь представляется гораздо менее вероятным" .

Далее Хантингтон предупреждает: "Если русские, после того, как они перестали вести себя как коммунисты (выделено мною. — Авт.), отвергнут модель либеральной демократии и станут вести себя как русские, а не как принадлежащие к Западу, то Запад снова дистанцируется от России, а их отношения станут конфликтными" , "Бархатный занавес, отделяющий культуры, станет железным занавесом идеологий, который определит линию разделения в Европе. Как показывают события, происходящие в нынешней Югославии, дело тут будет заключаться не только в границах тех или иных различий, но порою также — в границах кровавых конфликтов" .

"Московские новости" характеризуют Хантингтона как "кабинетного ученого" , но главная беда заключается в том, что "кабинетный" , т. е. абстрактный, надуманный характер носят все политические доктрины Запада, зарождающиеся в оккультных орденах и ложах. Потом их используют как руководство к действию, и мир начинают заливать новые реки крови. Поэтому у нормальных людей имеются самые веские основания внимательнейшим образом следить затем, что появляется на свет Божий из кругов упадочного политического оккультизма.

А.Ровени в статье, с которой мы начали этот рассказ, приводит также некую карту мира, опубликованную еще в 1990 г. в английской газете "Economist" (номер от 1 сентября), на которой, на манер той, другой карты, появившейся в конце Прошлого века, полушутя-полувсерьез показано политическое будущее мира. Россия на карте дана в современном укороченном виде (но включая Казахстан) и названа "Евразией" . На ее западной части изображена фигура в православном Церковном облачении. — Таков, видимо, символ грядущей здесь власти. В восточной части таким символом даны приплясывающие казаки. Мне кажется, имеются все основания рассматривать эту карту как руководство к действию.





Творцы "нового мирового порядка" свои задачи формулируют, так сказать, в общем виде. За разъяснением следует обращаться к "аборигенам" соответствующих стран и континентов. Так, раскрытие смысла того, что таится за фигурой патриарха, изображенного на карте, т. е. того, что ожидает нас в случае установления национально-православной диктатуры, дала газета "Русь Державная" , "благословленная" самим патриархом. В третьем номере (1994) газеты мы читаем: "Церковь не бывает государственной. Государство же бывает православным. ...национальное — это совершенно необходимая часть православного мировоззрения..." . Далее следует нечто загадочное: "если потенциал национального гнева (по отношению к перестроечникам. — Авт.) реализуется чисто националистически, тогда имперскому мировоззрению не будет места. Русские замкнутся в своих границах и начнут выкидывать мигрантов... Православная элита. ...Нам необходимы — и сейчас! — православные и русские начальники. ...Мы должны уметь почитать и слушать церковного старосту, главу братства, национального вождя и воеводу никак не меньше министра, мэра, участкового уполномоченного. Русские имеют право на свою гвардию, православные — на свою. ...повседневное воспитание в русском человеке безусловного почтения к профессору и учителю. Русским нужен не интеллигент, а барин" .

Таков иезуитизм в его нынешнем проявлении в России, строящий идеологию нового тоталитаризма. Для всякой идеологии нужен какой-нибудь классик. В данном случае используют (в искаженном виде, разумеется) Ивана Ильина, на конференции в память которого и был прочитан выше цитированный доклад.

Как в 20-е годы, братства, начав терять контроль над "социалистическим экспериментом" , передали его в руки иезуитов, так может это повториться и теперь. В таком случае следует ждать утверждения "православной инквизиции" и не в переносном, а средневековом смысле слова, которая покончит с православием. Светских в массе ждут концлагеря; произведут отстрел "неонэпманов" ; гэбэшники сменят красные пентаграммы на распятия и т. д. Одним словом, нас тогда ждет "православный фундаментализм" , выступающий под флагом "православной монархии" или чего-то подобного, и новая волна террора.

Еще до перестройки глубоко верующие люди в России говорили: "Сейчас коммунисты не дают народу ходить в церковь; придут времена, когда в церковь станут загонять силой, но тогда ходить в нее будет нельзя, ибо в ней воцарится антихрист" .

Господи, неужели нас ждет еще одна "кровавая баня" ? И только ли нас?

Из-за цветистой и на первый взгляд вроде бы даже противоречивой риторики политических фантастов все вновь и вновь выступает одна и та же идея, описанная Джорджем Орвеллом, — идея управления миром по "законам" дурной диалектики. На карте из "Economist" , как может видеть сам читатель, мир разделен на пять континентальных национально-политических блоков, "цивилизаций" , как их называет Хантингтон, между которыми, по его убеждению, будет развиваться центральный конфликт в ближайшее время, и будет он (или они) более продолжительным или разрушительным, чем "внутрицивилизационные" конфликты.

Имеется ли возможность избежать такого катастрофического хода мировых событий? Теоретически — имеется, что же касается практики, то тут каждый может ответить себе сам, с умом читая газеты.

С Запада русским грозят пальчиком: "Не смейте вести себя "как русские" , а не как принадлежащие к Западу" . Мы же, "как на зло" , только и занимаемся тем, что "ведем себя как русские" . Кавычки тут следует поставить двойные, поскольку "как русские" делается именно в том виде, в каком это особенно не нравится Западу и при этом не имеет абсолютно никакого отношения к нашей подлинной национальной жизни, к сути русского народа, его традициям, культуре, душевному складу и т. п. Зато Западу, практически, уже сейчас развязаны руки, и он может в любой удобный для него момент "умыть руки" , "дистанцироваться" от России, сделать свои отношения с ней "конфликтными" , объявив, что "демократические политические системы" у нас невозможны, о чем граф Калерги писал еще в 60-е годы. И тогда мы — Россия со всеми населяющими ее народами, приведенная в состояние полнейшего упадка —снова окажемся между двух врагов истинной России: внутренним и внешним.

По сути говоря, меняются только методы, которыми нас разрушают; их меняют с учетом "недоработок" прошлого. Так, поворот "бархатного занавеса" на юго-запад означает, что на новом этапе "эксперимента" "ересь православная" , "отступничество" восточной Церкви будет искоренено повсеместно, включая Грецию. Но внешне все будет сначала выглядеть так, будто бы осуществляются самые смелые мечты не только славянофилов, но и панславистов: восстановится "цивилизационное" , политическое единство всего православного мира, начнет осуществляться "Завет Петра Великого" . К старым сновидениям добавится всего один нюанс: фундаментализм. О нынешнем патриархе, который на роль православного "Хомейни" явно не годится, оккультная газета большевистской оппозиции "Голос Вселенной" (№ 3-4, 1994) пишет: "Тот, кого по инерции продолжают считать Патриархом Всея Руси и главным пастырем всех русских православных... уже не первый год проводит политику уничтожения православия в России... политику постепенного ослабления, раздробления Русской Православной Церкви, подчинения ее под вывеской "экуменизации" ... Ватикану и правящим миром иудейским синклитам" .

Это звучит, так сказать, с одной стороны, а с другой — из газеты "Рыцарь веры" ( №4, 1994), издаваемой неким "Фондом новой святой Руси" , мы узнаем, что в России существует "Церковь Божией Матери" , которая "корнями уходит в апостольские времена... Это та православно-католическая церковь, к которой принадлежал царь Николай П (!)..." и т.д. Налицо "единство и борьба противоположностей" . Некий предварительный итог им подводит быстро набирающий авторитет и общественный вес митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн. "Еще древние греки, — говорит он в интервью газете "Завтра" (№10, 1994), — ввели в философию понятие "катарсис" — очищение через трагедию. ...человек оплачивает свое духовное возрастание тяготами" . С этой точки зрения бои возле "Белого дома" в октябре 1993 означают, что "когда те или иные божественные принципы реализуются в жизни, они неизбежно встречают упорнейшее сопротивление. ...Это всего лишь очередное препятствие на пути русского возрождения" .

Далее митрополит заявляет: "...на протяжении долгих столетий основные зиждительные начала русской жизни определялись лозунгом (выделено мною. —Авт.): Православие, самодержавие, народность" . Такова, как считает митрополит, совершенная трехчленная структура русского общества, где самодержавие является одновременно и как политический механизм и как нравственно-религиозное состояние общества, соборной народной души. Иными словами, идеальным для нас является возврат к цезаро-папизму древнего Рима, а то и к социальной структуре древнего Египта. В таком случае остается лишь согласиться с митрополитом, что русскому народу не нужны "правовые" системы, он "всю государственную структуру венчает фигурой помазанника Божия — русского православного царя" .

Не стану далее излагать содержание пространного интервью Владыки Иоанна; скажу только, что по сути оно является всего лишь более умно, продуманно сформулированным обоснованием того, о чем поверхностно, но зато и откровенно пишет автор цитированной выше статьи из газеты "Русь Державная" .

Ну, а что казаки, приплясывающие на азиатской части России? В начале ноября 1994 г. пресса и телевидение сообщили, что произошло объединение региональных казачьих "кругов" в единый казачий союз "азиатской части России" . В это же время было сказано о готовности Греции вступить в самые тесные экономические и политические отношения с Российской Федерацией. На Украине раздается: "Если националисты не хотят воссоединяться с Россией, пусть отделяются!" . Таковы симптомы.

Определенную ясность уже можно получить и в вопросе внутреннего структурирования оформляющихся суперблоков политических сил. В статье "Становящийся облик Европы" , опубликованной в № 42 журнала "Гетеанум" за 1994 г., А.Ровени прослеживает сколачивание под эгидой Ватикана "Нового святого альянса" , включающего в себя Францию, Германию и Польшу. Если такой альянс возникнет, пишет автор, то "вся Европа превратится в бастион римского духа. ...Возникновение такой оси (Париж — Берлин — Варшава) будет, несомненно, с радостью воспринято оккультными кругами на Западе. Ибо в таком случае потенциал культурной совместной работы Средней Европы и восточных славян по меньшей мере на какое-то время будет ликвидирован" .

Вполне возможно, что указанный альянс будет не единственным в Европе. Наравне с ним возникнет еще один. О нем говорится в статье "Кто сегодня пошел в монархисты..." , опубликованной в №9 за 1994 г. журнала "Молодая гвардия" . Журнал этот принадлежит к той разновидности правой оппозиции, где особенно отчетливо просматривается идеология "красного папы" . Но, как уже было сказано, мы занимаемся отбором фактов, метод же их осмысления у нас свой. В статье, с опорой на западные источники информации, делается попытка доказать, что имеется намерение реставрировать монархию Габсбургов. "В силу разных причин, — говорится в статье, — идея образования в центре Европы "Дунайской империи" нашла живейший отклик у американцев и контролируемого ими "Европейского движения" (основанного графом Калерги). Показательно, что Отто фон Габсбург в качестве генерального секретаря этой организации и потенциального наследника австро-венгерского престола воплотил в себе две, казалось бы, разнонаправленные тенденции. С одной стороны, руководимое им "Европейское движение" в качестве главной задачи выдвинуло идею образования космополитических Европейских Штатов. И в то же время, из тех же уст раздается призыв к фактическому подрыву декларируемой системы путем расчленения ее в самой сердцевине. Существует ли здесь противоречие или, может быть, речь идет о возникновении своего рода "ядра" , призванного притянуть к себе все остальное европейское геополитическое пространство?"

Положение Австрии, говорится далее в статье, резко изменилось после распада коммунистического блока. Автор статьи цитирует газету "Нойе цюрхер цайтунг" , где, якобы, было сказано, что "Австрия вернулась в Центральную Европу и, возможно, стала ее ядром" . Идея образования федерации государств на стыке Запада и Востока выдвинута Отто фон Габсбургом. Внутренняя ее подоплека — политические планы тайных оккультных обществ. "Великий Восток Австрии" и "Великая национальная ложа Австрии" входят в международные масонские обоймы иерархического свойства. Эти направления признают главенство над собой двух мировых масонских центров — "Великого Востока Франции" и "Великой объединенной ложи Англии" , а последние контролируются американскими ложами. Доминирующую роль в Дунайской федерации играет Орден Приорств Сиона, который действует не прямо, а через Великую щвейцарскую ложу "Альпина" , и т.д.

Трудно с уверенностью судить о том, возникнут или нет такие альянсы на политической карте Европы. Но один методологически обоснованный вывод мы можем сделать даже на основе той информации, которая выплескивается на страницы печати в пылу междоусобной, пока лишь публицистической войны партий, орденов илож. Он заключается в следующем: в деле возведения "нового мирового порядка" иезуиты и масоны, или, скажем, Рим и Вашингтон (а в более потаенной форме и Москва) работают вместе, и одновременно каждый тянет в свою сторону, что с успехом удается делать всем, благо поле деятельности обширно — весь земной шар. Поэтому, если на одной стороне возникает альянс под протекторатом Ватикана, то на другой непременно ищи что-то подобное, затеваемое братствами; а на третьей —смотри, что затевается на фоне всего этого в Москве. И все вместе взятое призвано служить новым принципам мирового контроля. Он же не сулит социальной гармонии ни концу нашего, ни началу следующего века.

Яркой иллюстрацией нашего вывода служит статья председателя Центрального совета Национально-республиканской партии России Н.Лысенко, опубликованная в том же, девятом, номере "Молодой гвардии" , откуда мы взяли и приведенную выше статью. Полемизируя с выводами Фрэнсиса Фукуямы о конце истории, Лысенко находит в нем один существенный изъян: Фукуяма строит свой анализ на основе лишь двух элементов общественно-политического бытия — экономического и идеологического. И он даже не упоминает третий фундаментальный элемент: национальный. Дело же заключается в том, "что главное противоречие мира в начале XXI века состоит не в противостоянии пролетария и капиталиста (и, следовательно, не либерализма и коммунизма), а прежде всего — в противостоянии наций, расовых и религиозных миров" . Речь при этом, предупреждает Лысенко, идет не о расизме, а об "этноцентризме" . (А мы добавим от себя: все о том же принципе Вудро Вильсона, о самоопределении наций, только в новых условиях, где вместо Ленина нужной становится фигура Хомейни.) В мире, констатирует он, происходит ослабление белой расы; усиливается "монголоидная (восточная) и негроидная (африканская) расы" ; усиливается ислам на фоне "меркнущего христианства" . В Европе и Америке нарастает национальная депрессия, "отлаженный механизм потребления, высокоразвитый политический и технический истэблишмент" держится лишь на военной мощи США. Восток и Юг все больше вторгаются на Запад. Усиление исламского фактора иллюстрируют палестино-израильские переговоры, "на которых обороняющейся и постоянно отступающей стороной неожиданно стал Израиль" . Или еще такой факт. Антидиффамационная лига, созданная с целью защиты евреев от антисемитизма, с 50-х годов основные усилия направляла на поддержку борьбы черных за уравнение их прав с белым населением Америки. Теперь же — в январе 1994 г. — Халиль Абу Эль Мухаммед, главный советник Луиса Фархана, лидера негритянской организации "Нация ислама" в США, "в публичной лекции обвинил евреев во всех смертных грехах, используя чисто нацистские термины" . Уже в 1988 г. раввин Меир Кахане в книге "Никогда больше!" (издана в Иерусалиме) писал: "Мазохистское заискивание еврейских либералов перед негритянскими интеллектуалами лишь поощряет дальнейшие нападения негров на евреев".

Лысенко формулирует в своей статье такой вывод: Чечня и другие "кавказцы" в России, мусульмане в Сербии, турки в Германии, арабы во Франции, негры и латиноамериканцы в США — у всех у них на исходе XX века будет одна миссия: взорвать изнутри европейский мир, установить новые мировые стандарты, которые бы соответствовали мировым тенденциям начала XXI века" . Поэтому следует ожидать ответной реакции со стороны европейских народов. В них проснутся дремавшие национальные силы, что, возможно, приведет "к возникновению Мирового Национального Альянса, ... для защиты европейских духовных ценностей", что-то вроде нового "Коминтерна" , но с противоположным знаком.

Характеризуя этноцентрическую расстановку сил в мире, Лысенко пользуется понятиями "комплиментарных" (совместимых, способных на сотрудничество) и "некомплиментарных" (несовместимых, чьи "интересы всегда останутся прямо противоположными") этносов. "Русские и татары, русские и немцы, русские и евреи, русские и другие народы — нации, друг другу относительно комплиментарные" . К некомплиментарным относительно русских Лысенко относит весь арабский мир, включая население бывших среднеазиатских республик СССР, Северного Кавказа и, что особенно примечательно, — прибалтов, т. е. всех, кто, согласно той карте, останется по ту сторону будущей "Евразии" . Некомплиментарны по отношению к Западу: "Исламистан" (если воспользоваться терминологией той карты), народы Востока (т. е. "Конфуциания" и проч.), Африки, точнее — черная раса. И поскольку Запад постоянно слабеет, не желая считаться с новым противостоянием Юг, Восток — Север, Запад, то остается надеяться лишь на "ультранационалистов" в Европе, которые изменят в ней политический климат, и тогда Европа увидит в России "нового лидера мирового порядка" .

Национальный подъем в России и Европе, пишет далее цитируемый нами автор, вызовет сильный резонанс в странах Востока и исламского Юга. "Возможно это вызовет еще более глубокий раскол в позициях региональных исламских супердержав — Турции, Ирака и Ирана. ...Любое усиление Ирана будет крайне враждебно встречено Турцией и Пакистаном, которые в этих услових, несомненно, попытаются форсировать создание исламо-тюркской суперимперии от Ташкента до Голанских высот. В этих условиях упреждающий вооруженный ответ России будет исторически неизбежен (выделено мною. — Авт.)" .

Подробный анализ и сопоставление статей Лысенко и Хантингтона обнаруживает их приводящее в изумление подобие. Оно простирается так далеко, что главные посылки статьи Лысенко можно охарактеризовать с помощью тезисов, к которым сводится содержание статьи Хантингтона. Они же суть следующие:

Мир будущего будет определяться взаимодействием 7—8 различных цивилизаций (а мы скажем попросту: расовыми противоречиями; Хантингтон, учитывая политическую конъюнктуру, просто не желает до поры до времени пользоваться таким понятием): западной, конфуцианской, японской, исламской, индуистской, славяно-православной, латиноамериканской и африканской.

Противостояние между ними придет на смену борьбе идеологий и другим формам конфликта. Следующая мировая война, если она произойдет, будет войной между цивилизациями.

Основные конфликты будущего пройдут — и уже проходят — по линиям культурных разломов между различными цивилизациями (Закавказье, Босния и т. д.).

Усилия Запада по распространению своих демократических и либеральных ценностей в качестве универсальных, по сохранению своего военного превосходства и продвижению экономических интересов натолкнутся на встречную реакцию со стороны других цивилизаций.

Более вероятно формирование эффективных международных политических, военно-политических и экономических организаций внутри отдельных цивилизационных систем, чем между такими системами.

Элиты ряда стран, внутренне расколотых в цивилизационном отношении (Россия, Мексика, Турция), будут стремиться превратить их в часть Запада, но в большинстве случаев столкнутся с труднопреодолимыми препятствиями. Центральным конфликтом ближайшего будущего станет конфликт между Западом и рядом стран, принадлежащих к исламской и конфуцианской цивилизациям, которые уже бросают вызов ценностям, интересам и мощи Запада. (Мы воспользовались формулировкой тезисов Хантингтона, приведенной в упомянутой газете "Московские новости" ; она демократическая.) И т. д.

Спросим себя: в чем же разгадка подобных совпадений во взглядах полярно противоположных лагерей? Она состоит в том, что глубинный большевизм, тот, который опирается на культ умерших, мумифицирует своих вождей, большевизм "красного папства" уже нанимается на работу по выполнению планов, намеченных на той карте. И его, вероятно, наймут. Семьдесят лет он так исправно проводил социалистический эксперимент! Заказчик остался доволен. Почему бы не нанять "тружеников" и на второй срок? Конкурент у них пока один — "евразийцы" с их национал-социал-имперской окраской, группирующиеся вокруг необольшевистской газеты "Завтра" и журнала "Элементы" , против которых журнал "Молодая гвардия" уже выступил открыто, и, можно не сомневаться, скоро победит (или, как это там называется?) их.

Говорят, будто бы история повторяется дважды: один раз как трагедия, другой —как фарс, но это, если речь идет об истории, а если она упразднена, то все, что было историей, превращается в глубоко трагический фарс. И тут бы людям самое время начать все же кое в чем разбираться и постараться понять, куда, кто и зачем нас ведет. В помощь тем, кто недооценивает или не может понять, что представляет собой религиозное обновление России, в конце книги (Приложение 1) дана последняя глава из книги того безвестного, кажется немецкого, антропософа, подписавшегося инициалами S.C.R. (о которой у нас было рассказано в главе 13). Там способный понимать читатель с изумлением обнаружит сделанное в 1956 г. описание первофеномена событий, происходящих с нами теперь, что поможет ему разгадать их тайну, понять суть таких явлений, как "Белое братство" , "Богородичный центр" , появление бывших комсомольских лидерш в роли мужески-женских мессий, недавний переполох в Киеве и даже глубинный смысл такого, внешне интеллигентного явления, как новейшие радиопрограммы "София" и "Благовест" .

Для понимания смысла политических и экономических перемен, известных под кодовым названием "Перестройка" , многое можно почерпнуть у Ивана Ильина. Этот поразительно проницательный русский мыслитель еще в конце 40-х годов, т.е. в самом начале "холодной войны" , распознал и описал суть того, что происходит с нами теперь! В сборнике статей, впервые опубликованном в Париже в 1952 г. под общим названием "Наши задачи" , он писал: "Еще в 1919 г. из Совнаркома была сформулирована директива: "Сущность революции состоит в открытом попирании всякого права, включая и собственные декреты революции" . И вот, по этой директиве — чиновник становится разбойником и взяточником, а социальный отброс возводится в чиновники. Загнанный же русский обыватель, в порядке жизненной самообороны от революционного разбоя, превратил "блат" в естественный и неизбежный способ борьбы за существование. Сверху сделано было все, чтобы смешать "мое" и "твое" , "мое и казенное" — в одну неразличимую кучу, чтобы вытравить из душ всякую имущественную законность и честность. Какую же демократию можно построить на таком "воровстве" ?

Коммунисты и поныне продолжают делать все, чтобы лишить народ русского государственно-национального кругозора и подменить его всемирно-революционным угаром, заносчивостью, самоуверенностью международного авантюризма. ...Нужно совсем не знать историю и ничего не понимать в политике, чтобы пытаться строить демократию на этом разврате.

Русский человек никогда не жил чужой мыслью. Он всегда предпочитал думать "глупо" , но самостоятельно: идти вразброд и тонуть в разногласиях, но не подчиняться слепо чужому авторитету. И вот четвертый десяток лет из него выколачивают революционной "учебой" , голодом, страхом, навязчивой пропагандой и партийной монополией печати способность самостоятельно мыслить. В его образовании все опошлено, искажено и пролгано; в его индивидуальном "миросозерцании" — все мертво, трафаретно, безбожно, аморально. Он в течение целых поколений оторван от верного знания — и о самом себе, и о других народах. Он слеп в политике и часто не знает о своей слепоте и все чаще принимает свою слепоту за высшую умственную "зрячесть" . Предлагать ему народоправство можно только в надежде заменить тоталитарный трафарет коммунистов новым, тоже тоталитарным партийным трафаретом. Что же может быть противнее истинному демократу, чем такая фальсификация "народоправства"? Или они попытаются создать новый "демократический фашизм" , чтобы, воспевая свободу, попирать ее от лица новой, неслыханной в истории псевдодемократии? ...Какая же психологическая наивность нужна для того, чтобы "верить" , будто русский народ, всегда страдавший недостатком характера, силы воли, дисциплины, взаимного уважения и доверия, найдет в себе именно после этих долгих лет рабства и растления эту сверхвыдержку, эту сверхумеренность, сверхволю и сверхсолидарность для осуществления демократического строя?

Подорваны все духовные и социальные основы демократии — вплоть до оседлости, вплоть до веры в труд, вплоть до уважения к честно нажитому имуществу. В клочки разодрана ткань национальной солидарности. Повсюду скопилась невиданная жажда мести. Массы мечтают о том, чтобы стряхнуть с себя гипноз подлого страха и ответить на затяжной организованный террор бурным дезорганизованным террором. И в этот момент (отсюда и далее выделено мною. — Авт.) им предложат:


1. "демократическую свободу" ;


2. "право всяческого самоопределения" ;


3. "доктрину народного суверенитета" .


Кто же будет отвечать за неизбежные последствия этого?..." Так писал Иван Ильин в 1948 г.

Лишь прочитав эти строки, я окончательно понял, почему Гайдар уверен, что его дедушка понял бы его. А еще я подумал: если даже не владея гетеанистической методологией, исторической духовнонаучной симптоматологией, можно так глубоко заглянуть в суть вещей, то чего можно было бы ждать от антропософов? Нам дано сильные мыслеформы социальной трехчленности превратить в реальный, здоровый смысл истории, которая есть не что иное, как форма человеческого бытия, где сам человек определяет и смысл, и задачи, и цели своего развития. Именно потому силы зла и упразднили историю, чтобы упразднить автономную человеческую личность. Поэтому главное сейчас: вернуть права свободному человеческому духу. Социальная трехчленность предоставляет наилучшие из возможных в наш век условия для решения этой самой актуальной задачи.

 
19. Антропософия, кризис эпохи и атавистический оккультизм

Теперь, обогащенные познанием того, сколь изменились условия времени по сравнению с началом века, мы можем целиком обратиться к делам и задачам нашего Движения и Общества. Подозреваю, что многим предложенный в книге акт познания окажется не по плечу, хотя я готов снова и снова показывать и разъяснять, что все сказанное мною проистекает из чистого духа Антропософии, возведено на основе ее метода, который, среди многого прочего, содержит в себе принцип: белое называть белым, а черное — черным. О принципах моральной техники я также уже сказал. Я считаю это бесчеловечным, когда, видя, что человек совершает непоправимые ошибки, хранят молчание, дабы не осложнять отношений. Действуя в стиле такого рода "положительности", жертве перед расстрелом заботливо завязывают глаза.

Оберегая ставший сомнительным покой друг друга, мы пришли к состоянию, когда многие антропософы просто живут так, будто бы происходящее вокруг них не имеет к ним прямого отношения, хотя знают и соглашаются с тем, что самопознание в новых условиях осуществляется по-другому в сравнении с древностью — не путем погружения в себя, а через познание внешнего мира. Во внешнем же мире нас, кроме трех царств природы, окружает еще четвертое, наивысшее и самое значительное — человеческое.

Туда, в это царство обязаны мы нести плоды Духовной науки, а потому, прежде всего, нужно знать, как обстоят в нем дела; и еще одно: как эти дела сказываются на жизни нашего Движения. Трудно объяснить положение дел в мире, но еще труднее заговорить о том, как они сказываются на нас самих. Однажды я попробовал лишь намекнуть на это, сказать, что потребность в таком познании назрела, когда написал предисловие к моей брошюре "Голос с Востока". Не менее трети писем, которыея после того получил, выражали ужас, панику перед познанием истинного положения дел внутри Общества. Один читатель (из Германии) даже назвал меня "внутренним врагом" Антропософии за то, что я вслух заговорил о творящихся в Обществе безобразиях, поскольку-де я забыл о том, что "внешний враг" только и ждет повода, чтобы к чему-нибудь прицепиться и напасть на Антропософию. В подобном же духе по сию пору распаляют себя некоторые "товарищи" антропософы в Москве. Твердо памятуя о заветах советской идеологии, они вопиют о непозволительности выносить "сор из избы". Но что делать, если этот "сор" есть? Скапливать его в избе? —Так он завалит всю избу и выносить в конце концов придется ее обитателей.

А моего критика из Германии мне хотелось бы, может быть даже с некоторым пристрастием, спросить: а почему же Вы, дорогой читатель, молчите по поводу №32 "Фленсбургских тетрадей"? (А теперь еще и №41?) Почему не протестуете против поднимаемой в антропософской печати дискредитации самого Рудольфа Штайнера? Почему не думаете о "внешних врагах", когда "друзья" Антропософии пытаются основателя Общины христиан выставить пособником нацизма? Ведь обо всем этом тоже пишут открыто. Вы этого не читали или... в чем дело?

Исторический опыт дает нам два примера того, что получается, когда "сор" оставляют "в избе". Первый из них — судьба римской церкви, второй — Советского Союза. Что же, и нам следовать их путем? Рудольф Штайнер думал и поступал иначе. Он не только открыто критиковал плохие дела в Обществе, но даже распустил его в 1923 г., когда его недостатки перевесили достоинства. Не боялся он говорить и о мировых тайнах, о тайнах кулис. В одной из лекций он говорит, что до 1914 г. враги Антропософии не имели аудитории; "возведение Гетеанума дало врагам возможность выступить и найти аудиторию" (258; 16.VI). В другой лекции стоит: "С определенной стороны вражда к Антропософии началась после цикла лекций "От Иисуса коХристу" (где было рассказано о посвящении иезуитов) (224; 7.V).

С точки зрения тех, кто желает быть "тихим членом Общества" (37, стр. 48), наверное, пришлось бы сказать: ну зачем д-р Штайнер провоцировал какие-то темные круги на выступление против нас? Ведь мы должны дружить со всеми и потому кое о чем можно было бы и промолчать. В наше время такие "тихие члены" просто парализуют всякую возможность настоящего социального познания и какую-либо самокритику. Бороться с ними нельзя, поскольку они искренне привержены Антропософии. Но при этом они плотным кольцом окружают очаги зла, легко поддаются исходящему от них внушению и не позволяют никому до них дотянуться.

Находясь внутри круга таких антропософов, зло порой даже перестает таиться оттех, кто его распознал. Тогда, выраженным в той или иной форме, от него можно услышать примерно следующее: "Пускай ты нас распознал, но у тебя ничего не получится; мы побьем тебя руками твоих же единомышленников. Нам даже не потребуется иметь с тобой дело. Во имя "любви к ближнему" они отделают тебя так, что ты света белого не взвидишь".

Проведя и на самом деле ряд таких акций, носители зла могут изменить тактику. Тогда от них порой звучит другое. "Видишь, — говорят они, — каков теперь человек? Да разве можно давать ему свободу? Стань как мы, и никто не посмеет так с тобой обращаться. Ты что-то там написал о нас? — Пустое! Лишь несколько чудаков и отщепенцев прочитают тебя, но и те поймут ложно. По-настоящему понимаем тебя только мы. Так пойми и ты нас. Иди к нам, мы научим тебя, как следует писать книги. И деньги будешь иметь, и славу".

Надо признаться, нелегко работать, находясь в таком положении. Утешением служит лишь мысль, что даже великие люди, имевшие смелость бескомпромиссно встать на сторону сил добра, пережили все это. Вспомним, о Рудольфе Штайнере кое-кто говорил в свое время, что больше не желает его слушать: хотят иметь Антропософию без него! Не от хорошей жизни приходилось ему делать заявления вроде следующего: "Говорят, что клевещущий на нас должен в наших рядах находить особенно прекрасное с собой обхождение, что с людьми, насаждающими в мире ложь, мы должны подружиться! Но сегодня такого не должно быть! Кто понимает время, должен это видеть. Не о том идет речь, чтобы дискутировать с людьми, насаждающими в мире ложь, но о том, чтобы разъяснять другим, что это за люди, чтобы другие не имели с ними дела, чтобы их, как людей, не допускали к себе; необходимо разъяснять другим, что это за личности. Вот в чем заключается все дело! Ибо сегодня мы стоим в начале важного этапа развития, и смотреть на все это сквозь пальцы означает оказывать наихудшую услугу человечеству. Смотреть сквозь пальцы, конечно, удобнее, чем обостренно понимать, в чем заключается дело" (196; 16.1).

Таким образом, в моей позиции я не взял на себя ничего преувеличенного. Я лишь настаиваю на том, чтобы мы действовали в соответствии с духом Антропософии, если он нам не чужд, если мы свободно руководствуемся им в нашей жизни. В таком случае прислушаемся к тому, чему учит нас, что разъясняет нам Рудольф Штайнер. "Можно видеть, — говорит он, — что логика противников Духовной науки, по сути говоря, представляет собой не что иное, как извинение собственной души за ее страх перед Духовной наукой" (284; стр.16). Не потакать их страху, — означает принести благо и им самим, хотя дело это непростое. "Честной вражды, — предупреждает Рудольф Штайнер, — мы, по сути говоря, не встречали; она могла бы только содействовать нам! А ту вражду, какую мы имеем, ее необходимо рассматривать по ее "как", по роду и способу, по средствам, с помощью которых она действует" (173;26.ХП). Возникает она как вне, так и внутри нашего круга. Уже при жизни Рудольфа Штайнера, как отмечает он сам, она "...была развита путем провоцирования в самом Обществе" (240; 16.IV). Ныне этот способ, или метод, возрос многократно. Именно его невольные служители часто кричат о том, чтобы "сор" скапливать в избе, хотя всякому здравомыслящему человеку понятно: если кто-то способен критиковать самого себя, значит не так уж он плох. А кроме того, ведь это в высшей степени лишено всякой любви к человеку, когда мы не замечаем его ошибок, противоречий, и говорим лишь об "общей любви к людям".

Читателю нужно еще раз осознать эти истины, чтобы правильно понять последнюю главу этой книги и дополнение к ней.

Обладая оккультно-социальным познанием, мы, антропософы, должны усвоить себе одну мысль, что ни в "новом мировом порядке", ни в "сакральных империях" место нам не предусмотрено. Наше существование в дальнейшем все больше будет зависеть от силы нашей апелляции к Божественному миру. А для этого нужно "всем сердцем и всей душою" отдаться на служение истине, сколь бы ни было трудно это делать. На легкое положение не стоит рассчитывать совсем, ибо, как мы помним: "...чем больше мы покажем в определенных кругах, что обладаем истиной, тем злее будет их вражда; и чем более действенной окажется эта истина, тем интенсивнее проявится вражда" (184; 22.IX). И проявится она не только во внешнем мире, но и внутри Общества. "Враги знают, чего хотят, они хорошо организованы" (257; 4.III). Остается то же самое сделать и нам: дать себе, наконец, ясный отчет в том, чего мы хотим, а затем хорошо, т. е. правильно организоваться.

"Тихий член Общества" — он "благомысл", он заявляет, что не желает думать о врагах Антропософии. Иное дело желающий "...встать выше круга тихого участия. Тогда для него тотчас же встает задача увидеть враждебность, защищать и в Антропософии, и в Обществе то, что правильным образом следует защищать" (37; стр. 48). "Правильным образом" — значит с учетом всего того, о чем уже шла речь.

Прежде всего, как было показано, необходимо "увидеть" колоссальную поляризацию двух мировых сил при одновременном единстве их основных идеологических установок, благодаря чему в "...отношении духопознания самые радикальные коммунисты и иезуиты абсолютно единодушны" (198; 3.IV). В этом вопросе у них нет противоречий и с "атлантистами". Совсем недавно в левой газете "Франкфурт Рундшау" (о чем сообщает "Дойче вохенцайтунг") была опубликована статья некоего Йохана Циммера, в которой тот, как сказано в газете, Рудольфа Штайнера "изобличает как расиста", показывает в его мировоззрении "расистские черты", "корни расового учения" в его "мифологическом образе мира". Поэтому, утверждает он, "...весь Штайнер, как предтеча националистов и национал-расистов, принимается во внимание новыми правыми". (*96)

Я бы на это сказал г-ну Циммеру, что в духе его логики рассуждает бывший советский, а теперь либеральный профессор-сексолог Кон, приравнивая противников гомосексуализма к расистам. А еще я посоветовал бы ему "принять во внимание" книгу известного советского писателя-фантаста Еремея Иудовича Парнова "Трон Люцифера" ( Книгу в России широко продают до сих пор), в которой тот, с позиций самой кондовой советской идеологии, делает то же самое, что и западный демократ Циммер. Вкратце "доводы" Парнова, идущего тернистой тропой reductio ad absurdum, сводятся к следующему: жил-был в Германии гипнотизер по имени Э. Ганнусен. И связался он с гестаповцами — тем была нужна свастика (а где взять ее, они не знали!), знак "движения Солнца" и просто "движения" (понимай — политического). Это во-первых, а во-вторых, в Австрии и южной Германии с XVII в. обосновались алхимические и розенкрейцерские братства. Потому возник орден "Золотого и розового креста" с "псевдомасонским ритуалом" (значит, понимай, есть "истинномасонский"), "что позволило германским (заметим, "германским", а не немецким; так ведь звучит громче и намекает на известное: "германский рейх", а в намеках-то все и дело) оккультистам выйти на международную арену". К началу XX в., повествует далее Парнов без всяких переходов, в Берлине "уже активно работала немецкая секция Теософского общества", ее генеральным секретарем был Р. Штайнер. "Свастика в кольце гностического змея (эмблема Блаватской) "объединила оккультный Восток " с героическим Севером нибелунгов". Ergo (опять без переходов): в теософии, возникла теория нацистов о расах.

Далее следует то, что читатель, наверное, может считать в-третьих и не смущаться при этом, что "логическая" схема Парнова, связующие звенья в которой он опускает, насыщена содержанием по принципу: в огороде бузина, а в Киеве дядька. Итак (если учесть, что этому ничего не предшествует), в эволюции немецкого оккультизма наступил перелом. Некие Теодор Рейс и Кроули основали "Орден восточного храма" (ОТО), это, скажем, "бузина". Р.Штайнер основал Антропософское Общество и выступил с "элитарной" идеей "внутреннего круга", — а это "дядька". Рейс вывез из Англии в 1902 г. масонский обряд "Мемфис-Мизраим". Штайнеровский "внутренний круг" оказался как нельзя кстати. А далее наступает "момент истины": тайные школы "сексомагии" (выделено мною. —Авт.) привлекли в ОТО толпы жаждущих "сокровенного посвящения". "В Англии "внутренний круг" привился в 1910 г. (объяснять, что такое этот "внутренний круг", Парнов считает излишним, видимо полагая, что все об этом знают), когда от "Золотого восхода" отпочковалась... "Утренняя звезда" (все это, надо полагать, тоже общеизвестные вещи), которую возглавил Р.Фелкин". Этот Фелкин якобы посетил Штайнера и тот отнесся к "Утренней звезде" с "должной серьезностью и пиететом". "Внутренний круг" оказался "замкнутым кругом". Т.Фритч и Г.Поль, "по-своему" (а как?) истолковав идею "внутреннего круга", сформировали секретный "германский орден". Антимасонский орден Фритча-Поля строился по масонскому образцу. "Это был "внутренний круг" грядущего фашизма с его культом силы и практикой геноцида, союз молота — "хаммер-бунд". (А это что такое?). Далее Парнов переписывает отдельные фрагменты из книги Повеля и Бержье "Утро магов".

Иной читатель, прочтя мой пересказ, возможно воскликнет: не может такого быть! Не поверю, пока не увижу текст Парнова своими глазами! Что ж, я советую ему сделать это, если он не относится к тому "массовому читателю", на которого, как сказано в аннотации, рассчитана книга Парнова. Видимо, этот "массовый читатель" должен "проглотить" ее не размышляя и ничего не запоминая, лишь бы потом у него, при встрече с Антропософией, всплыла ассоциация: А! это те, что связаны с фашизмом! [*Примеч. автора: Таковы, следует также иметь в виду, предтечи №41 "Фленсбургских тетрадей". Клевета основательно, в течение более чем 10 лет готовилась в открытой прессе показанным выше образом. Также и г-н Линденберг не делает ничего нового, а только клевету мировой прессы вносит внутрь АО.]

Истоки парновской логики, несомненно, следует искать в "Протоколах советских мудрецов", где заложены "методологические" основы для изучения следующих явлений "одного рода": "средневековые ведьмы и тайный орден рыцарей-храмовников ...розенкрейцеры, карбонарии... анархисты и коммунисты... И так вплоть до теософии мадам Блаватской — полуеврейка — и антропософии Штайнера — еврей". "Так что, европейским "новым левым" я бы посоветовал не изобретать велосипед, а взять у "советских мудрецов" уже готовую схему для критики Штайнера.** Хотя они этого скорее всего не сделают и вот по какой причине.

[*Примеч. автора: Для полноты картины расскажу, пожалуй, еше об одном критике Антропософии. Среди демократических депутатов ельцинского направления особой бескомпромиссностью отличается священник Глеб Якунин, до дыр протерший на парламентских скамейках не одну рясу. Как "истинно русский интеллигент", крест он носит в качестве политического украшения. В одной газетной статейке, где он крайне негативно оценивает бывшего президента Грузии Гамсахурдиа, он заявляет: "Ничего нового о Звиаде я не скажу, кроме одной детали. ...(он) оказался антропософом и даже назвал имя лидера".

До перестройки Якунин считался диссидентом и пользовался репутацией порядочного, честного человека. Гамсахурдиа в одну из наших встреч рассказал мне о нем как о человеке широких взглядов, способном не узко-догматически подходить к вопросам духа; поэтому он даже заговорил с ним об Антропософии, и тот проявил к ней положительный интерес. Гамсахурдиа рассказал ему обо мне и просил меня связаться с ним и поддержать отношения. Опираясь на свой опыт, я отнесся к рассказу Гамсахурдиа с долей скептицизма, хотя от встречи не отказался. Не помню сейчас, почему она не состоялась, ну а теперь остается сказать: и слава Богу, что не состоялась!

Есть в этой истории еще одна интересная деталь. Примерно в те же годы, когда Якунин услышал об Антропософии, кругом лиц, с кем ои тогда боролся, была издана брошюра "Мистика на службе антикоммунизма" (Москва, 1978). В ней речь шла о "западных реакционных кругах", которые обеспечили успех Антропософии в начале века в Германии (помогало этому якобы само правительство), а далее, "благодаря содействию власть имущих, антропософия.получила распространение и за пределами Германии". В России Антропософское Общество возглавил А.Белый, который, как стояло в брошюре, был "членом германского совета антропософов", и т. п. В конце брошюры речь шла об "эмиссарах" Антропософии в новое время, которые, якобы, в чемоданах с "двойным дном" провозят в Союз "десятки антропософских книг", а некоторые, распропагандированные "эмиссарами" советские граждане, берут на себя задачу эту литературу распространять. В качестве примера был назван "гражданин Б." — "лидер", как мне напрямую и заявили в КГБ во время одного из допросов. (И что особенно поразительно, пытаются навязывать эту роль до сих пор. Таким образом, "Процесс" — по Кафке — продолжает идти при всех условиях.) Не знаю, почему тогда не решились напечатать мою фамилию полностью, видимо, в тот раз хотели только попугать — спешить-то им было некуда. Так неожиданно сходятся противоположные на первый взгляд вещи.]

Полное неприятие Антропософии впредь будут проявлять только "советские мудрецы" (вне зависимости от обличья, которое они будут принимать). Что касается "евразийцев" и "атлантистов", то они будут прибегать к разным, даже очень изощренным приемам с целью Антропософию как-то поставить себе на службу. Их "агенты влияния" давно уже пытаются овладеть нами изнутри. Определить точно границы такого "влияния", конечно, невозможно и не только потому, что оно осуществляется тайно. В значительной мере, как я уже говорил, они действуют через людей, которые "не ведают, что творят". Покажу на примере, как это происходит.

В лекции, прочитанной во время ее визита в Москву, член правления Всемирного Антропософского Общества г-жа В.Сиз сказала, что потеря Аляски была для России благом, поскольку русским опасно соприкасаться с двойником, который с особой силой действует в Америке благодаря земному магнетизму. Другой антропософ Фолькфрид Шустер идет дальше. "Мировое призвание Америки, — заявляет он, — состоит в том, чтобы, начиная с Сибири (выделено мною. — Авт.) и через Тихий океан быть для Востока всеобъединяющим центром". (*98)

[*Примеч. автора: Имеется у Шустера и ряд других примечательных вещей. Он, например, пишет: "...когда русская империя, как пережиток древней Византии, распадется в себе..." и т.д. — Это пишется в 1982 г.!]

Третий шаг в этом направлении мы находим уже (как будто бы) на другой стороне. Бывшая до недавнего времени советником Ельцина, влиятельный политик, "истинно русская интеллигентка" [*Примеч. автора:
Пусть меня не упрекают за пользование этим понятием. Не я его придумал и пустил в употребление, я просто демонстрирую, что в таком случае получается.] Г. Старовойтова высказывается в таком духе: "Россия могла бы разделиться на несколько республик с равными правами: Сибирь, Урал, Европа, Север, Дальний Восток. Русские плохо знают историю. ...Это народ (себя она к нему, конечно, не относит, будучи советником главы русского правительства) с искаженным, болезненным извращенным этническим самосознанием. ...Не может быть свободным народ, угнетающий другие народы", и т.д.

Таков один пример. Приведу еще один. Некоторое время тому назад грузинский антропософ Давид Моргошия рассказал в журнале "Гетеанум" о том, как путчистами Шеварднадзе была разгромлена единственная в Грузии биодинамическая ферма. "Стражи демократии" вели себя точь-в-точь как тон-тон макуты д-ра Дювалье. Кто читал статью Моргошия, пусть ее вспомнит. Но вот в №50 за 1992 год в том же "Гетеануме" появляется заметка Ирены Иогансон, в которой она сообщает, что "бандиты с автоматами" просто позарились на иностранный автомобиль, принадлежавший ферме. "Ни с Шеварднадзе, ни с Гамсахурдиа, — уверяет она, — это не имеет никакой связи, а только с общей хаотической ситуацией в Грузии и с преступностью, которая растет повсюду, как там, так и в СНГ". А далее г-жа Иогансон пишет так: "Давид Моргошия просил меня во время моего визита в Грузию в октябре таким образом (auf diesem wege) сообщить друзьям на Западе, что он ни на миг не прекратил работы...", и т.д. Ловко построенная фраза! Это "auf diesem wege" должно создать у читателя впечатление, что все предыдущее в заметке сказано самим Моргошия. В то же время, конкретно говорится лишь о том, что "auf diesem wege" автора заметки просили передать нечто другое, что работа не прекращена. Таким способом г-жа Иогансон пытается ввести нас в заблуждение. Вскоре после того, как я прочитал эту заметку, мне позвонил Моргошия. И он сказал буквально следующее: "Заметки я не читал, но что я рассказал вначале, то я рассказываю всем и теперь. Кто лучше меня может знать, как разгромили ферму?"

А теперь я предлагаю читателю определить самому, что в приведенных примерах проистекает из произвольных спекуляций рассудка, а что из большой политики. С Шеварднадзе дело обстоит так. Он, как и Горбачев, видимо, "должен быть" причислен к "михаэлитам". В Грузии и среди антропософов, несомненно, есть люди из круга, скажем, "атлантистов". Им, возможно, было просто велено обелить Шеварднадзе. Но вот что интересно: даже радиостанция "Свобода" заявила: "В Грузии на смену диктатору пришли убийцы". Либеральная, проельцинская газета "Московский комсомолец" в те же д (значит, понимай, есть ни, когда в "Гетеануме" появилась заметка Иогансон, писала о Шеварднадзе, решившем вдруг креститься под именем "ГГетеанумееоргий": Не знаем "...более страшного сообщения, чем о том, что Шеварнадзе принял крещение. Это вам не партбилет сжечь, надежды на мир в Грузии теперь нет никакой, ...если человек был министром внутренних дел и Первым секретарем ЦК КП Грузии, и членом Политбюро ЦК КПСС, и в 65 лет принимает христианство, то — немедленно в монастырь. Ведь столько грехов, подлости, лжи, крови. Не отмолить до конца дней. В монастырь — каяться, молиться, поститься и плакать над своей загубленной душою. Это — если искренне принял святое крещение. А если — лицемерно? — Тогда это верный знак близкого кошмара.... Зачем брать себе многозначительное имя Георгий? Не с тем ли, чтобы обрушиться на врагов? Но уже не как на сепаратистов, а как на неверных. Демонстративное лицемерие политиков приводит в ужас. ...фразы Шеварднадзе: "Мир в Абхазии можно достичь только военым путем". Миротворец!"Мир — это война". Шеварднадзе не заметил, что процитировал "1984" Оруэлла. Видимо давно читал, еще когда был шефом МВД, а Оруэлл был запрещен... (когда) высокопоставленные читатели отправляли простых его читателей в лагерь". (*99)

Так, повторяю, пишет не националистическая, а демократическая, левая печать. И встает вопрос, зачем антропософка, женщина, пастор Общины христиан, пытающаяся обновить Христианство в России, берет на себя исполнение нечистоплотного политического заказа? Собрата-антропософа выставляет, фактически, лжецом, а грязного политика выгораживает?

Я понимаю, что в ответ последуют всяческие оправдания и даже обиды. Но я никого не обвиняю. Каждому — Бог судия. Я только показываю, в каком не просто опасном, сомнительном, а и глупом положении может оказаться человек, занимающийся Духовной наукой и не следящий за теми силами, что подкрадываются к его сознанию. Залезая не в свое дело, он оказывается не в состоянии уследить даже за политической модой, перепевает политические куплеты вчерашнего дня, отчего —узнай об этом — над нами станут смеяться даже заурядные политики.

Становится невыносимо грустно, когда в нашей среде сталкиваешься с защитниками не просто односторонних политических доктрин, а их уже устарелого во внешнем мире выражения. В самом деле, где еще в мире всерьез говорят о Розе Люксембург? А в Гетеануме проводится празднование дня Архангела Михаила, где в качестве лейтмотива берется один из ее лозунгов! И ни одного возражения, ни одного жеста удивления. Необходимы большая выдержка и терпение, чтобы в таких условиях вести серьезную духовную работу, взывать к самосознанию единомышленников.

Говоря подобным образом, я не отделяю себя от рядовых антропософов. Мое единственное отличие от них, но не преимущество, состоит в том, что каким-то чудом меня "угораздило" проснуться в серых, угрюмых, неприветливых сумерках. И я увидел, что мои собратья спят, а вражья сила уже выломала ворота, посбрасывала пушки с бастионов и готовит веревки, чтобы вязать нас, сонных, по рукам и ногам и спровадить в темный подвал. И вот хожу я среди спящих, пытаюсь их растолкать. В ответ же слышу то сонное мычание, то ругань; иной же норовит пнуть ногой нарушителя спокойствия.

Картина, поистине, трагикомическая. Ее наблюдаешь не только в антропософской среде, а повсюду. Рудольф Штайнер сказал о ней: "И однажды... спящие души совершенно бесцеремонно будут разбужены, им придется продрать глаза и сбросить ночной колпак, поскольку катастрофа продолжится" (199; 7. VIII). Один раз это пророчество осуществилось, но чары духовного сна лишь возросли, потому что и сегодня можно в буквальном смысле, и даже с большим правом, повторить сказанное Рудольфом Штайнером 75 лет тому назад: "Повсюду сегодня видно, как из вероисповеданий, из теологии... из солдафонства, из науки — из всего встают силы, стремящиеся разрушать путь активности" (204; 17.IV). Правда, антропософы должны сказать себе: но мы все это преодолели благодаря Духовной науке. — Или нет? Или мы и Духовную науку обработали теологически, поощряем солдафонство в отношениях с властью, остаемся скрытыми материалистами в науке, да и в жизни?

Таких, похоже, среди нас много, но не все. Те, кто не такие, к ним Рудольф Штайнер обращает другие слова: "До тех пор, пока не найдется достаточно большого числа людей, которые всем сердцем захотят вступиться за духовную субстанцию, ничто не выведет из современного хаоса... который будет все углубляться" (200; 24.X). И еще: "В мире можно будет пойти вперед только в том случае, если истина будет иметь внутреннюю силу... когда с нею соединится другое — люди, если они, даже будучи в малом числе, будут иметь мужество эту истину нести в своих душах, нести серьезно, прямо, без компромиссов". Каждое утро, как особое медитативное изречение, мы должны ставить перед своей душой: "Нам не подобает идти на компромиссы и впадать в оппортунизм" (197; 13.VII).

При этом: " ...распад совершается так быстро, что у нас в распоряжении осталось очень мало времени" (200, 17.Х).

"Человечество не знает, что оно танцует (и как теперь танцует! — Авт.) на вулкане" (93; 2.1).

"Мир сегодня стоит не только перед опасностью погрязнуть в ариманическом, но мир сегодня стоит перед опасностью потерять миссию Земли" (198; 18.VII).

Но, все-таки, сколько же времени осталось у нас? — "Когда приблизится 2000-й год, будут царить хаос и опустошение. Тогда и от нашего дорнахского строения не останется камня на камне. Все будет разрушено и опустошено" (284; с; 168).

"Когда начнется третье тысячелетие, все впадет в варварство" (204; 30. IV). При этом: "Средняя Европа придет в упадок, варваризируется, приготовит свой закат, если не даст воздействовать на себя духу. Север вымрет, пройдет через физическую смерть, если не даст воздействовать на себя духу". И в том его счастье, ибо среднеевропейцы варваризируются, погибнут душевно (209; 4.XII). В России: "Деревенская община — это единственная реальность. ...Все остальные институты погибнут" (199; 7.VIII).

Так говорил Рудольф Штайнер в первой четверти нашего века. И он тогда считал, что цивилизация все-таки имеет шанс на спасение, если люди обратятся к спиритуализации культуры на основах Духовной науки, если будет принята социальная трехчленность. С тех пор было сделано множество шагов в противоположном направлении. И тем не менее, никто не вправе складывать руки. Только уже с утроенной силой нужно принять в душу слова Рудольфа Штайнера, например такие: "Сегодня даже менее необходимо сообщать людям истину, чем силу огня вносить в летаргическую нервную систему. Ибо сегодня сила огня необходима людям, а не мистические видения. Не тоска по мистическому покою, а служение духу вот в чем заключается все дело. Соединение с Божественным сегодня должно совершаться активно, а не искаться в мистической лени и среди удобств" (197; 9.V).

Человек в наше время накопил в своей душе так много бестиального, что, кажется, не осталось ничего такого, что он не посмел бы пародировать и профанировать. Поэтому и сказано: "По делам их узнаете их". В делах же должны проявиться как горячее сердце, душа, способная болеть за развитие, так и ясный ум, все понимающий взгляд на вещи. Поэтому Рудольф Штайнер ставит перед нами три задачи: "пepвое — это социальное понимание, второе — обретение свободы мысли, третье —живое знание о духовном мире с помощью Духовной науки". Все их обязан решить человек 5-й культурной эпохи (168; 10.Х).


* * *

В наших действиях ничто не должно носить инстинктивный характер или подкрепляться каким-либо групповым эгоизмом. Так, например, если мы скептически смотрим на идею создания "нового мирового порядка" под эгидой США, то у нас для этого имеются вполне осознанные духовнонаучные основания.

Во-первых, Америка — это область, "...где, прежде всего, через внешние отношения развивается родство с мефистофельски-ариманической природой... Европа лишь тогда встанет в правильное отношение к Америке, когда станет известно, какого рода географическая обусловленность идет оттуда. Если же Европа и далее останется слепой в подобных вещах, то с этой бедной Европой случится то же самое, что случилось с Грецией по отношению к Риму. ...Мир не должен быть географически американизирован. ...Ибо Америка стремится к тому, чтобы все механизировать, все изгнать в область чистого натурализма, европейскую культуру устранить с земного шара" (178; I6.XI). [*Примеч. автора: Роль "Карфагена", вопреки мнению "евразийцев", навязывается Европе, а роль новой "Римской империи" желают играть "атлантисты".] Во-вторых: "Существует только одно "либо-либо": либо останется стремление лишь к хозяйственной империи, и тогда можно быть уверенным, что следствием этого будет закат земной цивилизации, либо в хозяйственную империю будет излит дух, и тогда удастся достигнуть того, что входит в задачу земного развития" (196; 22.11).

Эту формулу Рудольф Штайнер рекомендует взять в качестве ежедневной медитации, на что кто-то возразит: "А для меня эти слова — пустой звук, я уважаю Америку, она несет миру демократию и прогресс". Другие (я имею в виду антропософов) спрашивают: "В самом деле, а нужно ли наравне с США, иметь еще какие-тополицейские силы в мире?" Лично я отказываюсь с такими людьми дискутировать.

Мало ли с какой глупостью встречаешься в мире. Объясниться можно лишь с человеком, который всерьез желает что-то понять. Такому я говорю: как можно поддерживать "Рах americana", зная, что: "Не так уж долго ждать, когда напишут: "2000-й год". — И тогда от Америки изойдет некий род запрета на все мышление, закон, имеющий целью подавить всякое индивидуальное мышление?" (167; 4.IV). Только наивный не видит, какими скорыми шагами идет к этому дело в наши дни в США, и не только там. Даже в антропософской прессе, издательствах, в книжных магазинах все "панамериканисты" уже работают в духе того закона.

Как уж не раз бывало, и здесь необходимо особо заметить, что, говоря о темных оккультно-политических силах, мы ни в коем случае не отождествляем их с народами, на которых они временно паразитируют и от имени которых выступают.

Материальная культура Европы и Америки приобрела вид твердой скорлупы. Но такова одна сторона дела, другая — ее ядро. Если бы это ядро удалось извлечь на свет Божий, то выступило бы нечто духовно здоровое, способное затмить "...все то, что некогда пришло в среду человечества в свете восточной мудрости" (209; 24.XI). Этого обновленного духа ждет от Запада и Восток. И дело здесь обстоит настолько серьезно, что "большая война между Азией и Западом состоится, несмотря ни на какие конференции по разоружению, если азиаты не увидят идущий с Запада дух, который мог бы им светить и к которому они могли бы отнестись с доверием потому, что способны его понять из собственной, пусть даже пришедшей в упадок, духовности. От понимания этого положения вещей зависит мир в мире, а не от тех мероприятий, которые проводят внешние вожди человечества.

Все сегодня зависит от понимания того, что дело заключается в духе, сокрытом внутри европейско-американской культуры. От него бегут из соображений удобства, однако лишь он один, этот дух, способен привести человечество к изначальным силам" (209; 24.XI).

Азия владеет древним духовным наследием. Оно — самое важное для нее. Ее духовная жизнь вспыхнет мощным пламенем, если Западом будут созданы способствующие ей условия. Запад же полагает, что отношения с Азией и вообще все в мире можно строить лишь на хозяйственной основе (36; стр.38). Хуже того, он надеется, что Азию, Восток можно просто подавить, организуя там исламские, большевистские революции, устраивая "бури в пустыне"[*Примеч. автора: А теперь уже и "бури на Балканах"], десятилетиями поддерживая арабо-израильский конфликт, где Израиль используется в роли некой "палки", которую без конца суют в морду разъяренному тигру. Можем ли мы, желая быть честными до конца, во всех этих вопросах следовать за тем, что распространяют средства пропаганды? Кто-то так и поступает — по глупости. Но глупость порой становится преступной. Наконец, имеются в нашей среде такие включения, с которыми просто ничего нельзя поделать. "Именно к тем, — предупреждает Рудольф Штайнер, — кто сегодня деформирован, испорчен определенными оккультными братствами, почти бесполезно говорить" (172; 26.XI). От них нужно просто освободиться. Им совершенно нечего делать у нас. И дело заключается не только в этом. Становясь поперек дороги духовному импульсу колоссальной силы, они рискуют в значительно большей мере, чем это соответствует их общему духовному развитию. Все в человеке взаимообусловлено. Каждой способности высшего развития соответствует своя мера риска.

Но Антропософия меняет все отношения. "Не может быть и речи о том, — говорит Рудольф Штайнер, —что те, кто в настоящее время больших решений не находит себя в (здоровой) спиритуальности, не повредят своей душевной жизни в следующей инкарнации. Они себе повредят" (237; 4.VII). А что тогда говорить о тех, кто искажает эту спиритуальность, мешает ей свободно входить в среду людей?

Можно заметить, что те, кто в силу неведомого нам рока взял на себя такую страшную задачу, живут в состоянии полуинстинктивного страха. Их власть в нашей среде основывается только на нашей слабости. Сами же они говорят себе: если они хотя бы пошевелят пальцем, мы пропали. — Но мы пальцем не шевелим, более того, добровольно отдаем власть над собой таким людям!

— Но где они, такие люди? Я их не вижу, — восклицает иной сновидец. Конечно, с закрытыми глазами ничего увидеть нельзя. Нужно сначала научиться распознавать симптомы, стать гетеанистом в широком смысле. Люди, деформированные в ложах и орденах, несут печать этого на своем лице. Все, что как жест, прием, слово, говорит Рудольф Штайнер, употребляется в оккультных братствах Запада, оказывает влияние на эфирное тело человека, на его подсознание (167; 4.IV). И вскоре произведенное действие начинает специфически выражаться во всем облике человека. Даже простая идеология меняет облик своего носителя. Что же говорить об идеологии оккультных орденов?

О собственном опыте могу сказать, что уже в середине 70-х годов я имел возможность научиться на глаз различать этих людей. В последующие годы пришли разного рода, в том числе и документальные подтверждения правильности сделанных с того времени наблюдений. Например, когда еще при Брежневе мне довелось увидеть по телевизору выступление на партсъезде генерального секретаря одной из кавказских республик, я сказал в кругу близких друзей: это человек из ложи. — Теперь вряд ли кто станет о том спорить.

Вращаясь по долгу службы среди разных партийных и профсоюзных функционеров, я постоянно замечал, что некоторые из них кроме партбилета обладают еще одним фактором власти. Потом стало ясно, что этих факторов два: "атлантистский", если говорить новомодным языком, и "евразийский".

В начале 80-х годов, когда по указанию КГБ меня начали гнать с работы за мою антропософскую деятельность, я пошел к одному высокопоставленному функционеру и прямо спросил его: имею ли я шанс удержаться на работе, поскольку поступило тайное распоряжение уволить меня, а сотрудники говорят между собой будто бы я состою в каком-то тайном обществе? — Функционер улыбнулся и ответил мне вопросом на вопрос: "А скажите сами, вы правда состоите?" — И после паузы добавил: "А то ведь, как знать, вдруг окажется, что именно я и руковожу тем обществом".

Это было время перед "перестройкой". Многое тогда уже начало приходить в движение, началась, так сказать, генеральная дислокация сил, выявление "своих" и "чужих". Вероятно потому я и удостоился того откровенного разговора. Для меня он стал еще одним подтверждением сделанных ранее выводов.

В те же годы я обнаружил, что и у многих антропософов старшего поколения, с которыми я начал знакомиться, имеется некий задний план. Судьба помогла и здесь.Через некоторое время стало ясно, что "антропософами" они являются во вторую очередь, главное же для них заключается в том, что они состоят членами ложи "Тамплиеров". Сначала я слабо разбирался в таких вопросах и потому решил обратиться за помощью к члену правления Всемирного Антропософского Общества Ергену Смиту. Я написал ему письмо, где просил объяснить мне, как следует к этому относиться, поскольку, мы ведь знаем, тамплиеры уже несколько веков назад исполнили свою духовную миссию и их орден прекратил свое существование.

Мне известно, что Ерген Смит пользовался уважением среди многих антропософов. Я не собираюсь его критиковать, а просто сообщаю факты. Никакого ответа на свое письмо я не получил, устно же, по его прочтении, г-н Смит сказал, что я страдаю "манией преследования". В 1989 г., впервые приехав в Дорнах, я, что называется, с порога услышал, что мое письмо не собираются хранить до бесконечности в архиве. Но я уже в то время был умнее, чем 15 лет назад, и никаких вопросов больше не задавал, но мне кажется, что и одного опрометчивого письма оказалось достаточно, чтобы кое-кто отнес меня к категории "не наших". Некоторое время меня еще проверяли, а потом тот приговор я начал без труда, благодаря моему советскому опыту, просто прочитывать на людях. Это выглядит так, что вне зависимости от того, как ведет себя человек, общаясь с вами, вы постоянно чувствуете, что вы в его глазах имеете какой-то существенный недостаток. Все ваши слова, поступки принимаются условно, как некое допущение, поскольку вы говорите и действуете, не зная еще каких-то, не-антропософических правил, условий и т.д. — я не могу описать здесь всего. До тех пор, пока вы не нарушили тех правил, с вами еще будут иметь дело, но как с человеком второго сорта. Ну, а если вы что-то серьезное совершите невпопад, перед вами закроют сразу все двери.

Итак, мне оставалось лишь одно: самому разбираться с вопросом, что представляло собой Антропософское Общество в России, учрежденное до революции, и что за наследие досталось нам, начавшим приходить к Антропософии с середины 60-х годов.Что касается "тамплиеров", то обнаруженное мною получило документальное подтверждение в 1992 г., когда в целом ряде номеров журнала "Наука и религия" была напечатана большая статья под названием "Тамплиеры в Москве". Ее автору, чьи родители некогда состояли в этой ложе, разрешили изучить документы в архивах КГБ, на основании которых он и написал достаточно серьезную объективную статью. Из нее мы узнаем, что ложа "Тамплиеров" в Москве называлась "Орден Света", ее отделения существовали и в других городах России — на Кавказе, в Сочи, в Минске. Ее создателем, как пишет автор статьи, был русский анархист А.А.Карелин (1863-1926), много лет проживший, как эмигрант, во Франции, где "...он общался с французской интеллектуальной элитой. Многие ее представители были членами масонских лож и тайных орденов. Интерес этих организаций к распространению своего влияния в России открыл их двери для русских".

Вот как описывает в одном из своих писем работу в ордене известный советский кинорежиссер С.М.Эйзенштейн: "Имел здесь очень интересную встречу — сейчас перешедшую в теснейшую дружбу нас троих — с лицом совершенно необыкновенным: странствующим архиепископом Ордена Рыцарей Духа... Начать с того, что он видит астральное тело всех и по нему может о человеке говорить самые сокровенные мысли. ...засиживаемся до 4-5 утра над изучением книг мудрости древнего Египта, Каббалы, Основ Высшей Магии, оккультизма.. ..проходим теоретическую часть практического курса выработки воли". (*100)

Среди членов Ордена было много артистов, в особенности из 2-го МХАТ. Они пытались через спектакли знакомить зрителей с орденской ритуальностью, разыгрывали известный в ложах (у "итальянских угольщиков") сюжет, где народ восстает против своих поработителей, а во главе его оказывается тайное общество и т.д. Одним словом, это была типичная масонская ложа. Вполне возможно, что многих ее членов обуревали чисто духовные искания, но не это важно для нас. Как я уже говорил и ранее, прекрасными идеалистами в ложах бывают их простые члены, но не руководство. Я не вполне уверен, что ложа была основана в 1917 г. Речь здесь может идти лишь об отдельном ответвлении некой центральной ложи. Ответвлений таких было много: на все вкусы, вплоть до вкусов великих князей. И все они в той или иной форме готовили революцию в России.

Достаточно сказать, что и обсуждаемые нами "тамплиеры" все оказались на стороне "красных" — участвовали в гражданской войне, входили в структуры власти и т.д. Да, они читали духовную литературу, занимались искусством, музицировали, посещали музеи. Но когда подумаешь, что все это происходило в стране, заливаемой кровью "красного террора", в условиях чудовищного погрома России, то приходишь к выводу, что и рядовые члены лож были подвергнуты какой-то особой идеологической обработке, которая атрофировала в них, несмотря на все благородство такой цели, как "очищение христианских основ жизни от накопившихся столетиями догматов, затушевавших лик Христа-рыцаря", ( *101) способность сопереживать те, ни с чем не сравнимые бедствия, которые разворачивались у них на глазах.

В подобном духе задается вопросом и автор статьи. "Каким образом, — спрашивает он, говоря о Карелине, — в этом человеке мог уживаться теоретик анархизма и глубокий мистик? ...Член ВЦИКа, секретарь и председатель различных обществ, комитетов, федераций, он, в то же время, был "рыцарем Сантеем", посланцем древнего Ордена Тамплиеров, создавшим в России Восточный отряд Рыцарей".(*102) Ну, мы-то, если все рассмотренное выше не прошло сквозь нас, как вода сквозь решето, понимаем, как все это могло совмещаться в одном человеке. Громкие титулы и наименования в подобных вещах являются пустой шелухой. Важно другое, что, например, тот же Карелин был замешан в убийстве Александра П, осуществленном оккультно-террористической группой, уходящей своими корнями в сербскую "Народну Отбрану", перебившую сотни государственных деятелей на Балканах. "Странствующий архиепископ" Ордена не скрывал своей связи с ЧК—ГПУ, регулярно привлекавшей его, "...как и В.Я.Брюсова, с которым он был близок, для консультаций по вопросам оккультизма".(*103) [*Примеч. автора: * Кем был известный советский поэт Брюсов, можно судить на основе его рассказа "Последние мученики", опубликованного еще до революции в сборнике "Земная ось".]

Когда, как уже говорилось, западные братства перестали справляться с ходом "социалистического эксперимента", в высших градусах, где "раввины и монсеньеры пребывают в полном согласии", было решено руководство им передать в руки "монсеньеров". Началось принесение в жертву лож, готовивших и проводивших первый этап "эксперимента". До "тамплиеров" добрались в 1931 г., их начали судить, и судьба многих из них была ужасной. Как люди, они, конечно, заслуживают сочувствия, но все рассказанное о них до сих пор является лишь преамбулой к нашей теме.

Автор статьи "Тамплиеры в Москве" приводит еще один ряд фактов, особенно интересных для нас. Он цитирует еще одно письмо Эйзенштейна, в котором тот пишет, что в члены ордена принят артист Михаил Чехов, что беседы начинают принимать теософский уклон, "все чаще упоминается Рудольф Штайнер". (*104) Собрания особого "мистического кружка" начинает посещать "антропософ А.В. Уйтенховен", и "там шла подготовка к посвящению".(*105) Ступеней посвящения было три.

Ну, исходя из того, что о посвящении говорится в Антропософии, сюда тотчас же необходимо внести поправку. То были типично масонские три ступени посвящения, к которым Антропософия не имеет никакого отношения. [*Примеч. автора: Не к ней имеют отношение и "пятерки", на которые разбивало антропософов в России их руководство.] А что при этом в "мистическом кружке" ложи делал "антропософ Уйтенховен", я не могу сказать. Тут что-то не так. В Европе Рудольф Штайнер отказался работать с ложами задолго до начала мировой войны. Не может быть, чтобы ложи в Москве об этом не знали.

А теперь я перейду к тому, что удалось обнаружить мне. Не отдельные лица, а значительная часть Антропософского Общества, созданного в Москве (подобным же образом дело обстояло и в Петербурге), была (или становилась) членами "Ордена Света". Зачем они это делали? Почему не оставались просто или членами АО, или членами ложи? Если говорить об отдельных, конкретных людях, то их вел духовный поиск. В начале века было естественным, если человек с серьезными исканиями сначала приходил в ложу, а потом, встретившись с Антропософией, переходил в Общество, поскольку дававшееся в ложе не шло ни в какое сравнение с Духовной наукой. Но иначе смотрели на дело руководители лож. В Европе они, фактически, объявили Рудольфу Штайнеру войну, и пресса массированно клеветала на антропософское Движение.

В России, видимо, решили поступить иначе. Здесь попробовали АО заполнить членами ложи, а в ложу ввести частично учение Рудольфа Штайнера. Хорошо это было или плохо? Посмотрим на дело чисто фактически. В статутах Всемирного АО не было и теперь нет пункта, запрещающего членам лож и орденов вступать в него. И пункт этот, может быть, не нужен. Но как быть с вопросом управления АО и всех его разветвлений? Известно, что в ложах и орденах существует довольно строгая дисциплина! Может ли член ложи, став членом правления Общества, целиком и всегда действовать в его интересах? — Скорее всего, нет. Ведь в статутах нет и пункта, запрещающего членам компартий, работникам тайных полиций мира, например, КГБ, вступать в АО. Означает ли это, что и они вправе управление Всемирным АО взять в свои руки? Наконец, представим себе, что в Общество пожелали бы вступить гроссмейстер "Великого востока Франции", глава ложи "П-2", генерал ордена иезуитов. Г-н М. Шмидт ввел бы их, никого при этом не спрашивая — как в отношении его самого поступил г-н Гроссе, — в Правление и один из них возглавил бы АО. Следовало бы нам принять это как что-то естественное? — Разумеется, нет!

Мне странно, что антропософы не задумываются над такими вопросами. А если они полагают, что никому в мире до нас нет дела, то этим они просто исключают себя из числа тех, с кем можно вести серьезный разговор об Антропософии.

Далее, меня, как простого члена Общества, никак не может устраивать положение, при котором я полностью выражаю себя в моей антропософской деятельности, а другие, пообщавшись со мной на антропософской почве, обмениваются между собой особыми знаками и уходят для дальнейшего общения в некую потаенность, закрытую для меня. Так это было и в московском АО. М.Н.Жемчужникова в своих "Воспоминаниях о Московском Антропософском обществе", опубликованных в издаваемом в Париже на русском языке альманахе "Минувшее", пишет о некоем М.И.Сизове, что он был "...знаток самой разнообразной оккультно-мистической литературы". А поскольку
"...изучение подобных вещей во многих случаях требует личного участия в тех или иных кругах, то ему случалось "бродить по тропинкам", оставляя на время магистраль антропософии, которую он никогда не упускал из своего кругозора".( *106 )

Этой "тропинкой" была ложа "Тамплиеров". На уровне познания, конечно, никто был не вправе указывать Сизову, где и что ему познавать. Но когда от управления Обществом устраняется (не без участия Сизова) Б.П.Григоров — человек, которого в председатели предложил сам Рудольф Штайнер, то Сизов, "оставлявший на время магистраль антропософии" и лишь не упускавший ее из виду, входит в правление Московского Антропософского Общества, т.е. берет на себя задачу направлять, определять его работу и развитие. Вот тут-то и возникает проблема.

Е и сли мы снова вернемся к Михаилу Чехову, то его движение от ложи "Тамплиеров" к Антропософии было последовательным выражением духовного поиска. К тому же, в АО он никогда не брал на себя никакие управленческие функции. Подобным же образом вел себя и Максимилиан Волошин, глубоко интересовавшийся Антропософией и бывший в то же время членом "Великого Востока Франции". Кроме того, примеры Чехова, Волошина — не типичны. Это были творческие натуры. Их индивидуальное значительно превосходило принадлежность к каким угодно обществам. Иное дело рядовые члены лож. Оккультная идеология накладывала на них неизгладимое, деформирующее сознание впечатление. Должен сказать, что и сама Жемчужникова, прошедшая сталинские лагеря, видевшая собственными глазами все, что было сделано с Россией, в 1975 г. пишет об "ослепительной вспышке", "могучем порыве русской народной души" во всемирно значимой "русской социальной революции", под которой она имела в виду — я сам от нее это слышал — большевистский переворот Ленина-Троцкого.

Обращает на себя внимание общий характер "Воспоминаний" Жемчужниковой. Они написаны для тех, кто были не только антропософами. И это никак не может импонировать членам АО. Можно ли мириться с тем, когда видишь, что между людьми, игравшими значительную роль в русском Антропософском Обществе и по сей день имеющих своих последователей, ведется какой-то особый разговор, в котором ты вынужден оставаться посторонним — посторонним только потому, что в АО ты хочешь быть лишь антропософом, а не кем-то другим? Ведь кто хочет быть кем-то другим, пусть им и будет, пусть идет к другим, чтобы у нас не выдавать себя за того, кем он не является. Дело, таким образом, заключается в свободном и честном выборе.

Я не только знаю, но и достаточно нагляделся на то, сколь беспорядочно, хаотично, а часто и беспринципно, безобразно занимаются практическим оккультизмом люди из лож [*Примеч. автора: В 1992 г. в Москве одна антропософка была подвергнута столь сильному оккультному преследованию, что покончила с собой. Кое-кто из имевших отношение к преступлению, спокойно посещает собрания московского АО. Со стороны же антропософов приходится наблюдать поведение, свойственное стаду травоядных животных: когда хищники настигают одного из них, то остальные останавливаются неподалеку и начинают щипать травку, тут же забыв о судьбе, постигшей их особь. ], и глубоко убежден, что им для их же собственного блага, лучше не брать эзотерических упражнений, которые предлагает Рудольф Штайнер, лучше не иметь дела с Антропософским Обществом. Живите себе в своем кругу, а к нам приходите лишь в том случае, если на самом деле переросли атавистический оккультизм лож и орденов. Подумайте, как отнеслись бы вы к нам, если бы мы вознамерились в ваших ложах установить наши правила?

Но у этой проблемы есть и другая сторона — оккультно-политическая. В начале 70-х годов мне довелось познакомиться с одним пожилым "тамплиером", который отрекомендовался мне как антропософ. Этот человек 10 лет отсидел на ГУЛАГе, скорее всего за принадлежность к "Ордену Света". При первой же встрече он заявил мне: "Думайте обо мне что хотите, но я стою на том, что Ленин был во всем прав, а Сталин все испортил". Так высказался человек, "с юности" занимавшийся Антропософией и в особенности социальным вопросом.

Еще ранее я узнал другого "тамплиера", слывшего за антропософа с большим стажем. Он никогда не расставался с портретом Ленина, а мне заявил: "Это русские эмигранты ввели в заблуждение Штайнера, рассказав ему всякие небылицы о большевиках и революции".[*Примеч. автора: Так еще во времена, когда Линденберг был сравнительно молодым человеком, я столкнулся с тем, что он теперь проповедует. А потому я не думаю, что до всего, о чем он пишет, он додумался сам.] Этот человек пытался также убедить меня в том, что Мария Штайнер пала жертвой люциферического искушения и отошла от "Доктора". Так вводили меня в Антропософию в Советском Союзе в конце 60-х годов. Позже тот же человек прочел мне одному лекцию о том, что в Антропософии якобы имеется два пути к сверхчувственному опыту: "ночной" и "дневной". "Вы должны выбрать один из них, — говорил он мне, — поскольку, если вы идете "ночным" путем, то вам не опасен Люцифер, а если "дневным" — то Ариман!"

На вопрос: как ему удалось избежать ГУЛАГа, — он рассказал историю о том, что успел заранее спрятать всю литературу, а когда пришли с обыском, то объявил, что сжег ее. От него и отстали.

Круги "тамплиеров", выдающих себя за антропософов (до других мне дела нет), существуют по сей день. От их членов (из разных городов) я слышу, что именно они являются "настоящими" антропософами. По сравнению с ними, все мы, открыто занимающиеся Антропософией, — так... шантрапа. Один из них рассказал мне, что в ЧК—ГПУ—КГБ всегда были их люди, обладавшие немалой властью.[*Примеч. автора: В статье "Тамплиеры в Москве" об этом так прямо и пишется.] Когда в прошлом кого-либо из их среды арестовывали (говорится при этом не о "тамплиерах", а об "антропософах"), то те люди решали: спасать его или нет. Если арестованный был человек простой, то его отдавали "на съедение".

Сейчас эти "тамплиеры-антропософы" вновь заполняют Антропософское Общество в России, и со временем, если введение диктатуры будет отложено на некоторый срок, может сложиться ситуация, где существующее ныне, крайне плачевное положение в Обществе станет просто безнадежным.

[*Примеч. автора: Кого-то может быть особенно интересует вопрос о том, откуда взялись современные "тамплиеры". Приведу справку из уже упоминавшейся книги Ч.У. Гекертона. Он пишет: "Несколько вельмож при дворе Людовика XIV ...составили тайное общество ...которого название было: "Малое воскресение Храмовников". ...Иезуит, отец Бонанни, человек умный, но недобросовестный, подделал знаменитый список мнимых великих мастеров Рыцарей Храма после Моле, начиная с его преемника, Лармения. Никогда обман не был поддержан с большим искусством. Документ представлял все надлежащие признаки подлинности... Он имел целью связать новое учреждение с древними тамплиерами. Чтобы вполне ввести в заблуждение, книга с ложным списком была наполнена протоколами прений при мнимых собраниях, отмеченных ложными числами. ...Но общество не унывало: оно разрослось..." и т.д. (Часть I, 226.) ]

Мы, антропософы, живущие в России, как-будто бы обречены на повторение трагической судьбы Всемирного АО. Однако имеется острое желание этой обреченности избежать. И мы ее избежали бы, если бы здоровые силы в России смогли соединиться со здоровыми силами нашего Движения на Западе. Для этого и на Востоке и на Западе нужно понять все то, о чем шла речь в этой книге, — понять и не позволить затолкать себя в ту или иную крайность. Так, в национальном вопросе, который теперь ставится во главу угла самых темных политических манипуляций, необходимо твердо усвоить себе, что во всех странах, а в России так в особенности (о чем Рудольф Штайнер сказал русским антропософам в 1911 г.) в нашу задачу входит не только культурно, но и оккультно работать в духе инспираций Архангелов-Духов народов, которые работают в гармоничном созвучии с Духом всей нашей культурной эпохи, с Архангелом Михаилом, взошедшим в ранг Духа Времени. Михаил же — Лик Господень — обращен к человеческой индивидуальности, а не к группам; Он — водитель к свободе. В этом смысле антропософы могут ощущать себя стоящими выше национального — в общечеловеческом. Михаилу чужд национализм как политическое и социальное явление, основывающееся на силах крови. Последователями Михаила люди не рождаются, они до этого дорастают путем напряженной духовной работы и самовоспитания.

Проповедь интернационализма, которая в последнее время нарастает в Антропософском Обществе, часто носит не михаэлический, а политический характер. Она не мотивирована, не обоснована духовнонаучно. Часто к ней прибегают из страха, как бы отдельные антропософы не впали в национализм и не бросили тень на Общество. Обоснование же требует основательного владения методологией Духовной науки, а не набора цитат. Рудольф Штайнер однажды заметил: чем слабее философия, тем сильнее теология. Именно это мы теперь и наблюдаем в нашей среде. Можно прямо сказать: среди нас нет ни одного серьезного методолога. Чтобы им стать, нужно глубоко вработаться в познание и в саму технику восхождения от философии к теософии (не путать с теософским Обществом) и, далее, — к оккультизму.

Рудольф Штайнер, признавая, что эпоха философии лежит в прошлом, в то же время предупреждал, что теперь она служит "спасению человеческого "я", самосознания" (137; 12.VI). Но, спросим себя, часто ли и в ком из нас она служит этой цели? —А в таком случае, кто не движется вперед, к самосознанию, того поворачивают назад, — к групповому сознанию, к идеологиям, к самоопределению наций или к интернационализму марксистского толка. "Философия, — говорит Рудольф Штайнер, — должна господствовать во всей жизни в целом; можно грешить против этого требования, но грех будет иметь свои последствия" (18, Предисловие).

Наши лекторы по национальному вопросу (да и многим другим) сплошь и рядом несут в себе жало этого греха. Но тот, кто его не совершил, и только тот, способен воспитать в себе теософа в истинном смысле этого слова. Тео-София в наше время, оставаясь, как и в древности, еще до возникновения философии, путем, ведущим к Богу, — не конфессиональна и уж менее того — национальна. Это нужно усвоить, не забывая о том, что только прошедший школу философии, формирующую индивидуальное мышление, способен стать теософом, а не тот, у кого просто слепая тяга к таинственному или честолюбивый зуд обзавестись магическими способностями.

Выше теософии стоит оккультизм. "До теософии был оккультизм, после теософии будет оккультизм" (137; 12.VI). Он един для всего человечества, но оккультистом способен стать лишь тот, кто созрел до высшего альтруизма, способности на жертву, бессамостности (262, стр.94), преодолел как свой отдельный, так и любой групповой эгоизм, кто способен служить мировым, общечеловеческим интересам как своим собственным. Иными словами, оккультистом может быть лишь человек, выработавший в себе в полной мере душу сознательную и подошедший к сфере моральных интуиции, как об этом трактует "Философия свободы".

Таковы ступени восхождения от индивидуального, а также и национального (в смысле национальной культуры, языка) к общечеловеческому. Но мы живем в мире, где наивысшее обращается на служение самому низшему. Философия превращена либо в пустую игру ума, либо в идеологию. Теософия превращена в убежище для всякого суеверия; оккультизм — в черную магию, в политическую магию.

Все три рода искажений величайших достояний человеческого духа повсеместно встречаются в ложах и орденах. Вот почему их люди, когда они начинают выдавать себя за антропософов, вызывают большую озабоченность. Что в своих речах они пользуются духовнонаучной терминологией (даже не понятиями), — это не говорит ни о чем. Ибо главное — сам человек, его, так сказать, реальное духовное наполнение. Было время, когда в ложах и орденах занимались высокой теософией и чистым, белым оккультизмом, но теперь там все изменилось. Мы можем искать взаимопонимания с отдельными людьми, которые открыты и честны, но не с теми, кто безнадежно испорчен ритуальной магией, нравственным релятивизмом и проч. В конце концов, занимались ли оккультизмом Троцкий или Гитлер, занимаются ли им бывшие президенты Рейган и Буш или наши либерал-демократы, "косящие" под национал-патриотов, — все это в равной мере плохо. И это не идеологическая установка, а результаты осмысления опыта. Когда в России был совершен большевистский переворот, то добровольным сотрудничеством в сфере оккультизма (а также и политики) с режимом, уже показавшим себя как беспримерно кровавый, запятнали себя в той или иной мере почти все члены оккультных тайных обществ, союзов. Здесь можно было бы назвать имена даже таких людей, которые известны своим положительным вкладом в культуру.

Также в силу своего метода познания Антропософия несовместима ни с каким видом старого оккультизма. Метод же ее таков, что он претерпевает качественные изменения в зависимости от объекта познания: является ли им неорганическая природа, органическая или человеческое общество, человек. Уже в одной из самых ранних работ — "Основные элементы теории познания мировоззрения Гете" — Рудольф Штайнер пишет: "В органическом мире тип играет ту же роль, что закон природы —в неорганическом. Как закон позволяет нам каждое отдельное явление познавать вкачестве члена некоего большого целого, так тип дает нам возможность отдельный организм рассматривать как особую форму праформы (Urgestalt)" (2; стр. 104—105). Изучая явление в неорганическом мире, мы ищем способ подвести его, как особенное, под действие закона, как всеобщего. В науке об органическом многообразие форм исследователь стремится вывести из специальной формы, вывести феномен из прафеномена. Закон господствует над явлением, тип сливается с отдельным живым существом, идентифицируется с ним.

Законы человек познает рассудком, абстрактным мышлением, в сфере которого теория познания может быть уподоблена науке о неорганическом. Тип познается спомощью созерцающей силы суждения, т. е. качественно иной способностью мышления. На прафеноменальную основу опираются и гуманитарные науки, социальное познание. Одним словом, Духовная наука обладает собственной сложной методологией. Уже благодаря ей одной Антропософия имеет эволюционное отличие от современного уровня материалистической науки, к которой, в конечном счете, сводится вся эзотерическая наука старого оккультизма, каким его понимают теперь. Кто в этом еще не убедился, пусть почитает оккультные романы Карлоса Кастанеды. Что касается восточного оккультизма, то один из его значительнейших представителей, Николай Рерих, даже буддизм объявляет материалистическим учением.

Тема методологии Духовной науки обширна, требует специального изучения. По сути говоря, первая книга, которую антропософы просто обязаны были написать сами, должна была называться: "Методология Духовной науки" или по крайней мере: "Введение в методологию Духовной науки". Но такой книги написано не было, более того — утрачено всякое понимание значения такой темы. Когда, в меру своих слабых сил, я попытался двигаться в этом направлении — я имею в виду мою работу "Триединый человек тела, души и духа в свете Антропософии", — то издателя я не смог найти не.только на востоке, но и на западе. А когда благодаря базельским друзьям удалось издать первую часть книги, то почти ни у кого она не вызвала даже тени понимания того, о чем в ней идет речь.

С годами антропософы утратили понимание сути Духовной науки, понимание тех реальных оснований, которыми обусловлено суверенное положение Антропософии в мире науки и оккультизма. Они обратились, не понимая ее, даже к ее критике. Еще ни одно учение, явленное в среде человечества, даже его противниками не подвергалось столь несостоятельной критике, как та, которой подвергают Антропософию ее "сторонники".

В самом деле, имеется ли предмет для дискуссии с г-ном Линденбергом, который к историческому познанию подходит с методом, приемлемым лишь в сфере неорганического, если: "Наше мировоззрение не подвержено опасности границы доказательного метода принять за (абсолютные) границы научной достоверности"? (2; стр. 113). Быть может Линденберг не читал цитируемой работы Рудольфа Штайнера, тогда пусть признается в этом и извинится за бестактность своей критики. Ну, а если он ту работу читал и в методологии Духовной науки кое-что понимает, то нам придется его критику рассматривать как осознанную борьбу с Антропософией.

Поэтому у нас, антропософов, имеются все основания быть осторожными и не позволять вносить в нашу среду традиции атавистического оккультизма. Но кроме понимания нужно еще стать "людьми саттвы", как назвал Рудольф Штайнер людей, стремящихся к Антропософии (146; 5.1), людьми правдивыми и взыскующими правды. Вот почему необходимо вести нелицеприятный разговор обо всем безнравственном, лживом, хаотическом, догматическом, что угнездилось в нашем Движении. Если мы не победим все это, то оно победит нас.


* * *

Как учит опыт прошлого — и знаки времени говорят о том же, — еще не один раз борьба между "евразийцами" и "атлантистами" в мире будет доходить до ножей. Людей будут стрелять, прятать в тюрьмы, клея на них разные ярлыки: "фашистов", "антисемитов", "агентов буржуазии", "националистов" и проч.

Нам, антропософам, необходимо постоянно принимать какие-то серьезные меры, чтобы в той борьбе нас не затолкали в одну из таких группировок. В первую очередь, нам необходимо совершенно ясно высказать свою позицию, показать миру Антропософию как абсолютно суверенное открытое духовное течение, черпающее свое содержание непосредственно из духовного мира. У нас имеется достаточный опыт и знание, чтобы не по одним газетам судить о том, насколько бесперспективен ставший антикварным древний оккультизм. В то же время, мы не склонны разделять критику масонства, инспирируемую иезуитизмом. А еще нас не без основания настораживает надвигающаяся "диктатура гуманизма".

Сейчас в России стало расхожим определение: "Патриотизм — это последнее прибежище для негодяев". На Западе крупный функционер канадского отделения "Бнай-Брит" И.Кагедон заявляет, что память о "холокаусте" является главным элементом нового мирового порядка. (*107) Эти и многие другие элементы новых идеологий для нас, владеющих исторической симптоматологией, способных осмысливать опыт, звучат как перепевы старого большевистского ультиматума: "Кто не с нами, тот против нас!" В Советском Союзе прежде все были поделены на пролетариат и буржуазию, и всякий, отнесенный к буржуазии, терял право на жизнь. Теперь демократы объявляют: "Нет больше ни западников, ни славянофилов, а только фашисты и антифашисты". Ну а дальше работать с этим предельно легко, готовые методы можно взять и у большевиков, и у национал-социалистов; имеются они и в арсенале американской демократии. Заводят, например, речь о правах, о гражданских правах детей, поскольку с некоторыми из них плохо обращаются родители. Возрастной ценз при этом понижают до 7-ми лет, до 3-х лет. Кто-то при этом возмущается и говорит: "Какие могут быть гражданские права у трехгодовалого ребенка? Конечно, ему требуется хороший уход, но причем тут права?" В ответ такой спрашивающий слышит: "А ты не демократ! И, после тягостной паузы: а ты не антифашист!.. .Так кто же ты?"

Таким образом, в мире начата новая эскалация безумия. Будем ли в грядущих катастрофах уничтожены также и мы — пусть решает Бог. От нас зависит только одно: защищать наше антропософское дело от клеветы, подмен и профанации. Антропософ не смеет соединяться ни с какими силами разложения и смерти. Было время, когда Антропософия осуществляла себя через теософию, когда она пыталась обновить атавистический оккультизм в ложах, избавить их от мумифицированных культов, но это время прошло и никогда больше не вернется. Все, кто честен, могут брать от даров Антропософии. Сама же она совершенно суверенна — и духовно, и социально. Ее высокое духовное водительство определяет ее собственную мировую цель. Лишь принимающий это водительство и принятый им смеет быть представителем антропософского дела в мире и имеет право возглавлять ее инициативы и сообщества. Игнорирующий это правило подвергает свою судьбу космическому риску.



_________________________________

А теперь настало время подвести нашей книге общий итог. Сделать это было бы значительно проще, если бы читатель был знаком хотя бы с 1-й и 4-й главами моей книги "Триединый человек тела, души и духа в свете Антропософии" [*Примеч. автора: Я надеюсь, что читатель правильно поймет мои ссылки на собственные работы. Не ради саморекламы делаю я это, но потому, что темы, разрабатываемые мною в течение уже многих лет тесно взаимоувязаны, последующее в них строится на результатах предыдущего. Такой характер носит в общем-то любая исследовательская работа, если она ведется систематически, а не от случая к случаю.], где я попытался с точки зрения эволюционного учения о метаморфозе, составляющего основу гетеанистического метода познания, осмыслить Событие Второго Пришествия Христа.

Мистерия Голгофы является центральным событием не только земной, но и всей эволюции Космоса. Сама же Мистерия образует лишь звено в цепи макрокосмических метаморфоз, через которые проходит Сам Бог при пронизании Собою сотворенного Им бытия.

Рудольф Штайнер раскрыл нам (с помощью высших способностей познания), что до совершения Голгофы Христос трижды приходил на помощь развивающемуся человечеству. В первый раз, действуя из сверхчувственных миров через оставшуюся в надземном бытии безгрешную, не подпавшую первородному греху часть Души человечества — через Душу, воплотившуюся в Натановом мальчике Иисусе, — Христос упорядочил в человеке становление жизненных процессов: дыхания, питания и т.д. Во второй раз таким же образом Он смягчил необузданный, страшно люциферизированный характер раскрывавшихся в человеке в сторону чувственного мира органов чувств. В третий раз Он внес гармонию в возникшее в человеке индивидуализированное переживание мыслей, чувств и волеизъявлений.

Четвертым Событием Христа стало Его вочеловечение и прохождение через крестную смерть. Всего следует различать семь Событий Христа, которые образуют полный цикл Его деяний по спасению подвергшегося грехопадению человечества.

Их семь по той причине, что весь мир, вся Вселенная в том цикле развития, где творится человек, проходит через ряды семичленных метаморфоз. Таков, можно сказать, высший закон развития в этом цикле, исшедший из абсолютного Божественного полагания. В Гетеанизме, в Антропософии он разработан подробно и многосторонне. В указанной выше книге я попытался показать его действие на разных уровнях бытия: от абстрактного, мыслительного (теория познания, логика) до явления Божественного в тварном мире. Понимая этот закон в его многообразных проявлениях, мы получаем возможность глубже понять смысл Божественных деяний, спасающих мир и человека от безвозвратного погружения в материю и небытие.

Мистерия Голгофы была той ступенью святой Божественной метаморфозы, пройдя через которую Бог соединился со всеми царствами природы. Акт этого соединения дан религиозному сознанию в празднике Вознесения. Христос вознесся в ауру Земли, в ее астральное и эфирное тела, одновременно пронизав Собой все материальное бытие; почему Он и говорит: "Хлеб — это Моя Плоть, а вода (сок растений) — это Моя Кровь".

Вознесение Господнее можно еще назвать актом Божественного созерцания. Всякое Божественное деяние носит активный, творческий характер. Имея в виду именно это, Гете говорил о созерцающей силе суждения, благодаря которой нашему духу (уму) дается восприятие идеи вещей. (Будучи понятым по достоинству, Гетеанизм является чистым Христианством Вознесения). Бог, как идеальное состояние мира, в созерцании соединяется с оплотневшим духом — с миром, данным нам в восприятиях. Через акт Христова Вознесения, отпавший от Бога, благодаря материализации, мир вновь наполняется своим сущностным содержанием.

Процесс Вознесения длился ровно 19 веков — с 33 по 1933 год по Р.Х. Столько времени понадобилось Богу, чтобы прийти в полную связь с миром физического, т.е.пространственно-временного бытия (число времени — 12; число жизни, метаморфозы в трехмерном пространстве — 7. Для овладения телом Иисуса Христу понадобилось три года; в человеке правит принцип Триединства).

Теперь мир вошел в стадию развития, которая соответствует празднику Пятидесятницы (Троицы), празднику нисхождения Духа Святого на людей, обладающих индивидуальным "я" и восходящих от него еще выше, к принципу "Не я, но Христос(высшее Я) во мне". Эта эпоха будет длиться 2500 лет, примерно до конца первой трети шестой, славяно-германской культуры.

В той лекции, где Рудольф Штайнер начинает свое провозвестие о Втором Пришествии Христа, он также приводит особую периодизацию развития, которой пользуются в восточной эзотерической традиции, и показывает ее связь с западной, принявшей со временем чисто литературный, романтический характер, традицией. Согласно этой периодизации, развитие человечества проходит через следующие этапы (юги);

Золотой век, или Крита-Юга, продолжительностью около 20 тыс. лет;

Серебряный век, или Трета-Юга, — около 15 тыс. лет;

Медный век, или Двапара-Юга, — около 10 тыс. лет;

Темный век, или Кали-Юга, — 5000 лет (3001 г. до Р.Х. — 1899 г. по Р.Х.)

Новая эпоха, началась в 1900-м году и продлится 2500 лет (118; 25, 1).

В следующей, за цитированной, лекции Рудольф Штайнер говорит, что Крита-Юга берет свое начало в древней Атлантической эпохе, Трета-Юга соответствует эпохе святых Риши, Двапара-Юга — халдео-египетской эпохе (118; 27.1).

Если судить по их продолжительности, то взаимосвязь юг с культурными эпохами не следует брать в прямом, временном смысле (культурные эпохи длятся по 2160 лет). В развитии имеют место разного рода "наложения", когда один и тот же духовный импульс, принцип осуществляет себя в земном развитии, так сказать, с разной духовной "высоты". В этой связи мы говорим о платоновском годе и об обыкновенном, земном годе, хотя первый из них почти в 26 тыс. раз длиннее второго. Но у них общая главная суть: 12-членная структура, обусловленная связью с кругом Зодиака.Однако в данный момент это не наша тема.

Три юги вместе взятые длятся 50 тыс. лет и образуют примерно два платоновских года. Какое отношение это имеет ко Второму Пришествию Христа? — Такой вопрос мы должны поставить, ибо зачем было Рудольфу Штайнеру включать эту периодизацию в ту лекцию?

Согласно воззрению древних, указанные юги охватывают развитие человечества, начиная со времен его райского бытия и вплоть до начала XX века. В этот период люди претерпели изгнание из Рая, овладели в плотной материи индивидуальным телом, душой и духом, предали полному забвению духовный мир, утратили все сверхчувственные переживания, а теперь перед ними снова раскрываются врата сверхчувственного. Имея все это в виду, можно по достоинству оценить значение нашего века. Совершенно новое развитие берет в нем свое начало. Позади нас остался Золотой век, в конце которого мы были изгнаны в плотную материю. Это была древняя Лемурийская эпоха, где мы вырабатывали собственные жизненные процессы, находясьна ступени человеко-животного. Люциферические духи, увлекшие человека из Рая на Землю, изживали себя в тех процессах, отчего они носили характер невыносимых для человека вожделений. И тогда Христос из духовных высей (в то время Он из мира неподвижных звезд уже нисшел в планетную систему) оттеснил Люцифера из наших жизненных процессов в подсознание, отчего они приняли умеренный характер.

Второе и третье События Христа произошли в Серебряный век и в Медный век — в эпоху древней Атлантиды. Голгофа пришлась примерно на середину Кали-Юги.

Давая такую периодизацию развития, Рудольф Штайнер фактически подсказывает нам (а он это делал часто) как, исходя из гетеанистического учения об эволюции, подойти к пониманию целого ряда Христовых деяний, совершаемых Им в строгом соответствии с законами развития, о чем Он говорит Сам.

Итак, XX веку предшествует пять Деяний Христа, в результате которых человек стал триединым существом тела, души и духа и обрел способность как индивидуальное, а не групповое существо восходить в духовные сферы. Всем этим он обязан Христу. Но чтобы понять это, необходимо понять все семь деяний Христа. Далеко не все люди успевают вовремя привести себя в соответствующую с ними связь. У многих еще даже в процессах питания живет кое-что от древнелемурийского люциферического вожделения. В то же время, каждая эпоха ставит свои совершенно определенные задачи, и какое-то число людей должно справиться с ними хотя бы на уровне понимания. Это даст надежду, что со временем и остальные наверстают упущенное.

Иное дело духи препятствий. Они всячески искажают, нарушают законы развития, стараются придать им прямо противоположный смысл и действие. Благодаря их усилиям человечество к началу XX века лишь в немногих своих представителях смогло вполне осознать Христианство эпохи Вознесения Господнего. Мы, к сожалению, продолжаем оставаться в настроении и состоянии Страстной субботы, если говорить о развитии человеческой души и духа. Мир, цивилизация всеми своими проявлениями, в том числе и церковными формами вероисповедания, удерживает Христа в гробнице Земли, не дает наступить светлому Христову Воскресению. Таков, можно сказать, первофеномен тех двух теней, что остались от греко-латинской и от древнеегипетской эпох: латинизм и западные оккультно-политические общества, о которых шла речь в этой книге.

Эти силы, по сути, борются не только со Вторым, но и с первым Пришествием Христа. Они борются со всеми Его семью деяниями, понимая, что либо внимание человечества удастся отвлечь от них всех, либо, рано или поздно, придется полностью проиграть.

Христос, в некоем предвосхищении, уже апостолам явился в Своем Втором Пришествии. Ныне Он может явиться любой человеческой душе как всеобъемлющая живая Идея Мира, Сама Суть всех вещей, их идеальный Праобраз, из Которого "все начало быть, что начало быть", и в Который все возвращается. Переживая Второе Пришествие, человек переживает осуществление своей самой заветной мечты: соединить в единство бытие и сознание. А когда люди овладеют индивидуальным Самодухом, то будет углублен праздник Пятидесятницы. Это произойдет в славяно-германскую культурную эпоху, когда в общины людей Самодуха Христос будет нисходить как Жизнедух. Таково будет Его седьмое Событие. Готовить Его приход люди должны уже теперь. — Вот где коренится значение духовной задачи, решаемой Средней Европой в современную культурную эпоху. Славянам же надлежит готовить себя к тому, чтобы стать восприемниками этой задачи.

Седьмое Событие Христа приобщит человека к телу Воскресения. В настоящее же время через познание Деяний Христа, даруемое Духом Святым, через исповедание Христа в духе и истине, человек должен научиться по-настоящему, умом и сердцем праздновать Вознесение Христово и тем готовить себя к переживанию Его Второго Пришествия.

Большие трудности на этом пути приготовил нам мир. До сего времени люди, получившие посвящение, но старым, атавистическим способом, — монсеньеры и политики, копируют приемы господства, освоенные еще римскими цезарями, принуждавшими иерофантов Мистерий посвящать себя без соответствующей подготовки. Результатом такого образа действий, как правило, была одержимость, становившаяся социальным фактом, фактом государственной политики, претендовавшей на безраздельное господство в мире. По преимуществу в политических целях Константинополем и Римом Христианство было сделано государственной религией. Противодействие, оказанное Риму Средней Европой и англосаксонскими народами, было в конечном счете погашено действием материальной культуры и ариманизацией британо-американского оккультизма.

В новой эпохе к старым проблемам прибавляется новая. Если не брать массовую культуру, которая попросту обречена, а обратиться к тем, кто все-таки нашел в себе через причастность к эзотерическому Христианству силы и умение уравновешивать действие Люцифера и Аримана Импульсом Христа — Бога человеческого Я, открывающего Себя через Духа Святого, когда человек преодолевает в себе все родовое, национальное, расовое, — то таким людям теперь противостают несостоявшиеся —отставшие духи Времени, азуры. Они подкарауливают людей, восходящих до души сознательной, и побуждают их погружать ее в стихию инстинктов. Поэтому более всего в новой эпохе рискуют англосаксонские народы и немецкоязычные народы, призванные развивать "я" в тройственной душе (что предполагает овладение и душой сознательной), а также люди, приходящие к Антропософии. Опасности в развитии были и будут. Но подвергаться им следует с умом. И это чисто азурическая идея— построить земной рай, где человек ничем бы не рисковал.

Массы людей в новой эпохе будут доводиться до известной степени индивидуализации. Интеллектуализм во все большей мере будет становиться достоянием самых широких масс, но лишь для того, чтобы эти массы целиком внедрить в механизированную культуру вплоть до включения человека, как элемента, в разного рода механически-кибернетические устройства завтрашнего дня, а отчасти уже и сегодняшнего. Как "высшее" над людьми в таком случае вместо Самодуха будет витать ариманическое бессмертие, а на Земле получат широкое развитие разного рода кибернетически-парапсихологические ухищрения, не только продляющие человеческую жизнь, но и исключающие возможность для души после смерти проходить духовную эволюцию. В конечном счете большую часть человечества удастся перевести в сферу электро-магнитных энергий, падших эфиров, на их основе построить некоего рода анти-мир, противовселенную и противопоставить ее Божественному Мирозданию. Посвященные латинской и англосаксонской рас знают об этом и находят такую перспективу развития вполне приемлемой, а что человеческой душе и духу в ней места нет — этого они понять и осознать не в состоянии, поскольку обработаны ритуальной (церемониальной) магией. И такие люди фактически уже правят миром. Нужно ли об этом молчать и покорно следовать за ходом событий? — На такой вопрос пусть попробует ответить себе сам каждый здравомыслящий человек. Некоторое извинение тут, конечно, имеет тот, кто во все это попросту не верит, кто считает, что мир движется случайным стечением обстоятельств и игрой произвола или добрых намерений отдельных, разрозненных людей. Но совсем иное дело те, кто уже вырос из "пеленок" социального, политического и оккультного детства. Им ни в коем случае не следует преуменьшать значения происходящих событий. Они скорее таковы, эти события современной жизни, что их значение невозможно преувеличить. Мы являемся свидетелями и участниками космической Драмы-Мистерии, от хода которой самым непосредственным образом зависит наша судьба. Что в таких условиях может сделать отдельный человек — об этом было уже сказано выше.

Нужно понять, что все события, некогда разыгравшиеся в Палестине, повторяются и будут повторяться вплоть до мельчайших подробностей в новой эпохе, принимая все более грандиозные размеры. Христос умер для отдельного человека, поэтому Его Мистерию не пережить коллективно. Во всеобщем движении человечества необходимо видеть становление индивидуальных душ и сообразно этому принципу строить социальную структуру общества. Коллективно человечество продолжает бег учеников Христа к Его могиле в пасхальное воскресенье. Мы, как человечество, продолжаем недоумевать по поводу того факта, что гробница оказалась пустой. Все, что возникает в наших душах сверх того — не более, чем надежды на некое отдаленное будущее, когда Христос явится к нам и позволит вложить палец в Его раны.

Антропософия, как весть Святого Духа о Христе, "Духа Утешителя", которого Сам Христос обещал послать к нам и исполнил Свое обещание, позволяет человеку приблизиться к переживанию Христианства в духе праздника Троицы. Антропософия, по сути (как высший синтез всех предыдущих мыслительных, духовных, религиозных и художественных исканий индивидуального человеческого духа), является той формой, в которой Христианство от стадии подготовления переходит в стадию осуществления. Но к некоему "осуществлению" (что важно понять) переходят и противоборствующие силы. Что это означает — иллюстрирует весь XX век! Весь он стал практическим противодействием Второму Пришествию Христа и практическим же содействием инкарнации Аримана. В противовес Христианству СВЯТОЙ ТРОИЦЫ наш век творит свою религию нового типа. Религия эта (противорелигия) вбирает всебя все плоды атавистического оккультизма и делает их в той или иной форме достоянием масс. В средствах массовой информации уже открыто говорят, что на роль новой религии, универсальной, интернациональной, выдвигается парапсихология. Любые формы практической магии, колдовства, шаманизма, любые старые суеверия, учения Востока и Запада, Севера и Юга, новейшие научные теории и открытия— все замешивается в одном "котле" универсального, как утверждают, земно-космического мировоззрения, которому предстоит практически определять развитие культуры и цивилизации новой эпохи.

Весь социальный облик мира все более явно принимает характер социальной антитрехчленности. В нем вместо правового равенства всех людей вводится мировое господство новой, оккультной аристократии. Духовную жизнь формируют путем магизации антиэстетизма, путем синтеза поп-арта с парапсихологией. Хозяйственно мир делят на касту господ и касту работающих на них илотов. Через некоторое время вместо ассоциаций свободных производителей будут основываться сообщества (коммуны, общины) "пролетариев" будущего: людей благочестивых, обладающих групповым сознанием и приведенных в оккультную связь с машинами.

Все это, к сожалению, уже не фантастика. Противопоставить такому развитию можно лишь сознательную апелляцию ко Христу в Его Втором Пришествии, вестью о котором является Антропософия. Победят в конечном счете силы добра, ибо Христос сказал: "В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир". (Ин.16, 33).

 
20. Добро и зло.
"Неизреченная тайна зла"

(Из книги: Г.А. Бондарев "Архангел Михаил и михаилиты. Добро и зло. Неизреченная тайна зла", М.; "Информпресс+",1998)


* * *

[ *Прим. автора: Эта, издаваемая отдельно, брошюра написана как завершение, в качестве 20-й главы, к книге "Антропософия на скрещении оккультно-политических течений современности". М., 1996.]

 
1. Манихейство, католицизм, масонство

Теперь мы подошли к последней из решаемого в книге состава проблем, которая подобно "замковому камню", должна завершить "свод" наших исследований. Нам осталось рассмотреть одну из главных тайн человеческого бытия, над разгадкой которой уже не одно столетие бьется философское, этическое и религиозное сознание человечества. Мы имеем в виду тайну зла. В своем сущностном, прафеноменальном ядре онаносит характер мистерии, поэтому вне эзотерического рассмотрения художественное вдохновение (булгаковский Воланд), с одной стороны, и чуждающийся мира конфессиональный фанатизм ("мир во зле лежит") —с другой, будут и впредь, конфронтируя один с другим, лишь бросать человека из крайности в крайность. Более того, всякий, не желающий познавать тайну зла в ее конкретной чувственно-сверхчувственной природе, даже если он руководствуется лучшими побуждениями, не говоря о тех, кто тешит себя иллюзией, что, не желая иметь никакого дела со злом, они его с ним и не имеют, — все они в той или ной мере оказываются инструментами зла. Ибо зло, в особенности в наш век, сделалось настолько изощренным, изворотливым, что может приспособиться к любым установкам человека, если только он руководствуется ими догматически —или из соображений удобства — пассивно, не желая постоянно подвергать их основательному контролю, переосмыслению. Кто желает владеть истиной, должен взять на себя большой труд, состоящий в постоянной борьбе за сохранение равновесия в мировом противостоянии добра изла.

В европейской оккультной традиции хранится знание о так называемых семи жизненных тайнах. Впервые лишь в наш век стало возможно говорить о них открыто, экзотерически. Тайны эти столь глубоки, необъятны по содержанию, суть их столь неуловима для рассудка, что их называют семью "невыразимыми", "безымянными", "неизреченными" тайнами. Их составляют: тайна бездны, тайна числа, тайна алхимии, тайна смерти, тайна зла, тайна Логоса и тайна Божественного блаженства (ИПН. 94, 13 июня 1906).

С помощью одного лишь абстрактного мышления ни одну из перечисленных тайн разгадать, разумеется, нельзя; но можно значительно приблизиться к их пониманию, идя путем духовнонаучного познания. Можно даже утверждать, что именно такое их познание составляет одну из актуальнейших задач развития Я-сознания в эпоху души сознательной,т. е. в современную, европейскую, культурную эпоху.

Что касается тайны зла, то со всей решительностью можно сказать, что, любые добрые побуждения, а часто и добрые дела, совершаемые без духовнонаучного познания природы зла, способов и методов его действия, остаются зыбкими, неустойчивыми, легко обращаемыми во зло. Добро и зло - это две составные части единого мира. Как без положительного и отрицательного полюсов невозможен феномен магнетизма, так на определенном этапе эволюции (наше время принадлежит к нему) невозможен феномен человека без противостояния добра и зла.

Нашими предшествующими рассмотрениями мы подготовили необходимый базис, позволяющий нам теперь заглянуть за внешнюю завесу зла и попытаться распознать его первофеномен, обусловливающий многообразную социально-политическую феноменологию современности, насквозь пронизанную, как мы уже показали, темным оккультизмом. Начать нам и тут придется издалека — от сотворения человека. Ибо зло стало составным элементом его развития с момента его райского грехопадения. Но в этом вопросе пути религии и науки кардинально расходятся, и чтобы их соединить — то есть известное из религиозного предания осмыслить научно, — нам вновь придется обратиться к Духовной науке, которая считает то расхождение глубоко трагическим. Благодаря ему имеем мы те плачевные результаты, к которым в вопросе о добре и зле пришли порознь наука и религия.

Антропософия является прямой преемницей того учения о добре изле, которое дал миру один из величайших духовных водителей человечества — Мани, основавший в III в. по Р.Х. в Передней Азии небольшую секту, превратившуюся со временем в мощное духовное течение, известное как манихейство. Со стороны церковных вероисповеданий было предпринято, кажется, все возможное, чтобы манихейство опорочить, и в этом деле был достигнут большой успех; ему немало способствовало и то обстоятельство, что рядовые последователи Мани часто совсем поверхностно понимают суть его учения, поскольку свой глубинный эзотеризм оно выражает в образной форме.

В основе манихейства лежит необычайно глубокая по смыслу легенда. Мы приведем ее в пересказе Рудольфа Штайнера. В легенде рассказывается, что "некогда духи тьмы задумали предпринять штурм Царства Света. И они достигли его границ, но овладеть им оказались не в силах. И стало необходимо (Рудольф Штайнер просит обратить особое внимание на этот момент)... силам Царства Света их наказать. Но в Царстве Света отсутствует какое-либо зло; там существует только добро. А потому демоны могли быть наказаны лишь чем-то добрым. И что же тогда произошло? — Духи Царства Света взяли одну часть своего Царства и примешали его к материальному царству тьмы... В
последнем возник оттого некий род закваски, фермента, ввергшего его в хаотический танец, круговращение, благодаря чему царство тьмы получило новый элемент, а именно - смерть. С тех пор оно постоянно пожирает себя и, таким образом, несет в себе семя собственного уничтожения".

Далее в легенде рассказывается, что благодаря тому событию возник и человек. Он как первочеловек (Адам) и был тем, кого "Царство света выслало из себя и смешало с царством тьмы. Человек должен был преодолевать его через смерть, преодолевать в самом себе" (ИПН. 93,11 ноября 1904).

Итак, человек уже самим фактом своего существования поставлен перед задачей не отрицать зло, а претворять его в добро.

Зло в воззрении манихеев есть добро, поставленное не на свое место, не в соответствующее ему время. Выражаясь диалектически, мы имеем тут дело с движущимся силой противоречия соотношением содержания и формы. Духовный свет, или самосознание, Я-сознание, как бытие, при столкновении с миром тьмы порождает череду форм, приводит себя к выражению в многообразии обликов, но не закрепляется ни в одном из них, преодолевая их, пока не придет к тождеству с соответствующей ему совершенной формой, к самотождественности, пока не претворит форму (материю, тьму) в чистый дух (свет), не породит форму духовного самобытия, высшего Я.

Таким путем движется вся внутренняя жизнь Христианства. Оно движется путем преодоления своих внешних форм (исповеданий). "Дело тут, — говорит Рудольф Штайнер, — заключается не в том, чтобы повсюду искать равенство в формах внешнего выражения, но чтобы ощущать внутренний ток (христианской) жизни повсюду под поверхностью" (Ibid). А протекающее под поверхностью церковных форм есть чистое содержание Христианства, Христианство как Мистерия новозаветных времен — эзотерическое Христианство. Для его будущего ныне готовится достойный сосуд, который могут образовать члены Христианской общины, способные в работе над собой очистить, преобразовать свою душу до состояния Самодуха (Манаса), и вследствие внутреннего катарсиса создать принципиально иные формы социальной жизни.Так смотрит на христианскую жизнь манихейство.

В духе манихейства работали в XII в. катары, само название которых происходит от слова "катарсис", позже, с XV в., — течение эзотерического Христианства, основанное Христианом Розенкрейцем.

С церковной точки зрения, все описываемые нами вещи являются прямо-таки "махровыми ересями". И, видимо, потому так легко ныне в России необольшевизм водружает церковность на щит своей новой идеологии. Что касается католицизма, то он на те "ереси" отвечал веками убийств и пыток. Однако, интересно, что манихеем едва не стал Августин. Помешало ему, говоря современным языком, "зацикливание" на сложившейся к его времени форме исповедания, и потому он стал противником ее будущей формы. Августин стал непримиримым критиком "Фауста", образ которого он сделал выразителем воззрения манихеев.

Впрочем, то был всего лишь эпизод, а как генеральная тенденция противоположность между католицизмом и эзотерическим Христианством развивается начиная чуть ли не с III—IV столетий. Позже, она нашла свое выражение в борьбе Рима, церкви, с "рыцарями храма", с альбигойцами, розенкрейцерами и т. д.*

[*Примеч. автора: В той борьбе бесчеловечность Рима не знала границ. Рудольф Штайнер рассказывает, что, например, путем долгих и изощренных пыток инквизиторам удавалось помрачить сознание тамплиеров, и тогда из их подсознания являлись визионерские переживания люциферических сил, с которыми они сознательно вели в себе борьбу (так, собственно говоря, пытает и О'Брайен в романе Орвелла). И в таком состоянии они признавались, что, якобы, оплевывали святыни, которые в сознательной жизни составляли предмет их высочайшего почитания.

В своем посвящении некоторые тамплиеры проходили через переживание того, на что способна человеческая душа, если даже она этого не знает. "Посвящаемый сознавал и искал, как преодолеть то, что обычно остается в подсознании... Он видел те человеческие силы, которые стремились увести назад, к язычеству, к языческим поклонениям,где презиралось христианское развитие; он видел как человеческая душа может пасть под тяжестью таких искушений, — это сознавали те люди, поскольку сознательно должны были все это преодолеть". И знанием о тех переживаниях владел, благодаря ариманическому посвящению через золото, Филипп IV (ИПН. 171 , 25 сентября 1916).

По сей день в мире распространяется клевета, будто бы тамплиеры поклонялись Бафомету. Бафомет же, разъясняет Рудольф Штайнер, "...есть существо ариманического мира, которое является людям, когда их пытают. Это было рафинированно сделано (пытки тамплиеров). Когда они приходили в сознание, то захватывали с собой некоторые видения" (ИПН. 300а , S. 130).]

Все они, — говорит Рудольф Штайнер в вышецитированной лекции, — искореняются на внешнем физическом плане, но продолжают действовать дальше во внутренней жизни. Со временем эта противоположность несколько ослабла, но в весьма бурной форме постоянно выражается в двух течениях европейской культуры, таких как иезуитизм и масонство... Они являются детьми древних духовных течений. Поэтому как в иезуитизме, так и в масонстве, находят продолжение те же церемонии посвящения, что и в древних течениях... Они идут параллельно, но в разных направлениях" (Ibid.).

О том, каковы современные отношения между названными течениями, мы достаточно много говорили в предыдущих главах, и потому теперь вполне созрел вопрос о том, каковы чисто эзотерические основания борьбы между данными мировыми силами и другими, сопутствующими им. Ключ к ответу на поставленный вопрос, дает манихейская легенда, но она нуждается в духовнонаучном истолковании.

 
2. Миры добра и миры зла

Одна из главных особенностей духовнонаучного метода познания состоит в том, что, согласно ему, все феномены следует рассматривать в развитии. Учение об эволюции мира и человека составляет основу антропософского метода познания. Исходя из нее, должны начинать и мы, но, будучи ограничены размерами одной главы, мы вынуждены ряд исходных посылок выражать суммативно, информативно (т. е. не вполне органично), прибегая порою к помощи схем. Впрочем, схемами пользуются повсюду, и они бывают разные. Иную схему можно поднять до уровня медитативной формулы.

Об эволюции мира и человека в Антропософии говорится — примыкая к традициям эзотерического знания, известного на Востоке и на Западе уже не одно тысячелетие — как о процессе глобальных превращений, в ходе которых проявленные состояния мира (манвантары) сменяются всеобщим одухотворением всякого бытия (пралайи). В пределах всего нашего эволюционного цикла (он может быть принят за единицу, если привлечь на помощь древнюю школу пифагорейцев), в котором человек возникает и достигает высоких ступеней совершенства, эволюция мира проходит через семь манвантар или, как их еще называют, планетарных эонов. Без каких-либо разъяснений мы коснулись их в главе 14. Там были даны их традиционные названия: древний Сатурн, Земля, будущий Юпитер и др. ( Подробно эволюция мира описана Рудольфом Штайнером в книге "Очерк тайноведения".) В ходе каждого эона человек овладевает определенной ступенью сознания. Так, например, на древнем Сатурне он обладал "бессознательным всесознанием"; на Земле мы вырабатываем предметное, бодрственное сознание; в будущие эоны человек овладеет тремя ступенями индивидуального сверхсознания.

В мире развивается множество различных ступеней (уровней) бытияи сознания. На той дистанции, что отделяет человека от Бога, такими ступенями является ряд чисто духовных, божественных существ — Иерархий. В эволюции они стоят намного выше человека и потому участвуют в ней как творцы. Их самосознание космично, субстанционально и обладает непосредственной силой творения. Число Иерархий девять —от Ангелов до Серафимов. Их имена давно известны в Христианском гнозисе.

Божественный акт творения, положивший начало эволюции нашего цикла, следует представлять себе как исходящий из абсолютного единства, что по сию пору находит свое отражение во всех монотеистических и монистических представлениях. В христианском гнозисе (нам нужно перестать считать гнозис еретическим учением, если мы желаем говорить по существу) Бог является одновременно и единым, и триединым. Это следует понимать так, что Бог един в своей сокровенной Сути, и трехипостасен в откровении, когда Он обращается к акту творения нового цикла (мира).

Главное отличие нашего цикла от других состоит в том, что абсолютное Бытие здесь впервые в себе (в единстве) противостало себе же. И человек как новое творение изначально возникает на границе противостояния бытия и небытия, универсального, Божественного Я и не-Я. Таков, по сути говоря, основной закон становления нашего Я-сознания. Чтобы оно обрело свой главный атрибут: самоопределение, свободу выбора, свободу воли, — Бог должен был противостать Самому Себе, что чисто философски И. Г. Фихте выразил в виде тождества Я = не-Я.

Эзотерически, оккультно, сказанное следует понимать так, что ряды божественных Иерархий, вступая в наш эволюционный цикл, образуют между собой отношения, которые, по мере углубления в тварный мир, принимают характер противоречий, так что в конце концов возникает мир "вторичных" богов, богов мира не-Я, где все есть лишь отражение истинного божества мира.

Во всеобщей картине мира, где все носит антропоцентрический характер (а именно так замыслен наш эволюционный цикл), Божественному Триединству (Царству Света), противостоит триединство мира инобытия. О нем говорят как о "падшем", следовательно, — злом мире, и он в себе также един — как материальная вселенная.

В Антропософии дано глубокое и многостороннее вскрытие персонифицированной структуры мира не-Я. Она, в своем роде, также "трехипостасна". В божественном всеединстве трем истинным Ипостасям противостоит не единое, а трехчленное зло, три рода, скажем, "противо-божественных" существ: люциферических, ариманических и азурических.

Сказанное можно пояснить рисунками (рис. 1, 2), на первом из них показан общий принцип эволюции, а на втором — ее движение во времени, где она образует некую "чашу" семизвенной цепи метаморфоз.

Как видно из рисунков, мир, несмотря на всю свою безмерность, строго структурирован в себе, что находит свое выражение в закономерном характере всего, что является в нем. Его антропоцентризм выражается втом, что только человек присутствует одновременно в мирах всех трех откровений и, кроме того, составляет предмет спора между Царством Света и Царством тьмы. В мире первого откровения человек присутствует как замысел Божий, во втором — как объект творения, в третьем — в процессе самосозидания.

    

Самосозидание мира инобытия и процесс нисхождения Бога и Иерархий в инобытие в процессе творения движутся навстречу друг другу (рис. 1) и в эоне Земли образуют глобальный перелом в эволюции. Эволюционный цикл (семь эонов), он, в первую очередь, как некая чаша, "Грааль" (рис. 2), существует в вечности, где его образует надвременное бытие Иерархий. Его пронизывает трехипостасное откровение Бога. И все это может пониматься как совокупность законов, обусловливающих все, что эволютивно, в пространстве и времени возникает в зеркальном отражении "Чаши".

"Отражение" и есть материальная Вселенная, мир четырех царств природы. Он оплотневает, отпадает от Бога уже со времен древнего Сатурна. В эоне Земли процесс отпадения достигает своего предела и начинает переходить в процесс восхождения.

Из сказанного следует, что эволюция мира и человека существует сразу в двух аспектах. Она уже достигла своего конца в надвременном, а во времени — лишь середины. Отсюда проистекает множество вопросов, касательно природы времени, предопределения и свободы и др. В доступной ему мере автор изложил их в другой своей работе, которая называется "Триединый человек тела, души и духа в свете Антропософии". В данной главе мы можем лишь указать на них.

Что в Библии описано как райское грехопадение, представляет собой переход человека из мира второго откровения в мир третьего, где он может развивать свободу духа. Свободы духа не развить, не ступив на путь проб и ошибок. И чтобы действия человека на этом пути не стали чрезмерно разрушительными для мира высшего бытия, высшей гармонии, и был, собственно говоря, создан наш плотный, бессущностный, теневой мир, где все высшее присутствует лишь в своем отражении, подобии.

Но не следует думать, будто бы противостояние двух миров — сущностного и бессущностного — носит условный характер. Потенциально мир инобытия обладает возможностью изменять, искажать и даже упразднить мир бытия и стать единственной реальностью. Подобное могло бы произойти, если бы цели Царства тьмы были достигнуты в нужное для него, а не для Универсума время. В таком случае произошло бы претворение добра в зло. И вот, чтобы такого не случилось, Сам Бог низошел в мир поволенного Им Самим противостояния Себе и изменил в нем закон нисхождения, материализации, отпадения, вражды на закон восхождения, одухотворения, всеединства, любви.

После Мистерии Голгофы правомерное и необходимое (ввиду эволюции) нисхождение человека в материю, грехопадение, должно быть по воле человека, обретшего Я-сознание, остановлено. На смену грехопадению должно прийти искупление. Силу для него каждый может почерпнуть в вочеловечившемся, прошедшем через смерть и даровавшем даже физическому телу человека воскресение Боге.

Космическая констелляция человека, особенно в новое время, необычайно сложна. С одной стороны, человек совершенно реально пребывает в вечности, в лоне Божественной Троицы, но бессознательно. И чтобы то свое положение осознать — а это составляет главную задачу, если можно так выразиться, спиритуального онтогенеза человека (ибо развиваться он может лишь в совокупности тела, души и духа), — он, с другой стороны, должен определенное время работать над собой внутри еще одной троичности: Христа, Люцифера и Аримана. И если он оплошает (развитие всегда сопряжено с риском), то может оказаться внутри еще одной троичности: Люцифера, Аримана и азура (отставшего Архая). Тогда он выпадет из поволенной для него Богом эволюции и станет на путь другой, о которой в Евангелии сказано, что там царят "тьма внешняя" и "скрежет зубов" (Мф. 22:13). Некогда и тот мир обратиться к добру, но никто не может сказать, будет ли тогда существовать человек, ныне ступающий на такой путь.

Истины подобного рода крайне неудобно познавать современному изнеженному и запуганному человеку. Однако дело обстоит так, что либо человек найдет в себе силы и охоту смотреть правде в глаза, познавать истинные законы своего развития и работать над собой — и тогда Сам Бог ему помощник, — либо он будет рано или поздно уведен попути "вечного грехопадения". В некоторых темномагических оккультных союзах о том пути говорят даже как о наилучшем, но такие разговоры — не более чем "черный" романтизм, присущий эгоизму специфического рода или глупости.

Итак, все в человеке предопределено к добру, но стать свободным духом без риска, без возможности выбирать между добром и злом он не может. Риск допущен Богом, и не во власти человека упразднить его. А та гарантия безопасности, которую предлагает церковь, — она дается за счет отказа от Я-сознания (что составляет непрощаемый грех), за счет возвращения в групповое сознание, на преодоление которого человечество уже потратило уйму сил. Рецидив группового сознания отбрасывает человека в далекое прошлое, где он находился на ступени человеко-животного. Ничего, кроме невообразимых опасностей и мук, не ждет его на таком пути.

 
3. Грехопадение

Будучи вынужденным жить в такое катастрофическое время, как наше, человек охотно задается вопросом: почему Бог допустил все это? Разве не в силах Он устранить этого Аримана или, там, Люцифера? И тут начинает закрадываться сомнение: или Бог не всесилен, не всесовершенен?

Нет, Бог всесовершенен, и все Ему по силам. А Люцифера и Аримана он не устраняет потому, что вместе с ними, как замечает Рудольф Штайнер, из мира пришлось бы устранить и некоторых философов, задающихся подобными вопросами.

Можно вопрос поставить еще так: почему вообще Бог допустил грехопадение человека? Оставаясь на богословской точке зрения, ответа мы тут не получим. И нам тогда останется лишь обидеться на Бога или отвергнуть Его существование. Не лучше обстоит дело и в оккультных союзах, где духопознанию предпочитают "действие", где знают, чего хотят, но не знают — зачем.

В Антропософии процесс "грехопадения" описывается как эволюционный, и таковым он на самом деле и является. Начался он, по сути говоря, уже с того момента, когда в эоне древнего Сатурна было впервые создано физическое тело человека. С тех пор связь человека с материальным бытием лишь нарастает (см. рис. 2). Наравне, скажем, с идеальным протеканием эволюции (верхняя "чаша") образуется область развития, где духовное и материальное сложно переплетаются между собой, где слагаются четыре царства божественного полагания, которое в виде трех космических творческих силовых (энергиями они становятся лишь в материальном мире) лучей задает главную закономерность всего нашего цикла эволюции. Поэтому Божественная Троица есть персонифицированное выражение основного закона всякого бытия, а также и небытия.

В эоне Земли область эволюции человека становится особенно обширной. Она достигает своего предела в ее противостоянии чисто духовному бытию, своему божественному праисточнику, что выражается в возникновении неорганической природы, которая, с другой стороны, в своих четырех (алхимических) элементах: земле, воде, воздухе и тепле — наиболее идеально (в инобытии) выражает божественный порядок мира. Здесь инобытие достигает своей полноты и одновременно вершины, венца, которым является высшая нервная деятельность человека: своим рефлектирующим мышлением мы обязаны процессу минерализации, совершающемуся в нервах.

В каждом эоне развитие начинается с повторения предыдущих состояний, после чего возникает что-то новое. Погружение человека в плотные сферы было обусловлено его предшествующим развитием. Библия в образной форме описывает лишь, как это происходило, но не почему. Наивно думать, что первочеловек, Адам, был способен как индивидуальность совершать ошибки. И потому то, что живет во всех людях как "наследственный грех", должно пониматься не столько нравственно, сколько эволюционно. Мы искупаем его, преодолевая кровнородственные связи, дополняя эволюцию видов, давшую нам тело, способное быть вместилищем духа, душевно-духовной эволюцией, где отдельный человек есть вид.

Истинный грех человек совершает, не желая осуществлять в себе великий перелом, произошедший в середине земного эона, после чего дальнейшее нисхождение в материю потеряло смысл. Настоящее зло,"смертный грех" человек совершает в том случае, если со своим Я-сознанием, становление которого потребовало столько жертв от божественного мира, пытается перейти в сферу подматериального, с чем утрачивается возможность идти человеческим путем эволюции. С особой эффективностью в ту сферу человека заталкивают с помощью наметившегося "примирения" материалистической науки и утрачивающей последнюю спиритуальность религии. Ныне тоном высшей положительности, доброжелательности, толерантности вожди нового вселенского экуменизма приучают человека жить с такими понятиями, как: "духовный, или тонкоматериальный, мир", "божественный, или энергетически-информационный, мир" и т. п.

Итак, в пределах семи эонов развитие человека может идти тремя путями. На рис. 2 они показаны позициями I, II и III. Обретя индивидуальное сознание, человек волен выбрать любой из них, но прежде ему следует понять, что означает каждый из них, куда каждый из них ведет его.

Самый верхний путь (поз. I) является для человека идеалом и высшей целью. Он уже стоял на нем, как божье творение, и был там одарен Духами Формы, или Элоимами, искрой их огня. В человеке тогда вспыхнуло Я, что привело его к переживанию самостоятельности без вхождения в материальное тело. Однако то сознание высшего Я было идеальным отображением Вселенной и не могло служить познанию мира. Если бы человек остался в том состоянии, то Элоимы наделили бы его чисто сверхчувственной формой сознания-бытия. Вместо костной системы, говорит Рудольф Штайнер, человек имел бы тогда имагинацию. Духи Движения (Dynameis — стоящая над Элоимами Иерархия) вместо мускулов дали бы ему инспирацию, а Духи Мудрости (Kyriotetes) вместо материи нервов дали бы ему интуицию (ИПН. 134, 30 декабря 1911). То есть человек существовал бы как трехчленное космическое существо, обладая бытием в трех состояниях космического сверхсознания (которые теперь ему только еще предстоит развивать в ходе будущих эонов). Но в том состоянии он никогда не обрел бы индивидуальной свободы и его высокое сознание носило бы сверхиндивидуальный, но групповой характер. Иными словами, то высокое единство никогда не дифференцировалось бы на такое множество индивидуальных "я", которыми согревается самобытие земного человечества. Самобыгие и самосознание, которыми теперь обладает человек, возникли благодаря тому, что Сам Бог "изгнал" его из той высокой сферы бытия, из Рая, поставив ему задачу вернуться туда свободным индивидуальным духом.

Чтобы "изгнание" могло соверщиться, пришлось даже существам Божественных Иерархий противостать друг другу. Однако те из них, которые воспротивились чисто духовному протеканию эволюции человека, "не следует считать злыми, — поясняет Рудольф Штайнер; — напротив, они принесли жертву, становясь препятствием на пути развития. Эти силы можно назвать богами препятствий во всеобъемлющем смысле этого слова... Производя возмущение (на Небе)... они были великими проводниками развития; но они породили зло" (ИПН. 110, 5 апреля 1909).

Погружение человека в материальное бытие было связано с возникновением времени. И когда начался этот процесс, часть существ самой высшей Иерархии, Серафимов, отказалась сопутствовать ему. Они сохранили верность вечности, дабы ушедшее вниз развитие могло со временем к ней вернуться. Поэтому лишь в определенном, очень специальном смысле таких существ первой Иерархии можно назвать люциферическими.

Произошло разделение и в самой низшей Иерархии, среди Ангелов.Часть их стала помогать человеку, когда он Духами Формы был одарен искрой Я, начал переживать себя в нем спиритуально (в вечности). Теже ангелы, которых мы называем люциферическими, внесли в астральное тело человека — носитель ощущений и сознания — принцип разделения, произошедшего в мире Иерархии, что создало возможность выбирать между добром и злом; и человек стал пространственно-временным существом. Так неоднозначно выразилось разделение Иерархий.

Среди существ высших Иерархий, сколь бы безграничным ни было их величие, не существует свободы выбора. Все неистинное, злое является для них небытием. Эволюция их Я-сознания протекала по иным, чем господствующие в нашем цикле, законам. Только в третьей Иерархии, среди Ангелов, Архангелов и Архев, возникает некоторая возможность свободы, а с нею — и заблуждения, т. е. отставания от развития. В развитии всегда что-то отстает. Но в одном случае отставание возникает как жертва ради развития нижестоящего, в другом — нет.

Существа третьей Иерархии свое Я-сознание выработали в нашем цикле эволюции, но еще в предыдущих эонах. Часть их при этом отстала, и уже не условно. Таковы люциферические и ариманические существа — отставшие ангелы и архангелы. Одно из них, которое искусило человека в Раю, называется змеем или Люцифером.

Возможность свободы, которую присваивают себе существа третьей Иерархии, не может быть правомерной, поскольку они не способны воплощаться в материальные тела и идти путем земного человека; в высшем же мире свобода и несовершенство — несовместимы. Их путь, по сути, должен был бы оставаться в верхней сфере (рис. 2, поз. I). но они вступили в противоречие с законами высшего бытия, упустили возможность в свое время выработать Я-сознание и теперь пытаются использовать человека, чтобы наверстать упущенное. Их борьбой с истинными Богами вызвано оплотнение духа до состояния материи и даже творится подфизическое царство, где приходят к распаду жизненные (эфирные) силы Вселенной. Намерения этих существ не знают границ. Они надеются весь Универсум "перетащить" в свою сферу, как бы вывернуть его наизнанку.

Правильно выработать принцип свободы дано впервые лишь человеку, в чем состоит главный смысл всего нашего эволюционного макроцикла: породить Иерархию свободной любви. Потому Боги определили изгнать человека в материальную Вселенную, а вместе с тем и себя обрекли на страдание. Так в развитие мира вошла трагедия. "Вы куплены дорогою ценою", — говорит апостол Павел (1 Кор. 7:23).

"Свободная воля, с одной стороны, — говорит Рудольф Штайнер, —возможность выбора между добром и злом, между прекрасным и отвратительным, истинным и ложным, — свободная воля, с одной стороны, а сдругой — такое постижение Божественного, что оно проникает в нашу душу и мы осознаем себя внутренне исполненными, свободно исполненными Божественным, — таковы две цели душевного развития человекана Земле" (ИПН. 155, 12 июля 1914). Чтобы достичь их, человек воспринял два религиозных дара. Один из них "...предназначен для того, чтобы в человеческую душу вложить силы, способные привести к свободе, к умению делать различие между истиной и ложью, прекрасным и отвратительным, добрым и злым"- (Ibid.). Таким даром и было грехопадение. Наравне с ним человеку был дан другой дар. Благодаря ему в его душу было положено семя, из которого произрастает наша способность почувствовать в себе Божественное. "Второй религиозных дар выступает перед нами во всем том, что объемлет собой понятие Мистерии Голгофы...в этих двух дарах заключено все наиважнейшее в земной эволюции"(Ibid.).

По меньшей мере два возражения по поводу вышесказанного может сделать читатель, ограничивший свое познание теми тривиальностями, которые предлагают современная светская науки и теология, когда речь заходит о глубоких тайнах бытия. Прежде всего, он скажет, что свобода не совместима с предопределением. Но тут, как советует Рудольф Штайнер, пусть он примет во внимание, "...что свобода действий человека в будущем столь же мало потерпит ущерба от того, каковыми будут заранее предопределенные вещи, сколь мало она терпит ущерба, например, от решения, принимаемого человеком, через год поселиться в доме, который он сам себе строит. Он будет в нем свободен в той мере, в какой способен быть свободным по своей внутренней сущности. Так и в зоне Юпитера, и в зоне Венеры (в будущих зонах) он будет свободен в той мере, какая будет соответствовать его внутреннему состоянию среди именно тех условий, которые там установятся. Свобода будет зависеть не от того, что предопределяют предшествующие условия, а оттого, что сделала из себя душа" (ИПН. 13, S. 414).

Стать свободным, поясняет Рудольф Штайнер в другом месте, означает "найти себя в себе как духа" (ИПН. 118, 15 мая 1910).

Другое возражение будет сделано и, возможно, особенно эмоционально, по поводу понимания грехопадения как дара Божия. Снять это возражение человек может только сам в себе, обратясь к духопознанию. В ином случае ему придется смириться с мыслью, что Бог допустил оплошность и т. д.

Развитие человека куда сложнее, чем о нем говорит материалистическая наука, а библейский миф о творении нуждается в расшифровке и иинтерпретации.

 
4. Человек между Люцифером и Ариманом

Девять родов духовных существ, стоящих в эволюции выше человека, уже пришли к выработке Я-сознания как формы бытия. Шесть из них сделали это в состояниях Вселенной, имеющих мало чего общего с современным. Три нижние Иерархии — Ангелы, Архангелы, Архаи — в прошлые эоны взошли на свою "человеческую" ступень, т. е. овладели предметным сознанием, а затем оно стало в них и бытием. Но не все в их сфере справились со своими задачами, ибо одним из законов развития в нашем цикле является отставание одних существ и опережение развития другими. Поэтому, например, Ангелы, не справившиеся со своими задачами в эоне древней Луны, не могут в эоне Земли взойти к состоянию сознания, каким на Луне обладали Архангелы и т. д. Им теперь приходится нагонять упущенное в своем развитии, что они могут сделать только с помощью, за счет человека, с помощью его астрального тела, когда оно отъединяется от всеобщего астрального тела человечества, выражаясь образно, — от Адама; т. е. индивидуализируется.

Процесс этот имел исключительно сложный характер. В результате его человеческое сознание перестало быть зеркалом Вселенной, каким его сделали Духи Формы, одарившие человека Я. У человека пробудилась способность самому управлять образами сознания, но зато исходной точкой такого управления стало не высшее Я, а астральное тело с угнездившимися в нем отставшими ангелами — люциферическими существами. Таким образом Я, стоявшее выше астрального тела, попало от него в зависимость, "...человек сделался подверженным постоянным влияниям своей низшей природы"; возникла возможность заблуждений и зла. Субстанции начали сгущаться. Тепловой эфир породил физически-материальное тепло и положил начало формированию низшего "я", обуреваемого люциферическими вожделениями астрального тела; "я" стало развивать притяжение между собой и огненной вещественностью Земли, что вовлекло в нее человека сверх необходимой меры. Ложные представления (вначале еще сверхчувственные, но уже индивидуализирующиеся, — "змей" искушал познанием), не согласовывавшиеся с высшими духовными влияниями, породили болезни и смерть. Мы обязаны им именно нашим астральным телом.

Эфирное тело (управляющее жизненными процессами) на стадии"искушения" было ограждено от люциферического влияния. Часть его по-прежнему управлялась существами Иерархий (человеку не было дано вкушать от "Древа жизни"), а не "я", иначе это последнее отпало бы от духа субстанционально, т. е. необратимо. Физическим выражением всех описанных процессов стало "...урегулирование отношений между (планетами) Солнцем, Землей и Луной", а также другими небесными телами (ИПН. 13, S. 250—252).

Смерть стала регулятором меры соприкосновения человека со злом. Вместе со свободой и возможностью заблуждения у человека возник страх. За феноменом смерти и страхом стоят ариманические существа. В них отставание проявилось еще раньше, чем у люциферических существ. Они должны были, но не смогли, достичь ступени, на которой стояли Архангелы в зоне древнего Солнца.

Таким образом, сложные эволюционные перипетии, связанные со становлением нового рода Я-сознания, которое вырабатывает человек, обусловили возникновение в Мироздании противостояния добра и зла. Тут следует помнить, что суть вселенской эволюции составляет волящий Я Логос. Во Вселенной существует только то, что обладает Я: индивидуальным или — временно — групповым; в последнем случае бытие носит полуиллюзорный характер. Такова главная истина бытия вне зависимости от тех или иных конфессиональных пристрастий. И всем, в конце концов, необходимо понять и признать, что не человеком, но Творцом задается мировая данность, а потому полезнее ее познавать, чем отрицать или искажать.

В мире все обусловлено законами развития. Сами законы суть существа Иерархий в их положении и отношении (здесь берет начало учение о категориях) друг к другу, чем обусловлено их действие и взаимодействие. Ибо все в них есть творящая сила Я-сознания. В согласии с высшими законами развивается и человеческая свобода, поскольку она есть не произвол, а самообусловленное состояние индивидуального духа. Чтобы его достичь, внутри единого исходного целого должно возникнуть отношение субъекта, и объекта. Субъект, чтобы стать таковым, должен отразиться в объекте. В определенный момент развития такое отношение-отражение принимает характер противоречия и отрицания. Возникает мир, где более высокое состояние сознания-бытия утверждает себя за счет отрицания нижестоящего.

В своей сути противоречие остается этическим, поскольку все направлено к грядущему синтезу, всеединству — к единству многообразия Я-сознаний. У человека, кроме того, отрицание заключено внутрь его собственного существа, где оно наиболее уместно, поскольку благодаря ему возникает мышление.

Земное "я" человека строится из соединения трех ингредиентов: мысли, чувства и волеизъявления. Все они обязаны своим зарождением земному бытию человека: высшей нервной деятельности, ошущениям, восприятиям и некой бессознательной инстинктивной силе, которая есть воля. Все три ингредиента имеют положительный и отрицательный полюс: утверждению противостоит отрицание, положительному чувству —негативное, воле к созиданию — воля к разрушению или безволие. Все эти вещи давно известны в традиционных науках. Духовная наука дополняет их знанием о персонифицированной сущности всех душевных и духовных проявлений в человеке, его качеств.

Когда в физиологии говорится об отмирании материи нервов в процессе мышления, то Антропософия дает тут учение об ариманических существах, об их целях и мировом предназначении. Когда психоанализ заводит речь о "донном шламе" и разных "либидозных" дебрях души, Антропософия противопоставляет этому учение о двойниковой низшей природе человека, о реинкарнации и карме.

В мировой данности человек обязан познавать космическую борьбу, которую боги ведут с люциферическими и ариманическими воинствами. На стороне человека в ней стоит высший Бог, прошедший на Земле через смерть и воскресение и показавший путь окончательного преодоления мирового дуализма духа и материи. Но следовать за Христом человек может только в Я, ибо Христос есть Бог человеческого Я; т. е.своим Я, изживаемым в совокупной жизни мыслей, чувств и волеизъявлений, человеку следует стремиться к идеалам высшей жизни, где происходит не обеднение или потеря, а только возрастание самосознания и богатства самобытия.

Препятствием на пути к высшей жизни встают люциферические и ариманические духи. Они, как уже было сказано, нуждаются в человеке, чтобы наверстать упущенное. Поэтому они сначала способствовали индивидуализации человека, его отделению от всечеловеческого целого. Но у человека теперь имеется задача не следовать за ними далее, а, преодолевая их, развивать крепкую самостоятельную жизнь Я.

Воздействуя на человеческую мысль, Люцифер и Ариман заинтересованы в том, чтобы вызвать ложное убеждение, будто бы человек внутренне только противоречив и решить его противоречия невозможно. Вот почему, как говорит Рудольф Штайнер, они изобретают в человеческой душе мысленные комбинации вроде следующей: "в созвучии, в гармонии с бесконечным" и т. п. Подобные представления рождаются в человеке "...из боязни противостать этим силам, а потому он и позволяет Люциферу и Ариману изобретать гармонии с бесконечным... Однако искать удовлетворение в подобном мировоззрении равнозначно завязыванию глаз. Сегодня человек (просто) боится смотреть на многообразные виды борьбы в областях духа" (ИПН. 176, 14 августа 1917).

В своих атаках на человека Люцифер подступает со стороны воли (снизу), Ариман — со стороны мыслей (сверху). "Ариману постоянно хочется сделать человека одной головой. Люцифер постоянно хочет лишить человека головы, чтобы он не мог думать, чтобы все восходило в нем окольным путем, через сердце, в тепле, чтобы его целиком заполнила мировая любовь, чтобы он весь излился в мир как мировая любовь, как космически-мечтательное существо" (ИПН. 205, 3 июля 1921). Люциферу по нраву благочестивые души, стремящиеся к духу, к добру, но только лишь из эгоизма. "Нигде в наши чувства, — читаем мы вновь у Рудольфа Штайнера, — Люцифер не вмешивается так, как там, где люди, исходя из своих страстей, вожделений (часто чрезвычайно утонченных, изощренных. — Авт.), стремятся к Божественному, не осветив этого Божественного лучами сознания" (ИПН. 120, 28 мая 1910). Таким образом, искушения, как видим, носят не только грубый характер. В оболочке филистерства собирают они главную часть своего урожая.

Мышление, если человек действительно владеет им, а не пользуется готовыми штампами, по сути своей волевой природы. В мышлении инстинктивная воля впервые делается осознанным мотивом действия, и тогда поступок становится нашим. Но люциферические существа сковывают освобождающуюся волю человека, "они пытаются практику свободной воли окутать для человека мраком и, однако, сделать его духовным существом. Люцифер в некотором смысле хочет от человека хорошего, духовного, но так, чтобы тот поступал автоматически, без свободной воли; человек должен быть в некотором роде автоматически приведен в ясновидении к добрым принципам; и люциферические существа хотят отнять у человека свободную волю (а с нею), возможность совершать зло... (Они) крайне заинтересованы в том, чтобы не дать человеку прийти к свободной воле, так как сами не способны ее достичь. Свободная воля достижима только на Земле. А они не хотят иметь дела с Землею... Они действуют высокодуховно, но автоматически — что особенно важно знать, — и они хотят на свои духовные выси поднять человека" (ИПН. 182, 9 октября 1918).

Примем к сведению приведенные слова Рудольфа Штайнера и проведем перед мысленным взором всю ту проповедь нравственности, которой занимаются все без исключения конфессии в мире. Тогда нам станет ясно, что утопия К. С. Мережковского* непременно станет социальной реальностью, если люди не захотят понять, в какое время ониживут. Дав некогда человеку побуждение к свободе, люциферические духи ныне действуют прямо противоположным образом. Причина изменения их образа действий необычайно глубока. Ведь они отстали в эоне древней Луны, когда у человека еще не было Я и высшим членом его проявленного существа было астральное тело. В то время им не было дано воздействовать на него, а в зоне Земли — дано. Но тут человек вырабатывает индивидуальное Я, на которое, в первую очередь, действуют высшие духи; а далее, через Я, они действуют на астральное тело, вызывая в нем катарсис.


[*Примеч. автора: К. С. Мережковский, брат известного писателя Д. С. Мережковского, биолог. Им написан утопический роман "Земной рай", опубликованный в 1903 г. в Берлине на русском и немецком языках. В романе и философских приложениях к нему он выступает резким противником прогресса, с большой точностью предсказывает характер развития в XX в. и предлагает модель иезуитского государства в Парагвае как спасительную для всего человечества.]

Поэтому Я — враг люциферических духов. Они стремятся погасить его, воздействуя на него из астрального тела, куда им было дано вползти, чтобы раздробить единую астральность человечества на множество монад. Благодаря люциферическим духам человеку стали доступны энтузиазм, вдохновение, которыми движется его художественная деятельность. Так стала возможной человеческая свобода, но вместе с нею — и отпадение от Бога, зло.

Для человека является в некотором смысле идеалом — стать выше своих мыслей, чувств и волезиъявлений, рассматривать их как нечто внешнее по отношению к себе как к Я. Однако с таким настроением непросто идти по жизни. И в то же время, пока мы не объективируемих в себе, нам не выработать никакого понятия о том, в чем состоит противостояние Я мыслям, чувствам и волеизъявлениям, каким это противостояние было в первоначальном намерении божественных сушеств.

"К созерцанию в самом себе, а не к вживанию в себя предназначался человек", — говорит Рудольф Штайнер, и продолжает: Люцифер же обратился к человеку с такой речью: "Посмотри, человек, это же скучно —странствовать (по миру) с одним только средоточием "Я-есмь", а все остальное лишь созерцать. Гораздо веселее погрузиться в собственное астральное тело. Я дам тебе силу занырнуть в твое астральное тело, и тыне останешься односторонним со своим Я, созерцая лишь собственного двойника, но погрузишься в это тело. И чтобы ты при этом не захлебнулся в своем астральном теле, я дам тебе кое-что от моей силы... И полученный от Люцифера дар привел к перевесу силы Я над астральным телом, что нашло свое выражение в повышенной самостности, собственно говоря, — люциферичности" (ИПН. 134, 29 декабря 1911). Так смешались мы высшим Я со своими мыслями, чувствами, волениями и начали, так сказать, снизу вверх вырабатывать свое повседневное "я".

Перевес силы Я над астральным телом вызвал, в свою очередь, перевес силы астрального тела над эфирным, что привело к образованию в человеке (в Лемурийскую эпоху) собственных жизненных процессов.

Действия Люцифера повлекли за собой, как его карму, вмешательство в индивидуальное становление человека Аримана, главная задача которого в эволюции состоит в другом, в том, чтобы консолидировать материю. В человеке Ариман, по мере материализации физического тела, вызвал его преобладание над эфирным телом, чем и обусловил феномен смерти. Но такое вмешательство Аримана способствовало также развитию органов чувств. Далее воздействия Аримана, идущие навстречу воздействиям Люцифера, привели к тому, что эфирное тело начало преобладать над астральным и человек получил самоощущение во всем теле, развилась деятельность секреции и др. (Ibid.).

Итак, по мере разрушения гармонии, равновесия, в котором находились выработанные Иерархиями триединое тело человека и Я, в которых человеку было предопределено в совершенстве отражать сознание Вселенной, быть, своего рода, ангелом, но, как замечает Рудольф Штайнер,"чахлым" ангелом, объектом вселенской жизни, — совершался процесс изгнания человека из Рая. Он изгонялся в земное царство, находящееся между ангельским и животным царствами. Поэтому внешняя физичеекая форма человека в начальный период его обитания на Земле напоминала животную. Но такой была лишь форма прадревнего человека, в которой он был проодушевлен сверхчеловеческой, божественной мудростью. И та мудрость начала в нем постепенно угасать; вместо нее он постепенно развил то, что теперь называется рассудочностью. В ней и угнездились ариманические существа. Чтобы нагнать упущенное, они стремятся идти путем человека, выработать его облик, в котором он преодолел полуживотную стадию (стал прямоходящим и проч.). Но достичь этого им не дано. Поэтому они переживают ужасную боль."Это подобно тому, как, если бы животное смутно чувствовало в себе: ты должно выпрямиться, ты должно стать человеком, — как если бы оно хотело все в себе разорвать. Ужасную боль переживают ариманические существа. И она может быть умерена лишь тогда, когда они подходят к человеку и овладевают его рассудком. Рассудок охлаждает их боль. Поэтому они и вцепляются в человеческий рассудок, вонзают в него когти, всем своим существом влезают до мозга костей" (ИПН. 208, 23 октября 1921). Устрашающий образ! Однако нет смысла отшатываться от него. Без рассудка не было бы самосознания. Рассудок же должен опираться на какую-то "твердь". Ну, а когда он уже имеется в наличие, человеку надлежит спиритуализировать мышление, переходить к индивидуализированному созерцанию интеллигибельного мира, входить как субъект в мир Иерархий.

Перед человеком стоит задача пронизать мышление волей, обрести разум, оживить мысли, дать им субстанцию, а затем индивидуально поволенное мышление перенести через порог сверхчувственного мира (в посвящении или после смерти) как субстанцию своего Я. Но Ариману хотелось бы нам в том помешать. "Ему хотелось бы, чтобы воля оставалась обособленной и только бы мысли вырабатывались в нас (нужным ему образом. — Авт.) (ИПН. 205, 3 июля 1921). И мы в таком случае утратили бы свою индивидуальность. "С чрезмерно интенсивно выработанными мыслями мы бы подходили к моменту смерти, но удержать их не могли бы. Ариман овладевал бы ими и напечатлевал их остальному миру" (Ibid.). Такая судьба ждет человечество, если оно "...и далее останется с материализмом (сколь широко ни интерпретировали бы его понятия. —Авт.): ариманические силы укоренятся настолько, что Ариман станет похищать мысли у людей и вчленять их в Землю в их действительности (т. е. абстракции станут действительностью. — Авт.), так что Земля, которой надлежит (со временем) исчезнуть (одухотвориться), будет консолидирована... Ариман работает против слов (Христа): "Земля и Небо прейдут, но Мои слова не прейдут". Он хочет отбросить слова, а Землю и небо (материальные) оставить. Такого можно было бы достичь путем кражи мыслей у людей, путем их деиндивидуализации" (Ibid.).

Далее в цитируемой лекции Рудольф Штайнер говорит о том, что если влияние Аримана сохранится и впредь, то человеческий мозг будет становиться все жестче и жестче; люди останутся лишь с навязчивыми идеями материализма. Все существо педагогики, воспитания будет построено так, чтобы с помощью его можно бы было лишать человека подвижных мыслей, чтобы уже дети с определенного возраста имели только строго фиксированные мысли. И все это, можно сказать, уже достигнуто теперь. Но со временем будет найден способ, вообще минуя школу, прививать человеку в определенном возрасте все необходимое сразу, что сделает его чрезвычайно умным автоматом. В таком случае "с помощью прививки некой материи достигалось бы то, что эфирное тело оказалось бы запертым в физическом теле... (в таком случае) необыкновенно оживляется игра между Универсумом и эфирным телом. Однако человек становится автоматом, если его физическое тело здесь, на Земле, не воспитано духовной волей" (Ibid.). Тут читатель, следящий за новейшими достижениями науки, скажет, что в отдельных случаях уже достигнуто и такое. — Что ж, тем больше у людей поводов испытывать тревогу за свое будущее; не только земное.

Многообразны действия в человеке Люцифера и Аримана, являющихся в космосе антиподами. Антиподами они проявляются и в нас. Так, если Люциферу ненавистен всякий закон, все закономерное, то Ариман повсюду желает иметь одни законы, статусы, уставы, программы и т. д. Ряд их полярно противоположных свойств и действий можно свести в таблицу.

Люцифер

Ариман

Он более душевное существо, господствует во внутреннем человека

Он более духовное существо, господин внешней (материальной) природы

Высокомерный дух

Духовно одинокий дух

Подавляет свободную волю

Укрепляет волю, но только ради достижения желаемого

Лишает свободы творить зло

Инспирирует нравственный релятивизм

Вызывает проступки воли

Вызывает заблуждения мысли

Боится осознанной нравственности; любит благочестие, продиктованное эгоизмом

Боится силы суждения, последовательной, логичной мысли

Текучесть, хаос

Форма, закон

Влечет вверх, в туманно-мистическое

Насаждает педантизм, филистерство

Аскетическое презрение к Земле

Холодная, бесчеловечная наука

Групповые эмоции

Штампы, вмешивается в подсознание

Революционен

Консервативен. "Останавливает мгновение"

Лишает истинного сознания, созвучия с внешним миром

Ложь, схемы, идеологии

Знать, чтобы наслаждаться

Знать, чтобы достичь желаемого

Воздействуя на человека в сложном взаимопереплетении, Люцифер и Ариман вызывают в нем целую систему односторонностей, именно —систему, ибо в ином случае были бы невозможны такие науки, как психология и психиатрия; было бы невозможно нравственное воспитание возвести в систему. Антропософия отличается от известных наук о душе лишь тем, что принимает во внимание реальных духовных сушеств, воздействующих на душу, человека.

Мы позаимствуем у Рудольфа Штайнера лишь один пример, иллюстрирующий закономерные взаимосвязи искушений. В одной из лекций он говорит об опасностях, которым в новое время подвергаются люди, односторонне придерживающиеся материалистического или идеалистического мировоззрения. В таких случаях возникает следующий комплекс взаимосвязей:

"Идеалисты: (их) представления могут легкостать люциферическим; мечтательность, фантастичность, фанатичность. Воля (тогда) может легко ариманизироваться; деспотичность, тирания.

Материалисты: (их) представления могут легко ариманизироваться; рассудочность, филистерство, сухость, мещанство.Воля (тогда) может легко люциферизироваться; животность, вожделения, нервозность, повышенная чувствительность, истеричность..." (ИПН.190, 28 марта 1919).

Познавая таким образом природу противодействующих развитию личности духовных сил, мы проникаем до первофеноменов всего того, что так многообразно выражает себя в современном мире, в институтах власти, в конфессиях, в субкультуре, в социальных отношениях, наконец, в оккультизме. Мы начинаем тогда глубинно понимать истоки кризиса цивилизации; почему политика стала оккультной и столь бесчеловечной, почему религии отчуждают человека от мира, откуда берутся "гении" поп-арта, почему в мире ведется такая страшная борьба за порабощение человеческого самосознания.

Всему этому, с одной стороны, надлежит быть, поскольку ценой противления Богу человек становится индивидуальным духом. С другой стороны, поскольку Я-сознание уже развилось, человеку следует употребить его на примирение с Богом, направить силы на высшее развитие. "Блудному сыну" уже давно пора вернуться на свою духовную родину. И он должен хорошо знать, как это сделать, ибо и впредь он еще долго будет находиться между действиями люциферических и ариманических сил, которые ему не следует игнорировать, не дано исключить, не дано победить, — он должен научиться приводить их к взаимному погашению. Таков метод борьбы со злом, основанный на постоянном возрастании индивидуального начала, силы Я-сознания.

Необходимо помнить, что в нашу эпоху Ариман только тогда оказывает опасное влияние на человека, когда у того возникают какие-либо отклонения в сознании. Нопока оно ясно и бодрственно; не помрачено ложью, не оглушено субкультурой, не подорвано ложными оккультными практиками, аскетизмом, страхом, — ни Ариман, ни Люцифер повредить человеку не могут. Напротив, их противостоянием укрепляется автономный человеческий дух.

Но положение человека становится опасным, фатальным, если он ничего не знает о том, какие темные силы духа ему противостоят, когда он Люцифера путает с Богом, а Аримана — с Люцифером. Супостаты знают, с какими силами человек образует троичность на земном плане, и ту тайну всячески скрывают от него, так как проникновение в нее "...дает человечеству способность установить равновесие между люциферическими и ариманическими силами" (ИПН. 194, 21 ноября 1919) и так нейтрализовать их.

Рудольф Штайнер тайну мировой Мистерии борьбы добра и зла запечатлел в большой скульптурной группе, которой он дал название "Представитель человечества" (см. фото).

Центральная фигура в ней — Христос, каким Он ныне открывается человеческой душе, способной подниматься к видению эфирных сил. Тогда она может созерцать, как Христос удерживает Аримана (жест правой руки) в мире минеральных сил, указывает ему на его царство меры, числа и веса. Жестом левой руки Христос удерживает Люцифера от низвержения в бездну и тем открывает ему путь к спасению (фигура Люцифера напоминает по форме ухо — он имеет особую связь с чувством слуха). В средней части группы Люцифер и Ариман изображены в их космическом противостоянии. Сверху слева, на скале, изображен космический юмор: когда человеку открываются слишком потрясающие мировые тайны, то ему опасно тогда терять чувство юмора.

Стоящим на месте изображенного в скульптурной группе Христа должен учиться переживать себя человек, но не сентиментально, не ложно романтически и не дерзко, а по принципу: "не я, но Христос во мне". Тогда человеку достанет сил твердо стоять на земле и правильно изживать карму материализма, искупать первородный грех, не шокируясь встречами с посланцами сатаны и дьявола — будь то в заводских цехах, в банках, в коммерции, прессе, культуре, в оккультизме и даже вцеркви. Во всех фактах цивилизации заключен смысл. Сильному он в помощь, слабому — на погибель. Поэтому слабый должен стать сильным. — Через познание. Лишенное воли познание и лишенная познания воля — вот истинные враги человека. Ими деформируется и сфера чувства.

Все, что окружает нас, снаружи и внутри, возникло не по вине "оплошавшего" Бога, а ради уникального творения Вселенной, ради человека —Иерархии любви и свободы.

 
5. Индивидуальный дух и эволюция видов

Вэволюции отставание всегда сопровождается оплотнением. Подобно тому, как в жидкости все, что не может пребывать в растворенном состоянии, выпадает в осадок, так и в духе все, что теряет связь со всеобщим, обособляется, теряет способность пронизываться всеобщим и потому, в некоем роде, "коагулируется". Состояние мировой жизни основывается на четырех эфирах: тепловом, световом и т. д. Эфирное пронизывается астральным, в котором (так это происходит в земном эоне) и зарождается обособление, отставание. Оно затем вызывает отставание в эфирном, и вследствие всего вместе взятого возникает инобытие, мир элементов: земли, воды, воздуха и тепла.

Рудольф Штайнер разъясняет: "Благодаря сжатию, произошедшему под тяжестью люциферического влияния, человеческое тело стало тяжелее и опустилось из окружения (Земли) на земную поверхность. Это и было изгнанием из Рая, о чем нам повествуется в образной форме"( ИПН. 122, 24 августа 1910). Люциферические духи проявили своеволие; оно насадило в астральном теле человека вожделения, которые стянули его в более плотную форму, после чего произошли эфирное и физическое уплотнения. Тогда "идущие вперед боги были вынуждены переместить человека в сферу, расположенную ниже светового эфира, где в физическом теле возникала смерть. И идущие вперед боги при этом сказали: ...Да усвоит человек различие между добром и злом, но жизни он не должен касаться.. От Древа жизни он не должен вкушать" (ИПН.155, 16 июля 1914).

Человек был исторгнут из мира жизненных сил, где он пребывал в сверхсознательном состоянии и где сознание и бытие были единством. Он должен был с тех пор переживать их разделенными и так, что в сознании стала возрастать сила индивидуального "я", но не субстанционально; а тайна жизни осталась за порогом сознания и обнаруживала себя лишь в инстинктивной воле. И так будет все оставаться и впредь, пока человек в Я-сознании не научится сам управлять своими жизненными процессами. — По сию пору мы дышим инстинктивно, не осознаем кровообращения, процессов метаболизма.

Процесс индивидуализации человека основывается на обмене с окружающей средой. Поэтому должно было возникнуть два мира: внутренний и внешний. Взаимообмен между ними постепенно дифференцировался в человеке на ряд процессов: питания, дыхания, восприятия. В эоне древнего Солнца питание и дыхание были одним процессом. Позже, по мере развития внутренних органов, образования кровеносной и нервной систем, они разделились, а еще позже, в эоне Земли, в Лемурийскую эпоху, органы восприятий у человека открылись вовне; их действие стало представлять собой тонкий (астральный) вид дыхания.

В Библии сказано, что Бог вдохнул в человека "дыхание жизни"(Быт. 2, 7), т. е. человек некогда сделал первый вдох, получил извне некоторое внутреннее содержание и тем, неизбежно, обособился от Бога. Так было положено начало отделению человека от Бога, что сопровождалось развитием в нем системы внутренних органов. Все они есть результат обособления, эгоистического замыкания в себе и потому неслучайно носят форму "карманов". И злым человек бывает благодаря органам; в них заложена возможность зла (ИПН. 243, 22 августа 1924). Больной орган концентрирует в себе особенно много зла и потому может даже отмереть.

Органы тела связаны с планетной системой. В начале земного эона действительно существовала "первичная туманность". Материально она состояла из одного тепла. Тепло было пронизано единым эфирно-астральным образованием, а все вместе взятое было Макро-Антропосом, входившим из состояния великой Пралайи в манвантару. В том образовании, скажем, в перво-Адаме, все, что позже выделилось как планеты, было своего рода макрокосмическими внутренними органами. Вот почему астрология, старые формы врачевания ставят внутренние органы человека в связь с планетами. Наши органы действительно являются микрокосмическим выражением планет: сердце — Солнца, печень —Юпитера и т. д. Но связи тут идут и дальше, до неподвижных звезд, из мира которых родилась "первичная туманность". На том макроуровне, вследствие разделения Иерархий, и образовалось противостояние добра и зла.

Такова в самых общих чертах, скажем, феноменология грехопадения. В основе ее, как мы видим, лежит грехопадение прафеномена человека. Об этом рассказывается в так называемой розенкрейцерской легенде о сотворении человека, которая более эзотерична, чем библейский миф. Согласно ей, Адам созерцал в Раю под оливковым деревом Ангела, имевшего вид пентаграммы, стоящей на двух колоннах, которые в европейской эзотерической традиции известны под названием "Якин"и "Боас". И Адам тогда поклялся никогда не заблуждаться относительно силы, представленной в тех двух колоннах. Но когда подступило искушение Люцифера, Адам впал в заблуждение, а когда снова отыскал то место, где ему являлся Ангел, то, как стоит в рассказе Рудольфа Штайнера о той легенде, "...пережил там на этот раз ужас от своего собственного существа. Опрокинутая пентаграмма с одной разомкнутой вершиной — в виде такого знака явился теперь Адаму Ангел, грозя ему огненным мечом; и Адам бежал" (ИПН. 265, S. 349).




В том образе Адаму открылось не что иное, как его собственный прафеномен, его космическая, планетарная суть, из которой он вычленился в феноменологию земного становления. Оно же в своей исходной точке было таково, что все ныне существующие планеты находились тогда
внутри как бы одного космического тела. По своим размерам оно превосходило, как его описывает Рудольф Штайнер, орбиту современного Сатурна. То тело было скорее эфирным, чем материальным. Оно состояло из эфирных "атомов", и их можно сравнить с пылинками в облаке пыли. При сверхчувственном рассмотрении можно было созерцать заключенным в те атомы современного человека. Нечто подобное мы имеем в семени растения. Имагинативно в нем явлено будущее растение, которое может из него вырасти (ИПН. 102, 27 января 1908).

Исходное эфирно-тепловое образование было окружено действием более высоких, астральных космических сил. В этом смысле оно напоминало "желток" в "яйце" космического бытия. Из него оно выделилось посредством действия физических (не материальных) сил. Посредством эфирных сил оно вызвало действие Вселенной на себя. Через собственные астральные силы в нем развилась дифференцированная Солнечная система, а Земля стала в ней некой самостоятельной индивидуальностью.



Но когда все планеты еще образовывали единое тело, то оно существовало по законам живого организма, и организм тот был прафеноменом микрокосма. Солнце в нем представляло орган питания. Туманность, которую следует считать исходным состоянием земного эона, питалась из мирового пространства. Будущая планета Земля находилась внутри Солнца, а будущая Луна — внутри Земли (см. рис. 4).

В центре всего образования находилось то, что можно уподобить желудку. Солнце притягивало отовсюду духовные субстанции, которые достигали его в виде комет, и передавало их тому центру. Из такого состояния родилась Земля. Эмбриональное развитие и рождение человека являются повторением того пра-древнего развития Солнечной системы (ИПН. 347, 30 сентября 1922). Действие закона единства фило-и онтогенеза значительно шире, чем это представляет себе материалистическая биология.

Три тела человека — физическое, эфирное, астральное —должны были в начале земного эона быть приведены в особое взаимоотношение, чтобы мочь воспринять в себя Я. Поэтому и потребовался сначала единый планетарный космос. Затем потребовалось сложное регулирование скорости развития. Так, эфирное тело вскоре стало нуждаться в замедлении развития. Поэтому Солнце и Земля разделились. С Солнцем ушли духовные существа, стоящие выше человека (Иерархии) и развивающиеся несравненно быстрее, чем он. Потом из Земли выделилась Луна и унесла с собой тормозящее развитие человека астральное наследие эона древней Луны (ИПН. 120, 17 мая 1910).

В целом благодаря "...отделению сил Солнца и Луны от Земли было установлено равновесие между жизнью и формой... Приходящие (после того) с Солнца силы творили и оплодотворяли жизнь. Что эту жизнь отливало в твердые, устойчивые формы, приходило с Луны, Луне мы обязаны становлением физического (в т. ч. и материального. —Авт.) тела" (ИПН. 107, 27 апреля 1909).

Процесс становление человеческого существа в ту начальную эпоху Рудольф Штайнер описывает так: сначала человек стал тепловым существом, в нем в той части, которая впоследствии стала головой, образовался некий тепловой орган, что-то вроде эфирной "лампы", напоминавшей глаз сказочного циклопа. Орган давал возможность распознавать условия, годные для обитания. От органа шли в область сердца силовые линии, лучи; они-то и стали впоследствии кровеносными сосудами; сначала по ним текло тепло, а потом из тепла образовалась кровь. После тепла в человека вошел свет — первооснова нервной системы."Силовые линии, структурные линии нервной системы — это обретший форму свет" (ИПН. 98, 17 марта 1908). Люди в то время представляли собой силовые сгустки света, сконцентрированные вокруг огненной материи, вокруг "лампы".

С разделением Солнца и Земли начался (тут мы употребим понятия эзотерики, не раскрывая, за недостатком места, их содержания), под влиянием "музыки сфер", "танец субстанций"; тогда образовались белок и протоплазма; клетка возникла позже. Не первоначальным был и атом (что можно понять, лишь преодолев узко материалистический взгляд на материю). Перед самым выделением Луны из Земли "...из органических субстанций (они еще не были столь плотными и сформированными, какими они известны естествознанию. — Авт.) выпало пеплообразное, вызвав (в Земле и в человеке) род затмения, помрачения. До того существовали одни только белковые субстанции. И вот в белке выступили отложения в виде пепловых облаков. Эти пепловые облака вчленились в органические субстанции всех царств природы..." (Ibid.). Человек вступил в стадию развития, которая в биологии называется эволюцией видов.

Параллельно с описанным разделением планет, субстанций, веществ шло разделение в мире духовных существ. Когда выделилось Солнце, некоторые духовные существа попытались уйти с ним, но не смогли, поскольку отстали на древней Луне. Это и были люциферические существа. Вернувшись на Землю, они попытались продолжить свое развитие с помощью человека. Когда ушедшие с Солнцем Духи Формы одарили человека Я, люциферические духи подступили к астральному телу человека, когда оно еще было не зрело для развития Я-сознания. Тем была разрушена гармония трех тел человека, о чем говорилось выше. Началось грехопадение. Макрокосмический прафеномен человека "опрокинулся".

Пентаграмма, как прафеномен микрокосма, есть более чем символ. Она выражает исходную планетарную констелляцию человека. Человек в своем истинном облике, к которому он возвращается каждый раз, пройдя врата смерти, и ныне распростирается до размеров Солнечной системы. В узких кругах посвященных о том знали всегда. Свидетельством тут могут служить, например, фигуры Агриппы Неттесгеймского, одну из которых мы привели на рисунке Зс. Пентаграмма выражает закон, согласно которому человек вписывается в планетный космос. Закон этот не однозначен. Расположение планет по пентаграмме может меняться в зависимости от того, какое состояние человека выражает закон[*Примеч. автора: Заключенные в скобки знаки планет приведены на рис. Зс согласно указаниям Рудольфа Штайнера (ИПН. 264, S. 190)..]

"Опрокидывание" пентаграммы означало кардинальную смену закона эволюции человека. Человек начал как бы выворачиваться наизнанку, двигаясь, если говорить образно, по ленте Мебиуса. И он действительно низвергся на Землю головой вниз. — На первой стадии земного существование он представлял собой растительно-животное образование, напоминавшее современную медузу. Тем, что впоследствии стало головой, он тогда прикреплялся к дну мирового океана, покрывавшего всюЗемлю, а конечности его простирались в сторону солнечного действия.

Постепенно, двигаясь путем эволюции видов, человек взошел на ступень человеко-животного. У него образовался хрящевой позвоночник и он, подобно рыбе, мог двигаться в водной среде. И только на переходе от Лемурийской к Атлантической эпохе, когда начали формироваться континенты, человек принял вертикальное положение. Так, хотя бы органически, его прафеномен вновь принял правильное, вертикальное положение. Но при этом качественно изменились его опоры, "колонны". Колонна "Боас" вместо "Древа жизни" стала "Древом смерти", — она теперь выражает принцип синей крови в человеке. "Якин" соответствует красной крови. А обе вместе они образуют основу земной жизни человека.

В розенкрейцерской легенде рассказывается, что Зету было дано посетить Рай. Там он созерцал оба древа и взял от них три семени. Он вложил их в уста умершего Адама, и из его могилы выросло могучее дерево. Оно излучало жар и огонь, который имел вид двух букв "J" и "В" —начальных букв слов "Якин" и Боас". Из того дерева были сделаны две колонны и перекладина между ними (М), которыми был обделан вход в Соломонов храм. Левиты бросили колонны в пруд Вефезда, отчего тот стал обладать целящей силой. Во времена Христа колонны извлекли из пруда и положили через ручей Кедрон. По ним Христос ходил на Оливковую гору. Потом из них сделали Голгофский крест.

В Библии колонны "Якин" и "Боас" выражены образами Авеля и Каина. Авель представляет собой ту ступень развития человечества, когда оно еще стояло близко к Богу, Каин — когда оно начало пользоваться свободной волей, но благодаря ей и творить зло. Авель еще означает мудрость, но родовую, которая наследуется через кровь. Каин — крепость, силу, обретаемую на пути индивидуального духовного развития. Авель — жрец. Каин — строитель. Между ними стоит Зет; его образ выражает благочестие, которому надлежит мудрость соединить с силой, небесное — с индивидуальным, культ — с познанием. Зету соответствует балка, лежащая на колоннах: принцип благочестия, любви, красоты. Христос Своей силой поднимает ту балку из воды — с астрального плана, и по ней проходит через ручей (путь в высшие миры), направляясь к Голгофской жертве. Жертва Христа соединила воедино три ствола: силу, красоту, мудрость —Духочеловека (Атма, "Боас"), Жизнедуха (Буддхи, "Якин") и Самодух (Манас, М) (ИПН. 265, S. 342—351) — триединый дух человека.

Иными словами, после Мистерии Голгофы человеческий прафеномен опирается на триединство человеческого духа, каким он был сотворен Иерархиями в течение трех прошлых эонов, а теперь, благодаря овладению Я, постепенно становится индивидуальным человеческим духом. Я же оживает в тройственной душе; и так силою Импульса Христа человек обретает возможность развивать тройственную душу планетарно, макрокосмически и с помощью ее триединое тело претворять в триединый дух.

Таким образом, мы видим, что человек переживал грехопадение поэтапно. В процессе его он, через эволюцию видов, с помощью накопления видовых наследственных признаков, достиг состояния группового, родового Я-сознания. Оно до определенного момента сковывало зло, возникшее в результате отпадения от Бога, то зло, которым, фактически,образовано все органическое существо человека. В человеке тут действует Авель-жрец, пресуществляющий субстанции. Но постепенно бессознательный эгоизм тела стал сливаться с осознанным эгоизмом души. Там он, как и в органах, дифференцируется сложным образом. Образуется сложная взаимосвязь двух родов эгоцентризма, самозамыкания, вражды. Во всем, говорит Рудольф Штайнер, что обусловлено спинным и головным мозгом, как инструментами познания, люди воюют по поводу мировоззрений, религиозных представлений; и это носит более или менее надличностный характер. "А в связи с тем, органом чего является система ганглиев... ненависть разворачивается против ненависти"(ИПН. 174, 14 января 1917). Происходит это по той причине, что Я, воплощаясь во все тело, главную точку своей опоры, где оно особенно сильно проявляется в человеческой восприимчивости, имеет в солнечном сплетении и системе ганглиев.

Рудольф Штайнер описывает указанную взаимосвязь следующим образом: "...когда человек находится в здоровом состоянии, то Я как бы сковано в солнечном сплетении и во всем, что связано с ним... Что это означает? Ведь Я, данное человеку как дар Духами Формы в ходе эволюции Земли, было, как мы знаем, подвержено люциферическому искушению (через астральное тело. — Авт.). То Я, каким его имеет человек, будучи зараженным люциферическими силами, должно бы было быть носителем злых сил... Оно заражено всевозможным эгоизмом... А то, что как система ганглиев, как солнечное сплетение живет в человеке, перешло (на Землю) из (древнего) лунного развития и представляет собой некий род "дома" для Я, в который оно низошло. И оно должно быть там затворено, сковано. Итак, Я из-за люциферической инфекции постоянно имеет склонность рождать коварство, ложь, выставлять себя в свете, а других в тени. Но его сковывает нижняя часть тела. Там это должно получить отпор. Действуя через нервную систему нижней части тела, силы правильного развития, прошедшие через древний Сатурн, Солнце, Луну, принуждают Я не быть злым демоном. Так что мы носим в себе наше Я скованным в нижних органах тела" (Ibid.). Если же они оказываются нездоровыми, "...что означает для них нежелание вбирать в себя все то, что хочет войти в них духовно, что духовно принадлежит им", то Я в той или иной мере "отпускается во внешний мир"; в нем тогда возрастают свойства, обусловленные люциферическим заражением (Ibid.). Так может выражаться физическое нездоровье. [*Прим. автора: В художественной форме феномен этот описан Стивенсоном в "Повести о докторе Джекиле и мистере Хайде". Мы имеем тут дело с феноменом "двойника". Его переживает Иван Карамазов, с ним в конце жизни столкнулся Гоголь.] Но если система ганглиев совсем не способна удерживать Я в своей власти (например, под магнетическим воздействием или от природы), то освобождающееся Я проявляется в феномене сомнамбулизма.

"В нашей человеческой природе, — заключает Рудольф Штайнер в реферируемой нами лекции, — многое должно быть сковано. Мы, в определенном смысле, сущие дьяволы. И лишь благодаря тому, что мы, проходя регулярное развитие через Сатурн, Солнце, Луну, получили от правильно идущих вперед божественно-духовных сил устройство, которое сковывает в нас дьявола, лишь благодаря ему мы до определенной степени порядочные люди, к чему сами мы, в силу различных искушений, не испытываем большого расположения" (Ibid.).

Малоутешительный, надо признаться, вывод, однако, будь это не так, разве мог бы человек творить столько зла! Но не будем забывать и о том, что в человеке имеется высшая природа. Исходя лишь из нее, следовало бы ему устраивать все свое земное бытие — от здравоохранения и гигиены до всей системы воспитания и образования. Наконец, в общественных отношениях к жизни пробивается такая организация социальной структуры, которая, будучи осуществленной, может способствовать решительному обузданию низшей природы человека. Речь тут идет о социальной трехчленности, о полном размежевании, суверенном существовании сфер хозяйственной, правовой и духовной жизни. В таком общественном устройстве, кроме прочего, будет обуздана человеческая жажда власти, влекущая за собой неисчислимые бедствия.

В целом жизнь устроена так, что не только Каин не должен убивать Авеля, но и Авель Каина. Существованию зла человек обязан фактом своего индивидуального существования. Каин является той частью человеческого существа, которая воспротивилась силам наследственности, сформировавшим Авеля. И человеческое Я еще долго будет бунтовать против всего группового, полусознательного, авторитарного, против кровных связей ("И враги человеку домашние его" — Мф. 10, 36), пока не обретет силу удерживаться в "золотом треугольнике" Манаса, Буддхи и Атма, что означает силу контроля высшего Я над тремя телами.

Да, человек был изгнан из сферы духа, его сознание лишилось бытия, но Христос протягивает человеку плоды с "Древа жизни", примиряет Каина с Авелем. "Можно постоянно переживать идеи, проникающие из сферы духа непосредственно в человеческую душу. Но переживать их можно лишь в том случае, если человеческая душа восприняла в себя Христа. Тогда мы имеем нечто большее, чем понятие познания; тогда мы получаем понятие жизни. Если мы зорко следим за Люцифером и Ариманом, несмотря на то, что и в дальнейшем они будут давать познанию проникать в нас извне (вызывая умирание нервов), и наблюдаем, как познание приходит от них, то нам должно становиться ясно, какое действие оказывается на человека благодаря Мистерии Голгофы, что благодаря ей люди получают идеи для жизни" (ИПН. 254, 1 ноября 1915). Но беда в том, что представители религий вступают в борьбу с наукой и в особенности — с Духовной наукой, Антропопософией. Они не желают избавиться от древнего искусителя. "Они постоянно хотят апеллировать не только к Богу, Который сказал людям, что Он хочет дать им жизнь и они не должны сами вкушать от "Древа жизни"... Но они еще хотят апеллировать к люциферическим и ариманическим духам и через религию раскрыть глаза на различение добра и зла. Религия (как таковая, т. е. не вероучение. — Авт.) желает стать "познанием". Но она не может им стать, поскольку является жизненной субстанцией" (Ibid.). Супостаты нашептывают представителям религий мысль вести борьбу с научным и с духовнонаучным познанием, т. е. бесконечно длить братоубийственную войну между Авелем и Каином. Но покончить с тысячелетним злом способна лишь Антропософия. Ее импульс "...мог бы состоять в том, чтобы на Пасху (человек мог) ощущать единство религии, науки и искусства; на праздник Архангела Михаила (29 сентября) — ощущать, как три сестры, у которых одна мать, пасхальная мать, образуются, пребывают одна возле другой, всесторонне завершая одна другую" (ИПН. 223, 2 апреля1923). Они суть вестницы триединого Божественного Духа, который желает стать в человеке его индивидуальным духом.

 

6. Разделение полов

Колоссальным значением для индивидуального духовного становления человека обладает эволюционно обусловленное разделение древнего двуполого человеческого существа (андрогина) на два пола. Вряд ли где еще, кроме Антропософии, человеку дано познать эзотерическую глубину этого феномена. Такое познание особенно важно в нашу эпоху, когда именно в сфере пола совершается особенно много отвратительного и злого, питающего мистерии тьмы.

Предпосылки к разделению людей на два пола были заложены в эволюцию еще в предыдущем эоне, на древней Луне. Все человеческие монады обладали тогда единым групповым сознанием, которое "ощущало себя как женское". Солнце, уже тогда освещавшее Луну извне, "...ощущалось как мужское. И все знание о том сохранено в египетском мифе, где Изида, женское, являет собой Луну, а Озирис, мужское, — Солнце" (ИПН. 99, 7 июня 1907).

В земном эоне человек был одарен искрой Я, и стало необходимо вырабатывать индивидуальное Я-сознание. Однако в двуполом человеческом существе для этого не было необходимых сил; они целиком уходили на воспроизводство, на самооплодотворение. Выделением современной Луны из Земли был положен конец наследию древнего лунного эона. Единый духовный центр в человеке, так сказать, ведавший репродукцией и космическим сознанием-отражением, разделился надвое. Начали отдельно формироваться центральная нервная система и органы размножения — мужские и женские. Раздвижение единого центра повлекло за собой образование позвоночника (с чакрами). Из того же центра вычленились со временем и органы речи.

Разделение полов не сопровождалось возникновением в них взаимного притяжения одного к другому. Тогда на помощь были призваны духовные силы планеты Венеры: "Благодаря им любовь в ее самой подчиненной форме, как притяжение полов, была напечатлена Земле. Такая любовь призвана к тому, чтобы постоянно облагораживаться и современем принять высшие формы" (ИПН. 262, S. 83).

Духовные существа Венеры исполнили на Земле и еще одну миссию. Они сделали человеческий рассудок продуктивным, направив в него сохраненную после разделения полов половину производительной силы. С тех пор рассудочность и половая сфера в человеке находятся в духовной связи, которая нуждается в гармонизации, в облагораживании, если человек желает подниматься к высшим состояниям сознания, вместо того чтобы становиться источником зла.

Дело тут осложняется тем, что, кроме существ Венеры, на человеческое существо в том далеком прошлом оказали воздействие духовные существа планеты Марс. Они насытили кровь железом (Марс в то время в тонком, полудуховном состоянии прошел сквозь еще неоплотневшую Землю), а еще — внесли в рассудок "некую высшую страстность"(Ibid.). Последнее произошло при участии люциферических существ. Они внесли в астральные тела людей астральные силы Марса и тем насадили в человека страсти, — чтобы его интеллект стал деятельным. Это был все тот же райский змей. Он приблизился к женской природе, поскольку она обладает репродуктивной силой. И с тех пор человек пребывает между двумя родами страсти; к духовной и органической репродукции. Будущее принадлежит первой из них, поэтому, утопая в эротике, человек преграждает себе путь в будущее.

В библейском мифе и в Мистериях древности представление о разделении полов облекалось в образы Авеля и Каина. В греческом слово"Авель" означает "пневма" (дух), и оно женского рода. Слово же "Каин" буквально означает "мужской". В Авеле и Каине противостоят одно другому женское и мужское, но еще не физически, а чисто духовно, на той ступени, где впервые выступает разделение единого человеческого существа. В Библии это выражено словами: "И был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец" (1 Быт., 4, 2). "Дым", дух, который Бог насадил на Земле, восходит от Авеля к Богу, а "дым" от Каина остается на Земле. Самостоятельное остается на Земле как "дым" Каина (ИПН. 93, 10 июня 1904).

Органически процесс разделения полов совершился так, что постепенно прекратилась способность производить размножение в одной человеческой особи. Женская яйцеклетка утратила способность оплодотворяться из того же тела; способность оплодотворения перешла к другому полу. Вместе с тем сложным образом разделилось и все другое: астральное тело, эфирное, задатки к индивидуальному развитию. Неизменным и единым остался лишь высший макрокосмический прафеномен человека. Он заключен в круг Зодиака и таким образом, что имагинативно в семи верхних знаках (от Овна до Весов) Макро-Антропос являет собой мужское существо, а в пяти нижних (от Рыб до Скорпиона) — женское. "Весь круг Зодиака для имагинативного восприятия имеет вид мужески-женского змееобразно замкнутого существа" (ИПН.316, 8 января 1924). И когда клерикальная идеология ополчается против "гностического змея" оккультистов, то она тем самым объявляет войну Небу, ниспровергает саму суть человека, которого Богу, видимо, следовало бы сотворить в соответствии с ее представлениями. Но беда в том, что когда творил Бог, еще не было клерикалов [*Прим. автора: Ссылки на то, что существуют темные оккультисты, не оправдывают преследование эзотерики вообще. Иначе, ведь, и от жизни пришлось бы отказаться, поскольку она постоянно творит смерть. Кроме того, если быть последовательным, тогда пришлось бы отказаться и от церковного культа (что и сделали атеисты-большевики), ибо он — насквозь оккультен.]




Зодиакальный прафеномен человека отражает план Божественного творения и заключает в себе всю совокупность земного бытия, которое со временем разделилось на четыре царства природы. Человек выделил из себя три нижних царства природы, а в будущем вновь вберет их в себя. Изначально в круге Зодиака праобраз человека проявился как совокупность четырех крестообразно расположенных сил: Водолея-Льва и Тельца-Орла (Скорпиона). И до настоящего времени имагинативно человек являет собой совокупность этих трех животных и Водолея-Ангела. Ибо то, что стало в нем головной, нервно-чувственной системой, отторгнув от себя тормозящую земное развитие часть, породило царство птиц (орел — царь птиц); лев в этом смысле имеет отношение к дыхательной, ритмической системе, телец — к обмену веществ. Обо всем этом повествует Апокалипсис: "И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, четвертое животное подобно орлу летящему" (Апок. 4, 7). (См. фото.)

При разделении полов "...женское физическое тело произошло из львиной природы, а тело тельца было предшественником мужского тела"(ИПН. 107, 29 октября 1908). Женское физическое тело по сию пору остается на более духовной ступени; оно являет собой нечто от того, каким было бы оно, если бы не вобрало в себя материю. В его современном виде, как говорит Рудольф Штайнер, оно, за исключением головы и конечностей, есть иллюзия; формы Венеры Милосской являют нам женский облик, каким он мог бы стать, воплотившись в земное полностью.

Мужское тело, наоборот, "перескочило" нормальный пункт погружения в материальное. Формы Аполлона Бельведерского являют идеально воплощенный мужской облик.

Различия между мужским и женским в физическом тесно связаны с различиями в эфирном и астральном телах. Так, в жизни женщины большую роль играет астральное тело, поэтому вся ее организация более космична, чем у мужчины; через нее скорее открывается то, что составляет тайны космоса; оно богаче дифференцировано, чем мужское астральное тело. "Жизнь женщины— это жизнь фантазии Универсума", перенесенная в материальное. Мужская жизнь "образует контуры" жизни (ИПН. 323, 7 января 1921). Все это начинает проявляться уже в детском и подростковом возрасте. Так, девочка с 13—14 лет и до 20—21 года переживает сильное влияние на формирование Я-процессов, происходящих в ее астральном теле; поэтому в ней тогда поднимается дух противоречия, и нужно умело дать ей "отбушевать". Мальчики в этом возрасте остаются более бесхарактерными, они больше замыкаются в себе, но с особыми мыслями, ощущениями. Отсюда часто проистекает их грубость (ИПН. 302, 16 июня 1921).

В процессе деторождения женский элемент вызывает подобие. Благодаря ему человек бывает похож на своих родителей и вообще подобен своим предкам. Мужской элемент специализирует. Женским держится род, мужское дает индивидуальность (По этой причине там, где государство строят на расовой основе, национальность в смешанных браках определяют по матери.) Объясняется это тем обстоятельством, что у мужчины на эфирное тело с особой силой действует Луна, а на физическое — Солнце; у женщин — все наоборот.

Кроме различий имеется и целый ряд взаимопереплетений мужского и женского начал в каждом поле. У каждого человека, говорит Рудольф Штайнер, "...эфирное тело двухчастно. Эфирное тело мужчины...обладает женскими свойствами, а эфирное тело женщины — мужскими... Человеческая душа строит себе тело подобно магниту, состоящему из двух полюсов. Она строит себе мужскую и женскую части: один раз одну часть как физическое тело, другой раз — как эфирное. Поэтому в отношении тех качеств, которые связаны с эфирным телом: преданности, самоотверженности, храбрости, любви, — женщина может выказывать свойства мужского характера, а мужчина нередко — женского...

Поэтому должно стать ясно, что в каждом человеке, если мы рассматриваем его целиком, мы имеем перед собой явление, состоящее из двух частей: открытой (внешней), материальной, и скрытой, духовной. И целостен только тот человек, который в состоянии с внешним, мужским, соединить в своем внутреннем женски прекрасный характер" (ИПН.54, 17 ноября 1906).

На разных этапах эволюции преобладаюшую роль попеременно играют то мужское, то женское начало. В последние несколько столетий преобладаюшую роль в общественной и духовной жизни играет мужское начало. Поэтому культура стала материальной. Она спиритуализируется лишь в том случае, если в мужчине заявит о себе то, что Гете называл "вечно женственным". В отдаленном будущем, когда человек сможет стать выше пола, взойдет к Самодуху, можно будет сказать, что не мужское и не женское, а "вечночеловеческое туда нас возводит"(Ibid.).

Чтобы достичь той цели, человеку в помощь дан институт брака. Брак дуалистичен во всех своих составляющих, и он есть единство в многообразии, единство противоположностей. Поэтому начинаются браки на небесах, до рождения, т. е. они обусловлены кармически.

В Евангелии сказано: "В начале творения человек был создан мужески-женским (в канонический перевод тут вкралась ошибка)". Поэтому (в состоянии разделенности) "да оставит он отца и мать и соединитсясо своею женою. И двойственность некогда вновь станет единством, так что не будет двояких, но будут единые физические тела" (Мк. 10, 7—8;согласно переводу Эм. Бокка). Таким образом, брак, несмотря на всю кажущуюся свою обыденность, есть Мистерия, в которой каждая из сторон готовит себя к грядущему соединению полов. Муж в жене, а жена в муже имеет самое непосредственное завершение своего единого (триединого) существа. Но единство достигается в процессе синтеза, метаморфозы противоположностей.

В гигантский процесс метаморфоз включен человек, двигаясь к воссозданию в себе изначального, Богом сотворенного образа. Рождаясь на Земле как мужчина, он получает более закоснелый, чем у женщины, ум и потому оказывается больше связан с интеллектом, чем с психикой. Усвоенный им жизненный опыт неглубоко проникает в строющие силы, а отсюда возникает склонность в следующем воплощении получить женское тело, воплотиться женщиной. Такую склонность усиливает в муже жена.

Женщина - более впечатлительна, она глубже, чем мужчина, связана с психизмом, с эмоциональностью, и потому опыт ее жизни глубже проникает внутрь ее организма, что приводит ее к мужскому воплощению. И опыт, получаемый ею в браке, играет в этом процессе особенно существенную роль. "Мужчина - это карма женщины, а женщина- карма мужчины" (ИПН. 120, 26 мая 1910). Поэтому безбрачие, правомерное безбрачие, есть выражение большой высоты развития индивидуального духа. Однако в любом случае человечество должно ждать соответствующих условий, когда станет возможным воплощаться на Земле в более тонкой вещественности. Тогда зрелые души начнут претерпевать глубокую мутацию. Произойдет воссоединение полов, иорганом размножения, как говорит Рудольф Штайнер, станет орган речи. Став причастным к космическому Логосу, человек овладеет магией слова и станет способен путем произнесения магического слова формировать в тепловоздушной вещественности тело, в которое сможет воплотиться человеческая душа. Да, так это будет, ибо в начале Евангелия от Иоанна сказано: "Вначале было Слово", и: "Все через Него начало быть".

Чтобы достичь того будущего состояния, человеку необходимо пройти через глубокое нравственное преображение. Основу его составляет любовь. Человеку дано переживать ее в низшем и в высшем аспектах. Впервые он встречается с ней в силу своей природы и так, что у женщины она рождается из фантазии - женщина любит не столько реально человека, сколько созданный ею его образ, — а мужчина "...любит с желанием... Эту разницу следует всегда иметь в виду, выражается ли она в более идеальном или реальном смысле. Наивысший идеал может содержать идеальное желание, а инстинктивнейшая чувственность может быть продуктом фантазии... Женская любовь тонет в фантазии, мужская любовь - в желании. Поэтому вместе они образуют то, что в жизни выступает как гармония" (ИПН. 303, 4 января 1922). А еще: "Нектаром и амброзией, пищей богов является мужески-женская любовь людей" (ИПН. 266/1, S. 146).

Гармония, если она осознана, создает условия для высшего развития. А потому

"...мужчина и женщина должны свободно протянуть друг другу руки, ибо теперь дух говорит к духу, а не чувственность к чувственности. Такова большая идея будущего"

(ИПН. 93, 2 января 1906). Но ее до основания разрушает искусственно насаждаемая в наше время всеми возможными и невозможными способами сексуальность. Ибо эта последняя порождается Землей, т. е. в большей мере воздействует на мужчину, и она также есть источник эгоизма, потому всегда будет порождать насилие. Она в состоянии убить человека (любого пола) как духа; в ней заключена природа Иуды Искариота (ИПН. 96, 1 апреля 1907); не случайно об Иуде рассказывается тот же миф, что и об Эдипе. Такова низшая любовь. У нее имеется две стороны. В том случае, если ее не топят в сексуальности, а возвышают, то она оказывается страстью, особенно эффективно освобождающей от эгоизма.

Переживание прекрасного, эстетического уже с раннего детства, ослабляет эротическое начало до надлежащей меры. И напротив, антиэстетизм пробуждает в человеке зверя. Поэтому легко понять, почему в мире так тотально торжествует дискотека. Она есть духовная гильотина, которая готовит "наполеоновские" войны всех против всех. [*Примеч. автора: Мы имеем тут в виду логическую связь революционной гильотины во Франциис возникновением бонапартизма.] Противопоставить ей можно только воспитание чувства прекрасного, которое освобождает человека также и телесно. Тело тогда перестает его притеснять, а любовь становится способной свой источник, причину перенести из любящего в любимое существо. Такая любовь преодолевает люциферическое искушение. "В духовной любви личный, индивидуальный элемент, можно сказать, эгоистический элемент, вполне правомерен, ибо он отрывает человека от чувственного мира и ведет в мир духовный; он ведет его к исполнению необходимого долга делаться все совершеннее и совершеннее... Люцифер хочет чувственную любовь сделать подобной духовной. Тогда он смог бы вырвать ее из чувственного мира и увести в свое особое царство" (ИПН. 147, 25 августа 1913). Большую услугу ему тут оказывает медицина, отстаивающая, например, взгляд, что половые отношения необходимы для здоровья или (новейшее "открытие"), что гомосексуальные наклонности, якобы, наследуются, а все унаследованное - естественно и т. д. Однако "в какие бы одежды, — заключает РудольфШтайнер, — подобная "научность" ни рядилась, она инспирирована Люцифером... Люди не видят Люцифера, когда он сидит у них на шее"(Ibid.). Впрочем, многих, очень многих подобные истины в наш век ничуть не пугают. Они спрашивают: а почему бы и не Люцифер? Ответ на это таков: потому "нет", что человека в таком случае ждет возврат в животное царство, он в таком случае рискует исчезнуть, погаснуть в Мироздании.

Рудольф Штайнер поясняет: "Современная цивилизация произносит слово любовь, но в виду имеет эротику... Это отрицание духа. Из силы любви делают силы эротики. Во многих областях вместо гения любви выступает, я бы сказал, даже не низший его служитель - эротика, но противообраз любви, ее демон...

Таким образом, это нисходящий путь: человек познает гения любви, переживает одухотворенную любовь, а потом он познает... эротику, подпадает демону любви. И гений любви интерпретируется современной цивилизацией... как сексуальность. Сегодня говорят уже и не об эротике, желая подступить к любви, а о сексуальности!... Где отрицают гения, там является демон...

Это в человеческих силах, я бы сказал, — отречься от собственного существа" (ИПН. 225, 22 июля 1923). Поэтому во всей совокупности того, что ныне обозначают скабрезным названием "сексуальная революция", зло получает наиболее открытое, массовое и разрушительное выражение. Торжество этой "революции" есть реквием по человечеству. Она, если воспользоваться словами Рудольфа Штайнера, которыми он характеризует сексуальность, есть "наихудшее выражение материализма, самое дьявольское явление современности... Сексуальность и любовь никогда не должны браться вместе. Сексуальность вообще не имеет ничего общего с изначальной любовью. Наука своей литературой породила тут большую гнусность..." (ИПН. 143, 8 мая 1912).

Так все это выглядело еще в первой четверти XX в., ну а в конце его мы являемся свидетелями чего-то просто несусветного - открытого, тотального погрома всех духовных ценностей человечества, разрушения даже генетических видовых основ человека. Приняв во внимание все то, что говорится в Духовной науке о глубочайших, космически-эволюционных особенностях и взаимосвязях мужского и женского начал, подумаем только, что означает полная легализация, всеобщая апология, поощрение половых извращений, где уподобление человека животному звучит уже как оскорбление животного царства.

Дело доходит прямо-таки до принуждения, о чем у нас уже шла речь в главе 18. Упомянутый там проф. Кон, в недавнем прошлом - светило советской целомудренной социологии, воюет теперь за всеобщую гомосексуализацию страны, требует протесты против половых извращений приравнять к проявлениям расизма, объявить войну "гомофобии" в России. Однако откуда ему, потомственному марксисту, знать, что "гомофобия" у русских, у россиян, как теперь принято говорить, возникает не от шовинизма, она у них возникает потому, что каким-то чудом им до сих пор удается сохранять естественные представления о нравственности.

Правда, и с чисто медицинской точки зрения давно установлено, что к половым извращениям ведет сложный комплекс психических заболеваний. А потому с людьми, страдающими ими, следует обращаться как с больными. Поскольку же болезни такого рода представляют и социальную опасность (совращения, в том числе малолетних), то им поставлены и определенные правовые ограничения. Заболевания эти коренятся в нарушениях в гормональной сфере, в психических расстройствах и т.д.; как и всякие другие, они бывают легкими и тяжелыми. У одних болезнь выражается в отвращении к противоположному полу, у других - в виде тяги к половому акту с животными и т. д. Наиболее тяжелая форма такого заболевания называется некрофилией. Когда в Москве был открыт клуб "сексуальных меньшинств", то в нем как раз и возникли группы (или секции - как их назвать?) по формам заболевания. Если бы какой-нибудь европеец, не признающий иных, кроме гомосексуализма, форм половых извращений и считающий другие формы болезнью, заговорил бы об этом в том клубе вслух, то его просто вытолкали бы в шею.

Средства массовой пропаганды пока придерживают в тени весь состав этой проблемы и всячески поощряют только одну форму болезни, выдавая ее за эмансипацию личности. Силой такой пропаганды, поддержанной интеллектуальной элитой мира, государственными и религиозными деятелями (римским папой и др.), все больше захватываются люди, которые в иных условиях могли бы вести здоровый образ жизни.

Доказать, объяснить тут что-либо становится невероятно трудно. Но давайте лишь доведем до логического конца ход мыслей, которые поощряет пресса, литература, кино, телевидение. Так, если вы не видите ничего плохого в гомосексуализме, то будьте добры принять за норму и скотоложество. А что вы тогда скажете по поводу тех, кому нужны маленькие дети? У нас в Союзе (психологически мы продолжаем жить в СССР), в связи с процессом "демократизации", уже в газетах появляются соответствующие объявления, а потому уже завелись мафиозные группы, которые воруют или растлевают детей и за большие деньги поставляют их сексуальным маньякам (недавно преступления такого рода были вскрыты в Бельгии).

Но, повторяем, если подобные разговоры вы заведете в кругах " либеральной интеллигенции", в среде интеллектуальной "элиты" будь то в Москве, Париже или Нью-Йорке, то понимания вы не найдете нигде, вас высмеют, объявят реакционером, ортодоксом, шовинистом и выставят за дверь.

Многие тысячелетия длится двуполое развитие. Но придет время (это 5-е, 6-е тысячелетие), когда вновь произойдет соединение полов. И тогда те, кто извращал их отношения, не смогут претерпеть той радикальной метаморфозы; они будут вытолкнуты из нормальной человеческой эволюции в подчеловеческое, полуживотное царство.

Таким образом, люди эти грешат против эволюции протяженностью в две коренных расы, поэтому и называют их грех смертным, а Павел говорит о "суде Божием". Смертный грех ведет ко второй смерти - душевной.

Ввиду свой ближайшей инкарнации Ариман особенно заинтересован в распространении именно этого греха. Грехи поменьше человек исправляет в процессе реинкарнаций. А потому духи тьмы стремятся укрепить свою власть в людях эволютивно.

Наиболее опасными из духов тьмы являются для человека азуры. И они, как еще в начале века (в 1906 г.) предупреждал Рудольф Штайнер, "...действуют главным образом в сексуальной жизни, т. е. в физическом теле. Многие сексуальные заблуждения современности инспирируются этим силовым течением... Продуктивная сила является наисвятейшим из всего, чем мы обладаем, поскольку является непосредственно божественной. Чем более божественным является то, что мы втаптываем в грязь, тем больше грех" (ИПН. 266/1, S. 169).

Половая распущенность, в которую ввергают человечество, рождает космический противообраз, Земля излучает в космос стыд, который перед Божественными Иерархиями встает как утверждение: человечество утратило смысл своего существования!

Сентиментальной проповедью такого положения дел не изменить. Мистерии тьмы способна противостоять лишь Мистерия Света. И ею является Антропософия. Поэтому так необходимо, чтобы многие прислушались к ее мудрости, которая указывает способ выхода из кризиса.

Цивилизация страдает от застарелого, хронического кризиса, поэтому все сиюминутные, спекулятивные поиски выхода из него обречены на провал. Люди часто даже не понимают, в чем суть этого кризиса. В самом деле, ну что может сказать, например, антропология, да и университетская психология о сокрушительном действии разнузданного полового инстинкта на человеческое Я, на психическую самоидентичность личности? Что может культурно созидать психология, опираясь на фрейдовско-юнговскую доктрину всеопределяющей роли "фаллического" начала в духовной и даже религиозной жизни человечества? [*Прим. автора: Юнговская интерпретация культуры есть не более чем пошлый вымысел. В глубокой древности вообще не существовало полового влечения ради него самого. Все там было возвышенным жертвоприношением ради продолжения человеческого рода. На человеческую репродукцию смотрели как на нечто священное, как на служение миру. Низшая природа в нас, какой мы ее имеем теперь, есть следствие люциферического искушения. Но она предназначена стать в нас высшей природой, о чем знали в древности. "Люди в древних Мистериях, — говорит Рудольф Штайнер, — не были столь фривольны, столь циничны, не были филистерами, как современные люди. Определенные символы древних народов, которые теперь воспринимаются как сексуальные символы, взятые из низшей природы, становятся понятными только в том случае, если знать, что жрецы Мистерий хотели выразить в них высшее низшей природы" (ИПН. 177, 8 октября 1917). Но как об этом можно говорить с современным ученым, если в его научном инструментарии главным элементом в таких вопросах является скабрезность?]

Все такого рода учения, рано или поздно, останутся притягательными лишь для психически нездоровых людей, а к людям, сохранившим душевное здоровье, древняя мудрость заговорит современным языком. Она не наивная — мудрость Мистерий; наивны мы — жертвы фантастических представлений эпохи материализма.

В розенкрейцерской легенде рассказывается, что Хираму-Абифу, представителю земной, каиновой, мужской мудрости было сказано, что у него родится сын, о котором он не будет знать, и от него произойдет новый род людей. В них совершится соединение двух полов в один. Рудольф Штайнер, раскрывая внутренний смысл легенды, говорит: "Древнюю женскую (авелеву, жреческую. — Авт.) культуру сменит мужская. Женское, как физический облик, отомрет. И мужское должно будет обрести в себе силу производить (нового) индивидуума из самого себя...Когда человек овладеет силой так развивать свою гортань, что слово (произносимое ею) станет творящим, и словом человек будет производить себе подобного, тогда вся репродуктивная сила перейдет к мужскому роду. Тогда к человеку перейдет то, что некогда было сотворено благодаря богам. Когда было потеряно слово? — Когда возникли два пола. Оно было (тогда) погребено, спрятано. Сыновья Каина имели его лишь у своего праотца. Хирам-Абиф должен был, по меньшей мере, хотя бы получить о нем пророчество. Но он после того вскоре был убит.

Слово спрятано, но оно здесь. Если бы оно не было спрятано, то человек был бы творящим, как Элоим" (ИПН. 93, 23 октября 1905). Но потерянное слово будет обретено вновь, когда пассивная мужская мудрость (Хирам; почему она пассивная уже было разъяснено) сама в себе пробудит активность - женскую интуицию. Вот почему у Гете и сказано, что


Женственность Вечная

Туда нас возводит.


В надежде обрести потерянное слово люди в прошлом соединялись в духовные союзы, братства. Таким, по первоначальному замыслу, было и масонское братство. И масоны, возможно, обрели бы его, если бы не пали жертвой политического оккультизма, сделавшего их в XX в. опекунами "сексуальных меньшинств". Остались ли еще в мире масоны, способные следовать своим добрым и даже великим традициям? Ответить на этот вопрос нам не дано. Но еще в начале века истинный масон мог сказать себе или среди своих: "Все, что не происходит из распространенной в мире науки, произошло от женского жреческого господства древних времен. Мы не хотим это просто преодолеть; нет, мы хотим образовать новую спираль бытия; мы сами должны дать мужскому, каинову знанию интуицию. Но этого не сделать, если мужчина обретет силу благодаря тому, что женщина станет соучастницей в познании тайны. В тот момент, когда она была бы произнесена перед женщиной, все в целом утратило бы свою действенность" (Ibid.).

Такова была причина, почему женщин долго не принимали в ложи. Орган слова связан с полом. Поэтому у мужчины с наступлением половой зрелости ломается голос. "Вы также поймете, — продолжает Рудольф Штайнер в цитируемой лекции, — почему масон говорит: вообще лишь мужчина призван к тому, чтобы произнести потерянное слово и дать ему прозвучать вовне; только по-мужски построенная гортань в состоянии сказать то, что может быть достигнуто с помощью потерянного слова... Женская гортань осталась как рудиментарный орган. Мужская гортань преобразуется в орган будущего" (Ibid.).

Так говорили масоны в XVIII в., отчасти — в XIX в. Но в том же XIX в. связь их с реальностью внешнего мира была утрачена. Вместе с тем была утрачена и женская мудрость, а потому не стало и высших градусов — хранителей женской мудрости. Процесс этот до известной степени закономерен. Для выработки предметного сознания человеку необходимо пройти через эпоху материализма, исключающую жреческую мудрость. Поэтому древняя мудрость ушла, и человек должен жить во внешнем мире. Однако уже пришла пора воспринять мудрость, стоящую вне пола, которая по своей сути ни мужская, ни женская. Это мудрость Антропософии. Здесь в женщине работает ее мужская часть, а в мужчине — женская. В познании здесь мужское и женское встречаются на высшем плане. Так Антропософия восстанавливает гармонию единого человеческого существа.

Приход Антропософии в мир готовился в целом ряде духовных течений, в том числе и в масонстве. Когда в XVIII в. в нем были учреждены так называемые "ложи усыновления", куда начали принимать женщин (Жорж Сайд была одной из них), то с этим шагом началась подготовка к соединению полов. Членом такой ложи была Е.П. Блаватская. Но что из этого вышло к середине XX в., может вызывать лишь нравственное потрясение.

И теософское движение имело задачу преодолевать односторонность мужского устремления, однако вскоре о том было забыто.

"Во всем средневековье, — говорит Рудольф Штайнер, — проводилось огромное подготовление к тому, чтобы духовно породить в мужчине другой пол. Человек путем концентрации рождал в себе, сначала как мысль, то, что в будущем должно возникнуть в нем как бытие.Поэтому во всем средневековье, в качестве подготовления к будущему состоянию, был распространен культ Марии. Он является не чем иным, как концентрацией души, имеющей целью породить женское начало в мужском". Женщина идет к той же цели в культе Иисуса. Наконец, заключает Рудольф Штайнер, "вы сами видите, какая путаница наступила с появлением известного ордена, покончившего со всем тем и возжелавшего отвоевать назад женскую мудрость. Дело там сводится к господству над миром. Если хотят остаться со старой мудростью, то для старых сил должен быть завоеван мир. Таков орден иезуитов. Он сознательно поставил себе такую цель. Поэтому так остро противостоят один другому иезуиты и масоны" (Ibid.).

Так в сложном переплетении искажается один из важнейших принципов эволюции. С одной стороны, извращенно упраздняется различие полов, с другой — оно до предела обостряется. В католическом движении маринян (служителей Деве Марии) провозглашается претензия на универсальное господство женского принципа; в религиозном фундаментализме ислама и др. женщина отбрасывается в рабское состояние. Так атакуют человечество с двух сторон люциферические и ариманические воинства. Затопить самосознание необузданной сексуальностью стремится одно воинство; целибат! — провозглашает в качестве идеала — другое. Но к взаимопогашению действие супостатов человек приводит, облагораживая половую любовь, воспитывая в себе любовь к прекрасному и развивая духовные интересы.

 
7. Прафеномен мистерии зла

Рассмотрев, так сказать, внутреннюю структуру сил, проявляющихся в противостоянии добра и зла, их духовные и социальные персонификации, мы можем поставить вопрос об их прафеноменальной основе; вернее сказать, мы подошли к тому, чтобы раскрыть этот вопрос, поскольку в общем виде он уже поставлен с помощью рисунков 1 и 2. рис. 1

Рис.2

На рис. 1 как наивысшее во всем мировом свершении нам предстает Божественное Триединство (мы обозначили его треугольником ABC). К нему, как к своей высшей цели, устремляется человеческий тройственный дух: Самодух, Жизнедух, Духочеловек. В соответствии с его устремлением разворачивается эволюция мира в пределах семи эонов. В ней на макроуровне образуются две глобальные тенденции. Одна, исходя от Божественного Триединства, опосредуется деятельностью существ девяти Иерархий (треугольник АВС). Это мир добра, и он в своем действии направлен к творению, к миру не-Я, рождающемуся благодаря отпадению от Бога. Творимый мир образуется в виде треугольника сил, направленного вершиной вверх (DEF). В нем движущей силой является тоска творения по воссоединению с Творцом; "Ахамот" называли ту тоску античные гностики.

В индивидуальном развитии человека два последних треугольника действуют в наложении; они образуют семичленную структуру человека, поскольку все, что развивается, имеет структуру семичленных метаморфоз. Такова гексаграмма - древний оккультный знак. Она в одном из своих значений, выражает развитие — во взаимосвязи - трехчленного тела и трехчленного духа (рис. 5).

На их сопряжении возникает, в качестве связующего их звена, высшее Я, напечатленное человеку в эоне Земли. Таков в самых общих чертах принцип эволюции человека. Действие сил в его гексаграмме можно изобразить и иначе: треугольник духа направить вершиной вниз, а тела - вверх. Тогда перед нами будет человек как творение Божие; а впервом варианте была дана констелляция автономно стремящегося индивидуального духа.

Так меняются тенденции развития. Высшее, иерархическое, в одном случае направляется прочь от Божественного Триединства, что приводит к разделению Иерархий, к творению человека и к возникновению зла. В другом случае оно через творение, через его свободную волю вновь возвращается к Божественному Триединству; при этом зло претворяется в добро. А человек, поистине, становится "мерой всех вещей".

Те две змееобразные линии, которые на рис. 1 изображают эволюционный путь действия Иерархий сверху и путь становления многочленного человека снизу, в опыте индивидуального становления, когда человек берет управление своей судьбой в собственные руки, превращаются в два "жезла Меркурия", особенно содержательное изображение которых мы находим на первой розенкрейцерской алхимической печати (см. фото).

Рис. 8В своей новейшей констелляции, где он держит в руках "жезлы Меркурия", человек оказался благодаря тому, что смог свое низшее "я" привести в связь с Я высшим, благодаря развитию трехчленной души:ощущающей, рассудочной, сознательной. В них же, о чем уже говорилось, коренятся люциферические и ариманические силы (они также изображены на алхимической печати), атакующие Я-сознание через элементы мысли, чувства и воли. Также и тут человек, как субъект эволюции, является микрокосмом, малым выражением космической борьбы добра со злом.

На новейшем этапе эволюции зло стремится организовать себя также трехчленно: хотя и с обратным знаком, но все же "по образу и подобию Божию", — что дает нам еще один повод убедиться в единстве и божественности Универсума. Однако тут не следует делаться сентиментальным. Начиная с XX в., мы становимся свидетелями крайне опасного развития сил зла, принимающих характер трехчленного единства ( треугольник EFG). Предвидя его заранее, Христос низошел не только на физический план, но и в сферу подфизического противостояния Люцифера и Аримана. В страстную субботу Он сошел в ад, туда, где люди после смерти переживают последствия своей захваченности Люцифером и Ариманом во время земной жизни. Совершенные человеком ошибки, по мере овладения им индивидуальным Я, начинают все более принимать характер объективного зла, ибо истинным источником зла в человеке является только его "Я": реальностью в мире обладает лишь то, что носит хоть в какой-то мере индивидуальный характер.

Комментируя молитву "Отче наш", Рудольф Штайнер говорит, что в астральном теле человек переживает искушение; "...впадая в ошибки благодаря своему эфирному телу, человек в основном грешит в кругу своих близких, главным образом манкирует своим социальным долгом, который имеет значение для отношений человека с человеком, поскольку делает возможной общественную жизнь" (ИПН. 96, 28 января 1907). Поэтому в молитве по этому поводу говорится: "И прости нам долги (грехи) наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему" (Лк. 11, 4). Физическое тело связано с молением о "хлебе насущном". А когда мы молимся: "Избавь нас от зла (от лукавого), то должны иметь в виду ошибки, прегрешения, совершенные при участии самосознания, из Я" [*Примеч. автора:Высшее Я в молитве выражено в триединстве духа: Духочеловека (Воли), Жизнедуха (Царства) и Самодуха (Имени)..].

Именно как сила, искушающая низшее "я" и через то противостающая Я высшему, набирают силу отставшие в развитии духи Личности(Архаи), называемые в эзотерической традиции азурами. Они то и образуют триединство космического зла (см. рис. 1, треугольник EFG), противостающее Божественной Троице.

Рудольф Штайнер характеризует "треугольник" зла следующим образом. В душе ощущающей, говорит он, укоренился главным образом Люцифер, в душе рассудочной - Ариман. В новой эпохе человек овладевает душой сознательной, которая своим духовным действием претворяет физическое тело в Духочеловека, т. е. творит в нас тело воскресения. "И в приближающееся время (в конце XX в. оно уже наступило. - Авт.) в эту душу сознательную, а вместе с нею и в то, что называют человеческим Я - ибо Я восходит в душе сознательной, —вползут те духовные существа, которых называют азурами. Эти духи разовьют большую силу зла, чем собственно сатанинские (ариманические) силы Атлантиды или люциферические духи Лемурийской эпохи"(ИПН. 107, 22 марта 1909).

Б более универсальном смысле азуры противостоят Отчей Основе Мира, поскольку их борьба направлена (через человека) на овладение физической субстанцией вселенского Я. Но на пути их целей стоит препятствием Мистерия Голгофы, поэтому их следует также считать главными противниками Христа. О противостоянии им в человеке идет, по сути говоря, речь в молении Христа на Тайной Вечере, обращенном к Отцу, которое евангелист Иоанн излагает в 17-й главе. Ныне пришли в непосредственное соприкосновение два несовместимых пути развития: либо через Христа к Отцу, либо через впадение в хаос "я" к азурам, в антимир, в 8-ю сферу.

Люциферические духи, в отличие от азуров, наравне с возможностью творить зло, принесли человеку благо свободы. Поэтому зло, причиненное ими эволюции, будет полностью устранено, претворено в добро в ходе земного эона. Зло, принесенное ариманическими духами, человек преодолевает силой действия кармических закономерностей. Но зло, приносимое азурическими духами, совсем иной природы. Ибо они действуют так, что глубочайшее внутреннее человека, где он впервые становится человеком в истинном смысле этого слова, — душу сознательную и первые проявления высшего Я, стремятся соединить с одной лишь чувственностью. "Кусок за куском, — говорит Рудольф Штайнер, — будут они отрывать от Я, и в той мере, в какой они укоренятся в душе сознательной, человек будет вынужден оставить на земле части своего бытия. Это будут невосполнимые потери... Не весь человек станет их добычей, но из человеческого духа будут выхвачены куски этими азурическими силами. Они заявляют о себе в наше время через тот дух, который становится господствующим и который мы можем назвать духом жизни в чувственности при полном забвении всех духовных суш,еств и духовных миров... В дальнейшем они будут заявлять о себе во взрывах (групповых. — Авт.) чувственных страстей, которые будут все больше разгораться на земле...Человек не будет знать и не захочет знать о духовном мире. Он все больше и больше уверится в том, что высшие нравственные идеи (идеалы) есть лишь более высокое преобразование животных потребностей. Он не только узнает, что человеческое мышление является преобразованием того, чем владеет также и животное, что облик человека родственен животному, что всем существом он произошел от животного, — но человек станет жить в соответствии с таким воззрением" (Ibid.).

Насколько эти слова Рудольфа Штайнера стали в наши дни действительностью, мы достаточно много говорили на страницах нашей книги (Антропософия на скрещении...). Имеются все основания прийти к тому выводу, что развитие цивилизации пошло в нашем веке по одному из наиболее трудных, трагичнейших вариантов. В самом деле, Рудольф Штайнер говорил в свое время, что азуры действуют в бессмысленных взрывах страстей на стадионах [*Примеч. автора: Следует здесь подумать о футбольных страстях 1998 г. — года Зората, "солнечного демона".] А что в таком случае остается сказатьо взрывах страстей на рок-концертах, где все подогревается музыкальным элементом, особенно сильно действующим на "я"? Многое стало привычным, повседневным, поэтому люди, в оправдание себе, вяло лепечут: а что тут можно поделать? Куда молодежи деться? Нельзя же отрываться от жизни! и т. п. Однако и в этих условиях можно позволить себе хотя бы одно — познание. Сил преодолеть торжествующее на земле зло не найти, не поняв его природу. А природа его — космическая, она не обусловлена одним лишь легкомыслием людей.

В одной из лекций, прочитанной еще в начале века, Рудольф Штайнер дал такое разъяснение природы азурических существ: "Азуры —огненные, или динамические; их злая сила была ужасна. Через явление Христа Иисуса она была навсегда покорена... их держат под постоянным "шахом", не давая им двигаться ни вперед, ни назад, между Землей и 8-й сферой [*Примеч. автора:"Восьмая сфера" является областью духа, где, с одной стороны, готовится субстанция для будущего зона Юпитера, а с другой — силы зла готовят свой противообраз того эона.], в латентной точке — где сила притяжения с обеих сторон одинакова — до великого дня "схождения осей"; тогда азуры без встречного сопротивления будут втянуты в их спираль" (ИПН. 93, S.303). В ту спираль рискуют быть втянутыми некоторые люди, что полностью или надолго вырвет их из человеческой эволюции.

Но космически азуры уже побеждены, так как в "треугольник" зла вступил Христос и взял человеческое Я под Свое покровительство (рис. 6).


В тоже время, поскольку человек овладевает своим высшим Я лишь через выработку свободной воли, то на сторону действия Христовой силы он может встать лишь по свободному выбору. Чтобы помешать ему сделать такой выбор, азуры приводят к синтезу полярное противостояние люциферических и ариманических сил и тем творят на Земле совершенно новую ситуацию, где человек подвергается испытаниям во всех элементах своего существа: через "хлеб насущный" (социалистический и иные эксперименты с сопутствующими им голодом и порабощениемв сфере труда); через "долги" приходящей к планетарному хаосу общественной внутри- и межгосударственной, межнациональной жизни, что безнадежно запутывает карму людей и целых народов; через "искушение" произволом; и, наконец, через "зло" ложных воззрений, гипертрофию сознательной лжи, через всемирную апологию чувственной разнузданности, низведение души сознательной в сферу инстинктов.

В конце XX века и в начале XXI века положение мира и отдельного человека усугубляется еще активизацией деятельности Зората — "солнечного демона", "противника Христа", как его характеризует Рудольф Штайнер — на стороне азурических сил. Об этом космическом событии Рудольф Штайнер говорит следующее: "Все то, мои дорогие друзья, что мы в состоянии сделать в этом веке, овладевая спиритуальным учением, обладает огромным значением, ибо наши деяния в таком случае служат всем нашим современникам sub specie aeternitatis. Это является подготовлением к тому, что в виде огромного, всеобъемлющего, интенсивного духовного деяния должно разыграться в конце столетия, после того как произойдет многое такое, что направлено против спиритуализации современной цивилизации. Под знаком во второй раз выступившего числа 666 (лет. — Авт.) стоят те перевороты в Европе, которые были вызваны крестовыми походами; их внешним выражением стала гибель ордена тамплиеров. Все вновь и вновь стремится Зорат противодействовать деяниям Солнечного Гения, работающего на благо истинного Христианства.

Мы теперь приближаемся к 1998 году, когда в третий раз выступит число 666. Тогда из вод (потоков — Fluten) эволюции Зорат с особой силой поднимет свою голову и станет противником (супостатом —Widersacher) того созерцания Христа, которого, подготовленные к тому люди, удостоятся уже в первой половине XX века в связи с эфирным (вторым) Пришествием Христа" (ИПН. 346, 12 сентября 1924).

Таким, поистине, "комплексным" способом внутри "треугольника" зла предпринимаются усилия, чтобы опрокинуть прафеномен человека, пентаграмму микрокосма (рис. 7 - См. также примечание в конце главы).


Его опрокидывают всеобъемлюще, не в уединении темномагических сект, а на широком плане социальной жизни, приобретающей особенно большое и даже решающее значение в эпоху души сознательной.

Показанные на рисунке институты мирового зла, по сути, интегрируют в себе всю современную духовную элиту человечества. Все в той или иной мере одаренное, способное на творчество, служит одной или сразу нескольким формам зла. Человек, едва успев осознать свои творческие потенции, уже соблазняется, вовлекается, вербуется в соответствующие союзы, партии, братства, ордена. А вне их пути для самореализации оказываются для него закрыты. Так человеческая одаренность превращена в колоссальную опасность. Ну а всем заурядным манипулируют в массе.

Так подошли мы к итогу наших рассмотрений. Пятиликое зло, явленное в пяти мировых центрах власти, не есть результат "свободной" игры разрозненных дурных человеческих наклонностей, а строго интегрированное, духовно оформленное (вернее, антидуховно) единство, можно даже сказать — организм, сверхчувственно персонифицированный, отрицающий цивилизацию человечества и неизбежно, в силу внутренне присущих ему закономерностей, отрицающий себя (чем и обусловлена свирепая внутренняя борьба его частей), и тем не менее, существующий как целое. С точки зрения чистого познания, мы имеем тут дело с чрезвычайно интересным феноменом "опрокинутой" диалектики. В ней присутствует стремление к синтезу, в котором господствует одно только отрицание; исходные элементы, как снятые, упраздняются, не обретаютв нем более высокого бытия [ *Примеч. автора: Не случайным, интересным симптомом была в СССР традиция развенчивать каждого ушедшего диктатора. Она сохраняется и в годы "перестройки": она присуща институту власти в США.]. Конечно, в таком случае эгоцентризм приобретает характер бесконечности — которая есть атрибут высшего мира, — только человеку не следовало бы вступать в ту "безмерность", поскольку никто не знает, что в конце концов будет с ним, когда по законам того "антимира" его вернут к состоянию исходной "глины" творения.

Речь, однако, лучше вести не о том, захочет человек ступить на тот путь или нет, а о том, что ему делать, если он тем путем идти не хочет. В таком случае наиглавнейшим является познание прафеномена зла, действующего в современной, европейской, культурной эпохе. Поняв его, можно начать правильно ориентироваться во всех хитросплетениях идущей на наших глаза мировой оккульно-политической борьбы. В конце XX в. ненадолго приоткрылись ее тайны (особенно в России), и можно, даже читая газеты, получить сотни и тысячи подтверждений истинности того, о чем говорит Рудольф Штайнер в своей исторической симптоматологии. И нужно успеть воспользоваться предоставившейся возможностью, поскольку уже совсем скоро ее опять не будет.

В наши дни многих обольщает политический плюрализм, свобода в занятиях оккультизмом. Однако тут можно разглядеть и другое, что всеми способами: политическими, научными, оккультными, религиозными —"плюралистически" формируется мировоззрение панматериализма. На помощь идеологии приходит наука: технический прогресс предоставляет возможность заниматься генными манипуляциями, контролировать и программировать сознание и даже материально (на уровне электромагнитных энергий) выходить за его традиционные границы. Наконец, высшее, что имеют люди на Земле, — наука посвящения — обретает азурические черты. И здесь особенно пристальное внимание следует обратить на феномен оккультного большевизма. В узких кругах он практикуется как крайне темная система посвящения. Через книги Г. Климова, через идеологию советских "полярных" (и другие источники) он теперь открыто заявляет о себе. Косвенно его описание дал в двух своих книгах и Виктор Суворов.

Чтобы понять, о чем повествуют названные писатели, нужно обратиться к рассказу Рудольфа Штайнера об особом роде черномагических мистерий, практиковавшихся в древности на североамериканском континенте — в древней Мексике, — остатки которых еще застали испанские конкистадоры [*Примеч. автора: И по сей день в Мексике гнездятся особенно темные центры практической, ритуальной магии. Не случайно Троцкий, когда его выгнали из СССР, поселился в Мексике. В Мексике проходил свое "посвящение" в подприродную магию Карлос Кастанеда]. В тех мистериях почитался призракообразный дух ариманической природы, который был преемником великого Духа Атлантиды, бывшего в свое время правомерным, но постепенно, уже к концу атлантической эпохи приобретшего ариманические черты.

Имя того ариманического духа было Таотль. Его жрецы получали тайны космоса путем совершения человеческих жертвоприношений. "Мудрость космоса, — говорит Рудольф Штайнер, — содержавшая в себе святые тайны, а не что-либо плохое, эта мудрость заботливо хранилась посвященными Таотля" и не сообщалась никому, "...кто прежде не занимался особым образом убийством. И было так, что при первом убийстве сообщались некоторые тайны, далее, при следующем убийстве, другие, еще более высокие тайны" и т. д. (ИПН. 171, 18 сентября 1916).

Убийства, или жертвоприношения, совершались таким образом, что предназначенного к жертве сначала определенным образом готовили к смерти, и когда он был готов добровольно на нее пойти, его клали на особый катафалк, так чтобы у него особенно выпячивался желудок, а затем посвящаемый, жрец, определенным сечением этот желудок вырезал и с особой церемонией посвящал его богу Таотлю. В результате такой процедуры между посвящаемым и убиваемым возникала определенного рода связь. "Тот, кого убивали, должен был быть подготовленк тому, чтобы своей душой устремиться в царство Люцифера, а посвящаемый должен был получить мудрость, чтобы земной мир преобразовать так, чтобы из него можно было изгнать человеческие души. И благодаря тому, что создавалась связь между убиваемым и посвящаемым — не убийцей, а посвящаемым, — для последнего возникала возможность быть взятым душой убитого в духовный мир, т. е. в нужный момент мочь покинуть Землю" (Ibid.). Конечно, заключает Рудольф Штайнер, то были мистерии самого возмутительного рода. К счастью, с ними через некоторое время было покончено, иначе земной цивилизации грозила смерть.

Случилось так, что в древней Мексике родилось необыкновенное существо, которое, как гласит предание, звали Витцлипутцли. Оно было современником Иисуса из Назарета, его почитали как солнечное существо, и его матерь была девой. Витцлипутцли вступил в борьбу с воплощенным тогда на Земле величайшим черным магом. Уже в целом ряде воплощений тот занимался ритуальными убийствами в мистериях Таотля, и вот теперь, достигнув 30-летнего возраста, он "...встал непосредственно перед великим решением... продвинувшись еще далее на пути своего посвящения, стать, как отдельная человеческая индивидуальность, настолько могущественным, чтобы мочь познать основополагающую тайну, что позволило бы ему всей дальнейшей человеческой земной эволюции задать такое направление, на котором человечество в четвертый и пятый послеатлантические периоды (в культурные эпохи) затмилось бы настолько, что возникло бы состояние, особенно желательное в это время для ариманических сил" (Ibid.).

Три года длилась война Витцлипутцли с великим черным магом. В конце концов маг был побежден, распят физически, а его душа лишена силы, лишено силы знание, используя которое она творила убийства; душа мага была заклята.

"Таким образом, — заключает Рудольф Штайнер, — больше не живет то, что могло бы, исходя из тех областей, существовать и далее, если бы мистериям Таотля удалось принести свои плоды. Однако оно в некотором роде все-таки продолжает жить и далее, но только в мире эфирных сил. Продолжает все-таки существовать нечто от сил, отзвук тех сил, что действовали в тех мистериях. Да, все те силы сохранились; они сохранились в подчувственном мире... под вулканическим покровом обычной жизни" (Ibid.).

Немало современных людей, прочтя все это, усмехнутся и назовут сказкой для детей. Но в таком случае им придется остаться при мнении, что мировые войны, революции, истребление десятков и даже сотен миллионов людей совершается по чистой случайности, потому, что "в глуши Симбирска родился обыкновенный мальчик Ленин", что в австрийской глубинке родился "обыкновенный мальчик" Шикльгрубер, в украинской — "обыкновенный мальчик" Лева Бронштейн, в грузинской — "обыкновенный мальчик" Еся Джугашвили и т. д. С такими читателями дискутировать бессмысленно, лучше продекламировать им кое-что из революционной поэзии, например:


Спите, товарищи, спите.

Кто ваш покой отберет?


Что касается политической, вернее сказать, оккультно-политической реальности, то в ней, возможно, как главная тайна времени открывается пробуждение, выползание из подчувственного на внешний, социальный план жизни тех сил, что правили в мистериях Таотля. Даже у Карлоса Кастанеды можно прочесть об их "выжидающем" пребывании в древних захоронениях. Но у нас есть куда более веские основания судить об их вмешательстве в современную европейскую и мировую жизнь. В развитии все совершается ритмически. И если во времена первого Пришествия Христа в западном полушарии возник гигантский противообраз Мистерии Голгофы, акту Божественного спасительного вмешательства в судьбу человечества противостало вмешательство инфернальных сил, несущих земной цивилизации безвозратную погибель, то как в XX веке, где в мире эфирных сил уже совершается второе Пришествие Христа, силы Таотля могут не предпринять попытку взять реванш? К тому же, теперь к своей земной инкарнации близится Ариман. Все эти сообщения Рудольфа Штайнера носят глубокий методологический смысл. Они помогают нам систематически исследовать и понять главную тайну нашего времени, которая состоит в том, что все интернационал- или национал-социалистические эксперименты являются глубоко оккультными по своей сути. Через них предпринимаются попытки реставрировать древние мистерии Таотля, но уже не на ариманической, а на азурической основе, и противопоставитьих второму Пришествию Христа.

Обдумаем в свете приведенных сообщений Рудольфа Штайнера феномен ленинского мавзолея и окружающего его "вечного" Политбюро. Тогда нам станет ясно, где теперь справляют мистерии Таотля и каковы они в метаморфизированном виде.

[*Примеч. автора: Тут мы не можем удержаться, чтобы не процитировать одно из делаемых теперь оккультистами большевизма признаний в связи с обострением борьбы вокруг их главной святыни — мумии Ленина. В газете "Советская Россия", в номере от 11 июня 1997 г., была опубликована статья, в которой можно прочесть следующее: "Марксизм-ленинизм обрел статус государственной религии, структура которой едва ли не целиком копировала христианскую. Недаром уже Энгельс указывал на удивительное сходство процессов становления первоначального христианства и международного рабочего движения. Этому факту есть свое объяснение. Никакое общественное движение не может прыгнуть выше головы и вынуждено использовать для своего утверждения те возможности, которые предоставляет ему переживаемая эпоха. Так и марксизм-ленинизм, несмотря на декларируемый атеизм, приобрел явно выраженные культовые черты: свое священное писание, свое богословие, в котором цитаты из священного писания весомее любых ссылок на опыт или иные источники, свои апостолы, святые имученики, свои еретики и своя святейшая инквизиция. Могло ли быть иначе во времена ранних социалистических революций — вопрос сложный. Во всяком случае, история всех великих революций, не исключая и христианской, говорит о том, что до сих пор подобное являлось скорее правилом, чем исключением... Тело Ленина приобрело для миллионов людей в мире глубоко сакральное значение. Поэтому являться в Мавзолей ради простого любопытства... значит оскорблять чувства истинно верующих. Увы, происходило иначе — отсюда столько циников-перевертышей.

Превращать Мавзолей в некое зрелищное место столь же кощунственно, как и превращать в аттракцион храм с приглашением телевидения и пр. Именно последнее обстоятельство заставляет глубоко сомневаться в чистоте помыслов московского мэра и в чистоплотности всей затеянной им кампании по восстановлению храмов. По крайней мере, в советские времена любая съемка в Мавзолее не допускалась. И в этом был свой, причем чисто религиозный, смысл. Возможно, нужно суметь сделать еще один шаг в том же направлении.

Наиболее правильным решением, соответствующим как духу научного коммунизма, так и требованиям морального пиетета перед усопшим, было бы... оставить Мавзолей Ленина и все приданные ему научные и технические службы в полной неприкосновенности, но при этом прекратить или решительно ограничить в него доступ публики, навеки затворить его двери. Пусть сохранением ленинского тела занимаются лишь особо посвященные, которым, подобно христианском священнослужителям, только и разрешен вход в алтарь. Мирянам же там делать нечего(!).

Однако... вопрос это не политический, а духовный, и решать его не правительству, и даже не обществу в целом, а лишь духовным наследникам и преемникам Ленина, то есть российским коммунистам. Только их общее мнение может определить, как им ухаживать за великой могилой".]


Мы, вероятно, не ошибемся, сказавтакже, что главные политики — "жрецы" XX века — это перевоплощенные посвященные тех древних американских мистерий, штурмующие небо с помощью ритуальных убийств. И мы тогда также поймем, почему люди этого сорта настолько внеэтичны: они в ходе своих реинкарнаций вообще еще не сталкивались с понятиями морали, милосердия: настолько атавистичны они.

Поэтому совершенно недопустимо, трагично, безнадежно для русских в настоящее время думать, будто бы Сталин отличался от Ленина или Троцкого, Бухарин от Свердлова и т. д., будто кто-то из "персонажей" этого круга вообще способен думать об интересах России, быть человечным. Нет, всеми ими, вкупе с другими носителями пятиликого зла в мире, преследуется одна-единственная цель: сделать мистерии Таотля господствующими по всей Земле. Что касается усилий Запада положить им в ходе перестройки конец, то тут, может оказаться, все сводится лишь к намерению приостановить их в одном месте и возродить в другом. На Западе также существуют черномагические мистерии. Их руководители полагают, что уже полностью овладели ситуацией на планете, и не хотят, чтобы Земля была уничтожена раньше времени, к чему вели дело советские "красные жрецы". Однако справиться с "красной цивилизацией" (понятие недавно введено в политический обиход оккультистами большевизма), видимо, уже невозможно, поскольку она приобрела азурический характер. Ее жрецы работают со сверхчеловеческим, но ариманизированным интеллектом и колоссальной люциферизированной волей. Избыток сил они получают за счет исключения, парализации сферы чувства.

В автобиографическом романе "Аквариум" Суворов пишет, что в системе (скажем, советского посвящения) "избавляются немедленно от любого, кто своим чувствам волю дает". Самого Суворова принимают во "внутренний круг" потому, что, как говорят ему: "Мозг у тебя, вроде как электронная машина... ненастроенная. Но тебя настроить можно". "Настройка", как он ее описывает, ведется с помощью упражнений, которые можно встретить в учебниках по оккультизму, только делаются они в целях фиктивного развития Я-сознания. Благодаря им "я" как будто бы становится необыкновенно бодрственным, самосознающим, автономным, сильным, но, в то же время, запрограммированным в заданном извне диапазоне и деятельностью своею рождает только ложь, разрушение, смерть.

Крайне значительно обратить в книге Суворова внимание на то, что интеллектуальная муштра "студентов" ведется в "Научно-исследовательском институте электромагнитных излучений". — Тут перед нами целая тема психотронного манипулирования сознанием. Принцип обучения, пишет Суворов, таков: "Успех приходит только тогда, когда каждая тренировка (памяти, мышц, психики, силы воли, настойчивости) доводит человека до грани его возможностей".

За той гранью в одном случае, в Мистериях Света, находится высшее Я человека, в другом, в современных мистериях Таотля, — мир инстинктов: "нужен автоматический рефлекс", "через пять лет у вас, —говорят учителя студентам, — будут соответствующие рефлексы". Посвящаемый — будущий агент ГРУ — должен через обострение инстинктов быть превращен в человека-зверя, в сверхумное животное.

Своего первого "иерофанта", полковника Кравцова, Суворов так прямо и характеризует: "Он — зверь. Маленький, кровожадный, смертельно опасный. Он знает свою цель и идет к ней, не сворачивая. Я знаю его путеводную звезду. Она зовется властью. Он сидит у костра, и красные тени мечутся по скуластому волевому лицу. Черный правильный профиль. Красные тени. Больше ничего. Никаких переходов. Никаких компромиссов". — Одним словом — точный портрет жреца из мистерий древней Мексики. Его воля к власти метафизична. Она оккультно порабощает всякого, попавшего в сферу ее действия: порабощает на земле, чтобы продлиться в потустороннем. Вот почему "65% невозвращенцев из ГРУ и КГБ возвращается с повинной. Мы их расстреливаем, — говорит еще один "ацтек". — Они знают это и все равно возвращаются".

Можно, конечно, все это описываемое Суворовым бесчеловечное воспитание шпионов и диверсантов объяснить целями обороны страны. Но если бы дело заключалось только в этом, то Советский Союз должен был существовать дольше, чем империя инков. Он должен был существовать вечно. Перестройка же показала, что основополагающие социально-политические и идеологические жупелы были лишь прикрытием черной мистерии. Захват как можно большего числа людей в ее орбиту был самоцелью. Вспомним, с каким цинизмом говорят о господствующей идеологии ее "черные профессора" в "Протоколах" у Климова. Да и Суворову его "учитель" прямо заявляет: "Можешь предавать, кого хочешь, хоть Советскую Родину, но не меня", т. е. не законы черной мистерии, не астральную связь ученика с учителем — совершающим, пусть и в обновленной форме, но все те же древние человеческие жертвоприношения, — ту связь, которая в эзотерическом центре, в "вечном Политбюро" образует основу ариманического бессмертия для "иерофантов". Тут, разумеется, политика, идеология — дело десятое. Тут встают совсем другие задачи. "Ты в мучительстве, — спрашивает Кравцов Суворова, — наслаждения не находишь или только скрываешь это?"

С годами методы посвящения в "красном ордене" менялись. В недавнем прошлом, в точном соответствии с древними традициями Таотля, жертвы для заклания брались и из своей среды. Насколько хорошо они были подготовлены, свидетельствует их поведение перед казнью. Например, Тухачевский, Ежов перед расстрелом кричали: "Да здравствует Сталин!" (могли ведь уже и не кричать).

Далее в ритуальные убийства включались широкие слои населения. В романе "Контроль" Суворов дает потрясающий образ того, насколько, на первый взгляд, даже буднично это делалось. Ритуал же посвящения необыкновенно усложнился.

В некоем "храме" особой, внутренней власти, расположенном в бывшем монастыре, трудится, не покладая рук, некое особо подобранное братство чекистов. Образ их жизни строг до аскетичности. Напряженная интеллектуальная работа сотрудников — "монахов" и "монахинь" — перемежается физическими упражнениями военной подготовки и проведением пыток над специально содержащимся для этого в монастыре контингентом заключенных. Периодически контингент тот обновляется, для чего проводятся специальные расстрельные операции. В одной из них принимает участие хорошо себя зарекомендовавшая "неофитка" Настя Стрелецкая — непревзойденная парашютистка, самбистка, уже успевшая, благодаря своей поистине дьвольской интуиции, оказать неоценимую услугу самому вождю, верховному "жрецу", раскрыв зревший против него заговор. И вот, неожиданно в ходе процедуры расстрела, те, кого она считала своими сподвижниками, хватают ее саму, начинают зверски избивать, тащат к яме с трупами и она слышит выстрел возле своего уха, после чего теряет сознание. Потом оказывается, что то была всего лишь процедура более высокого посвящения. "Мы проверили тебя в настоящем деле, — успокаивает ее "друг" и сотрудник Холованов, по прозвищу "дракон". —Результаты обнадеживающие... Ты нам подходишь".

Такова она, в новых условиях, процедура "вырезания желудка". Ей предшествует длительная подготовка, направленная на расшатывание связи астрального тела с физическим. Поэтому ученики мистерии Таотля без конца совершают прыжки с парашютом: затяжные, из стратосферы, с малых высот.

Кастанеда в одном из романов описывает случай из своей жизни, когда под действием внешней опасности он неожиданно выделился из себя в виде монстрообразного и необыкновенно сильного астрального двойника, который нанес страшный астральный удар ведьме, после которого она стала чахнуть также и физически. Тут описано подлинное событие. Под действием оккультных упражнений, главным элементом которых является переживание страха и даже ужаса, Кастанеда ослабил связь астрального тела с физическим, благодаря которой в человеке обычно сковывается его низшая природа, люциферически-ариманический двойник.

Нечто подобное проделывают и с "неофитами" ГРУ, для чего они и подвергают себя постоянно смертельной опасности, так что в конце концов у них происходят определенные изменения в солнечном сплетении и в системе ганглиев. Человек тогда обретает способность развязать в себе силы зла, оккультно поставить свое "я" на служение злу.

Интересно отметить, что учеников в "красный орден" охотно набирают из славян. В силу особенностей развития славянского этноса, у русских, украинцев, белорусов физическое тело пластичнее, чем у других, более древних народов. Связь "я" с телом у них более подвижна, легко колеблется между высшей и низшей, двойниковой, природой. Вот почему они так легко переходят от безграничной жертвенности к способности на столь же безграничное зло. В мистериях азуров они получают развитие, идущее только в сторону усиления двойника.

Двойник в человеке представляет собой совокупность всего злого,что совершил человек в своих прошлых инкарнациях. Мистерии Света помогают ученикам облагородить двойника, изжить негативную карму, после чего открывается путь к истинной свободе. В мистериях тьмы учеников ведут в прямо противоположную сторону — к истинному рабству.

Оккультный большевизм верен своим принципам во всех отношениях. Поставив на карту "пролетариата", "трудящихся", он и в свои мистерии отрыл им довольно широкий доступ. Сотни тысяч солдат и офицеров, прошедших или проходящих службу в воздушно-десантных войсках, образуют в "красном ордене" некий аналог западных "ротари" и"лайонс". Слишком много им не открывают, но кое-что они усваивают твердо. Принадлежа к армейской элите, они в общечеловеческом смысле приходят к глубокому убеждению, что, как пишет Суворов, "натура людская порочна и неисправима", "все мы звери", "воюют всегда и везде. Перемирия нет и никогда не будет", "жизнь — это борьба зла с еще большим злом" [*Примеч. автора: Вся эта "философия" и "психология" звучит в каждом слове генерала Лебедя, написана на его лице. Вербовка в "орден" поставлена так хорошо, так психологически грамотно, что в годы перестройки, когда можно действительно свободно выбирать, чему себя посвятить, набор в спецвойска идет по конкурсу.]. Все они подчиняются строгому правилу, обету: "Если вступил, то принадлежишь организации полностью". Правда, лишь избранные из них знают, как далеко, в мир инфернального, уходит эта "принадлежность", что между "жрецами" и "профанами" (жертвами) возникает крепкая астральная связь, уходящая за порог смерти.

Смерти в "красном ордене" не боятся. В нем все сводится к смерти, к культу смерти, к оргиям смерти, а потому и война для него — это особенно большой праздник. "Мир — это война", — так провозглашают в утопическом мире "английского социализма", образцом для описания которого Джорджу Орвеллу послужил осуществленный большевистский социализм — прямое продолжение древнемексиканских мистерий Таотля, в которых стремились основать "всеобщее земное царство смерти", "механизированное земное царство" путем полного "истребления всякой самостоятельности, всякого душевного движения" (ИПН. 171, 18 сентября 1916).


___________________________________

Примечание (2007 год)

Эта фигура (Рис.7) выражает мировое политическое статус кво, существовавшее до начала 90-х годов. Затем выражение "физиономии" мирового зла стало меняться.
Рис. 38

На азурическое острие поставил себя американо-британский альянс. Объединённая Европа заняла место на верхнем правом острие. Россия оказалась вытолкнутой в некое "промежуточное" пространство, где её тянут на свою сторону две полярные силы.

В последние 2-3 года наметилась следующая перемена в этом прафеномене зла.

Интересно ещё отметить, что существование прафеномена косвенно почувствовано аналитиками спецслужб. Авторы гигантского трехтомника "Третий проект" удачно назвали его "сообществом тени ".Будучи, однако, материалистами и марксистами,они, интерпретируя его, впали в метафизический материализм. По их мнению,стремящееся к господству над человечеством "сообщество" является "сверхразумом", возникшим в виде некоего "мегакомпьютера", ячейками которого "являются интеллекты людей".

 
8. Основания для оптимизма

Перед лицом беспримерной гипертрофии зла человек легко впадает в пессимизм. Переживая себя "малой крепостью", он наблюдает, как со всех сторон теснят его целые полчища каких-то непонятных нашественников. Он начинает искать союзников: в семье, в друзьях, в единомышленниках, в партиях, идеологиях, конфессиях, — но повсюду встречает все тот же дух нашествия. Сбитый с толку, он забывает о главном —искать союзника в самом себе, в своем Я. Тут ему могли бы прийти на помощь ясная мысль, чистое чувство и свободная, и оттого крепкая, воля. Когда они действуют вместе и гармонично, то проясняются смысл и значение всего существующего, в том числе и самого человека. И тогда, вместо того, чтобы искать внешние подпорки, человек самого себя начинает переживать как мировую опору.

В трудном положении вряд ли следует начинать с вопроса: почему в мире так много зла? Прежде лучше постараться узнать, что он такое по существу — этот мир? Куда он движется? Чем он движется и движется ли вообще? И тогда, если ищущему удастся познать истинные истоки бытия, то узнает он и о том, чем он сущностно движется сам.

У Рудольфа Штайнера, как мы уже цитировали, сказано, что, наравне с даром Мистерии Голгофы, пройдя через которую Бог наделил все земное бытие безграничной силой одухотворения, обожествления, также и грехопадение следует рассматривать как дар, благодаря которому человек может обрести свободную волю.

Поняв и приняв оба дара как составляющие своей земной судьбы, человек, вместо того, чтобы терять себя, эгоистически замыкаться в себе, может попробовать понять основания, в силу которых имеет смысл любить мир. В этой позиции "вместо того, чтобы просто глазеть на мир, несущий в счастье или в несчастье Я на своих волнах, человек обретает такое Я, которое активной волей определяет свою судьбу; вместо того, чтобы наталкиваться на мир, о который разбивается Я, начинают чувствовать себя связанными с мировым свершением" (ИПН. 26, S. 44).

В мировое свершение человек включен в силу закона причинно-следственной связи. Она объединяет цепь земных воплощений человека в единое целое, в котором жизнь и смерть, добро и зло играют роль "наковальни" и "молота", с помощью которых куется индивидуальное сознание, самобытие человека в автономном Я — "Сампо" финской мифологии.

Интеллектуализм невозможен без эгоцентризма, поэтому он разделяет людей. Однако в нем впервые возникает наисобственнейшее достояние человека. Чем больше в мире интеллектуализма, тем меньше люди ищут спиритуальное, тем больше отчуждения и антисоциальных инстинктов. Поэтому проблема заключается в том, как, оставаясь интеллектуальным, стать социальным существом. "Мы все больше будем приближаться к истине, — говорит Рудольф Штайнер, — которая как высшая мораль должна вписаться в человеческую душу — если будем поступать следующим образом: когда мы видим в мире зло, то не следует говорить: здесь зло, и следовательно — несовершенство, но спросим себя: как могу я развиться до понимания того, что это зло в высшей взаимосвязи с истиной, пребывающей в Мироздании, будет обращено в добро? Как мне достичь того, чтобы сказать себе: ты видишь здесь несовершенное, а это происходит оттого, что ты не в состоянии видеть совершенное в этом несовершенном?" (ИПН. 112, 28 июня 1909).

Иными словами, мертвящее действие интеллекта, а вместе с тем, и порождаемое им зло начинают преодолеваться через огонь сердца. Когда ум и сердце начинают действовать вместе, то воля становится позитивно активной. Высшее добро в мире есть Христос, и человеку дано познавать Существо Христа, приобщаться к мудрости. Идя таким путем, он спасает не только себя, но даже люциферических существ, — спасает через познание Христа. И тогда все впавшее из-за люциферического искушения в грех обращается в добро, в благодеяние. Только не следует думать, что познание то легко, элементарно. Самим Богом сказано: "Невозможно не прийти соблазнам, но горе тому, через кого они приходят" (Лк. 17, 1).

Такова, если угодно, антиномия земного бытия. Века бьется человеческая мысль, христианское жизневоззрение над ее разрешением. Временами тут жизнь помогает познанию, временами познание — жизни. Образ, живой пример нередко помогают тут пониманию, как разрешается неизреченная тайна противостояния добра и зла. Федор Михайлович Достоевский в романе "Братья Карамазовы" описывает живой процесс претворения старцем Зосимой зла в добро. Приведем для наглядности один фрагмент из этого романа. Это сцена, где Зосима беседует с пришедшими к нему за советом людьми.

"А старец уже заметил в толпе два горящих, стремящихся к нему взгляда изнуренной, на вид чахоточной, хотя и молодой крестьянки. Она глядела молча, глаза просили о чем-то, но она как бы боялась приблизиться.

— Ты с чем, родненькая?

— Разреши мою душу, родимый, — тихо и не спеша промолвила она, стала на колени и поклонилась ему в ноги.

— Согрешила, отец родной, греха моего боюсь.

Старец сел на нижнюю ступеньку, женщина приблизилась к нему, не вставая с колен.

— Вдовею я, третий год, — начала она полушепотом, сама как бы вздрагивая. — Тяжело было замужем-то, старый был он, больно избил меня. Лежал он больной: думаю я, гляжу на него - а коль выздоровеет, опять встанет, что тогда? И вошла ко мне тогда эта самая мысль...

— Постой, — сказал старец и приблизил ухо свое прямо к ее губам. Женщина стала продолжать тихим шепотом, так что ничего почти нельзя было уловить. Она кончила скоро.

— Третий год? — спросил старец.

— Третий год. Сперва не думала, а теперь хворать начала, тоска пристала.

— Издалека?

— За пятьсот верст отселева.

— На исповеди говорила?

— Говорила, по два раза говорила.

— Допустили к причастию-то?

— Допустили. Боюсь: помирать боюсь.

Ничего не бойся, и никогда не бойся, и не тоскуй. Только бы покаяние не оскудевало в тебе — и все Бог простит. Да и греха такого
нет и не может быть на всей земле, какого бы не простил Господь воистину кающемуся. Да и совершить не может совсем такого греха великого человек, который бы истощил бесконечную Божью любовь. Али может быть такой грех, чтобы превысил Божью любовь? О покаянии лишь заботься непрестанно, а боязнь отгони вовсе. Веруй, что Бог тебя любит так, как ты и не помышляешь о том, хотя бы со грехом твоим и во грехе твоем любит. А об одном кающемся больше радости в небе, чем о десяти праведных, сказано давно. Иди же и не бойся. На людей не огорчайся, за обиды не сердись. Покойнику в сердце все прости, чем тебя оскорбил, примирись с ним воистину. Коли каешься, так и любишь.А будешь любить, то ты уж Божья... Любовью все покупается, все спасается. Уж коли я, такой же, как и ты, человек грешный, над тобой умилился и пожалел тебя, кольми паче Бог. Любовь такое бесценное сокровище, что на нее весь мир купить можешь, и не только свои, но и чужие грехи еще выкупишь. Ступай и не бойся.

Он перекрестил ее три раза, снял с своей шеи и надел на нее образок. Она молча поклонилась ему до земли. Он привстал и весело поглядел на одну здоровую бабу с грудным ребеночком на руках".

Таков религиозный жизненный опыт. Антропософия дополняет его тем, что в тайны бытия вносит свет познания, без которого, в том же романе Достоевского, ничего не могут поделать с собой члены сложного семейства Карамазовых и их окружение. Именно интеллектуальная беспомощность обращает одних из них к нравственному цинизму, других — к материализму, ввергает в хаос и грех. Ибо, несмотря на все различия в характерах, все они обладают одним новым свойством: они хотят знать об основаниях нравственности. В таком знании человечество получает третий Божественный дар: знание о реинкарнации и карме. В нем — разрешение вопросов, разрушающих душу Ивана Карамазова.

Без этого знания, конкретного духовнонаучного (а не в виде популярной, ставшей необыкновенно модной мистической болтовни), современный человек словно бы "зависает" в некой мертвой, "латентной" точке эволюции, от которой можно идти как назад, к животному состоянию, так и вперед: к мудрости и любви. Чтобы дать людям силы преодолевать такие "мертвые" точки бытия, Антропософия освещает его большие, мировые связи. Тогда познание становится в нас силой. Мы познаем, что реально движет человеческим оптимизмом, что действует в нас как инстинктивная мудрость, как врожденная склонность к добру еще задолго до того, как мы начинаем понимать тайны бытия.

В одной из лекций Рудольф Штайнер говорит: "В четвертой послеатлантической культуре (греко-латинской) Христос Иисус развил, исходя из смерти, Импульс для земного человечества. Можно сказать так: исходя из последовавшей тогда смерти возникло все то, что потом влилось в человечество. Подобным же образом человечество пятой (т. е. современной) культурной эпохи, исходя из зла — как ни удивительно и парадоксально это звучит, — будет приведено к обновлению Мистерии Голгофы. Переживанием зла (т. е. последствий грехопадения. — Авт.) будет вызвано то, что Христос явится во втором Пришествии, как в четвертой культуре Он явился благодаря смерти" (ИПН. 185, 25 октября 1918).

Поэтому исходя из духа эзотерического Христианства, где Любовь всегда взаимодействует с Мудростью, говорится: "Величайшую вину возложили на себя убившие Христа. Здесь сходятся величайшее целение и глубочайшая вина... Здесь глубочайшая тайна" (ИПН. 175, 3 апреля 1917). Нашими рассмотрениями мы старались приблизиться на шаг к её разгадке.

"И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону. Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают" (Лк. 23, 33—34).

 
Список литературы

40. Т.А.Бакунина. Русские вольные каменщики. Париж, 1934, стр. 35.

41. Газета "День", №2, 1992.

42. Газета "День", №28, 1992.

43. Газета "День", №30, 1992.

44. Там же.

45. Газета "День", №31, 1992.

46. Газета "День", №45, 1992.

47. Газета "День". №29, 1992.

48. Газета "День", №4, 1992.

49. Там же.

50. Газета "День", №6, 1992.

51. Газета "День", №4, 1992.

52. Газета "День", №5, 1992.

53. Там же.

54. Там же.

55. Газета "День", №6, 1992.

56. Газета "День", №11, 1992.

57. Газета "День", №13, 1992.

58. Газета "День", №15, 1992.

59. Richard Graf Coudenhove-Kalergi, Weltmacht Europa. Stuttgart, 1971, S. 56.

60. Ibid., S. 57.

61. Ibid., S. 9.

62. Газета "День", №17, 1992.

63. Газета "День", №38, 1992.

64. Газета "День", №28, 1992.

65. Газета "День", №26, 1992.

66. Газета "День", №38, 1992.

67. Журнал "Гиперборея", Вильнюс. Изд. "Фраварти", 1991* стр. 41.

68. Журнал "Милый Ангел", Москва. Изд. "Арктогея", 1991, стр. 2.

69. Газета "День", №10, 1992.

70. "Милый Ангел", стр. 24.

71. Там же.

72. Там же, стр. 64.

73. Там же, стр. 65.

74. Там же, стр. 79-80.

75. Там же.

76. Там же, стр. 67-69.

77. Журнал "Москва", №11-12. 1992, стр. 153.

78. Газета "День", №34, 1992.

79. Там же.

80. Газета "День", №1, 1993.

81. С.Кара-Мурза. Уничтожение России. Журнал "Наш современник", №1, 1993, стр. 133.

82. Газета "День", №1, 1993.

83. С.Кара-Мурза. Уничтожение России, стр. 136.

84. Там же, стр. 140.

85. Г.Климов. Протоколы советских мудрецов, стр. 152, 40, 33.

86. "lnfo-3", №10, 1992.

87. Цитир. по публикации в "Литературной газете", 23 марта, 1988.

88. Журнал "Наш современник", №2, 1993, стр. 156.

89. Журнал "Гиперборея", стр. 76—77.

90. Газета "День", №26, 1992.

91. Газета "День", №18, 1992.

92. Там же.

93. Там же.

94. Газета "День", №15, 1991.

95. Газета "Московский комсомолец", 15авг., 1992.

96. "Deutsche Wochenzeitung", 27 nov., 1992.

97. Г.Климов. Протоколы советских мудрецов, стр. 248-249.

98. Volkfried Schuster, Historische Schriftreiche, Bd. IV, Viatis Verlag, Dornach, 1982, S. 58.

99. Газета "Московский комсомолец", 9 дек., 1992.

100. Журнал "Наука и религия", №6—7, 1992.

101. Журнал "Наука и религия", №9, 1992.

102. Там же.

103. Журнал "Наука и религия", №6—7, 1992.

104. Там же.

105. Журнал "Наука и религия", №8, 1992.

106. "Минувшее", альманах №6, 1988. Париж. Изд. "Atheneum", стр. 28. С 1992 г. альманах переиздается в Москве.

107. "Toronto Star", 26 nov. 1991.

108. "Минувшее", стр. 52.

109. Там же.

110. "Mitteilungen", №82, 1977.

111. Flensburgerhefte, №32, S. 133.

112. Bernhard Crom, Anthroposophie und Christentum, Munchen, 1989.






ПРИЛОЖЕНИЕ I


S.C.R.

 
"ВСЕМИРНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ДОГМЫ
О "ТЕЛЕСНОМ ВОЗНЕСЕНИИ МАРИИ",
ПРОВОЗГЛАШЕННОЙ 1 НОЯБРЯ 1950 ГОДА,
И ЕЕ ОККУЛЬТНЫЕ ПОДОСНОВЫ*

1956

 
Введение

Первого ноября 1950 г. на площади Петра в Риме, в присутствии почти всех высших сановников церкви и миллионной толпы народа папа Пий XII возвестил миру догму о телесном вознесении Марии на небо. С тех пор примерно для 400 млн. людей на земле эта догма является непреложным догматом веры, в котором они не смеют сомневаться, не смеют пытаться понять его смысл. Миллионы некатоликов приведены подобным всемирно-историческим событием в замешательство, они не знают, что с ним делать, не знают, что о нем сказать. Тысячи людей спрашивают себя: для чего принята такая догма? В чем ее глубинный смысл? Почему она принята именно теперь, а не в далеком прошлом?

* Печатается с небольшими сокращениями.

Ведущие в среде протестантов люди считают догму "неприемлемой", поскольку она "не совместима с текстом Библии" и противоречит истине; ее содержание не выводимо из Библии; она провозглашена в силу чисто оппортунистических соображений. Провозгласив эту догму, папа, фактически, отошел от существовавшего до сих пор принципа, что "истинно католическим является только то, во что верят повсюду, всегда и все". Догма вообще не имеет никакого обоснования в провозвестии апостолов и потому представляет собой принципиальный отход римского первосвященника от послушания апостолам нашего Господа Иисуса Христа. Лозунг: "Через Марию ко Христу" в действительности лишь затемняет путь, указанный Богом людям для их спасения.

Лютеранские епископы назвали поступок папы губительным и прискорбным для всех христиан, ибо эта догма не может быть подтверждена ни Священным Писанием, ни свидетельствами раннехристианских отцов церкви.

Однако как протестантам, так и всем другим придется смириться с новым установлением, ибо сил для протеста, для, как говорит Майстер Экхарт, "религиозного возмущения" больше нет; а той единственной силы, ведущей к познанию истины через сверхчувственное познание, и потому способной противостоять неправде, никто больше не ищет. И вот получается, что заниматься исследованием догмы, ее смысла и предназначения остается лишь ученикам Рудольфа Штайнера, которые от Духа Эпохи имеют задачу разобраться с намерениями и целями, преследуемыми новой догмой, разгадать ее истинную суть и в результате из познания действительности образовать духовный, выравнивающий создавшееся положение противополюс. Духовным ученикам Рудольфа Штайнера следует, как он сам говорил, чувствовать себя стражами определенных, особенно значительных процессов развития человечества. Им надлежит становиться проницательными наблюдателями того, что происходит в мире, а не следовать за происходящим пассивно. (...)

Занимаясь критическим анализом догмы, мы ни в коей мере не предполагаем излагать наши личные взгляды и мнения; читатель будет иметь дело лишь с показом и характеристикой фактов. (...)

Но прежде, чем мы займемся самой догмой, необходимо рассмотреть крайне значительный феномен явлений Марии и порожденное ими в мире движение приверженцев Марии, марианян (Marianen-Bewegung). Не сделав этого, догмы не понять, поскольку явления Марии, Движение марианян и новая догма образуют единое целое. В основе всех трех феноменов заключена одна задача, общее целеполагание. Поэтому сначала мы обратимся к явлениям Марии.

 
1. О том, как возникла проблема Марии в наше время

Кто внимательно знакомился с католической литературой и прессой 1945-50 годов, должен был заметить, что в тот период там повсюду - в текстах, в иллюстративном материале - на передний план со все возрастающей силой выдвигалась мысль о Марии. Католический мир Средней Европы из года в год все больше и больше ориентировался на проблему Марии, и в конце концов она была возведена в ранг центральной проблемы католической церкви. Мариологическая - как она была официально названа - литература становится с того времени столь обширной, что ее почти невозможно обозреть. (...)

Концентрация на мысли о Марии является составной частью большого церковного движения, которое за последние более чем 100 лет заявляет о себе во все возрастающем почитании Марии, в провозвестии Марии и поклонении Марии. В 1854 г. была принята догма о непорочном зачатии, в 1950 г. - о телесном вознесении. Обе эти даты и обозначают период наибольшего расцвета указанного движения. Сильнейшим импульсом для концентрации мысли на Марии послужили неожиданные так называемые (чудесные.- Перев.) явления Марии в 1948-49 гг. в разных местах Европы, в том числе и в Западной Германии. Католические журналы, ежедневная католическая пресса уделяли им просто колоссальное внимание. В ежемесячнике "Шпигель" сообщалось, что, "начиная с 1931 г., христианской церковью зарегистрировано 300 явлений Марии и много тысяч чудесных исцелений".

Особое место во всем ряду явлений Марии занимает то, которое произошло осенью 1949 г. возле Герольдсбаха в Средней Франконии (Германия.- Перев.). Согласно сообщениям наиболее авторитетных католических газет, сначала трем, а потом семи девочкам в возрасте от 9 до 12 лет в березовой роще возле Герольдсбаха* явилась Мария в белом одеянии, окутанная покровом. Как только о том событии стало известно, множество народа - называют цифру в 40 тыс. - стало собираться на том месте. До глубокой ночи, в дождь и снег люди стояли там с непокрытыми головами, перебирая четки, в страстной надежде на то, что явление повторится. Кое-кто простаивал в молитве до пяти утра. И вот 8 декабря 1949 г. перед многими тысячами моливших о повторении, как его назвали, "солнечного чуда", оно повторилось. Оно повторилось буквально так же, как в 1917 г. в Фатиме, в Португалии, где его наблюдало 70 тыс. человек; а до того Мария явилась там трем детям, пасшим стадо.

* Название местечка в переводе означает Ручей герольдов (Прим. перев.)

Характерно, что все явления Марии сопровождаются провозвестиями апокалиптического характера, в которых людям настоятельно указывается на большое значение молитвы с четками,** покаяния и настроения искупительной жертвы. Все нити новых явлений Марии сходятся, по сути, на фатимском чуде. О явлениях Марии в Фатиме в 1917 г. написана обширная литература, по-преимуществу католическая.

* В католической терминологии "Rosenkranz" (венец из роз) означает "четки". Речь тут идет о сборнике молитв, которые рекомендуется читать с четками, чтобы вести их счет В передачах новых радиопрограмм "Благовест" и "София" говорят по этому поводу о "молитвах розария" или просто о "розарии" (Прим. перев )

 
2. Явления Марии в Фатиме

Согласно описаниям большинства католических авторов, явление происходило так: вблизи маленькой португальской деревушки Фатима 13 мая 1917 года (заметим попутно, что в тот же день будущий папа Пий XII был возведен в сан епископа), "при необычных обстоятельствах и сопутствующих явлениях" трое детей в возрасте 7, 9 и 10 лет, пасших овечье стадо, узрели необыкновенно прекрасную, серьезную, но одновременно дружелюбную даму в возрасте 15-18 лет, которую они, не зная ее имени, тут же приняли за Мадонну. Явление обещало детям прийти снова и говорить с ними. В следующий раз оно предсказало детям, что их ждут большие внешние и внутренние потрясения, а двое из них вообще скоро умрут, и все именно так и случилось. Явление настоятельно просило детей молиться и приносить жертвы во искупление грешного мира, ради примирения с Богом и чтобы доставить удовлетворение сердцу Марии. Что явление затем стало широко известно и привлекло к себе огромное внимание, разумеется само собой. Явление сообщило детям, когда оно произойдет в последний раз и явит чудо, дабы подтвердить свой небесный характер. Было названо 13 октября 1917 года.

В назначенный день собралась толпа в 70 тыс. человек. Среди пришедших были представители власти, юристы, ученые. И что же произошло на этот раз? - Как рассказывают очевидцы, началось "представление", за которым толпа следила затаив дыхание. "Солнце" на небе вдруг начало выбрасывать во все стороны снопы огня и, подобно огненному колесу, бешено вращаться. Небо, земля и люди стали попеременно погружаться в море то желтого, то синего и зеленого, то красного и фиолетового цветов Потом Солнце начало зигзагообразными прыжками обходить Землю; создалось впечатление, что оно грозит растолочь людей в порошок. Из толпы с воплем вырвалось "Аве Мария", все упали на колени прямо на мокрую после дождя глинистую почву. Солнце еще какое-то время продолжало таким образом свой путь, а потом вернулось на прежнее место. Все представление длилось 10 минут. Как только оно кончилось, ураганом из уст людей вырвалось кредо: "Я верую..."

Далее рассказывают, что во время этого явления дама открылась детям как королева четок (розария) и высказала им несколько своих пожеланий. Одно из них было такое: "Жертвуйте собой ради грешников и часто повторяйте, особенно, когда вы приносите жертву: О Иисус, из любви к тебе, ради обращения грешников и искупления оскорблений, нанесенных непорочному сердцу Марии". В другой раз она якобы сказала: "Я хочу, чтобы мир был посвящен моему непорочному сердцу, и чтобы причастие искупления совершалось в первую субботу каждого месяца".

Во время своего последнего явления, состоявшегося 13 октября 1917 г., она будто бы сказала100 - о чем впервые стало известно лишь в 1939 г. от одного из трех детей, оставшегося в живых: - "Если мои просьбы будут исполнены, то Россия обратится и станет мирной, если же нет, то враждебная вере пропаганда распространит в мире свои заpблуждения.* Она вызовет войны и преследования,красный орден многие добрые люди примут мучения, много пострадает святой отец (т.е. папа.- Перев.); многие нации будут истреблены, но в конце восторжествует мое непорочное сердце". Последняя часть откровения, где, как говорят, содержится особенно много сообщений и обещаний, должна быть оглашена в 1960 г.

* Заметим, что это сказано до большевистского переворота И потому, о каком "обращении" здесь идет речь. (Прим. перев.)

Лишь 31 октября 1942 года, то есть 25 лет спустя, через папу Пия XII, который весь род человеческий посвятил непорочному сердцу Марии, явления Марии были санкционированы церковью. В день 33-летия фатимских явлений папа в своем радиопослании обратился к полумиллиону собравшихся в Фатиме на молитву и покаяние людей, в котором сказал: "Мы хотим создать колоссальный хор молящихся и кающихся людей". С этого времени Фатима стала значительнейшим местом паломничества для всего католического мира. Ежегодно многие тысячи людей со всего мира устремляются в Фатиму, чтобы, приняв участие в "святой исповеди и причастии", внутренне соединиться с фатимской вестью о молитве с четками и с настроением искупительной жертвы.

 
3. Какое значение имеет движение марианян в мире?

Фатима стала не только самым значительным местом паломничества католиков, но одновременно духовным средоточием распространенного во всем мире Движения марианян. Оно теперь существует в каждой стране, где живут католики. Число членов Движения исчисляется многими миллионами. Однако мировая общественность знает о нем крайне мало.

В каждой стране Движение марианян имеет свое название. Так, в Португалии, на родине Движения, оно называется "Голубая армия Марии", в Польше - "Milita Immaculata", в Италии - "La Crociata Mariana", в Ирландии - "Le-gio Mariae" (Легион марианян), в память о римских легионах, по подобию которых построено и структурировано Движение. В ФРГ Движение марианян называется "Евхаристической жертвенной общиной ЕМО", центр которой находится в Баварии. Всеобщее Движение марианян в мире называется его членами "Великой армией марианян"; все его нити ведут в Фатиму.

А теперь зададимся вопросами: каковы суть, цель и значение Движения марианян в мире? Имелось ли что-то подобное ему в прошлом? Прообразом современного Движения марианян является основанная в 1563 г. фламандским иезуитом Иоанном Лёни "Конгрегация марианян", целью которой было обновить и усилить церковную жизнь, а также локализовать движение Реформации в мире. Конгрегация представляла собой великолепное орудие в борьбе иезуитов со свободой веры и совести и с реформаторскими импульсами. В ее состав сначала входили преимущественно члены высших сословий, вплоть до князей. Своим успехом, как свидетельствуют католические источники, Конгрегация марианян в прошлые столетия была целиком обязана преданности своих членов Марии, почитанию всеблаженнейшей Девы, но прежде всего - "соблюдению еженедельной исповеди и ежемесячному причащению".

На самом же деле успех Конгрегации обеспечивали главным образом хорошо продуманная организация и умное руководство, оставшееся целиком, вплоть до отдаленнейших разветвлений, в руках ордена иезуитов, включая, так сказать, "первоклетку" "Prima Primaria" в Риме. Далее успех обеспечивала определенность целей и средств, употреблявшихся для достижения поставленных целей. Д-р Карл Фекс в брошюре "Для чего сегодня существует посвящение Марии?" пишет: "Неисчислимы конгрегации марианян, которые в прошлые столетия основывались после восстановления ордена иезуитов. Все поколения, все сословия имели свои конгрегации. Можно даже утверждать, что лишь небольшое число католиков не прошло тогда через школы конгрегации марианян и не избрало Марию в свои патронессы и не обратилось к ее высокому прообразу".

Итак, можно сказать: современное Движение марианян представляет собой, по сути, не что иное, как возвращение к жизни, возобновление опробированных уже 400 лет тому назад конгрегации марианян. Они образуют духовную основу нового Движения, которое является не чем иным, как все теми же конгрегациями, но раздутыми до гигантских размеров. И событие в Фатиме есть не более, чем средство для трансформации старых целей, их новое одеяние. Как прежде, так и теперь задачи и цели остались все те же; они лишь увеличились в размере, стали всеобъемлющими.

В чем заключается всеобъемлемость задач и целей Движения, если их сргвнить с тем, чего хотели старые конгрегации марианян? Католические авторы заявляют по этому поводу, что Движение марианян - это великая армия Марии. Его "цель состоит в том, чтобы, исходя из фатимского явления, стать генеральной мобилизующей силой всего католицизма и поставить себя на служение апостолату, т.е. служить всем акциям католицизма". Оно есть "инструмент в борьбе против открытых и тайных врагов католической церкви, а также против лжеучений и всех видов ереси". Движение марианян представляет собой "движение крестового похода", величайшее, могущественнейшее, ведущее войну войско католической церкви (читай: иезуитизма), которая с его помощью достигает своих целей: рекатолизацию, или возврат всех, кто когда-либо в Европе, а также и в России порвал связи с католической церковью, в ее лоно.*

* Источники приведены в конце статьи (Прим. перев.)

Управление, руководство Движением марианян целиком находится в руках иезуитов. Ими определяются его движущие силы и целеустремленность. Примыкающие к движению обязаны давать торжественную клятву, подобную той, что дается в ордене иезуитов. Они торжественно обещают всю свою жизнь, т.е. все мысли, чувства, поступки поставить на служение Марии, иными словами - церкви, и отказаться ради Марии - т.е. церкви - от всякого самоволия. Каждый член "Армии Марии" должен, как солдат, полностью подчинить себя стремлению церкви объединить всех людей под куполом собора Петра в Риме.

Торжественное обещание членов "Голубой армии" в Португалии звучит так: "Мария, моя Мать и Королева, я посвящаю себя Твоему непорочному сердцу. Для спасения России (!), мира в мире, ради искупления нанесенного Твоему непорочному сердцу бесчестия и грехов, оскорбивших Бога, я обещаю Тебе: 1. Каждый день приносить Тебе мою жертву, в особенности исполнением долга, определенного моим сословным положением; 2. Ежедневно совершать молитвы "розария" с четками; 3. В знак моего посвящения твоему непорочному сердцу носить Skapulier** горы Кармель; 4. Особым образом посвящать Тебе первую субботу каждого месяца.

** Перевязь, наплечник - род амулета; гора Кармель находится в Палестине, от нее произошло название ордена кармелитов. (Прим. перев )

Своим обещанием я хочу помочь расширению Твоего Царства и исполнению призывов, с которыми Ты в Фатиме обратилась к миру".

Имеются и другие, еще более строгие обещания, связанные с определенными задачами; приносятся клятвы, дающие большие оккультные силы, и от них потом крайне трудно освободиться. (...)

 
4. Смысл и значение догмы о телесном вознесении Марии

Провозглашение 1 ноября 1950 г. догмы о телесном вознесении Марии образует своего рода пик, увенчание Движения марианян. Ею как бы завершается старый спор и одновременно полагается начало новому спору церкви со всеми другими мировоз-зрительными течениями: со лжеучениями. Значительна уже сама дата, когда догма была провозглашена, и значительно ее содержание, где говорится: "Это есть богоот-кровенная истина веры, что непорочная Богоматерь и вечно юная Дева Мария по завершении Ее жизненного пути была с телом и душой взята в небесную славу". Молитва, которую Пий XII дал по случаю провозглашения новой догмы, звучит так: "Мы веруем со всем усердием нашей веры в триумфальное взятие Твоей Души и Твоего Тела на Небо, где Ты, как Королева, господствуешь над всеми хорами ангелов*** и сферой святых."

*** "Хоры ангелов" образуют, согласно католической традиции, девять иерархий божественных существ - от Ангелов до Серафимов. Речь таким образом идет о человеческом существе повелевающем Серафимами. (Прим. перев.)

Послушаем, что о догме говорит иезуит Хиллиг, чья статья была опубликована в № 10 за 1950 г. журнала "Голоса времени". Он приводит ее в связь с догмой о непорочном зачатии, принятой 8 декабря 1854 г., и догмой о непогрешимости папы, принятой 17 июля 1870 г. "Церковь, - пишет далее он, - 80 лет молчала, прежде чем папа, наместник Бога на земле, возвестил новую догму. Но ее содержание ни в коем случае не ново. С VI-го столетия она раскрывается и живет в церковном сознании веры, в древней литургической традиции византийской, восточной церкви. * (Выделено нами - Перев.)". Что в Священном Писании, заявляет далее Хиллиг, нет прямого указания на вознесение Марии, католиков не удивляет, поскольку это свидетельствует о фрагментарном характере самого Нового Завета. Важнейшим в догме является ее обращенность к Марии. Как вера и любовь к непорочному зачатию Марии способствовали обретению католицизмом новой полноты и уверенности, так новая "дефиниция" Марии обращает взор на Ту, которая среди женщин - Богородица. Человечество предчувствует истину в своих мифах и сказках, где говорится, что избавить от всего дурного может лишь девственница; и такой девственницей является Мария. Она - безгрешное творение, такое, каким человек - должен стать. И тут иезуит Хиллиг приподнимает покров над истинной целью догмы, говоря: "Все бедствия порождаются грехом, а все грехи коренятся в одном: мятеже". Под "мятежом" же, конечно, он подразумевает протест самосознающей личности против церковной опеки. Хиллиг открыто пишет об этом: "В Марии церковь противопоставляет прометеевскому (значит, фаустовскому) человеку другого, который угоден Богу (читай: церкви)". Церковь провозглашает Марию спасительницей от грешного прометеевского современного человека, подчеркивая детскую послушность Марии, совершенное смирение, детскую преданность воле отца. Мария - чистая девушка, служанка (Magd). Бог благословляет смирение и послушание. Мария - это прообраз, представительница церкви, ее тип. В Марии церковь празднует преодоление всех лжеучений.

* Что это абсолютная неправда, свидетельствуют древние иконы "Успения Богоматери", на которых Христос держит на руках душу Богоматери, а тело остается лежать на Земле, в окружении земных людей (Прим. перев.)

Итак, мы видим, что новой догмой бросается вызов современному человеку. Об этом свидетельствуют еще другие утверждения, что за идеологический хаос наших дней ответственность в первую очередь несет атеистический гуманизм. Предварительное, совершаемое до "исполнения времен" спасение (Vorerlosung) Марии потому столь необходимо, что оно помогает снова указать человеку на его противоречащее всему природопознанию, рационально все еще необъяснимое место в космосе, на его достоинство, величие и особое предопределение. Это, как считают, намного лучше, последовательнее и, поистине, бескомпромиссно по сравнению с застреванием в половинчатости, несущей верующим одни только сомнения. Важно, в первую очередь, преодолеть завышенную оценку разума в делах веры и иметь мужество однажды углубить вызывающую досаду у доктринеров и рационалистов, но несущую исцеление, мистерию, которая выглядит прямо-таки вызывающей в глазах материалистов. В прошлом заблуждениям и лжеучениям церковь противопоставляла непреклонное "анафемствование", т.е. исключение из церкви. Благодаря новой догме о вознесении Марии церковь всем ложным учениям и течениям времени противопоставляет в образе Марии высокий образец всяческих добродетелей и святости. Благодаря новой догме атеизм и безверие потерпели решительное поражение, осуждены на бессилие.

Подобного рода мысли встречаем мы и в пастырских посланиях немецких епископов по случаю новой догмы. В одном из них говорится: "Мы убеждены, что учение о взятии Марии на небо в теле имеет для духовно борющихся людей, даже другой веры, куда большее значение, чем это может показаться на первый взгляд. Что сегодня беспокоит умы - это вопрос о настоящем путеводном образе человека. В тесной связи с ним стоит вопрос о теле и о телесной смерти. Конечно, наша христианская вера дает на него однозначный ответ. И тем не менее представляется важным и необходимым дать этому ответу как бы видимый и осязаемый облик; именно это и происходит с образом Марии. Мария - это человек, каким Бог хотел его видеть первоначально...".

В католической литературе догму о Марии называют величайшим религиозным событием века. Особенно симптоматично в этой связи одно высказывание папского легата кардинала Тедечини, сделанное им в Ирийской лощине (где расположена Фатима - Перев.) по случаю торжеств, завершающих святой год. Он сказал, что 30 и 31 октября и 1 и 8 ноября 1950 г. папа Пий XII был удостоен видения "солнечного чуда"; подобное же приписывается и основателю ордена иезуитов Игнатию Лойоле, 400-летие со дня смерти которого исполнилось 31 июля 1956 г.

На возражение, что благодаря новой догме сам Христос отходит на второй план, авторитетная церковная сторона знает, что ответить. Так, Пий XII, как сообщает "Шпигель" в номере от 16 декабря 1953 года, энергично отверг упреки "обновленцев", что почитание Марии будто бы умаляет достоинство Христа. Он сказал: "Все, что мы делаем для почитания и прославления нашей небесной Матери оборачивается славой для ее божественного Сына".

Иезуит Отто Земмельрот в сборнике статей, вышедшем под общим названием "Телесное вознесение", дает еще такой ответ: "Образ Христа, - скажем смело, - недостаточен, ибо спасение совершается не через одного Христа, Спасителя, без спасаемого человека... Почитанием Марии в некотором смысле гарантируется, осуществляется работа Христа". (...)

Епископ Люксембурга в своем пастырском послании осенью 1947 года, пользуясь той же логикой, говорит: "Разве это не показательно, как сам божественный Спаситель, его Матерь и святые склоняются перед учительством церкви, т.е. перед папой и епископами, дабы истину и достоверность тех явлений поставить в зависимость от этой непогрешимой инстанции и тем уберечь верующий народ от всякого заблуждения и обмана. Христос, Мария и святые добровольно желают подчиниться этому авторитету и его решению". (...)

Первого ноября 1954 года - названного годом Марии, - т.е. через 4 года после провозглашения догмы о телесном взятии Марии на небо, папа Пий XII объявил о царском достоинстве Марии, учредил праздничную литургию "Королева Мария" и праздник, называемый "Мария, Королева неба и земли", который теперь празднуется ежегодно 1 мая. По этому случаю он сказал, что праздник является завершением длительного процесса (...). Царское достоиство Марии послужит основой для посвящения мира сердцу Марии, подобно тому, как царское достоинство Христа является основой посвящения мира сердцу Иисуса. Новое царское достоинство Марии будет непременно закреплено в новой догме, которая объявит Марию "Со-спасительницей".

 
5. Истинные подосновы явлений Марии и связанной с ними догмы

(...) Все описанные до сих пор события необходимо ощутить в их значительности, весомости, не примешивая к ним субъективных мнений. Лишь в таком случае нам удастся распознать истинные подосновы явлений Марии, Движения марианян и новой догмы. При этом необходимо понять, что взаимосвязи этих явлений, а также намерения и цели, преследуемые провозглашением догмы, невозможно постичь без духовнонаучного познания. Лишь с его помощью, точнее сказать, с помощью его метода можно уловить существующие здесь взаимосвязи.

Сначала зададимся таким вопросом: Что означают те две даты: 31октября и 1 ноября 1950, когда была провозглашена догма, в широком историческом контексте? Случайны ли они или являются сознательно выбранными констелляциями?

Год 1950-й отстоит на 33 года - число крайне значительное в эзотеризме - от года 1917, который был судьбоносным для Германии (а особенно для России; и это год фатимских чудес. - Перев.) А далее, если от 1917 г. отнять 400 лет, мы получим 1517-й год. Тогда, 31 октября 1517 г., Лютер приколотил свои 95 тезисов к дверям замковой церкви в Виттенберге и тем вызвал к жизни колоссальную духовную революцию, в которой выразилась борьба за освобождение способной отвечать за саму себя личности из оков церкви и духовенства.

А каким образом прежний Лютер стал Лютером Реформации? Рудольф Штайнер в одной из лекций рассказывает: "В 1510 г. Лютер посетил Рим. В те времена считалось особой заслугой подняться по церковной лестнице (собора Петра) на коленях. В один из дней, когда он в очередной раз таким вот образом поднимался в церковь, у него возникло внутреннее переживание, в котором ему было сказано: "Справедливости ищи в вере". Услышанное находилось в острейшем противоречии с тем, что ему приходилось делать. Потому-то он и стал Лютером 1517 года".

Мы можем выразиться так: в Лютере в тот момент, благодаря внутреннему переживанию, родилась самостоятельная совесть, свобода мысли пробужденной личности. Своим действием он выразил импульс, созревший в широчайших кругах рядового духовенства, и первым внес в сознание эпохи идею свободной духовной жизни. Во французской революции (хотя и крайне хаотически, как это подчеркивает Рудольф Штайнер) на поверхность пробилась идея правового равенства людей, чего уже раньше требовали крестьяне во время Крестьянской войны в Германии (1524-26), смысла которой Лютер, к сожалению, не понял. С того времени человечество ждет, собственно говоря, третьей революции, или реализации идеи братства в хозяйственной жизни.

Рудольф Штайнер был тем человеком, который, возвестив в 1917 г. идею тройственного членения социального организма, приблизил эту давно ожидаемую революцию сердца и воли. Идеи свободы, равенства и братства, столь мятежно заявившие о себе в 1517 и 1789-90 гг., могли бы быть путем осуществления идеи тройственного членения социального организма сведены в предопределенное им гармоническое единство. Идея свободы в духовной жизни, идея равенства в правовой жизни, идея братства в хозяйственной жизни должны были в 1917-18 гг. быть восприняты с не меньшим воодушевлением, чем 95 тезисов 1517 года или идеалы свободы, равенства и братства 1789-90 годов. То, что этого не произошло, является самым трагическим упущением немецкой истории, сравнимым разве что с трагизмом еврейской истории в момент Мистерии Голгофы. В вакуум, образовавшийся в Средней Европе благодаря этому упущению, тотчас же устремились многократно показанные и охарактеризованные Рудольфом Штайнером антидуховные силы в облике американизма, вильсонизма, иезуитизма и большевизма.

И тут нам следует задаться вопросом: Существует ли, и если да, то какова она, связь между американизмом, иезуитизмом и большевизмом, с одной стороны, и явлениями Марии, Движением марианян и провозглашением догмы о телесном вознесении Марии, - с другой? Скажем сразу, что связь такая существует. Дадим высказаться по этому вопросу двум главным свидетелям, каковыми являются авторитетные умы католицизма. Оба они больше, чем сами того желали, приподняли завесу над тайной взаимосвязанности перечисленных течений.

Первый главный свидетель - бывший тюбингенский министр сельского хозяйства д-р Вайс, который в 1948 г. в Штуттгарте во время манифестации мужчин по случаю дня Троицы сказал: "Спастись в безнадежном, отчаянном положении, в котором находится Средняя Европа, можно лишь в том случае, если с Движением марианян, возникшим в связи с явлениями в Фатиме в 1917 г., соединить крестовый поход мыслящих и кающихся. Мера страданий еще не исполнилась. Перед нами стоит ужасный призрак новой войны, атомной. Однако наибольшая опасность угрожает в сфере религии. Гигантским фронтом движется атеизм, уничтожающий христианскую европейскую культуру. Сеющая смерть гроза скопилась на восточном горизонте, не сегодня-завтра начнется ее истребительная работа. Большевизм и откровения в Фатиме находятся в самой непосредственной связи. (По закону, так сказать, "дурной диалектики". - Перев.). В майские дни 1917 г. Ленин и Троцкий были в пломбированном вагоне вывезены из Швейцарии через Германию в Россию, благодаря чему в октябре 1917г. русский большевизм одержал победу. На христианство в России были наложены оковы и стала нарастать угроза существованию христианской культуры Запада. Но в то же самое время на юго-западе Европы, в Португалии, в Фатиме явилось чудо Марии, которое высочайшей иерархией церкви, самим папой было многократно подтверждено и благословлено. Поэтому никакого сомнения в нем больше быть не может". И еще Вайс сказал, что непосредственная взаимосвязь откровения Марии в Фатиме с одновременными событиями в России выразительно подтверждена самими явлениями в Фатиме. И он сослался на третье провозвестие, полученное в Фатиме, в котором (оно уже цитировалось) говорится: "Если мои пожелания будут услышаны, то Россия обратится и наступит мир; если нет, то Россия распространит свое лжеучение по всему миру и вызовет войны и преследование церквей; многое доброе примет мученическую смерть и будут искоренены разные нации".

Д-р Вайс также сказал, что чудо Марии в Фатиме вызвало преображение взглядов на мир в Португалии и помогло преодолеть враждебное церкви правительство и избежать ужасной войны. Посланничество Богоматери входит в спасительный план Бога. Человечество уже не раз было убережено от беды благодаря помощи Богоматери. "Когда нужда человечества достигла апогея и сами язычники стали уже говорить: Если Бог не придет с неба, то мы погибли, - явилась Мария и через свое "Fiat!" (да будет!) позволила Сыну Божию прийти на Землю. Когда западная церковь снова оказалась в беде, на этот раз из-за ислама, Ее помощью была одержана победа на море при Лепандо (1571), в битве у стен Вены (1683) и, наконец, при Петервордане (1716), Когда началась Реформация, то созданные иезуитами конгрегации марианян возбудили противореформацию и повели ее к победе. Теперь христианство снова в нужде. На этот раз дьявол выставил миллионы, которые под атеистическим водительством пытаются разметать в прах христианскую культуру Запада и знамя Люцифера донести до атлантического побережья. В Фатиме выставлен маяк, который хоры молящихся христиан призывает в ряды Движения марианян и к крестовому походу через молитвы "розария" с четками, совершаемые по субботам Марии".

Другой главный свидетель - руководитель Движения марианян (ЕМО) в Германии, который по обсуждаемому нами вопросу высказал в журнале "Фатимская весть" (декабрь 1950) следующее мнение: "Кто очень сильно желает понять происходящее в наши дни, тому следует однажды вместе с нами вернуться в истории Европы на несколько столетий назад. Тогда для него вспыхнет некий свет и до его сознания дойдет, что года 1517, 1717 и 1917, отстоящие один от другого ровно на 200 лет, обладают всемирно-историческим значением. Слушайте! - взывает он далее к читателям, - когда 31 октября 1517 года Мартин Лютер приколотил к дверям церкви в Виттенберге свои 95 тезисов, то этим было положено начало гибельному расщеплению западного христианства на католическое и протестантское. Разрушение началось с Германии и перекинулось затем в другие страны. Это опасное развитие ввиду медленного действия пропаганды в то время длилось ровно 200 лет и окончилось в 1717 г. В этом году в Англии произошло основание масонства, которое оттуда распространилось по всем странам, в том числе и в Германии. Сторонники этого движения полностью порвали с Христом; у них иное представление о Боге, чем у нас. Этот процесс отпадения от Бога длился опять-таки 200 лет". Заканчивает наш свидетель свою статью словами: "Кто не слеп, может видеть: как только на востоке Европы возник большевизм, Бог (читай: церковь) основал в фатимских явлениях Марии противофронт большевизму. Европе грозит закат, если она не услышит призыв Фатимы образовать народное движение в смысле ЕМО. Призыв этот звучит так: беспрерывно молиться и приносить жертвы".

Немало и других ведущих умов католицизма пишет и говорит об указанной взаимосвязи почти то же самое, что мы процитировали. Однако ни один из них не проронил ни единого слова о том, что масонство Шотландского ритуала, "Серую ложу", основал в 1717 г. иезуит Шевалье Рамзай. Правда, косвенно этот факт признается задающими тон католическими авторами. Когда они описывают конгрегации марианян, то говорят, что их основатели и последующие продолжатели имели перед глазами в качестве подобия масонство. Дословно у них можно прочесть следующее: "Конгрегации марианян в каком-то смысле являются не чем иным, как старым благословенным подобием позднейших масонских лож". Весьма символично, что в праздничной церемонии, устроенной 24 декабря 1950 г. по случаю завершения святого года, папа Пий XII в одеянии каменщика с мастерком в руках заложил три золотых замковых кирпича в арку Святых врат собора Св. Петра и залил их цементным раствором.

Приведенными и подобными им другими высказываниями, поступками, для тех, кто способен фактам давать говорить самим за себя, показываются гигантские перспективы, простирающиеся из прошлых веков в современность. Кто умеет читать между строк, может получить достаточно доказательств, что события в Фатиме, возникновение большевизма, а также провозглашение 14 пунктов Вильсона в январе 1918 года и иезуитизм находятся в непосредственной взаимосвязи. Об этом факте в 1917, 1918, 1919 годах говорил Рудольф Штайнер. Вот одно из его высказываний тех лет: "Кто стремится понять силы, вызвавшие эту катастрофу, обнаруживает примечательную совместную работу американизма и иезуитизма". Об этом же повествует книга Карла Хайзе "Масонство Антанты и мировая война", предисловие к которой написал Рудольф Штайнер. (...)

Сегодня мы знаем, что из брака между американизмом и иезуитизмом возникли как большевизм, так и национал-социализм.

 
6. Что скрывается за фатимским посланием об обращении России

(...) Что означает провозвестие, полученное в Фатиме 13 октября 1917 г., что Россия в конце концов обратится? Что должно означать это обращение (в другую веру - Bekehrung) России? Почему Движение марианян осуществление этого послания сделало своей главной целью? (...)

Подтверждение того факта, что обращение России, т.е. возврат ее в лоно католической церкви является главной целью Движения марианян, или "Армии Марии", мы находим ни у кого другого, как у второго, после папы, по значению кардинала римской курии, у Тиссеранта. Он говорит: "Голубая армия Марии является ответом на требование Девы Фатимской. Она представляет собой своего рода мобилизацию для исполнения совершенно определенной задачи, а именно: обращение народов Советского Союза и их сателлитов". По его мнению, произшедшее в Фатиме есть событие века, отчетливо указывающее на то, что должно было произойти со времени раскола 1517 г.

Уже годами в Федеративной Германии широко распространенные газеты марианян, такие как "Мария побеждает", "Фатимская весть", "Великий зов" и др., постоянно пишут о том, что главная цель "Великой армии Марии", есть обращение и спасение России от безбожия и возвращение ее в лоно католической церкви. Задача "Голубой армии Марии", как там говорится, всеобъемлюща. Она не ограничивается спасением одной России, но всей Европы и даже всего мира. Движение марианян сегодня напоминает то средневековое движение, которое вылилось в крестовые походы. Как тогда призыв: "Этого хочет Бог!" собирал людей на борьбу с турками в Святой Земле, так сегодня через молитвы "розария" с четками, через настроение покаяния и жертвенного искупления собирают людей на борьбу с коммунизмом и лжеучениями.* Папа называет Марию победительницей во всех битвах Бога. Она - помощница в борьбе против безбожия и лжеучений любого рода (включая Православие! - Перев.). Оружием Движения марианян, как этого требуют явления в Фатиме, являются молитвы "розария" с четками, настроение покаяния и спасительной жертвы, т.е. послушность и полная отдача себя на служение Марии (читай: церкви). Это действительно превращено в оружие, в пращу, которой Давид поразил Голиафа, под которым ныне подразумевается Россия.

* С падением большевизма (хотя бы временным) многое тайное становится явным Ибо только теперь и разгорается борьба за обращение России, когда она обратилась к вере. Вера, говорят в Ватикане, да не та! Понятным становится и коллективное осуждение Антропософии на совместной конференции не менее 10 конфессий, состоявшейся в Москве весной 1994 г (Прим перев.)

Каким образом высочайшая инстанция в Риме способствует задачам и целям Движения марианян и задает им направление, становится понятным из двух циркулярных писем Пия XII, от 7 июля и 15 сентября 1952 года, к русскому народу, в которых говорится, что все народы России особым образом посвящаются непорочному сердцу Марии. Во втором из тех писем говорится: "Вы (преследуемые христиане России) пользуетесь особым расположением всеблаженнейшей Девы Марии, любвеобильной и могучей Королевы неба и земли, чьему непорочному сердцу все вы посвящены. Это несомненно обнадеживающее предзнаменование грядущей победы". И далее: "Чтобы всего этого достичь, мы желаем Вас, достопочтенные братья, побудить к коллективной молитве, чтобы Вы всех близких Вам верующих соединяли в молитве и жертве искупления, чтобы наивысшего Бога, который столь тяжко оскорблен, склонить к милости".

Папа призывает народы России молиться с ним, "чтобы все хитрости врагов религии, все их заблуждения и мошеннические козни искоренить; чтобы в особенности те среди Вас, - говорит он, - которые считают себя католиками - хотя пастыри у них отняты, - могли бы бесстрашно и мужественно противостоять нападкам безбожников, если надо, то и до смерти".

В католической литературе все снова и снова подчеркивается, что русская ортодоксальная (слово "православный" на другие языки непереводимо. - Перев.) церковь в не меньшей степени, чем римский католицизм, развивает сильное почитание Марии и даже, согласно новейшим исследованиям, существенно оплодотворяет культ Марии в католической церкви. Поэтому почитание Марии возводит мосты из Рима в Восточную Европу. Благодаря догме о телесном взятии Марии на небо католическая церковь осознает себя по-сестрински связанной с восточной церковью, и восточная церковь, которой хорошо известно содермсание той догмы, чувствует себя в любви к Марии тесно и интимно связанной с римской церковью. (Выделено нами. - Перев.)

В журнале "Голубая армия", центральном органе института "Аве Мария", была опубликована статья Грегора Мак-Мануса под заглавием "Новая Королева для России". Ее перепечатал журнал "Soul" в сентябрьском номере 1955 г. ("Soul", в свою очередь, связан с "Руссише рундшау" - журналом, издаваемом папским Институтом изучения России в Риме.) В статье говорится; "Религиозное преследование в России со временем приведет там к расцвету особенного почитания Богоматери (выделено нами. - Перев.). Это новое почитание свой исходный пункт имеет в обретении в России иконы - изображения - нашей дорогой Жены, Владычицы, Королевы и Божьей Матери. 13 и 26 февраля 1917 года явилась Мария одной домохозяйке по имени Евдоха Агрипова и сообщила ей, что в подвале церкви в селе Коломенское находится образ Божьей Матери. В России, - повествуется далее в статье, - прослеживается параллель между этим явлением и одновременным явлением в Фатиме. Их совпадение усиливается еще больше, если подумать о том, что в 1946 г. святой Отец (т.е. папа - Перев.) послал своего легата в Фатиму, который короновал там статую "Нашей любимой Жены Фатимской",и если вспомнить еще, что папа затем объявил Марию "Королевой мира". В энциклике, посвященной провозглашению Королевства Марии папа еще обращает внимание на подавленные народы России и ее сателлитов". Заканчивает Мак-Манус свою статью словами: "Если будущие историки обратятся к нашему времени, то они назовут его не иначе, как временем "Нашей дорогой Жены "розария и четок" ... более того, мы верим, что они объявят его эпохой "Царства Марии".

Кое-что интересное находим мы и в книге секретаря "Голубой армии" в США Джона М.Хафферта "Россия будет обращена". В немецком издании книги на стр. 222 читаем: "В мае 1946 г. русская девушка Наташа Дерфельден, живущая в эмиграции в Париже, приняла участие в международном конгрессе Марии в Фатиме Она привезла с собой русскую землю и положила ее в святилище. Сестра Люция ( оставшаяся в живых свидетельница явлений в Фатиме) рассказала Наташе, что обращение России произойдет через православную церковь и восточный церковный обряд .. " (...)

В № 11 за 1950 г. журнала "Мария побеждает" говорится, что посвящение папой России непорочному сердцу Марии является решающим для окончательной победы истины (читай: церкви).

В том же журнале содержатся поучительные указания на будущее. Там сказано: "Один из знающих отношения в Риме написал нам: "С почитанием непорочного сердца Марии связаны большие исторические события, которые уже совершаются, а именно: избежание третьей мировой войны, обращение России и ненаступление мировой революции, освобождение народов "церкви молчания" и, наконец, всеобщий, страстно желаемый мир!".

В Фатиме, с прицелом на обращение русского народа и возвращение его в лоно католической церкви, возводится дом "Голубой армии Марии". Освящение его строительства 13 октября 1956 г., в день 39-й годовщины фатимских явлений, совершил уже упоминавшийся кардинал Тиссерант. В том доме будут, помимо 88 помещений и множества спален и конференцзалов, возведены две капеллы - одна для латинского, другая для византийского церковного обряда; так что оба культа можно будет совершать одновременно и постоянно. Благодаря этому цель "Голубой армии" - способствовать внутреннему единству Востока и Запада - получит видимое выражение. Оно будет простираться вплоть до архитектуры, в которой во взаимосвязи даны как римские, так и византийские мотивы.

В том же направлении работает и распространенное католическими газетами сообщение, что Пий XII, несмотря на свои 80 лет, начал изучать русский язык ( а последний папа вообще выбран из славян. - Перев.); в этой связи его сравнивают с Симеоном (Лук. 2,26). Дословно католическая газета пишет об этом так: "Как кажется, наш святой отец желает получить заверение от Бога, что свое "Nuno dimittis ..." (Ныне отпускаешь раба Твоего с миром) он произнесет лишь тогда, когда весь русский народ вернется в церковь и ненавидящий Христа возвратится, озаренный лучом милости, к истине (читай: церкви)".

Что Фатимой преследуются цели, идущие дальше обращения России, можно судить по высказыванию известного американского радиопроповедника, викарного епископа в ФултонШиин, что под Нью-Йорком. Выступая в Фатиме, он сказал: "Наша дорогая Госпожа Фатимская предсказала, что Россия будет обращена. Но и для магометанского мира явления в Фатиме имеют большое значение. Почему возлюбленная Богоматерь избрала именно Фатиму? Нет ли чего-то необычного в том, что эта деревня носит имя сестры Магомета?* В провозвестии нашей возлюбленной Госпожи Фатимской содержится обещание обратить в будущем также и магометанский мир, что содержит в себе предпосылку для установления истинного мира на земле".

* Фатима была четвертой дочерью Магомета, род. в 606 г ; жена Халифа Али, мать Хасан-Хусейна, умершего в 632 г в Медине К ней возводят родословную всех пророков, бывших после Магомета.

Мысль о тесной совместной работе церкви с исламом ради победы над коммунизмом и сближения обеих религий обретает все более отчетливое выражение как с католической, так и с исламской стороны. Точкой их схода является Ватикан.

 
7. К чему сводится мысль о сосуществовании востока и запада?

(...) С некоторого момента все чаще всплывает мысль, что в то время, как католическая церковь пересматривает свое отношение к коммунизму, наметился некоторый поворот и к сосуществованию. Вероятно, как пишут газеты, Общество Иисуса, авангард папства, уже предпринимает шаги, чтобы нащупать тот предел, до которого следует выступать против коммунизма. Главный редактор ватиканской газеты "Оссерваторе романо" Федерико Алессандри обсуждает вопрос о возможном конкордате между Римом и коммунистическим государством и приходит к выводу, что "принципиально невозможным это не является". В подобном же смысле следует понимать заявление, опубликованное 13 февраля 1950 г. в "Фатимском вестнике", где говорится, что "наша возлюбленная Госпожа Фатимская" является "величайшим политиком нашего времени".

Иезуиты, по сути, являются первыми, кто идею о сосуществовании, т.е. духовном сближении Востока и Запада, подхватил и двинул вперед. По сигналу папы, разумеется. Рождественское послание Пия XII в 1954 г. было, как известно, целиком посвящено вопросу сосуществования. В нем он отклоняет "сосуществование в страхе и заблуждении" и выставляет требование "сосуществования в истине", которая одна лишь может дать основание для единения людей.

Австрийский пастор, иезуит Густав Веттер, профессор "Russicum" в папском Институте в Риме, признанный эксперт в вопросах, касающихся Советского Союза, высказывает прямо-таки сенсационные вещи о связи советской философии с католическим образом мыслей. Он прямо заявляет, что между католицизмом и "красной церковью", коммунизмом, имеются не только внешние параллели, но даже "формальное подобие". Его сенсационный тезис звучит так: Бог в некотором смысле коренится также и в диалектическом материализме, только советские философы до сих пор этого не заметили. Противоречия и напряженные места в советской философии придут в конце концов к разрешению и тем подорвут диалектический материализм вообще. Далее Веттер высказывает давно известную осведомленным людям мысль, что "большевизм - это католицизм, вывернутый, как перчатка, наизнанку".

Газета "Слово Люксембурга" в номере от 25 сентября 1951 г. высказывается по поводу данного вопроса так: "Мы не должны забывать, что эта колоссальная динамика мирового коммунизма есть не что иное, как секуляризованная, т.е. превращенная в светскую, идея Царства Божия; она лишь исказилась и стала противобожьей и материалистической".

… немецкий иезуит Клеменс Брокмёллер: ... "Если бы святой Павел смог найти столько точек соприкосновения с богатством идей тогдашнего языческого мира сколько мы католики, находим с мировоззрением большевизма, то он не стал бы медлить с использованием их для христианского провозвестия".

… уже упомянутый Фултонский епископ: "Не сильнее ли, чем Тито и Сталин сегодня преследуют религию, молодой Савл преследовал церковь?" (...)

До сего дня в прессе не умолкают слухи о том, что между Римом и Москвой с ее сателлитами ведутся переговоры о заключении конкордата. Это лишь вопрос времени - когда он будет заключен. Сегодня еще не удобно говорить открыто о сближении или просто о внутренней связи между церковью и коммунизмом, легитимным дитя рожденным от брака американизма с иезуитизмом. Если открыто признаться, что сосуществование между Римом, Москвой и Вашингтоном уже имеет место, то слишком рано пришлось бы раскрыть наличие взаимосвязи между американизмом, иезуитизмом и большевизмом. Опасаясь того действия, какое подобное знание могло бы произвести на мировое общественное мнение, до поры хранят тайну. Мировое общественное мнение необходимо прежде подготовить, чтобы эту взаимосвязь оно приняло как нечто само собой разумеющееся. Понятие сосуществования, взаимопонимания между Западом, Востоком и Югом хорошо служит в настоящее время для маскировки сохранения тайны совершившегося фактически уже в 1917 году сближения между американизмом, иезуитизмом и большевизмом. И тут мы снова вернулись к трагическому, судьбоносному для Германии 1917 году. (...)

Итак мы видим: догматические церковные принципы, естественнонаучный образ мышления Запада и большевизм, все они сходятся в римско-правовом, диалектически абстрактном принципе отрицания духовного. Все три течения возникли из образа мыслей, с которыми в 869 г. на VIII экуменическом соборе в Константинополе был отвергнут дух (трихотомия человеческого существа - Перев.). Оттуда берут свое начало как иезуитизм, так и американизм, и большевизм, а потом подобно Гомункулу, в реторте этих трех антидуховных сил родился национал-социализм. Все три течения представляют собой отрицание духа, отвержение Гетеанизма и фаустовского импульса, игнорирование реальной силы Христа. Между этими тремя антидуховными силами Запада, Востока и Юга оказываются зажатыми Я-импульс немцев и Антропософия.* В духовном импульсе Антропософии и в этих трех силах явлено противостояние света и тьмы, спиритуализма и материализма, Христа и антихриста.

* На востокe роль преследователя Антропософии теперь перекладывают с большевиков на православную церковь по мере все большего проявления в ней сил иезуитизма и американизма (Прим перев )

На этом мы закончим характеристику всемирно-исторического значения акта провозглашения 1 ноября 1950 г. догмы о телесном вознесении Марии и перейдем к другому вопросу, который мы сформулируем так: Имеют ли добрые силы в мире вообще какую-либо надежду, возможность указанные колоссальные антидуховные силы победить? Не обречены ли на неудачу все усилия, старания помешать осуществлению целей, намерений этих сил? Можно ли создать им противовес, образовать выравнивающий положение в мире противоимпульс, и если да, то каков он должен быть?

 
8. Духовнонаучная точка зрения на догму о телесном вознесении Марии

(...) Что можно сказать о самих явлениях? Послушаем сначала, что говорит наука, психиатрия и юриспруденция о явлениях Марии возле Герольдсбаха. Профессиональный психиатр из одного английского университета обследовал детей, переживших явления. Он утверждает, что явления скорее всего были следствием аутосуггестии и предрасположенности детей к тщеславию, пробужденному в них виденным ими незадолго до того фильмом "Песня Бернадетты" (о явлениях в Лурде. - Перев.). Главная свидетельница и предводительница в кругу детей 13-летняя Мария Хейман была в присутствии комиссии введена психиатром в состояние гипноза буквально с одного слова. Он лишь пристально посмотрел ей в глаза и велел упасть, и девочка мгновенно повалилась на пол.*

* Ну а в наше время, когда по телевидению, на стадионах гипнотическому внушению успешно подвергают десятки тысяч и даже миллионы людей, в этом вопросе не требуется особых доказательств Отметим еще, что уже в начале 40-х было исследовано действие облучения электромагнитными генераторами на психику людей Уже тогда были пережиты "моря цвета" и проч (Прим перев. )

Прокуратура в Бамберге также подвергла обследованию "видящих детей из Герольдсбаха", после чего было сделано заявление, опубликованное в "Бадишен цайтунг" 16 июля 1952 г. В нем говорится, что переживание явлений, видимо, произошло под влиянием взрослых. "Видящие дети", когда их стали распрашивать о том, что же они видели, запутались в противоречиях. Их показания не совпадали. И все вместе они заявили, что лишь после разъяснений, полученных от взрослых, они узнали, что им явилась Богоматерь.

Архиепископ Бамберга Йозеф Отто Кольб в своей проповеди в предновогоднюю ночь 1950/51 гг., когда неподлинность явлений была однозначно доказана, однако все католические газеты настаивали, что оно подлинное, коснулся этой проблемы. Он сказал дословно следующее: "С 9 октября 1949 г. проблема Герольдсбаха лежит грузом на епископе и его приходе, и даже большей части немецкого епископата. Мы не в состоянии поверить фанатичным, театральным, неслыханным и невозможным вещам, какими их нам преподносят бесчисленные протоколы, архиепископские комиссии и местные священники. Мы не можем в них поверить несмотря на все изучения так называемых явлений, несмотря на добросовестность и ответственность, несмотря на любовь к Божией Матери, которую мы радостно приветствовали бы, яви Она свою благосклонность епископскому приходу. Наша святая обязанность признать бамбергское заключение, - что сверхприродный характер явлений не установлен".

Но несмотря на результаты проведенных в Бамберге исследований официальная католическая сторона прилагает все больше усилий к тому, чтобы превратить Герольдсбах в место паломничества. Ведь явившись 31 октября 1949 г. в последний раз, Мария якобы сказала, что явится снова, если люди будут "усердно молиться".

Похожая история случилась и в Лурде, где девушке по имени Бернадетта Мария явилась 18 раз. Французский врач Тереза Валлот из Парижа - при невыясненных обстоятельствах погибшая в автокатострофе - в журнале "Шпигель" от 2 мая 1956 г. опубликовала сообщение об успешной защите ею в Парижском университете докторской диссертации на тему "Чудесные явления в Лурде". В ней она однозначно доказала, что широко распространяемое католической стороной представление о "лурдских чудесах" ни в коей мере не соответствует реальным фактам. Она привела неоспоримые доказательства того, что чудесные исцеления в Лурде, например слепых и др., никакими чудесами не являются, поскольку так называемые слепые, которые исцелились, слепыми вовсе не были. (...)

Того же рода неправда лежит в основе и так называемых фатимских явлений. Они совершенно идентичны с явлениями в Герольдсбахе и в равной мере являются не чудом, а чисто техническим феноменом. И при всей прозрачности "спектакля" в Фатиме, при всей примитивности объявленных там требований к человечеству, людям уже давно следовало бы задуматься над причинами смерти "видевших детей". Вовсе не случайно церковь 25 лет воздерживалась санкционировать явления в Фатиме, - до 1942 года, пока не убедилась, что с внецерковной стороны никаких возражений по поводу явлений не будет.

В некоторой мере наши слова подтверждает сообщение, сделанное фатимским патером 6 февраля 1933 г., где он говорит: "Намеренно мы оставили извещение (о чудесах в Фатиме) 17 лет лежать в папке, пока все, выступающие в нем факты и личности не стали достоянием истории". Показательно также, что Пий XII, выступая 31 октября 1942 г. с обращением к португальскому народу, рекомендовал "чтить нашу дорогую Госпожу Фатимскую", говорил о "посвятительной молитве непорочному сердцу Марии" и ни словом не обмолвился о явлениях.

Ключ к пониманию всей чудовищности используемых средств массового внушения для управления большими массами людей следует искать в действенных поныне принципах иезуитизма, согласно которым цель оправдывает любые средства, что, поскольку люди сами того хотят, их можно вводить в заблуждения, обманывать. О том, что дело обстоит именно так, более или менее открыто говорят и сами иезуиты.

Послушаем, с какой открытостью один иезуит в целой серии статей, появившихся в газете "Розарий" с середины 1950 до июля 1951 г., пишет о связи явлений Марии в Фатиме с Движением марианян: ... "Дело вовсе не в подлинности явлений в Фатиме (выделено нами. - Перев.), ибо почитание непорочного сердца Марии, как и все другие знаки рекомендованного и практикуемого благочестия, полны смысла и вне зависимости от явлений". И еще он пишет: "По сути говоря, в фа-тимской вести нет ничего иного, как только применение давно известных истин веры Главная ее ценность заключается не в тех явлениях, а в их разумности (читай: целесообразности)". (Выделено нами. - Перев.)

Понять что-либо во всем этом можно лишь с помощью иезуитической логики, которой пользуется цитируемый автор. "Да, - пишет он далее, - названные истины и требования, содержащиеся в явлениях, настолько разумеются сами собой, являются настолько всеобщими мыслями и откровениями, что годятся для обоснования возможной подлинности явлений; впрочем, правдоподобие явлений имеет и другие основания". И еще он приходит к выводу: "в любом случае исполнить требование фатимской вести - разумно". Тут, как говорится, комментарии излишни, тут вещи говорят сами за себя. Уже одно это, открыто сделанное иезуитом признание, что "дело вовсе не в подлинности явлений в Фатиме", а в том - можем ли мы сказать, что цель оправдывает средства, достаточно, (...) чтобы заглянуть в мастерскую этих поистине ужасных сил. (...)

 
9. Оккультное действие явлений Марии на души людей

Мы должны задать себе следующий вопрос: Какое действие вызывают длящиеся денно и нощно, неделями и месяцами мольбы сотен тысяч людей, обращенные к явлениям Богоматери, постоянные концентрации на явлениях Марии при исключении из сознания (и даже подсознания) всех других мыслей? Что вызывают в душе беспрерывно повторяемые мольбы, длительное исполнение молитв "розария"? Какое состояние вызывает в душе монотонное повторение молитв?

Мы должны сказать, что постоянное произнесение молитв "розария" с четками, длительное настроение покаяния, искупительной жертвы, однопунктная концентрация на явлениях Марии вызывают в душе человека троякое:

1. Притупленность, затухание Я-сознания, а вследствие этого - пробуждение сил подсознания.

2. Более легкую подверженность, восприимчивость человеческой души к воздействию оккультных сил иной (темной - Перев.) природы на подсознание.

3. Постепенное превращение человека в инструмент для достижения определенных целей, когда сам он оказывается не в состоянии дать себе отчет в том, что с ним происходит.

Все описанные явления вызываются и поддерживаются массовым гипнозом величайших размеров. С помощью его порождается определенная конституция души, диаметрально противоположная подлинному медитативному настроению. Таким способом люди приводятся в духовное замешательство, смущение и в этом состоянии в них внедряют заблуждения относительно их самих и относительно духовного мира; в душах вызывается состояние, формируется питательная среда, особенно благоприятная для тех, кто во имя каких-то целей желает ловить рыбу в мутной воде. Рудольф Штайнер уже в 1917 году предвидел эту работу со средствами массового внушения, гипноза, подверженность ему человеческих душ, а также приход власти, которая предрасположенных к медиумичности людей поведет согласно принципам церемониальной магии. "Уже в неотдаленном будущем, - сказал он в одной из лекций, - огромные массы людей будут вестись по оккультным законам". И еще он говорил о действии духовных существ тьмы, захватывающих людей подобно водовороту, который носит характер грандиозной поверхностности. Появятся люди, которые воспользуются вызванным замешательством и станут его наращивать все больше и больше, творя сумбур в душах.

 
10. Что занимает католическую церковь в современности

Теперь нам необходимо сделать остановку и спросить себя: что означает колоссальная активность, развиваемая католической церковью после второй мировой войны? Зачем концентрация на образе Марии с такой силой и стремительностью вносится в сознание эпохи?

После того, что мы узнали о явлениях Марии, Движении марианян, о догме, следует думать, что речь тут идет о больших, последних и решающих для церкви вещах. Судя по объему приготовлений, судя по активности церкви, мы стоим перед решающим моментом, перед поворотным пунктом в истории человечества. Католическая церковь в своей многовековой истории приближается к величайшему триумфу. Она размахивается в последнем ударе по своим врагам, по своему "супостату". Все знаки говорят об этом. Гигантские армии мобилизованы в мире для этой последней решающей битвы. Воюет церковь под знаменем Марии. Она желает победить во имя ее. Да будут люди бодрственны!

Посмотрим, что пишет об этом "Фатимская весть" в номере от 13 ноября 1950 г.: "В нашу эпоху, когда идет решающая битва между католической церковью и "вратами ада", Мария стоит на переднем крае этой войны, ибо это она попирает змею (Быт. 3, 15), она есть "великое знамение" (Откр. 12, 1), Богом поставленная Водительница божьего народа в грандиозной борьбе с силами тьмы. Поэтому светит в нашей эпохе драгоценный камень католической церкви - Мария, в истине провозглашенного 8 декабря 1854 г. "непорочного зачатия" и провозглашенного 1 ноября 1950 г. взятия в теле на небо Царицы Вселенной".

Далее задумаемся над тем, какую программу обновления мира объявил папа Пий XII 10 февраля 1952 года. "Сегодняшний мир, - сказал он, - несется в пропасть. Он должен быть фундаментально обновлен. Он должен быть преобразован в мир, соответствующий сердцу Марии! Благоприятный для этого час пробил. Миллионы людей, взирая на церковь, ждут перемены курса. Так пусть произойдет из внутрицерковного обновления обновление мира. Призваны все: священники и прихожане, миряне и люди из орденов, одиночки и сообщества. Всё должно быть обновлено и одушевлено в истинной любви и братстве. Все должны преодолеть чрезмерный индивидуализм. Необходимо создать атмосферу генеральной мобилизации! Отдельные христиане и общины должны сохранять свои особенности и развивать инициативы, однако подчиняя при этом отдельные интересы общему благу, чтобы совокупный потенциал католической церкви обрел под иерархическим руководством действенное единство".

Если этой грандиозной программе суждено осуществиться - так говорят комментирующие ее католические писатели, - то только при активном всеобщем участии католического мира. Без апостолического пробуждения мира мирян будущее остается более чем сомнительным. Поэтому да здравствует сплочение всех католиков, мужчин и женщин, в католической акции, в Движении марианян и в римских конгрегациях! Ибо "папа на этот раз идет ва-банк (auf Ganze)".

В соответствующем моменту тоне высказываются и ведущие умы католицизма. Фердинанд Кастнер (S.A.С.) в ежемесячных посланиях журнала "Розарий" (1 и 2 тетради за 1951 г.) пишет: "... Слушайте! Поднимите головы и возрадуйтесь! Грядет век Иисуса (читай: век иезуитизма), ибо наступил час Марии! Великие знаки нашей веры, нашей надежды и победы ярко светятся на небе наших дней: Мария, облеченная в солнце Жена! Придите и встаньте в ряды священного крестового похода совершенного предания себя нашей дорогой Жене, дабы пришел век Иисуса! Вы уже слышали от патера Ломбарди, этого Богом благословленного проповедника, что по всем странам и континентам возвещен "крестовый поход любви". ... Мы живем, как сказал он, на повороте времен и в час трагичного всеобщего крушения. Ошибочные спекуляции и путь заблуждений длиною в пять столетий идут на наших глазах к своему ужасному концу. В ослеплении наши предки считали, что слишком много думается о Боге и Небе и слишком мало о людях и о земле, что необходимо обратиться к земле и сделать человека центром, целью и мерой всех вещей, что завышенная оценка Бога угрожает человеческому бытию. Итак, чтобы быть человеком, нужно, якобы обратиться к безбожию". Рефреном в статье Кастнера звучит: "Грядет век Иисуса, ибо наступил час Марии..."

Еще радикальнее звучит голос самого папы: " (...) решительная битва при дверях. Многие в той битве падут (выделено нами. - Перев.), но сильные выйдут из нее победителями" ("Hochwacht" от 9.4.1947).

(...) журнал "Помощь Королеве Марии" (N4, 1955): "Время дискуссий прошло, настало время действовать". Получить первое ощущение того, что это будут за действия, позволяют нижеследующие примеры.

Вот извлечение из речи прелата Мерменса на католическом семинаре по социологии, проведенном в Гладбеке в октябре 1951 г.: "Люди стали плохие. Нужда велика. Потоп поднимается все выше. Почему? Потому что люди вкусили от древа познания* (выделено нами. - Перев.). 1517 г. - Реформация, 1789 г. - французская революция. Европа должна быть христианской, она должна быть католической. Мир, помимо христиан-католиков, состоит из иудеев и язычников. Должна быть осуществлена программа св. Михаила. Землю полонил сатана. Мы фанатически боремся за права без Бога, за общественную пользу без Бога. Десять заповедей снова должны стать нормой нашего правового кодекса. Мы должны ввести барщину.** Мы - партия Царя Христа. Политика для нас - святое служение. Христос есть Царь всей светской жизни. Мы работаем и занимается политикой для Царя Христа. Партия сынов и дочерей Рима, церковь станет спасительницей от потопа. В мире существуют лишь две великих силы: Рим и Москва, церковь и революция. Кто не с Римом и против Рима, тот служит революции. Альтернативы должны исходить от Рима. От наших представителей мы требуем, чтобы они вслушивались в голос Ватикана. Сегодня мы политизируем на коленях католиков".

* Иными словами, человеческий дух стал "чрезмерно сложным", его необходимо "упростить" (Прим. перев.)

** Вспомним, о чем говорилось в газете "Русь Державная" (Прим. перев.)

(...) Иезуитский священник Иисус Симон: (...) "Протестантизм рожден гниением. Он был порождением единственно лишь низших вожделений: сладострастия, высокомерия и скупости. ... он не мог прийти от Бога". (...)

Архиепископ Чикаго кардинал Штрих: (...) "Существует лишь один путь к единству, к которому так стремятся люди. - Это возвращение в Тело Христово, участие в жизни этой (католической) церкви, полное подчинение себя ее учению и господству".

Совсем коротко и ясно высказывается "Оссерваторе романо": " . либо Христос не желает единства своей церкви, либо он желает, чтобы все верующие в него принадлежали к римско-католической церкви".

Испанский патер иезуит Кавалли высказывается категорично и программно: " .. правом на свободу может располагать лишь римско-католическая церковь и только для себя одной, ибо в таком случае это право содержит в себе истину и никакого заблуждения Поэтому церковь в государстве с католическим большинством будет настаивать на том, чтобы заблуждение не существовало легально (выделено нами. - Перев.) ... Если же в силу обстоятельств - враждебного отношения государства или существования больших по численности групп иноверцев - применение этого принципа окажется невозможным, католическая церковь будет требовать как можно больших уступок, будучи вынужденной терпеть права иных концессий как меньшее зло. ... Но существуют и такие страны, где католики вынуждены требовать полной религиозной свободы для всех и приучать себя к сосуществованию с другими, хотя одни лишь они имеют право на существование". (...)

Из приведенных примеров мы видим, что католическая церковь делает все возможное, чтобы восстановить абсолютное господство, которым она располагала во времена "Священной римской империи немецкой нации" при Карле Великом. Дело ведется к соединению всех людей под куполом собора Св. Петра в Риме. ( ..) По случаю объявления праздника "Царицы Марии" папа сказал: "Власть церкви ни в коей мере не связана с границами религиозных дел, ее компетенции подлежит даже вся совокупность законов природы". (Веделено нами. - Перев.)

Ныне в мире осуществляется то, о чем Луиджи Примхер писал еще в 1911 г. в своей изданной в Милане книге "Lettere": "Церковь никогда, вплоть до конца света не откажется от мирового господства Любой ценой, любыми средствами открытыми и тайными, более насильственными и менее насильственными, будет она стремиться получить всемирную власть".

Но цель церкви не ограничивается лишь желанием объединить всех христиан вокруг собора Св. Петра в Риме. Нет, люди должны вернуться в эпоху десяти заповедей. Новая эпоха, где человек развивает самостоятельное мышление, объявляется ошибочным путем развития, на котором возникает лишь хаос. Поэтому нужно вернуться к социальному строю Бог весть какого прошлого.

Всеми средствами создаются препятствия для развития души сознательной, свободы мысли и совести, самостоятельных суждений в духовно-религиозной сфере, стремлению людей - а немцев особенно, - к духовному пониманию Импульса Христа, к рождению Самодуха в человеческой душе и созерцанию Христа в одеянии жизненных (эфирных) сил. Вражда церкви к Импульсу Христа, к пробуждению новых душевных способностей, возникающих в душе сознательной, приближается к своему апогею. Люди не должны заметить, что им указан выход из ничто, из одиночества, из переживания смерти души - к духу, что рождение Импульса Христа в душе является главной предпосылкой преодоления смерти души, переживания пустоты. Церковь хочет лишить людей плодов, рожденных на пути развития к свободе, и для этого вводит в заблуждение, пользуясь образом Марии, насаждая псевдодуховность, низшую, эгоистическую духовность. Она не позволяет человеку осознать себя, стать совершеннолетним, но заталкивает его в инфантилизм, в подчувственное, в его животную природу.

Достижению такого рода целей служат в конечном счете явления в Фатиме, Движение марианян, принятие догмы о телесном взятии на небо Марии. При дверях события исключительной важности, но говорить о них в настоящий момент нет никакой возможности.*

* В 90-е годы они в эти "двери" входят (Прим. перев.)

 
11. Познание истины как ответ на догму

Человечество, желает оно того или нет, вынуждено заниматься с провозглашением догмы и связанными с нею явлениями, если не желает отречься от мышления, от познания. Через отношение к догме ныне происходит разделение духов, умов. Этого, в конце концов, и хотят - вот в чем состоит глубинный смысл догмы. Она делит людей на два лагеря: в одном ее не признают, считают ложной, в другом верят в ее божественное происхождение. Догма является вызовом духу 1517 г., вызовом духу развития, духу истины. Совпадение двух дней (мы имеем в виду 31 октября 1517 и 1950 гг.) имеет, несомненно, всемирно-историческое значение и должно бы было заставить людей задуматься и вернуться к действительности. Да, 30 октября и 1 ноября 1950 г. представляют собой поворотный пункт в духовном развитии человечества. В эти два дня началась новая эпоха, эпоха, в которую господство зла и заблуждений принимает видимый облик. Борьба спиритуализма с материализмом достигает здесь своего апогея. Из бездны этих двух дней поднимается апокалиптический зверь и призраком встает перед душами людей, вселяя в них страх, беспокойство, замешательство, сомнение. Пали последние преграды. Зло, ужас, грубость, лживость обрушиваются на нас с ледяной трезвостью.

Через возвещение догмы человечество либо предается духу прошлого, духу древнего Востока, возобновляющейся третьей (древнеегипетской) культурной эпохи, духу возрождающейся теократии (цезаро-папизм. - Перев.), либо обращается к импульсу свободы личности, равенству людей в правовой сфере и братству в хозяйственной жизни, к пониманию Импульса Христа, каким Он действует в XX веке. Другой альтернативы нет. В принятии такого решения и состоит глубокий смысл и значение провозглашения догмы о телесном вознесении Марии. Там же следует искать и смысл совпадения "святого 1950 года" с годом Рудольфа Штайнера (по случаю 25-летия со дня его кончины. - Перев.), встречи антидуха с Импульсом Христа точно в середине столетия.

Еще никогда в истории люди не стояли столь свободно, как теперь, перед решением: пойти по одному или по другому пути, восходить к духу или погружаться в хаос. Человечество поистине пришло к мировому часу апокалиптического значения.

(...) Что человечество примирилось с догмой о непогрешимости папы было уже несчастьем. Что оно примирилось с догмой о телесном взятии Марии на небо, несмотря на то, что "Католическая энциклопедия (Том VII, стр. 675) признает: "Нет прямого, категорического или достаточно сильного подтверждения догмы в Священном Писании", - что оно позволило учительствующей церкви предписывать ему, что считать истинным, а что ложным, все это равнозначно объявлению человечеством себя недееспособным и аннулированию всего его духовного и интеллектуального развития за последние 500 лет, означает отказ от употребления высшей и благороднейшей человеческой способности: мышления, разума и здравого человеческого рассудка. Короче говоря, это означает полное банкротство человеческого духа и капитуляцию человеческой индивидуальности перед земной властью, перед властью жречества, перед антидуховным импульсом.

Если человеческий дух капитулирует перед простой дефиницией, перед абстракцией, перед духом произвола, перед духом косности, инерции, то человечество опустится на ступень рабского сознания, на ступень стадного сознания. В таком случае исполнится то, что Достоевский пророчески предсказал в 1879 г. в романе "Бесы", где он пишет, что в будущем под господство "шигалевщины" попадет 9/10 человечества; 1/10 превратит в стадо 9/10 человечества и будет господствовать над ним. Осуществится то, что описал в своем романе "1984" недавно умерший английский писатель Джордж Орвелл, - господство "Большого Брата". Формы самокапитуляции человечества проступают повсюду и значительно отчетливее, чем это чувствует большая часть человечества.

 
12. Точка зрения духовной науки на проблему Марии

Нам осталось ответить лишь на вопрос: Как же следует понимать проблему Марии, проблему Мадонны? Что означает "вечно женственное" или девственное?

Здесь следует сказать, что главный источник заблуждений, связанных с догмой, следует искать в неспособности отличать сущес12. Точка зрения духовной науки на проблему Мариитво Иисуса, от Существа Христа, в непонимании нисхождения солнечного Духа Христа в тело Иисуса из Назарета при крещении на Иордане. Проблему Марии, или Мадонны вообще не понять без сообщений, сделанных Рудольфом Штайнером в цикле лекций, известном под названием "Пятое Евангелие". Он указывает там на рождение двух мальчиков Иисусов (родословная одного из них описана в Евангелии от Матфея, другого - в Евангелии от Луки. - Перев.) и на разговор особой важности, который Иисус вел со своей матерью перед крещением на Иордане, Исключительное значение для понимания Существа Марии-Софии имеют также разъяснения слов, сказанных Христом со креста Его Матери и Иоанну. (...)

Рудольф Штайнер однажды сказал: "Одной из замечательнейших сцен во 2-й части "Фауста" является та, где Фауст нисходит к Матерям". Как мы помним, Мефистофель там приносит Фаусту ключ от царства, где обитают Матери, но сам появиться там не может. Для него царство Матерей - это царство ничто. Фауст же, человек, неустанно стремящийся к познанию, говорит Мефистофелю: В твоем ничто Я всё найти надеюсь.

Гете знал, поясняет Рудольф Штайнер, что царство Матерей является духовным миром, в который человек вступает лишь в том случае, если разовьет особые дремлющие в нем силы. И у Гете стоит:

И женственность вечная туда нас возводит, чем указывается на величайшую проблему человечества, на проблему Мадонны Гете знал, что "вечноженственное" - это человеческая душа, ведущая свое происхождение не из сего мира, которая рождена в материнском лоне Бога, из Божественной пра-Субстанции. Она рождена Богом-Отцом и облечена в нижний, чувственный мир, а теперь через очищение, просветление, через стремление к высшему познанию может из самой себя рождать новую духовность. Рудольф Штайнер говорит: "Это сознание, что процесс познания есть одновременно процесс оплодотворения, было живым во все прошлые времена. Там, где сказано: "Адам познал жену свою и она зачала", речь идет о высшем процессе познания".

Этот образ человеческой души, Вечноженственное рождает подобного Богу Отцу Сына Мудрости, Сына единосущного Отцу. Рафаэль именно это и изобразил в "Сикстинской Мадонне". В образе Мадонны, чистой, целомудренной Девы Софии нам предстает очищенное, просветленное астральное тело человека, претворяющееся, рождающее из себя Самодух (Манас), высшее Я, дающее ожить в себе Импульсу Христа. Таким образом, рождение Самодуха предполагает преображение, очищение, просветление человеческой души, т.е. путь духовного ученичества и высшее стремление к познанию. (...)

Мадонна - это человеческая душа, тоскующая по Божественному Отчему Духу, после того, как Я Мира произвело Свое действие из Вселенной и как Самодух, как принцип Сыновства, как Импульс Христа пришло к рождению в человеческой душе. Это вечно стремящаяся человеческая душа, которая через восприятие импульса истины, заключенного в Антропософии, пробудившая дремлющие в душе силы познания, совершившая очищение себя от предрассудков, склонности определять все исходя из симпатии и антипатии, может прийти к рождению в себе высшего Я, Импульса Христа. Это-то и увидено лучшими представителями всех народов Земли в образе Мадонны, Святой Девы, в образе вечноженственного. В этом образе мы имеем дело с импульсом Фауста в человеческой душе, против которого, в конце концов, и обращается догма и стоящие за нею силы.

Резюмируя, скажем: догма о телесном вознесении Марии представляет собой импульс, направленный против истины, против желания людей идти к духу, идти к истине через познание, через Антропософию. В догме заявляет о себе антифаустовский, антихристианский принцип высочайшего ранга, которым может быть парализовано развитие души сознательной, понимание Христа и Его действия в людях и созерцание Христа в одеянии жизненных (эфирных) сил (т.е. речь идет об опыте Дамаска, о переживании второго Пришествия Христа - Перев.)

Особенно далеко идущие вредные последствия вызовет догма в отношениях Средней Европы с Восточной Европой. Средняя Европа, в задачу которой входит заключить духовный брак с Востоком, когда на Востоке пробудится понимание Гетеанизма и духовного импульса Антропософии, не сможет исполнить своей миссии из-за тех устремлений, что связаны с догмой. Сам же в себе Восток, как однажды заметил Рудольф Штайнер, пока еще не имеет сил продуктивно, целиком из себя рождать новую духовную жизнь. Он более склонен, способен к тому, чтобы воспринимать творимое в этой (европейской) культурной эпохе. В русской душе заложены способности к восприятию, к зачатию, к ожиданию будущего, чего-то такого, что не имеет дела с борьбой; поэтому там отказываются от борьбы даже за собственную духовную жизнь.

Благодаря догме, в душе русского человека будет возводиться преграда живущей в ней врожденной предрасположенности и даже страстному стремлению понять Импульс Христа, будет возводиться преграда на пути нисхождения Самодуха (Манас) в душу русского человека. Людей попытаются столкнуть в стадное, рабское сознание, привести в состояние детства, но не того, о котором говорится в Евангелии. Так готовятся условия для инкарнации Аримана на рубеже тысячелетий и создаются помехи тому влиянию Христа надуши людей, которым подготовляется будущая, шестая (славянская) культурная эпоха, а также и седьмая (американская).

Нам, естественно, не следует - какими бы ни были цели и намерения католической церкви, антихристианские по своему характеру - видеть в этой церкви только злое. Во всех ее антидуховных стремлениях нужно научиться видеть тот необходимый элемент, без которого невозможно высшее развитие человечества, - препятствия, (...)

Также и отрицающие истинный дух злые силы имеют свою миссию в мире и служат, в конце концов, развитию и спасению человечества, пока существуют люди, прозревающие эту мистерию.

 
Примечания переводчика

Иной, не склонный к серьезным размышлениям читатель, спросит теперь. Так что же, выходит, нельзя почитать Божию Матерь - Отнюдь нет. Нужно только понять, что религиозно-оккультно-политические силы в мире не признают ничего святого, они безнравственны и безгранично жестоки Но в таком случае трудно отделаться от пугающего вопроса а что будет с нами в том случае, если Россия не "обратится", не встанет под единоначалие римского первосвященника? Да и как могла бы она это сделать? Не под влиянием же, в конце концов, церковно-политических проповедей г-жи И.Иловайской, которые она читает на "Христианском церковном общественном канале"? Слушая ее, невольно вспоминаешь историю из времен гражданской войны, когда офицеры Белой армии, испытывая на себе прицельный огонь красных батарей, с горечью восклицали: А ведь наводят их пушки не иначе, как бывшие выпускники академии Генштаба!

Сами иезуиты понимают, что этот "общественный..." и т.д. канал не более, чем проба пера, что довольно скоро он вызовет противодействие. Но зато тогда можно будет "со спокойной" совестью сказать: Да пропади она пропадом эта Россия. К ней идешь с любовью, а она кобенится! Чума на ее голову! - После чего какая-то "чума" действительно придет и станет нам даже хуже прежнего. Вот какая страшная правда таится за маской "крестового похода любви" Это все тот же "поход", что сокрушал нас 70 лет в обличье "пролетарского интернационализма". Там ведь тоже речь главным образом шла о "любви" к человеку

Наконец, какой-то читатель, может быть, скажет: ну вот, предлагают отвергнуть папскую ересь и принять ересь антропософскую. Но говоря так, он будет не прав Ему было предложено лишь понять, что в современной жизни нельзя и шагу ступить без того, чтобы как можно шире не раскидывать умом. Иначе под убаюкивающее пение сирен разного рода он будет гут же подведен к краю бездны, а в следующий момент уже обнаружит себя в свободном падении Все знаки времени с глубочайшей серьезностью говорят об одном, вне знания нет истинной веры Ведь сказано же Самим Богом: "Познаете истину и истина сделает вас свободными" Ум и даруемое им познание не только "надмевают". Они еще - дар Божий. Но понять это человек может только сам. Поэтому и искушается он в наш век с такой страшной силой Однако сказано "Претерпевший до конца спасется". Претерпеть же можно лишь понимая смысл происходящего с нами. А кто не понимает, тому, вроде бы, и терпеть нечего' лишь соглашайся и делай, что велят. Главное - не думай. За тебя думают подобные тебе, но непогрешимые люди. Они в наш век стоят во главе всех идеологических, политических и религиозных течений. Потому-то думай, о человек!


Таким образом, со всей очевидностью перед нами раскрылась стилистика новой мировой политики панамериканизм на место старой конфронтации ставит принцип соединения, объединения; Рим от старых религиозных войн переходит к "объятиям любви". Все это было бы не так уж плохо, если бы за ним не стояло старое зло - незнающая меры и границ экспансия господства, желание манипулировать личностью и судьбой всего мира.

 
Список использованной литературы

Kari Rahner S J , "Das neue Dogma", Verlag Herder, Wien 1951.

"Die leibliche Himmelfahrt Manens", Theologische Beitrage zum neuen Dogma im Dienste der Seeisorge, herausgegeben von Professoren der Philos. Theolog. Hochschule St.Georgen. Frankfuit/Main, Verlag Josef Knecht, Frankfurt/M.

Kardinal Josef Frings, "Maria Gehilfin beim Erlosungswerk und Vermittlerin aller Gnaden", Johannes-Verlag, Leutesdorf/Rhein, 1955.

Dr. Karl Feckes, "Warum heute Marienweihe?", Johannes-Verlag, Leutesdorf/Rhein, 1951

Schwester Maria Valeria, Maria und die Kinder von Fatima", Johannes-Verlag, Leutesdorf/ Rhein

Schwester Angela. Ursulme, "Im Strahlenglanz U L. Frau von Fatima", Verlag Ars Sacra, Mbnchen, 1953.

Roderich von Kienitz, "Die katholische Kirche als Weitreich", Europa Archiv-Kardinal Suhard, "Aufstieg oder Niedergang der Kirche", Verlag der Dokumente, Offenburg/ Baden.

Schmid-Amann, "Der politische Katholizismus", Verlag Nation, Bern, 1945.

Zeitschrift "Der Spiegel", vom 16.12.53, 15.9.54, 21.12.55,4.4.56

Wochenzeitung "Das Parlament", vom 28.3.1956.

Monatsschrift "Der grosse Ruf", Jahrg/mge 1955-1956

"Maria siegt", Monatsschrift zur Forderung der Marienverehrung, Jahrgflnge 1953-1956.

Monatsschrift "Der Rosenkranz", Mitte 1950 bis Juli 1951.

Monatsschrift "Der Bote von Fatima", Jahrgange 1949/50/51.






ПРИЛОЖЕНИЕ II


 
О положении в Антропософском обществе


"Жатвы много, а делателей мало"(Мф. 9, 37)

Опыт России должен стать поучительным для западных антропософов. Когда в 1923-24 годах большевики под разными предлогами начали отказывать Антропософскому Обществу в перерегистрации, то это не означало, что оно непременно должно было самораспуститься. М.Н.Жемчужникова пишет, что было подано прошение о регистрации, "в положенный срок пришел ответ, конечно, отрицательный". (*1) От нескольких очевидцев тех событий, в том числе и от М.А.Скрябиной, я слышал, что прямого запрета Общества не было. Большевики потребовали, чтобы все старые общества перерегистрировались, и когда АО посылало свои документы, то их возвращали на основании различных бюрократических придирок. В конце концов сами антропософы решили прекратить хлопоты. А почему? — На этот вопрос, хотя и косвенно, Жемчужникова также дает ответ. Она пишет, что в Обществе были люди, которые считали, что "антропософия не враждебна советской власти, она видит величие ее задач"! ( *2)

Талантливо в литературной форме причины роспуска Антропософского Общества в Москве описал Николай Белоцветов в своем романе "Михаил"*. — Оппортунизм его членов, заигрывание с новой властью и весьма туманные представления об оккультизме и его политической разновидности, — вот те причины, в силу которых было принято решение самораспуститься.

* К Н.Н. Белоцветову у антропософов должно быть дифференцированное отношение. Он очень тяжело, трагически пережил эмиграцию, разлуку с Россией и, живя в Европе, допустил ряд ошибок в своих духовнонаучных взглядах, исследованиях. Но в России это был едва ли не единственный человек, разглядевший оккультную природу большевизма. Роман "Михаил" он, к глубокому сожалению, уничтожил по совету друзей, боявшихся за судьбу людей, оставшихся в России. Но были изданы отдельные главы романа под общим заглавием "Коммуна пролетарских миссионеров". Такое название, как стоит в романе, большевики советовали московским антропософам дать своему обществу, чтобы привести его цели в созвучие с "величием задач" новой власти.

В Обществе оказалось слишком много оккультистов иной ориентации, на "иных" путях готовивших приход большевиков — как метафизической силы — к власти. Такие люди еще до революции заполнили Общество подобно балласту, а в ответственный момент повлияли на принятие рокового решения.

Почему это нужно знать антропософам на Западе? — Да потому, что с введением "нового мирового порядка" опять предстоит некоего рода "перерегистрация".

На уровне идеологических установок она уже идет. Решающую роль в ней играют "наши" "атлантисты". Не исключено и другое, что Европа все-таки будет распростерта "От Дублина до Владивостока". Тогда решающее слово в нашей среде скажут "евразийцы", но нам, антропософам, не нужно ни того, ни другого. И потому необходимо понять, что человек из ложи или из ордена остается в первую очередь послушен своему тайному начальству, когда речь заходит о стратегии. В нашей же среде он никому и ничем не обязан. Порука, которой связаны эти люди, позволяет им эффективно коррумпировать отношения в Антропософском Обществе.

Говоря об этом, я никого не призываю ходить теперь и всматриваться в лица, выискивать "тайных агентов" и прочее. (Хотя разбираться в людях все-таки нужно). Нет, я призываю к другому: 1) давайте просто понимать происходящее; 2) давайте строить в Обществе здоровую, свободную духовную жизнь, тогда никакая "инфекция" не будет нам страшна.

Ведь говорит же Рудольф Штайнер, что, например, иезуиты не страшны, если их работе с такой же интенсивностью противопоставлена другая, созидательная, совершаемая с глубоким пониманием работа. Положение становится опасным лишь тогда, когда один держится, а другой терпит от них поражение (это высказывание я уже приводил).

Наконец, всем необходимо осознать то положение, в котором мы находимся де-факто, что, с одной стороны, над нами нависает угрюмый, все затормаживающий "сфинкс" политизированного католицизма, а с другой — левые "братья" ведут пропаганду панамериканизма, мировой революции, нравственной распущенности, якобы выражающей "свободу". В 1989 г. я был свидетелем того, как пышно во Всемирном АО был отпразднован юбилей французской революции. Мне довелось слышать лекции на уровне того политпросвещения, которое в Союзе получают школьники 5-6-х классов. И вообще, это было ошеломляющее зрелище: уехать из Союза, где день французской революции входит в перечень ежегодных праздников марксистско-ленинского вероисповедания, и наткнуться на то же самое в свободной Европе. Впрочем, не совсем на то же самое,—было значительно лучше видно, что это масонское празднество,и оно было проведено в АО. Нормальные антропософы молча наблюдали за ним и лишь в редких случаях пытались напомнить о том, как к той революции отнесся Сен-Жермен, что о ней говорил Рудольф Штайнер. В таких случаях угрюмо выжидали "братья" — в 1989 г. подобные "выходки" им еще приходилось терпеть.

Довелось увидеть и более того, как некие люди выходят на сцену Гетеанума и делают перед всем залом те знаки, с помощью которых члены лож узнают "своих".Однажды с помощью таких знаков старший по градусу представлял публике младшего как нового антропософского функционера.

Мои хождения по антропософским издательствам и редакциям, в надежде что-то опубликовать, показали мне, что большинство из них уже имеет те "вторые двери", о которых говорил Рудольф Штайнер. Единому управлению — идеологическому, не финансовому — подчинены и многие книжные магазины. В одном из них мою брошюру хотя и взяли на продажу, но сунули под прилавок. Пришлось все экземпляры забирать обратно. При этом в одном из них оказался формуляр на брошюру с приклеенной к нему запиской: "Держать на складе, продавать только по требованию (на прилавок не выставлять)". Внизу число: 21.7.92, и подпись.

Так надевают узду на свободную духовную жизнь в Обществе. А без нее никакой Антропософии быть не может. Я даже доказывать этого не стану.

Но я не склонен вину за все огрехи антропософского бытия валить на членов тайных обществ и орденов. Они лишь, так сказать, извлекают логические следствия из того, что мы порождаем сами, наподобие того, как микробы постоянно присутствующие повсюду, лишь ослабленный организм приводят к болезни. Имея дело с оккультизмом, где мысль, чувство и воля приобретают повышенную реальность, насыщаются элементарными существами, мы даем чрезмерную волю дурным наклонностям и инстинктам, за каждым из которых стоят люциферические или ариманические существа. В результате с годами в человеке происходит не укрепление, а подмена "я". Мы говорим о препятствиях, которые в цивилизации ставятся на пути души сознательной, сами же все погружаем в стихию души ощущающей. — Да, познаем мы в душе сознательной. Иначе Духовной науки совсем не понять. Но что с познанным мы делаем потом?*

На каждом шагу встречаешь пожилых и даже старых людей, сохранивших всю непосредственность подросткового эгоизма, честолюбия, неспособности ценить кого-либо другого, кроме самого себя. Стоит любому из них бросить пару дешевых комплиментов, и он готов часами самореализоваться перед тобой, но если проявишь хотя бы крупицу самостоятельности, то от тебя вся эта "детвора" вмиг отвернется. А потому всякому, кто желает властвовать, необыкновенно просто в нашей среде. Необходимо лишь учредить "командный пункт" и дозированно, из одних рук начать выдавать "талоны" на "самореализацию" — и тут же увидишь перед собой чреду преклоненных колен. Возникнет конкуренция, а с нею чинопочитание, заискивание и т.п. А тогда играй на слабостях, дурных наклонностях и правь безраздельно. Но что говорить об этом мне, когда сам Рудольф Штайнер сетовал: "...как много болтовни, беса высокомерия и душевного эгоизма многообразно проявляется в том, что по большей части совершенно честно примыкает к этому духовнонаучному Движению" (197; 13.VП).**

* Нельзя осветить положения в АО, не рассказывая о том, что в нем происходит. Но я ограничиваюсь лишь отдельными и далеко не самыми вопиющими, за исключением двух-трех, примерами. Чтобы рассказать обо всем, что многие годы творится в нашем Обществе и теперь перекидывается на Восток, потребовалось бы писать отдельную книгу, за которую сам я не взялся бы.

С помощью приведенных примеров я хочу показать лишь одно, что если и дальше будет твориться все то, что творится до сих пор в нашей среде, на что я указываю лишь частично, то АО просто не смеет дальше существовать. Оно профанирует Антропософию. Опыт "антропофизации" России и, видимо, также и других стран Восточной Европы, показывает, сколь сильны, активны, предприимчивы силы, чуждые Антропософии в среде Всеобщего АО, — сами они, как таковые, и люди, захваченные ими.

** И все-таки то, чем возмущался Рудольф Штайнер, было прямо-таки "романтикой" по сравнению с "прозой" "беса высокомерия" наших дней. Читатель, вероятно, помнит мой рассказ об убиении свиньи на московском телевидении. Не обошлась без этой темы и наша, антропософская печать. В №27 "Гетеанума" (за 1992 г.) помещена заметка о русской литературе. В ней "сердобольная" антропософка с сочувствием цитирует писателя Горенштайна, якобы особенно глубоко понявшего "русскую душу". Встретил он однажды "безликую старую женщину", которая, рассказывает антропософка, за неимением сумки, прижимала к груди огромную свиную голову. "Писатель был потрясен, подобием их (свиньи и женщины) лиц. Оба безжизненные и тупые". Я бы посоветовал антропософке приглядеться к лицу самого Горенштайна.

Вместо того, чтобы прислушаться к тому, что Рудольф Штайнер сформулировал как те минимальные и совершенно необходимые требования к самоорганизации человеческой природы, не выполнив которые, люди просто не смеют всерьез заниматься Антропософией и тем более — создавать общества и развивать практические инициативы, — мы десятилетиями изощряемся в поиске убедительных индульгенций, используем Духовную науку, учение о карме и т.д., для реабилитации своих пороков,для отстаивания права ничего не делать с собой. На этом пути мы дошли детого, что изобрели новую специальную "науку", которую я бы назвал "скандалологией" —"науку" о невозможном: как, распуская себя, потакая своим страстишкам, давая волю низшей природе, осуществлять в себе высшее развитие.

Как свидетельствует Адельхайд Петерсен, Рудольф Штайнер считал Антропософию "опасным делом" для тех, кто относится к ней с недостаточной серьезностью. ( *3 ) Что это так, убеждаешься на каждом шагу, особенно в Дорнахе. Там, увы, совсем нередко встречаешь людей, внутреннее состояние которых приняло характер духовной катастрофы. Это люди, споткнувшиеся на оккультном пути, на который они ступили,не отдавая себе в том ясного отчета. В полубессознательном состоянии они заглянули за Порог вопреки воле Стража Порога и потому оказались частично парализованными в своем я-центре. А дальше пережитое фиаско приняло хронический характер.

Духовная жизнь и даже атмосфера в Дорнахе необычайно насыщены. Они насыщены колоссальной борьбой духов, борьбой, в которой перевес с годами все больше остается на стороне недобрых сил. Мы постепенно проигрываем Дорнах духовно, потому и внешне он уходит из наших рук. Оттого атмосфера делается нездоровой. А чего вы хотите? — В России говорят, что в опустевшем храме заводятся бесы. В Дорнахе был основан центр, где должны были быть обновлены Мистерии, создана школа нового христианского посвящения. Все 77 лет, протекшие после смерти Рудольфа Штайнера, антропософы лишь удаляются от этой цели. И потому неизбежно возрастает демонизация отношений. Всякий беспечный, неосторожный, поверхностный человек неизбежно падает их жертвой. Повторяется старая история: начинают за здравие, кончают за упокой.

Я ни в коей мере не сторонник пренебрежительного отношения к моим собратьям по духовной работе. Потому я и решаюсь говорить правду в глаза. Меня глубоко огорчает встреча с каждым, кто стал "инвалидом духа" и кому уже нельзя помочь. Во мне тогда возникает острое желание что-то изменить, чтобы в нашей среде с первых же шагов и уму, и сердцу человека становилось ясно, что и для чего он делает, чтобы его окружали люди, заинтересованные больше в его, чем в своем развитии. "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15; 13), — вот принцип антропософских отношений.

Известно, что особенно эффективно в мире действуют те силы, которые, потакая человеческим слабостям, формируют определенный образ жизни. Тогда многое совершается как бы само по себе. Но аналогично этому следует поступать и в отношении здорового развития. Человеческое сообщество держится именно силой добрых традиций, правил, законов. Когда-то они были обдуманы, найдены здравыми и приняты для всеобщего употребления. Зная об этом, враг человеческий стремится больше всего разрушать добрые традиции и на их место внедрять свои. При этом он пользуется тем, что время от времени даже хорошие правила нуждаются в поправке, акроме того, высшая цель человека состоит в том, чтобы моральные нормы рождать из себя. Дух лжи и поощряет нас сразу же начать с высшей цели, что на деле оборачивается произволом низшей, неочищенной природы души.

Когда мы собираемся вместе и занимаемся Антропософией, то непременно все должны иметь силу подняться в душу сознательную. Но долго удерживаться в ней мы не можем. Так вот, в остальное время люди могут держаться силой укоренившихся добрых привычек, традиций, обыкновений. Однако мы десятилетиямиупускаем обогащать ими нашу совместную жизнь. У нас много говорится о высших целях, в повседневной же жизни отбрасываются порой даже те правила, тот уровень такта, элементарной порядочности, нравственного вкуса, которыми еще живет окружающий мир.

Противная сторона пользуется нашими промахами. Ею было хорошо распознано,что споткнувшийся на Пороге не выносит самосознающей, автономной личности. Против нее восстают все засидевшиеся в нем демоны. Одновременно такой человек беспомощен перед каждым, кто может "взять его за воротник", поскольку слаб и только ищет, к кому бы прислониться. На таком принципе строится стиль поведения "руководителей" — не только в нашей среде, но повсюду в мире, ибо распад личности является главной и самой массовой бедой всей цивилизации. Мы в этом смысле имеем лишь свою специфику, вместо того, чтобы быть обществом по-настоящему духовно сильных и свободных людей. Укреплению такой "специфики" служит многое, например, выработавшаяся форма доклада: он должен быть поверхностным — за исключением цитат доктора — из него должно быть изгнано живое движение мысли, естественное вдохновение, экспромт. Доклад непременно должен быть подан в "хорошей упаковке", как и все товары, потребляемые западным обществом.

Руководители наших отделений, ветвей и т.д. могут позволять себе все что угодно, если только вслух, пусть самым примитивным образом, они ратуют за миролюбие, положительность и т.п. Дозированно при этом полезно показывать и зубы: чтобы люди знали не только пряник, но и кнут.

Человек не зря назван Homo sapiens, — он великолепно поддается как воспитанию, так и дрессировке. Бывая в Дорнахе, я по некоторым лицам мог, как говорится, с точностью до нескольких "пунктов" определять "курс" моих "акций" в высоких "Вильгельм-сферах". Порою случалось так, что, скажем, вчера человек любезно раскланялся с тобой, сегодня, без всяких видимых причин, он может едва кивнуть тебе головой, а завтра вообще не увидеть тебя, глядя на тебя в упор. Вообще, в Дорнахе (о других местах пусть расскажут другие) расположение к тебе властей — залог дружеского расположения "общественности".

В результате долгого употребления всех этих и других, подобных им дурных манер, и сложилась та обстановка в Обществе, которую мы теперь имеем. Кто вырос и воспитался в ней, тот ее даже не замечает, как житель современного города не замечает, что дышит отравленным воздухом. Иное дело те, кто к ней не привык и привыкать не желает. Часто это оказывается молодежь, которая в поисках духа приходит в Общество. Однако и о себе скажу, что был травмирован ею и не ушел из Общества, в которое вступил, подвергая себя немалому риску, в 1970 г., только потому, что все-таки надеюсь на перемены к лучшему, хотя много-много раз мне говорили, что я просто наивен.

Я долго искал средств, чтобы выразить то общее впечатление, которое получаешь от жизни в нашем духовном центре. Одно время на ум приходило "фамусовское общество", но потом я понял, что феномен не совсем "литературен". В конечном счете, он более всего напоминает описанное в незаконченном полуутопическом романе Кафки "Замок". Да, я обнаружил, что в Дорнахе порою чувствую себя в какой-то мере в "метафизической" роли "землемера" — героя романа Кафки, сталкиваюсь с метафизической бюрократией и жертвами ее правления, которые ведут полуреальное существование. Кто читал роман, понимает, что я имею в виду.

Но не хочу писать только о Дорнахе. И в других местах довелось насмотреться на всякое. В одной очень трудной и ответственной антропософской инициативе мне рассказали о бухгалтере, который сам себе начислил зарплату на уровне управляющего крупного концерна и определил меру необременительного труда. Я спросил антропософов, почему они молчат. — Они ответили: "Он окружил себя людьми, которых задобрил подачками и добавками к зарплате. Если начать с ним борьбу, то рискуешь потерять работу". — Ну точь-в-точь как в Советском Союзе, в условиях обобществленного производства!

На молодежных конференциях, опять-таки не я один, но и другие, приезжающие из Союза, замечали поразительное сходство способа их проведения с комсомольскими съездами — вплоть до якобы "произвольного" выкрикивания лозунгов в разных частях зала. Лозунги же, как известно, вне зависимости от их содержания, действуют на сознание погашающе. Я встречал "вожаков" антропософской молодежи, которые, воплотись они у нас, ручаюсь, стали бы крупными функционерами ЦК ВЛКСМ. А что говорить о тех верноподданических выражениях "любви" и "благодарности" власти за ее мудрое управление нами, с которыми вылезают на трибуну во время ежегодных генеральных собраний в Дорнахе или на страницах "Гетеанума" специально заготовленные для того люди! В Союзе с души воротило от такой изощренной, рафинированной подлости, так неужели будем терпеть ее в нашей среде?

Я бы не стал писать об этих совпадениях, если бы считал их случайными. Но они, к сожалению, глубоко симптоматичны. Приведу в пояснение еще один пример. Совсем недавно на глазах у всех членов Всемирного АО было совершено "аутодафе" над преподавателем вальдорфской школы Бернардом Шаубом. Он обвинялся в том, что посмел не так, как официально дозволено, бросить взгляд на немецкую историю. Я не буду сейчас касаться содержания книги Шауба "Орел и роза", поскольку этого не сделали и его критики. Все, что до сих пор написано против этой книги, представляет собой жалкий, "синюшный" лепет. Когда научно, с фактами в руках кто-нибудь покажет, что в ней ошибочно, тогда придет время заняться ее содержательным анализом. А сейчас я хочу обратить внимание только на то, как обошлись с автором. Это было буквальным повторением тех приемов, с помощью которых КГБ расправлялось с диссидентами, в защиту которых выступал Запад, в том числе и антропософы. Если у нас тот или иной человек решался посмотреть на какие-то вещи иначе, чем было позволено официальной идеологией, писал статью или книгу (опубликовать которую открыто было невозможно, поэтому она появлялась в "самиздате"), то через некоторое время официальные средства пропаганды замечали сочинение диссидента и устраивали ему погром. Содержание книги или статьи, естественно, никак не анализировалось по той причине, что в них содержалась правда. Случалось, что служащие режиму критики их даже не читали. После погрома собирался коллектив, в котором работал подвергнутый "всенародному" осуждению. Сотрудники в один голос заявляли, что не желают дальше работать и даже находиться вместе с "отщепенцем", что он позорит коллектив и всю страну, и весь народ и т.д. Человека изгоняли с работы. Потом следовал арест.

То же самое было проделано и с Шаубом. Вне всякого сомнения, кто-то из среды антропософов попросил швейцарских журналистов устроить обструкцию Шаубу по центральному телевидению Швейцарии. До того почву уже "взрыхлили" в антропософской прессе. После погрома на ТВ, собрались сотрудники той школы, где работал Шауб, и заявили (наверное единогласно), что он "позорит"., и т.д. И тут же по страницам антропософской прессы торжествующе пронеслось: "уволен вчистую!" А как же иначе? Без кнута нельзя, а то подумают, что без конца будут одни только пряники. Я представляю, какая теперь волна страха прокатилась по рядам членов Антропософского Общества. Шауб пока не арестован — необходимый для этого закон в Швейцарии еще только ждут, ну и вообще, прошлое СССР —это пока что ближайшее будущее, а не настоящее Западной Европы.*

* Инфо-З" было опубликовано письмо Бернарда Шауба, где он разъясняет свою позицию и дает ответ критикам. Все, что стоит в том письме — абсолютная правда. Против нее нечего сказать. И потому остается лишь позорный поступок, совершенный одними с молчаливого согласия других. И в том поступке — знак новой грядущей напасти.

Историю гонений на Бернарда Шауба могу дополнить случаем из собствениой жизни. Когда вышла в свет моя брошюра "Голос с Востока", меня начали спрашивать: А тебя еще не исключили из Общества? А твою жену не выгнали из эвритмической школы? Такие вот настроения царят в АО. Люди в общем-то далеко не наивны. Беда лишь в том, что они позволили себя запугать.

Мы живем во времена гигантской мафизации всех общественных структур. Я не удивлюсь, если через некоторое время во всех западных странах в антропософских институтах смогут получать образование лишь "нужные" люди. Остальные же, особенно те, кто захотят туда приехать из Восточной Европы, просто не получат виз или столкнутся с другими непреодолимыми трудностями, например, от них будут требовать специального направления на учебу от своего Антропософского Общества и т.д. Нам тогда или уже теперь останется только удивляться, насколько синхронно работают посольские, фрэмдполицайские и антропософские власти.

Я уже говорил, что Ариман и Люцифер именно в борьбе с социальной трехчленностью породили две гигантских ее карикатуры: большевизм и национал-социализм. Не следует удивляться, а нужно принять как должное следы этих карикатур, проступающие в самом АО. Это говорит об успехе тех сил в разрушении и Общества, и идеи социальной трехчленности. Та сторона действует активно, в то время как мы мечтаем или дружно выискиваем "наци" в наших рядах.

Я хотел бы обратить внимание антропософов еще на такой феномен. После смерти Рудольфа Штайнера в истории Всемирного Антропософского Общества возникает некий параллелизм с происходящим в Советском Союзе. Судите сами: 1) в середине 30-х годов в одном случае возникает пик репрессий, в другом — разрушительные конфликты; 2) от 50-х до начала 80-х в обоих случаях идет стагнация; 3) с приходом М. Горбачева в одном случае и М.Шмидта — в другом, начинается "перестройка"; при этом и М.Шмидт, и М.Горбачев, будучи выходцами из кругов прежней "номенклатуры", затевают что-то иное, разрушающее природу того, чем они взялись управлять.

Параллели в развитии процессов в ВАО и в бывшем СССР можно проследить и далее. Так, Горбачев, перестраивая старую систему, выступал в роли "традиционалиста" — постоянно делал уважительные жесты в сторону КПСС, идеологического "учения" и т. д. Пришедший ему на смену Ельцин отмел все прежнее целиком и пошел на полное разрушение страны, экономики под знаком якобы "обновления". Манфред Шмидт, перестраивая АО, также заявляет о себе как о "традиционалисте". Хотя бы на словах он выражает уважительное отношение к Рудольфу Штайнеру (правда, последнее время все меньше и меньше), позволяет себе цитировать его сочинения. Не исключено, что Антропософию он принимает всерьез, только пытается увести ее в иную, неведомую нам среду. Он оккультист, владеет методом массового внушения, который использует в своих докладах. Но на смену ему может прийти и кто-нибудь другой. Не следует однако думать,что позиция его слаба, что у него недостаточно власти. Нет, замена, если она произойдет, будет, как и в случае Горбачев — Ельцин, носить характер политической "рокировки". В роли другого члена такой "рокировки" уже сейчас мог бы выступить господин N. Он является представителем, скажем, "экзотерического" направления, выступает за "деантропософизацию" Вальдорфской педагогики, зато, чтобы там даже слова такого не употреблялось. Он также "интернационалист" в "атлантистском" духе, выступает за веротерпимость вплоть до полного замалчивания факта существования Христианства.

Такое стало возможным благодаря предшествующему периоду стагнации, во время которого реальная Антропософия постепенно умирала в Дорнахе и в других центрах. Знаки этого — на каждом шагу, каждый многократно натыкается на них повсюду. Вот малюсенький тупичок в Дорнахе, он носит имя Р.Штайнера. А чтобы ни у кого не возникло сомнения в том, что это именно тупик, в начале его годами висела табличка: "Прохода нет". Разве это не символ?

Однажды антропософы из Тбилиси посетили музей А.Стеффена. После интересной экскурсии они попросили экскурсовода: "Расскажите нам теперь о Рудольфе Штайнере, который жил в этом доме". Экскурсовод скороговоркой, не очень внятно пролепетал что-то в том роде, что, да, Штайнер жил в этом доме, но... вот Альберт Стеффен... и снова речь пошла о Стеффене. Экскурсанты еще раз повторили свой вопрос, но результат был тот же.

Я не хочу ничего плохого сказать об Альберте Стеффене. Это был незаурядный человек — поэт, драматург, оккультист. Я понимаю также, сколь много "объективных" фактов могут привести люди, объясняя сложившееся положение дел в Дорнахе, доказывая, что иначе и быть не могло, что все получилось как бы само собой и т.д. Однако не напоминает ли такое поведение проштрафившихся школьников? — Это в лучшем случае! А что получается в худшем?

Своей вершины, "зияющего" апогея пренебрежение к памяти Рудольфа Штайнера достигло в так называемом акте "перезахоронения" урны с его прахом. 20 ноября 1992 г., в сумерках члены правления Всемирного АО в сопровождении двух могильщиков с лопатами вынесли урну Рудольфа Штайнера из Гетеанума и зарыли в яму на склоне дорнахского холма возле здания, где находится издательство "Наследие". В №46 журнала "Гетеанум" (от 15 ноября) было объявлено, что встреча по случаю перезахоронения состоится 21 ноября. Но когда люди собрались на ту встречу, их поставили перед совершившимся фактом: сказали, что захоронение уже совершено. Было дано разъяснение в том роде, что якобы не хотели вызывать ажиотаж, привлекать внимание журналистов и т.п. Как оказалось, внимание их, действительно, не следовало привлекать, ибо прах был просто брошен в наспех вырытую яму и закидан кусками полусухой глины! Показывать такое журналистам было нельзя.*

* Позже над ямой положили грязные бревна, а на них каменную плиту, из которой прямо над могилой стали высекать надгробие. Каждый день после работы накапливался мусор, его смывали водой из шланга и все это стекало в могилу. Так продолжалось до середины сентября 1993 г., т.е. в течение почти года, 30 июня в ту же яму зарыли и прах Марии Штайнер. Дорнахский руководитель ветви г-н Хертч написал по этому поводу ("Гетеанум", №29/30), что видит в таком событии "хороший знак для будущего", но не уточняет, для кого и в каком смысле он "хороший". В то же время известно; что хорошо для господина Хертча, то плохо для Антропософии.

В чем же была истинная причина такой скрытности и поспешности? Почти 70 лет урна стояла в Гетеануме. Неужели за это время нельзя было сначала приготовить место, а потом хоронить? Вопрос настолько естественный, что речь о нем завели сами участники совершенного бесчинства. В №6 "Гетеанума" от 10 февраля 1991 г. они писали, что урны будут преданы земле, но "прежде месту, где они будут захоронены... будет придан достойный вид". Да иначе среди людей как будто бы и не бывает? Так почему же не сделали все по-человечески? И почему все хранят об этом молчание? *

* Среди антропософов встречается весьма своеобразная форма романтизма. Подверженные ему восклицают: ах, как это прекрасно — исчезнуть совсем, чтобы и пепел после твоей смерти по ветру развеяли! и т. п. С такими о надругательстве над прахом антропософов в Дорнахе лучше не говорить.Другое дело — официальная позиция. Кроме указанного признания, что хоронить следует достойно, имеется еще одно. В январе 1994 г. появился очередной номер "Гетеанума" (№4), специально посвященный ритуалу погребения. К журналу приложен каталог с фотографиями гробов, изготовляемых в виде кристаллов с раскраской под халцедон, аметист, оникс. В статьях авторы пишут серьезнейшие вещи об эзотерическом, нравственном значении акта погребения. Что теперь скажут исполнители дорнахского"холокауста"? Видимо, только то, что до момента осквернения праха, хранившегося в Гетеануме, было безразлично, как с ним поступать, а вот после все изменилось, и когда начнут умирать они сами, то их следует хоронить в халцедоновых гробах.

Когда министр культуры Армении посетил Дорнах и увидел ту яму, то в полном недоумении спросил: "Что же вы — своего Учителя достойно похоронить не можете?" — Так реагируют на увиденное обыкновенные, нормальные люди. А кто же тогда мы?

Вся духовная Россия (да и не только она) возводилась на почитании останков святых людей. Когда к власти пришли большевики, первым делом они постарались их осквернить. И это понятно. Святые оставляли после себя нетленные тела, осененные Духочеловеком, Телом Воскресения. От них веками исходят целительные силы.

Рудольф Штайнер был великим посвященным. Об этом мы вправе говорить как о факте, не обращая внимание на поднимаемый в нашей прессе вопль о "культе" и т.д. Ошибкой была кремация тела Рудольфа Штайнера. Имеются свидетельства, что сам он этого не хотел, но ..."не успели" оформить соответствующие документы! Теперь "не успели" приготовить могилу. Прах просто выкинули из Гетеанума. Он кому-то там сильно мешал. Хотели также проверить, насколько глубоко все уснуло, но особой уверенности не было, что спят все. Спешили: вдруг кто-то спохватится! Важно так же было успеть все сделать под знаком Скорпиона (работают оккультно грамотно).

Но правда ли, что надежды больше нет? Я обращаюсь к тем, кто сохранил верность Рудольфу Штайнеру, сохранил чувство ответственности за развитие цивилизации: что случилось с вами, дамы и господа? Почему вы допустили такое? Я наблюдал вас в ателье Рудольфа Штайнера. На ваших лицах было искреннее волнение,трагизм. Да и как ему не быть, если Рудольфу Штайнеру мы обязаны практически всем? Без него жизнь каждого из нас протекла бы бессодержательно и ничтожно. В братских могилах хоронят солдат во время мировых войн, когда не хватает гробов для груд трупов. Те, кто желает нам зла, и тем не менее забрал власть над нами, они с издевкой теперь говорят: "Так он же хотел быть со своими учениками, вот мы и ссыпали их пепел вместе; кроме того он же сам говорил, что лучше кремировать". А мы в ответ лепечем, что да, говорил, и кроме того сам не распорядился, как нам его следовало хоронить.




В эту грязную яму под бревнами, в деревянной коробке (чтобы поскорее ото всего и следа не осталось) был брошен прах великого посвященного пятой культурной эпохи Рудольфа Штайнера, а неподалеку в общую ямку ссыпан прах десятков его честных последователей.

Что ж, если все обстоит так плохо, то хотя бы для наших потомков я хочу засвидетельствовать: двадцатого ноября 1992 года правлением Всемирного Антропософского Общества во главе с г-ном Манфредом Шмидтом (Брабант) было совершено осквернение праха Рудольфа Штайнера, и не нашлось никого, кто попытался бы помешать этому злодеянию совершиться.


* * *

Мы вынуждены признать, что Антропософское Общество своей задачи — нести Духовную науку в культуру, во всю цивилизацию, не выполнило. Более того, мир в своих упадочных проявлениях овладел нами, отчего многие члены Общества не представляют Антропософию в мире, а профанируют ее. Например, странным, трагическим курьезом представляется тот энтузиазм, с каким ныне г-н Прокофьев провозглашает со всех трибун, что вне современного АО не может быть Антропософии. Он, видимо, совсем не понимает, что таким образом попадает в ряд широко известных сомнительных аналогий, таких как, например, утверждение иезуитов, что вне католической церкви нет Христианства. Прокофьев ссылается на Рождественское Собрание, на котором Движение и Общество были слиты воедино; а иезуиты ссылаются на слова Самого Христа, сказавшего: "Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее" (Мф. 16,18). В чем же тут дело? — В мертвящем духе догматизма, в нежелании вникать в реальное положение вещей. Известная пословица в изменившихся условиях времени гласит: "Бог полагает, а человек располагает"; и чаще всего располагает, к сожалению, согласно своему произволу.

Если последовать настойчивым советам Прокофьева, то, пожалуй, пора уже внутри АО создавать специальный орден, члены которого клялись бы беспрекословно и бездумно исполнять все повеления Правления и лично г-на М. Шмидта, Общество рассматривать как совершенное, в котором если и встречаются отдельные недостатки,то о них лучше молчать, дабы кто во внешнем мире не подумал чего плохого. Для такой позиции всякая критика АО является ересью, а ее авторы — еретиками.

Но возможна и другая позиция, другой взгляд на вещи. Согласно ему нельзя быть искренне приверженным Антропософии и при этом страстно не желать улучшить дела в АО. &? Никто не сомневается в том, что Александр Солженицын любит Россию. Но именно потому он и критикует ее притеснителей. Конечно, такой взгляд сопряжен с большими трудностями. Куда проще являть себя папой больше самого папы. Такие люди (а к ним следует отнести и Михаэлу Глеклер, и еще целый ряд зрелых антропософов*) более разрушительны для Антропософии, чем ее враги. Ибо враг— он на то и враг, чтобы лгать, искажать, строить козни. Другое дело — друг Антропософии. Ее судьба поистине находится в его руках. И если он не вполне ведает, что творит, то безнадежность постоянно плотнеющим облаком окутывает его, как он полагает, "добрые дела". Однако, вернемся к вопросу о врагах.

* Важно и интересно переживать, как мыслят наши ведущие антропософы. Михаэла Глеклер в одной из своих статей пишет: "Следует так работать из центра Антропософии, чтобы жизнь Общества воздействовала на принадлежащие ему души и духовное водительство делалось все более ощутимым благодаря тому, что через обоюдное побуждение и совместную работу новый импульс становился видим и интуиции нашей воли могли бы воспламеняться..." и т. д.

— Как видим, одни голые абстракции, выслушав которые, остается лишь закричать ура!". Далее: "Требуй то, что ты считаешь важным, от себя, а не от других". — Но чего стоит это заявление, если "другие" попросту захватили власть и не дают рта раскрыть никому, кто хочет говорить о важном?

Когда читаешь подобные тексты, возникает впечатление, что их автору завязали глаза, отвели его в другое место, к другим людям, а он, не замечая этого, продолжает высказываться в прежнем духе. Хочется тихо тронуть за рукав госпожу Глеклер и сказать: почтеннейшая Михаэла, оглянитесь вокруг себя — не осталось ничего от того мира, который Вы описываете; Вас окружает совсем другая реальность; к ней Ваши слова не имеют никакого отношения.

Рудольф Штайнер дал нам богатейшие знания о том, как Ариман приспособил к своим целям едва ли не все факторы цивилизации и культуры. Темномагические тайные общества и ордена, действуя из-за кулис, задают тон и направление практически всему: науке, политике, экономике, религии, массовой культуре. Они работают, надо признать, в широком стиле, формируя сам характер жизни, ее этические (или антиэтические) нормы, стиль поведения, предрассудки, предубеждения, управляемый фанатизм.

В тайных обществах, говорит Рудольф Штайнер, Гегеля читают медитативно. Там считаются с объективными законами развития, чтобы не по-дилетантски, умело их искажать. В мир социальных и духовных отношений запущено действие закона единства и борьбы противоположностей. В условиях мировой "перестройки" его марксистскую окраску меняют на фрейдистскую. Повсюду можно обнаружить черчиллеву борьбу "тигров под ковром". Ведется она и под "ковром" АО. Ее участники далеки от всякой сентиментальности. И той, и другой стороне (а есть еще и третья) нужны либо сторонники, либо противники. Всех нас они делят на три категории: "наши","чужие" и "ни то, ни се". Больше всего обе стороны не выносят "примиренцев", тех, кто пытается их "разнимать". Нетрудно понять — почему? Если два диких животных вцепились один в другого клыками, то всякое неосторожное движение, которое может невзначай вызвать "примиренец", неизвестно чем обернется. Поэтому "примиренец", "профан", рискует получить двойной удар когтистых лап. В случае с моей брошюрой я примерно это и испытал. "Атлантисты" наложили на нее (и на другие мои работы) запрет, а самую резкую критику я услышал справа, от, я бы так сказал, "правой оппозиции" Обществу. То была даже не критика, а отповедь. Мне было сказано, примерно, следующее: "Нашелся критик! Еще смеет нас (т.е. европейцев) учить! Поезжай в свой Союз, там и учи, там и пиши, а у нас так не пишут!"

Немало насмотрелся я на Западе и на другую сферу, в которой ведется та борьба. Не раз наблюдал я, как далеко не единичные антропософы строят доверительные отношения только по национальному признаку, как при встрече пристально всматриваются в этнические признаки собеседника. Ничего поделать с этим нельзя — насильно мил не будешь. Но дело этим не кончается. Не раз мне доводилось слышать высказывания такого рода: ах, Израиль! Там такое трудное положение! Мы (т.е. антропософы) должны каждый день молиться за него! — Высказать в таких случаях иную точку зрения означало тут же стать "чужим", а то еще и получить этикетку с каким-нибудь "анти", "измом". Да и чисто психологически, когда с тобой разговаривают в таком тоне, язык не поворачивается спросить:а как быть, например, с тем, что в арабских детей стреляют из автоматов за то,что они бросаются в солдат камнями? Терроризм существует и в Англии, но почему там не стреляют по ирландским детям? не депортируют целые группы населения? Означает ли это, что мы должны использовать двойной нравственный стандарт? Почему, наконец, строго осуждаемый во всем мире национализм, апартеид, в Израиле носит "священный" характер? и т. д.

Ни о чем таком спросить нельзя, если не желаешь вызвать к себе глубокую антипатию. Тебя просто принуждают принять двойную мораль, согласиться, что жизнь израильтянина несравненно ценнее жизни араба, да и любого другого человека. Если бы то, о чем я рассказываю, было неправдой, то сегодня в мире о геноциде русских, украинцев, немцев, камбоджийцев говорили бы с такой же страстностью,как и о геноциде евреев; отлавливая нацистских преступников в джунглях Южной Америки, не делали бы из советской партноменклатуры демократов, не искали бы в лицах русских женщин сходства со свиной мордой и т.д.

Тяжесть преступления не зависит от того, против кого оно совершено. А что касается ценности человеческой жизни, то она везде одна, и определяется она не юридически. Я видел в кинохронике, как по убитым детям, родственникам плачут иранские, иракские, армянские, азербайджанские, сербские, хорватские женщины и мужчины. Без особого труда я смог понять, что их душевная боль ничуть не меньше, чем у любого европейца, американца или израильтянина. Лишь по причине засилья помрачающей разум лжи люди перестают понимать столь очевидные вещи.

Люди перестают отдавать себе отчет в том, что и как они говорят. Но ведь за словами следуют дела! Вот читают в литературном приложении к 38-му номеру "Гетеанума" (за 1992 г.) статью об Альфреде Момберте, который там назван "еврейско-немецким" поэтом. Как это следует понимать? В том ли смысле, что это был не вполне полноценный немецкий поэт из-за своего еврейского происхождения или, что, к сожалению, он был еще и немцем, а потому теперь пришло время очистить его от этой скверны?

Если в духе автора той статьи начнут писать другие, то им ведь придется выражаться таким вот образом: "русский без всякой инородной примеси писатель Лев Толстой..." или, проще: "русский (не еврейский) поэт Пушкин", "английский (не еврейский) драматург Шекспир" и т.д. Дико звучит, не правда ли? Но не лучше звучит и заголовок, который дал к своей статье о Момберте наш антропософский автор. Сам он, скорее всего, "не ведает, что творит", но зато "ведают" те, которые все это насаждают в массовое медиумическое сознание, в "коллективное бессознательное", как любят теперь выражаться новомодные "диалектики" от политики. И радикально встает альтернатива: либо нас тоже задавит это "коллективное бессознательное", либо мы отстоим самосознание. Ведь уже существуют антропософские инициативы, в центре которых поставлена пропаганда агасферического национализма. Мне известен случай, когда классный чтец отказался произносить формулу "In Christo..." по той причине, что она оскорбляет его религиозное чувство.*

* Ах уж это "религиозное чувство"! Его, кажется, полагается иметь всем, кроме христиан. В1994г. мне довелось прочесть афишку, где извещалось о празднике, устраиваемом в дорнахском педагогическом семинаре им. Р.Штайнера по случаю окончания учебного года. В программе праздника стояло: День открытых дверей, пасхальный базар, интернациональная кухня и т. д. В заключение в 9 часов вечера были обещаны танцы, играть на которых были приглашены "лабухи" из Цюриха. И это было 19 марта — за две недели до Пасхи, т. е. в конце Великого поста. Как тут не спросить, а какого вероисповедания наши учителя? Что не христиане — понятно. Может быть, иудаисты? — Но у тех тоже празднуется Пасха, а перед нею имеется период воздержания, духовной сосредоточенности. — Буддисты? Мусульмане? — Но те вообще рок не танцуют, а к своим праздникам относятся очень серьезно. Остаются африканцы и советские. Именно по-советски и был проведен тот праздник в семинаре им.Р.Штайнера, т.е. — атеистически.

Даже чувство минимального уважения религиозной свободы должно бы было побудить руководителей семинара провести праздник двумя неделями позже, не говоря уж о том, сколь вообще маломузыкальный кошмар дискотек соответствует духу новой педагогики.

Столкнулись мы с этим и в России. В процессе подготовки к созданию Антропософского Общества в Москве раз было высказано пожелание отразить в его названии христианскую ориентированность Антропософии. Не берусь судить однозначно, стоило это делать или нет. Может быть и не стоило, хотя и унифицированно, по типу марксизма, Антропософию в мире развивать нельзя. Но я хочу сказать о другом. Присутствовавший на обсуждении г-н Георг Унгер, выступил против такого пожелания потому, что оно, как он сказал, сделает невозможным вступление в АО иудаистов и магометан. Ну, что касается магометан, то такая "опасность", кажется, нам нигде не угрожает. Они были упомянуты г-ном Унгером лишь для того, чтобы можно было говорить во множественном числе. Один из москвичей задал такой вопрос: "Скажите, а как тогда быть с Рождественским Собранием 1923/24 гг.?" — Унгер ответил: "Оно было названо Рождественским потому, что проходило во время Рождества. Тогда москвич спросил: "Означает ли это, что если бы оно проводилось во время праздника Пурим, то было бы названо Пуримским?" Вместо ответа спрашивавший получил из зала заряд ненависти. Присутствовавшие на обсуждении члены так называемого клуба "Аристотель" тут же объявили, что если в названии общества хоть как-то будет упомянуто Христианство, то они будут бойкотировать его создание. *Христианство упомянуто не было, но бойкот созданию Общества они все равно провели, правда, по другой причине.

* Не принято в нашей среде глубоко разбирать вопрос о веротерпимости. В цикле лекций "Евангелие от Марка" Рудольф Штайнер объясняет, в чем состоит взаимное уважение религий. Возьмем, например, буддизм. Мы, антропософы, утверждаем, что Будда больше не воплощался на Земле и тем выражаем признание сущностного ядра буддизма. Буддист, со своей стороны, должен сказать христианину, что он способен понять Мистерию Голгофы как ее понимает христианин. Но если кто-то скажет, что "Мистерия Голгофы — это ошибка и Христос должен снова прийти в физическом теле", то это было бы "издевательство" над христианской религией (139; стр.70-71).

Так следует понимать веротерпимость, а не в смысле американизированного экуменизма, для которого что вера, что материализм — все равно.

Если кто-то станет возражать, что нельзя так обо всем говорить открыто, то я ему отвечу, что меня всегда интересовало лишь одно, судьба Антропософии, и было не так существенно, кто и с какими намерениями ее разрушает или дискредитирует. И если с самым реальным риском для жизни я защищал ее от КГБ, то почему теперь, когда ту же самую работу проводят стяжатели, маги, националисты и проч., следует молчать и копить горы "мусора в избе"? *

* Но, повторяю, я привожу лишь отдельные примеры. На самом деле все обстоит еще хуже.


* * *

Во всех моих установках я опираюсь на Духовную науку — не на цитаты Рудольфа Штайнера, а на науку с ее содержанием и методологией. Что, смею утверждать, позволяет мне антропософски, т.е. не догматически, без фанатизма, судить о процессах в современном мире, частью которого является наше Движение. Мой опыт показывает мне, что во внешнем мире, кажется, уже не осталось надежды на мирное разрешение кризисных проблем. Народы лишены права определять свою судьбу. Закулисные вдохновители и многочисленные исполнители их воли, кажется, "заигрались" окончательно. Откровенно, впечатляюще и бесконечно трагично это обнаруживается теперь в России, где всякий закон, в том числе и нравственный, упразднен, народы открыто объявляются стадом и быдлом, и одни только мафии ведут борьбу за власть и капитал.

Если мы не закроем доступ всему этому в антропософскую среду, если не поставим предел действию мафиозных структур в нашей среде, если не активизируем нашу работу с социальной трехчленностью, то положение в мире станет еще безнадежнее. И запомним, нет положения, хуже которого не могло бы быть. И нет положения, в котором смеет умереть всякая надежда на лучшее.

Не надо поддаваться массовым внушениям, в какой бы "упаковке" они ни подступали к нам. Нужно понять, что в мире больше не оставлено места для честных духовных и оккультных исканий. Их можно отстоять только в нашей среде. И только в нашей среде имеется возможность преодолеть всякий национализм, построить отношения на основе духовного братства. Но для этого нужно напряженно работать, зная, что все демоны зла ополчаются против нас. Чтобы выстоять в такой борьбе, человеку необходимо быть нравственным и безупречно стремиться к истине. Таковы, по сути, те два необходимых и достаточных условия, при которых Иерархии могут вершить в наших делах. А только они способны противостоять духам тьмы и их человеческим служителям. Михаэлитами надлежит нам быть. А для михаэлита нет "ни грека, ни иудея, ни эллина", а только человек, как Божие творение, идущее к свободе через преодоление наследственного греха. Человечество для михаэлита есть единое целое, соединенное одной космической судьбой. Рудольф Штайнер говорит, что в шестой, славяно-германской культуре ни один человек не сможет быть счастливым, если рядом с ним кто-то будет страдать. Для михаэлитов такое состояние наступает уже теперь.

Таковы составляющие понятия "жить по-антропософски". Практически для нас все обстоит так, что мы либо работаем над тем, чтобы нашу личную жизнь и жизнь Общества приводить в соответствие с этим понятием, либо мы занимаемся чем-то, не имеющим отношения к Антропософии, а тогда все превращается в театр абсурда: когда мы занимаемся чем-то другим, а называем это "Антропософией". Поэтому нет ничего естественнее, как протестовать против такого положения дел. "Метафизическая бюрократия" во главе антропософских обществ — это абсурд, это дурной сон, если даже он разыгрывается наяву. Вы посмотрите, как прошло учреждение АО в странах бывшего соцлагеря. Оно напоминало присоединение новых земель к метрополии. "Правящая чета" центральной администрации милостиво объезжала новые владения, дарила расположение, обещала финансовую поддержку. Ее теперь и на самом деле оказывают, но при условии "хорошего" поведения. Один из членов московского правления как-то заявил: "Если мы поддержим Бондарева, то нам на Западе не только не дадут ни копейки, но и здороваться перестанут!"

Это, конечно, крошечный факт, но именно такие, как этот, факты заполняют нашу жизнь и работу. Западом сейчас творится в России целое сословие приживальщиков, которые думают лишь о том, как разжиться валютой, тряпками, отхватить продуктовый пакет из гуманитарной помощи, на дармовщинку съездить в Европу и т.д. Многих и обвинять при этом трудно. Когда в голодной стране учреждаешь стол, который прогибается от импортной жратвы, то следует ожидать, что начнется борьба за место за тем столом, что с особой энергией к нему полезут люди, не обремененные ни духовным знанием, ни нравственностью. Среди них уже и стакан с вином гуляет. А как не выпить при такой закуске?

Все это легко понять. Труднее понять другое: при чем тут Антропософия? Да, люди бедствуют, но то, как оказывается помощь, служит лишь их нравственному разложению. Присоединив нас к Западу, к нам подвели, наравне с "освещением" и "отоплением", также и "мусоропровод", с наклоном в сторону Востока. Наравне с честными,серьезными антропософами к нам все чаще наезжают люди сомнительные. А тогда: "подобное подобного ищет" и "рука руку моет". Такие люди начинают с двух сторон вершить у нас все дела, — дела темные, безобразные. Был случай, когда одна антропософка, глядя прямо в глаза такому "активисту" с Запада, спросила: "Вы понимаете, с кем вы тут имеете дело? на кого вы здесь опираетесь?" Слушая ее, "активист" как-то странно улыбался ?и молчал. Стало ясно, что его такой вопрос просто не занимает, а может быть, и сам он такой же, как наши, советские "антропософы - активисты".

Прошлой осенью в Москве открыли вальдорфскую школу, а весной того же года ее директор писал в газете, исходя из наших условий, которые он знает, что в течение ближайших четырех лет открытие такой школы будет вряд ли возможно. Так почему же ее все-таки открыли? Да потому, что на эту инициативу ухлопаны многие миллионы марок. Пожертвованиями высосаны все ветви в Германии, так что больше никому у нас они помогать не могут. Инициаторы с Запада понимают, что даже в антропософской среде могут спросить: а на что истрачены деньги? Если ответить, что они ушли на дорогостоящие поездки бригад преподавателей в Москву, то это может прозвучать неубедительно. Во что бы то ни стало нужно было увенчать акцию каким-то результатом и как можно скорее. Ну, а если школа не сможет существовать, то всегда можно будет сказать: ох эти русские! Ничего не умеют делать; один хаос!

Пусть меня поймут правильно: я не противник вальдорфских школ, а, напротив, их горячий сторонник, готовый просто молиться на них, потому что это поистине святое дело. Но даже с моей "русской" мерой практичности я понимаю, что на те миллионы можно было не менее ста человек из разных городов России выучить заграницей. Это могли бы быть не только педагоги, но и эвритмисты, рецитаторы, крестьяне, архитекторы, музыканты, художники. Люди получили бы профессиональную подготовку в нормальных школах, а главное — в течение 3-4 лет они жили бы в антропософской среде, своими глазами видели бы, как практически работают антропософы на Западе, да и сам контакт с западной культурой обогатил бы людей, оставил бы глубокий след на всю жизнь.

А с открытием школы можно было бы год-два подождать. Были бы подходящие люди — это главное. Однако странным образом в Европе с годами пришли к иному выводу: были бы деньги, а антропософы найдутся! — Увы, не найдутся. Деньги всегда влекут к себе в первую очередь проходимцев, стяжателей. А там, где собираются настоящие антропософы, денег, как правило, нет - или их очень мало.

В наших условиях, в России, положение особенно сложное. Страшное прошлое еще никуда не ушло. И если кто-то желает действовать, не считаясь с этим, он попросту оказывается в насквозь фальшивом положении. Ну, а если он и сам к тому же личность недобросовестная, то уже начало инициативы, которую он затевает, содержит в себе трагический конец. Заявления в том духе, что нечего-де концентрироваться на одной лишь негативной стороне жизни, — звучит в наших условиях как воинствующая глупость. Как можно не считаться с тем, что министерство школьного образования и по сей день на 100 процентов состоит из старых советских аппаратчиков? С какой это стати оно выделяет здание под вальдорфскую школу и даже в какой-то мере поддерживает инициативу? Быть может, мне скажут, многие старые советские аппаратчики перестраиваются. — Да, перестраиваются, но только ради личной выгоды, за деньги. Если кто-то не верит мне, пусть почитает наши газеты, поговорит с обычными людьми. Я допускаю мысль, что можно подкупить и номенклатуру министерства школьного образования. Но тогда нужно сознаться, что создана вальдорфская школа на основе подкупа. Только материалист может надеяться,что такая школа станет развиваться по законам духа.

Но нужно еще учесть, что аппаратчики системы советского школьного образования и все ее работники — это люди особого склада, в задачу которых входило систему воспитания не развивать, а держать за горло, не пропускать ни капли живого духа. Они стояли у рычагов той "гильотины", которая отсекала живой дух у поколения за поколением. Ведь это оккультисты от педагогики. Еще совсем недавно (теперь это чуть поослабло, но только из-за хаоса, который в сфере школьного воспитания вряд ли долго продлится) не то что зайти в советскую школу — пройти мимо нее было душевно трудно. — Ведь то были центры убиения живого духа. Учителя, учительницу можно было узнать в толпе по особому, нехорошему выражению лица, которое формировалось за счет вампиризации детей. (Надеюсь, я говорю с опытными антропософами и педагогами, и они понимают меня без труда).

Рудольф Штайнер в свое время предупреждал: "...школьная реформа Луначарского представляет собой нечто ужасное. Она есть смерть всей культуры! И хотя от большевизма происходит много чего плохого, — наихудшим является большевистский метод преподавания! Ибо, если он победит, то искоренит все, что перешло в культуру из прошлых времен. Это не будет достигнуто в первом поколении, но тем увереннее произойдет в последующих поколениях, и тогда довольно быстро всякая культура исчезнет в сфере их господства" (293; 25.VIII). Так вот, это "если" стало у нас действительностью на 70 с лишним лет. *А теперь приезжают многоопытные вальдорфские педагоги, встречаются с закоренелыми последователями реформы Луначарского и говорят: "Ах, это милые люди! С ними можно найти общий язык, так как при разговоре они улыбаются!" Даже обыкновенные бизнесмены с Запада и те больше понимают, с какого типа людьми они имеют у нас дело. А экономика, подчеркиваю, — не педагогика. Там все дело сводится лишь к внешней власти.

* В июне 1994 года в журнале "Гетеанум" (№33/34) было опубликовано пространное сообщение о "тернистом" пути движения Вальдорфской педагогики через Москву. В нем говорится, что для дальнейшего ее существования в России необходимо решить следующую проблему: "Приведение учебных планов Вальдорфской школы в соответствие с государственными (РФ) требованиями. Согласно сегодняшнему законодательству, все негосударственные школы, если они хотят быть признаны государством и финансироваться им, должны привести свои программы и результаты в соответствие... с государственными стандартами. Все это ставит проблему пересмотра классического учебного плана Вальдорфской школы и приведение его в соответствие... с рамками русской 11-летней школы."

Речь, таким образом, идет о "приведении в соответствие" Вальдорфской педагогики с системой Луначарского, ибо никакой "русской школы" в природе не существует. Что теперь в наших школах не преподают историю КПСС — не столь существенно. Главное — методика преподавания, которая, как и прежде, остается насквозь советской. Однако можно не сомневаться: и в Штуттгарте, и в Дорнахе на такое "согласование" пойдут; никому просто не позволят на него не пойти — ведь речь идет о "вальдорфизации" всего бывшего Союза (вернее сказать, о "советизации" Вальдорфской педагогики). Д-р Краних входит, таким образом, в историю, его имя делается бессмертным, так как героические поступки подобного рода человечество не забывает.

Следует заметить, что наша антропософская группа в Москве еще в 70-е и 80-е годы имела возможность "согласовать" свою работу с "требованиями" КГБ (которое образует единство с государством), но нам не хватило опыта "зрелых" вальдорфских педагогов и мы, "наивные", категорически отвергли союз с преисподней, чем обрекли себя на преследования.

Далее в той статье говорится, что на создание вальдорфской школы в Москве "министерство (школьного образования) дало огромную (horrende) сумму денег". А десятью строками ниже стоит: "Государство не дает ни копейки на здание (аренда и эксплуатация), не оплачивает оборудование и т. д. Что же в таком случае получается? Не имея ни малейшего понятия о том, с чем оно имеет дело, министерство (гос. учреждение) дает гору денег (при страшном дефиците финансовых средств) за, так сказать, "кота в мешке". Теперь же, когда школа признана министерством как лучшая в стране (среди частных школ), более того: "интернациональный" "Сорос-фонд" (создан в Москве американцем-миллиардером, не имеющим никакого отношения к Антропософии ни в Америке, ни в России) выдает школе премию в 30 тыс. долларов, — государство не дает ни копейки на поддержание здания! Что в таком случае означает компромисс с системой Луначарского (который уже заключен, поскольку школа признана отвечающей "государственным стандартам"), после заключения которого должно было начаться государственное финансирование? Что оно частично осуществляется, но его не хватает, — не аргумент, ибо в школе раздутые штаты, что не соответствует "государственным стандартам", а именно тут и следовало бы впервую очередь подумать о соответствии им.

Одним словом, недоумений множество, разумных разъяснений — ни одного. Однако следует отдать должное г-ну Пинскому — он, в конце концов, обо всем говорит открыто, и понять его не может лишь тот, кто страстно желает быть обманутым.

Как знать, пройдет еще несколько лет и,если какая-нибудь диктатура не покончит со смелым экспериментированием, советская педагогика будет действительно "вальдорфизирована" при массированной поддержке "мировой общественности", которая, с другой стороны, сживает Антропософию со света. У нас появится не 400 (как теперь во всем Mиpe), а 4 тыс. или 40 тыс. так называемых "вальдорфских школ", и тогда посмотрим, кто кому и какие станет диктовать "требования" и "стандарты".

Вот почему нельзя не задаться вопросом: почему такое министерство вдруг поддержало вальдорфскую педагогику? — а также и еще одним вопросом: почему и с западной, и с советской стороны было сделано все возможное, чтобы ключ к любой дальнейшей вальдорфской инициативе в России всунуть в руки одного человека? Не более 5 - 6-ти лет тому назад мне самому довелось слышать, как он выражал сомнение в состоятельности Духовной науки вообще. Можно ли за такой срок естественным, здоровым образом пройти путь от сомнения (пусть мне Парсифаля в пример не приводят) до заведования всей вальдорфской педагогикой в стране? Я убежден, что нет. И тем не менее уже во всех районах Москвы (а это гигантский город), во всех официальных постсоветских инстанциях, куда обращаются антропософы, желающие что-то основать для развития вальдорфской педагогики, их отправляют к тому человеку. Так с чем же мы имеем тут дело?

Я не советую, как западным друзьям, так и антропософам в России, искать ответы на поставленные вопросы на поверхности. Несмотря на весь хаос современных отношений в России, во всем просматривается планомерный ход развития. Внешние декларации оказываются фикциями. Много было "звона" о том, что ограничена деятельность КГБ, сокращен его аппарат, а у меня, например (я понимаю, что нехорошо приводить себя в качестве примера, но в данном контексте это допустимо), телефон, как и прежде, подключен на постоянное подслушивание. И если бы дело ограничивалось только этим!

Со всей ответственностью я заявляю, что КГБ, под которым следует понимать оккультно-политический наднациональный орден, члены которого воспитаны в духе азурических инспираций, в сути своей не затронут всеми переменами, происходящими теперь в России. Не изменилась и его позиция в отношении Антропософии. Как и прежде, в его намерение входит заполучить в собственные руки все антропософские инициативы, руководство в обществах, ветвях и со временем совершить полную подмену антропософской деятельности в России, одновременно представляя ее Западу как подлинную. Меняются только методы работы этой организации.

Теперь она засылает к нам людей, совмещающих в себе принадлежность к сословию советских агентов с мафиозно-предпринимательской деятельностью, с практикой темного оккультизма, и порой — с принадлежностью к тайным обществам.

Крайне осторожным нужно быть в России и с моральной репутацией. У нас о людях судят не по словам, а по делам. Дела же пока в нашей среде никуда не годятся. Не стану описывать всего, но вот два примера. Раньше всем нам привозили и дарили лекарства. Теперь в Москве создан, с позволения сказать, центр медицинской инициативы, куда десятками и сотнями килограммов бесплатно присылаются лекарства. С нас, антропософов, там за коробочку ампул "Искадора" требуют сумму примерно в две средних месячных зарплаты, что для швейцарца эквивалентно 4 тыс. франков! И такое сравнение реально, поскольку в любой стране человек живет на зарплату. Другой пример: открыли лавочку (ее ведет "антропософка", присланная из Германии), в которой продают поношенные вещи, пожертвованные для нас антропософами на Западе. Учреждена унизительная процедура обследования: насколько беден желающий в этой лавке что-то купить. Но на деле получается так, что у кого много денег, может набить битком два мешка, а у кого их нет, тому говорят: "Придите позже, если что останется, продадим вам дешевле." — Плохонькое пальтишко (а все хорошее уходит вообще неведомо куда) стоит примерно 50 процентов среднемесячной зарплаты или одну минимальную. В Швейцарии в так называемых "Brockenstube", где бедным людям продают поношенные вещи, такое пальтецо стоит 10 франков, или 0,5 процента от средней месячной зарплаты, т.е. в 20 и более раз дешевле, чем в центре антропософской помощи! Ко всему следует еще добавить, что никто не знает, куда идут вырученные от продажи вещей и лекарств деньги. Какая-то часть, возможно, куда-то вносится, хотя бы для отвода глаз, но — ничтожная часть от очень крупной выручки.

Настораживает также стремление западной стороны непременно все централизовать. С нашей стороны спрашивают: "Разве можно вальдорфскую педагогическую инициативу сводить в одни руки?" Кроме того, централизовать, объединять можно лишь то, что существует, а не наоборот — сначала централизация, потом развитие инициатив. В результате такой политики вальдорфская школа в Москве имеет директора, какого даже советские школы не знали: ему, например, достаточно сказать сотруднику: уходи, ты мне больше не подходишь! — и тот уже считается уволенным.

На конференции по вальдорфской педагогике в Москве ее устроителям был поставлен такой вопрос: "Почему вы стремитесь устроить у нас все так, как вы делаете в Германии? Неужели для такой педагогики не имеют никакого значения ни культурные, ни национальные особенности?" Далее спрашивавший привел яркий и многоговорящий пример. "Возьмите, — сказал он, — хоровое пение; у немцев любят распевать каноны. В русской традиции хорового пения такой же популярностью пользуется многоголосие, а капелла". Ничего вразумительного не сказали в ответ "дерзкому" "почемучке" миссионеры из Штуттгарта и их московские приверженцы, про себя же решили: "не наш!" Ведь в нашем Обществе можно разваливать и профанировать все, что угодно, если при этом не выступаешь против "генеральной линии" антропософского начальства на всех уровнях. По этой причине именно худший опыт вальдорфской практики в первую очередь прививается у нас, а в результате в Москве, например, можно уже встретить людей, которые говорят: "Вальдорфская педагогика? — нет, спасибо, не надо; мы были в той школе и знаем, что это такое". В самой же школе постепенно оживают типичные черты советской школы: на четыре небольших класса набран штат в шестьдесят человек (как же тут не клянчить валюту); двое эвритмистов (уже своих, выучившихся на Западе) имеют обыкновение колотить детей на уроках, так что родители потребовали убрать их из школы и т.п.

Не вдаваясь больше в отталкивающие детали, хочу высказать одну мысль по поводу главного феномена — страсти к централизации. Может оказаться, что за ней стоит все та же борьба двух мировых сил, о которой у нас шла речь. Там понимают,что Россию нужно хватать пока не поздно. Опоздаешь, получишь затяжную борьбу за каждый шаг, а если сейчас захватить инициативу, то потом достаточно будет противную сторону просто не пускать. Так может обстоять дело в целом, а детали и прочее наблюдайте сами.

Если пытаешься кому-то из здравомыслящих антропософов с Запада объяснить, что так Антропософию развивать нельзя, что так ее можно только разрушать, то в ответ слышишь; "Doch! Doch!" — Но в переводе на понятный язык такое "Doch" означает: "Я не способен, да и не желаю входить во все, что тыговоришь, но у меня нестерпимый зуд деятельности." Если будешь настаивать на понимании, тебя обвинят в недостатке положительности.* Речь о том, что во всяком деле нужна "моральная техника", что без нее можно загубить любое, даже доброе дело, — лучше вообще не заводить. На тебя тогда смотрят круглыми глазами и дают зарок больше с тобой не встречаться.

* Не следует тут отождествлять себя с миссионерами прошлого. Тогда все в мире, и доброе, и злое, развивалось естественно; тогда чаще требовалось мужество, чем понимание. Теперь все обстоит наоборот.

В результате все уродливые образования, называемые антропософскими инициативами в России (я рассказал далеко не обо всех), где случайные, злонамеренные или просто недалекие люди ищут своей выгоды, занимаются стяжательством, удовлетворяют свое честолюбие, — все они суть не что иное, как центры компрометации Антропософии. Они не имеют никакого положительного отношения к истинной Антропософии. Заявить об этом прежде, чем будет поздно, я считаю своим долгом. Антропософия в России живет пока лишь в отдельных немногих людях, которые держатся вдали ото всех "торгующих" в еще непостроенном храме. И мы говорим антропософам на Западе, которые еще не потеряли голову: примите, пожалуйста, меры. Сдержите поток сомнительных людей, которые от вас устремляются к нам. Измените методы работы. Сначала изучите, что происходит в России. Войдите в ее сложное, трагическое положение. Несмотря на распад всего, у нас по-прежнему остается в силе принцип, что истинная духовная работа может быть только нравственной. Я хорошо знаю, что многие антропософы в России серьезно бедствуют, и тем не менее говорю: пусть Антропософия у нас будет бедной, но чистой. В сложившихся условиях во всех сферах жизни финансовая, материальная помощь, оказываемая России, не служит добру. Те ее крохи, которые достигают простых и нуждающихся людей, служат лишь прикрытием мафиозных манипуляций. Устраны "вывихнуты суставы", поскольку ее десятилетиями держали "на дыбе". Души людей изломаны, исковерканы. Солженицын не зря говорит, что более всего нам нужен покой, чтобы попросту выздороветь.

В Антропософии нужно сделать что-то такое, чтобы все аферисты ушли от нас, чтобы всякому стало ясно: поживиться здесь нечем. Что же касается "миссионеров" с Запада, то пусть ими займутся на Западе. Нам нужны простые, работящие люди, не гоняющиеся за популярностью ни у себя дома, ни в России, не ищущие сферы для самореализации, из понимания желающие оздоравливать культуру. Таким людям и нам есть что дать. У нас, русских, есть врожденный нравственный энтузиазм, который приходит в действие, когда происходит чистое служение Богу. Когда приезжающих к нам с Запада мы встречаем с открытой душой, то мы не лукавим. Мы понимаем, что люди на Западе утратили переживание дружбы. Там ее заменили "функциональными отношениями". В России с ними нечего делать. И слава Богу, что это так! Ответственность же за Антропософию у нас общая. Необходимо научиться через служение ей служить себе. Тогда развивается душа сознательная, тогда прямой эгоизм метаморфизируется в косвенный с беспрерывно ширящимися границами. И, да не обольстимся иллюзией внешних мероприятий. Все они ничто, пока за них не возьмутся люди с широкой душой, те, кто между собой друзья и братья.


* * *

Рудольф Штайнер учил нас: если с одной стороны подступает Ариман, то с другой ищите Люцифера. Эти духи, конечно, действуют через любого из нас, но дело заключается в мере их действия. С ними нужно быть начеку. Упустив это сделать с одной стороны, мы непременно попадаем впросак и с другой. Антропософы слишком долго потакали ариманическому окостенению Общества. Теперь силы ариманического рода выступают "без покровов". Вы только присмотритесь к деятельности таких "светочей" нашего Общества, как Лиссау или Линденберг. Нет ничего наивного в их поведении; напрасно потеряет время всякий, пожелавший их переубедить. Куда полезнее постараться понять методы их разрушительной работы. Например, у Линденберга они таковы. Первый метод состоит в том, что он порой ведет себя наподобие бравого солдата Швейка. Вы, например, говорите о симптомах американизации европейской культуры или о непоследовательности в поведении самого Линденберга, а он вам в ответ: "А вы знаете, у вас воротничок подвернулся". Именно в таком стиле он вдруг заявляет, что Рудольф Штайнер выходец из пролетариев.

Первый прием он разбавляет вторым, вводит то, что ранее было уже описано как аллюзия. Появляется написанная им биография Рудольфа Штайнера, а на обложке дан рисованный портрет невесть кого, сделанный каким-то любителем. Почему выбран такой портрет? Я мог бы выложить перед читателем десяток нарисованных точно в такой же манере, ракурсе портретов "диктаторов пролетариата" — Троцкого, Дзержинского, Луначарского, Свердлова — и поместить среди них тот портрет "пролетария" Штайнера, и, могу заверить, никто из не знающих "диктаторов" в лицо, не угадал бы, где там изображен Рудольф Штайнер.

Любит Линденберг побаловаться и наукообразной фразой, полагая, что все антропософы сущие профаны в сравнении с ним. Однако и здесь все делается с глубинным подвохом. В той биографии он "радует" нас открытием, что "Философия свободы" — работа не теоретикопознавательная, ее следует отнести к направлению "философской антропологии". Но, если по этому вопросу говорить содержательно, то прежде следует уточнить, в каком смысле берется само понятие философской антропологии: в широком? — тогда она представляет собой не более, чем слабое предчувствие (его в конце XIX века имела вся цивилизация) того, что нашло свое выражение в антропософски ориентированной Духовной науке; в узком — это "философия жизни" Дильтея, феноменология Гуссерля, идеи Макса Шелера о сведении воедино различных наук о человеке; наконец, прагматизм, структурализм — они тоже могут быть отнесены к этому направлению философской мысли. Что на этом фоне можно сказать о "Философии свободы"? А то, что она представляет собой блистательное увенчание всех теоретикопознавательных изысканий, начатых еще досократиками, поскольку возводит эту науку в ранг науки посвящения совершенно нового рода!

Принизить эту ее роль, свести ее к частному философскому направлению, что вырывает ее и из общего содержания Антропософии, — значит исказить до неузнаваемости смысл и значение этой книги, что хорошо понимает Линденберг. В его нападках на Антропософию особенно отталкивающее впечатление производит сам способ, каким он это делает: мелочно, склочно.* Куда порядочнее было бы прямо сказать: "Не нравится мне ваша Антропософия и ее творец; тайны кулис разоблачаете; ненавижу вас за это!" Так нет, он предпочитает подтасовывать факты и просто лгать. Он, например, обвиняет Рудольфа Штайнера в том, что он необдуманно хватался за некоторые сведения, а потом отбрасывал их, но не сознавался в сделанных ошибках. Так это якобы было с книгой "Мысли во время войны". "Рудольф Штайнер, — пишет он,— не разрешил повторно издавать эту книгу. Я лично сожалею, что он не сказал открыто: я не хочу переиздавать эту книгу, поскольку в ней я исходил из предпосылок, которые больше не действительны. Но имплицитно он это высказал". (*4)

* Недавно мне довелось познакомиться с полемикой, в которую с Линденбергом вступили Томас Кивелиц, Эдгар Форстер и др. Им удалось отчасти поставить Линденберга на место. Он даже вынужден был признаться в своей частичной некомпетентности, но только для того, чтобы отвлечь внимание и тут же продолжить нападки на Рудольфа Штайнера в еще более скверном тоне. Этот факт еще раз показывает, что публикации Линденберга не дискутабельны. Вместе с тем видно, что, встречая отпор,он ведает страх, так что в ответе своим критикам даже заводит речь о том, что "будучи учеником Рудольфа Штайнера, человек ("человек" — не г-н Линденберг) может у него научиться...".

Этим примечанием я хотел бы еще раз показать читателю, что выбранный мною метод анализа выпадов Линденберга является единственно правильным.

Увы, г-н Линденберг, не "имплицитно", а самым непосредственным образом из 1921 года звучит слово Рудольфа Штайнера, изобличающее вашу ложь! В лекции, прочитанной в Штуттгарте 2 января 1921 г. (ИПН. 338), он говорит: "Прочтите то важное указание, которое не было понято в свое время — как не была понята и вся книга, — важное указание, которое я дал в моей книге "Мысли во время войны", что немецкий народ не виновен в возникновении войны. Прочтите то важное указание, а также подзаголовок книги, в котором сказано, что книга адресована немцам и тем, кто полагает, что не обязан ненавидеть. Ибо я знаю совершенно точно: только у таких людей можно надеяться встретить понимание. Однако, в то время я таких людей найти не смог, хотя испытывал побуждение выпустить книгу вторым изданием. Но мне пришлось от этого намерения отказаться, поскольку в дело вмешались люди, которые считали себя обязанными ненавидеть немцев. В Германии же о таких вещах предпочитают помалкивать. Книга имела бы значение лишь в том случае, если бы была принята полностью, со всей ее фактической основой", и т.д. * (Я советую антропософам прочитать ту лекцию целиком; в ней одной они найдут большую часть того, о чем шла речь в этой книге.)

* См. также лекцию от 16.1923 (ИПН. 258).

** Иной честный, но побежденный абстрактным рационализмом эпохи ум может быть все-таки спросит: но что делать с несовпадающими по смыслу высказываниями Рудольфа Штайнера? Для такого читателя следует еще раз подчеркнуть, что Рудольфом Штайнером дана система знания, Духовная наука, необыкновенно обширная и глубокая по содержанию. Ею, как и любой наукой, необходимо овладевать активно, начиная с методологии. Наука, взятая без методологии, не более, чем курьез. Ни в какой науке не позволяется выхватывать отдельные фрагменты, слова и с их помощью пытаться опровергать науку в целом. Закон всемирного тяготения в земных условиях производит одно действие, во внеземных — другое, в мощных электромагнитных полях — третье, однако никто не ловит на том Ньютона и не обвиняет в противоречиях. Необходимо овладеть методологией Духовной науки, чтобы мыслить в ее духе. Рудольф Штайнер создал метод и направление познания, в котором все мы, антропософы. — научные сотрудники. Господа, типа Линденберга и Лиссау, сначала навязывают нам роль сектантов, а потом начинают с нами борьбу как с сектантами.]


А теперь у меня два вопроса к здравомыслящим антропософам. Первый из них: почему вы считаете, что Бернард Шауб не должен далее работать с детьми, а вот Линденберг — это образцовый вальдорфпедагог?

Второй вопрос: почему на длящиеся уже многие годы выходки Лиссау и Линденберга не откликается ни один из пишущих антропософов? ни один не решается выступить на защиту Рудольфа Штайнера и его Духовной науки от ошельмований в нашей собственной среде? Не означает ли это, что все, кроме откровенно трусящих, уже "прихвачены" орденами и ложами?

Основание для такого хода мыслей можно также найти у Рудольфа Штайнера. Он говорит в одной из лекций: "Это было бы просто великолепно, если бы, к примеру, в Средней Европе нашлось хотя бы несколько человек, которые, побуждаемые некими масонскими импульсами, поняли бы каким значением обладает кое-что из того, что я развиваю здесь перед вами в последние два года относительно определенных тайных обществ, существующих в мире. Но тут сталкиваешься — разумеется, хотел бы я сказать— лишь с глухими ушами. Ибо позицию масонства в Средней Европе в последние десятилетия бесплодной не назовешь. Это обнаруживается уже в том, что все снова и снова приходится подчеркивать, что наталкиваешься на сопротивление, когда защищаешься от того, чтобы на антропософски ориентированную Духовную науку не наносилась амальгама среднеевропейского масонства. ... к людям будут предъявляться определенные требования, если они желают найти себя в антропософски ориентированной Духовной науке" (185; 26.Х).

Так говорил Рудольф Штайнер в 1918 г. После того была еще одна война, потом 40 лет "перевоспитания", которое, вне всякого сомнения, в наибольшей мере коснулось среднеевропейского масонства в плане его безоговорочной переориентации на Запад. Я могу судить об этом на основании судьбы русских масонов, эмигрировавших после революции из России.

Поэтому все, о чем шла речь в этой книге, не только несомненно верно, но просто разумеется само собой. А это значит, что мы воображаем себя живущими в мире, которого уже нет. То, что окружает нас, есть всего лишь застоявшаяся тень исчезнувшего мира, мираж, ежедневно воссоздаваемый средствами массовой информации и нашим самовнушением. И пусть меня не упрекают в пессимизме. Всякое бытие возможно лишь при наличии определенных, обусловливающих его законов. И если все они упразднены или заменены на другие, враждебные бытию, то за счет чего оно может сохраняться?

Резюмируя вышесказанное, можно следующим образом охарактеризовать общее положение в АО:

1.Во Всеобщем Антропософском Обществе правят — этой правде нужно посмотреть в глаза — люди, подчиненные строгой дисциплине тайных обществ и орденов. Они назначают своих представителей на должности руководителей ветвей и национальных АО, как только они оставляются старыми, верными Антропософии людьми. Своих людей они окружают группами единомышленников, которые всегда и везде поддерживают таких руководителей, а заодно и следят за ними. И если кто-то из них позволит себе какие-нибудь вольности, непослушание центральной власти, то именно эти "сподвижники" тут же и отстранят его от власти;

2.У нас отнята духовная родина, какой на Земле был для нас Дорнах; в Дорнахе, в Гетеануме мы уже "чужие". Глубокий трагизм такого положения способен понять лишь тот, кто его пережил.

Говоря о "комплексе сил", надеющихся сжить нас со света, нельзя не упомянуть еще об одной, которая коренится в оппозиции к Всемирному Антропософскому Обществу. Оппозиция бывает разная, в том числе продуктивная. Но порою встречаешь такое, что хоть плачь! Расскажу об одном случае, о беседе с двумя оппозиционерами. Они сказали мне букально следующее:

—Тебе надлежит обдумать свое отношение не только к "Наследию" (имеется в виду издательство), но и ко всем книгам Штайнера, которые издала Мария Штайнер. На них лежит печать супостата, и всякий, берущий их в руки, оскверняется, совершает грех, его карма отягощается. Было бы лучше всего все эти книги сжечь.

Едва владея речью от изумления, я спросил:

—Но как тогда познакомиться с сообщениями Рудольфа Штайнера, как изучать Духовную науку?

—Ждать,— последовал ответ, — когда книги издаст кто-нибудь другой.

—А если я к тому времени успею помереть? — спросил я.

—Значит, такая у тебя судьба, — ответили мне. — Лучше чего-то не дочитать, чем мучиться после смерти.

—Но может оказаться, — продолжал настаивать я, — что тогда в мире вообще не будет условий и возможности издавать эти книги. Например, в России, что успели издать до 1917 г., то и осталось. — В ответ на это я лишь услышал:

—На все воля Бога.

В этом рассказе я ничего не преувеличил и ничего не добавил от себя. В конце того разговора я лишь заметил моим собеседникам, что сам римский папа не смеет объявить такого запрета, после чего собеседники покинули меня как совершенно безнадежного человека.

Такова та усложненная реальность, в которой мы живем и занимаемся Антропософией в конце XX века. Ее открытые враги — это теперь наименьшая из всех опасностей, хотя безобидной ее никак не назовешь. Вслед за нею идут скрытые враги, выдающие себя за друзей. И, наконец, как самое трудное и опасное, встают друзья Антропософии, которые "не ведают, что творят". — После того, как я выступил с моей брошюрой "Голос с Востока", не кто другой, как наш "автор" "со товарищи", исполняя заказ Генсека ВАО, помчался в Москву собирать против меня "документы". Первое, что пришло ему на ум, — конечно, популярное, советское: коллективное письмо "общественности" с подписями. В Гетеануме меж тем завели на меня "дело", о чем известили всех членов Антропософского Общества; начали "процесс", ну прямо по Кафке. (Не устаю удивляться гениальной интуиции этого человека). Но на все это я хотел бы сказать гонителям: *

— Дамы и господа, моя "вина" (которая, по мнению наших руководителей, состоит в том, что я не прекратил в свое время по их "совету" один очень важный вид духовной работы), на самом деле, состоит в том, что в кромешной тьме тоталитаризма и бездуховности я осмелился засветить лампаду перед Богом. Теперь мне кричат: "Ты почему ее не погасил, когда тебе велели? Ты почему налил в нее масла по края, когда тебе разрешили плеснуть лишь на донышко?"

* А сказать я что-то должен, поскольку духовная свобода в АО аннулируется с такой скоростью, что близок уж момент, когда, как в Советском Союзе, над тобой будут измываться все, кому не лень, а тебе в ответ на это не дадут опубликовать и двух слов.

Отвечаю; я поступил так потому, что засветил ее перед Богом. А вас в свою очередь спрашиваю: что с вами? Вы что, — забыли, какому Духу служите? Смотрите, как бы не случилось с вами по слову апостола: "Бог будет бить тебя, стена подбеленная". (Деян. 23, 3).

Многие из прочитавших мою брошюру с приложением почему-то решили, что я там прошу о помощи и отстаиваю мой интерес. Нет, я хотел сказать прямо противоположное; помогите себе! Ибо, если в самом центре возводимого вами 70 лет Общества могут так обходиться с людьми, то что же за Общество имеете вы?

А еще меня потрясла атрофия нравственного чувства, неспособность переживать отношения нравственно, стремление перевести их в одно лишь юридическое русло.Мой случай тем и интересен, что все в нем может быть решено только нравственно, а иначе ничего решать не надо. Здесь, действительно, между Востоком и Западом что-то разверзается. Я не хочу сказать, что у нас нет безнравственных людей, однако если все-таки речь о Духе заходит всерьез, то все у нас тогда определяет нравственный подход. Тогда не столько важно, что ты говоришь, сколько — каков ты. И так должно быть среди антропософов повсюду, иначе нас задушат "неофарисеи" и "неосаддукеи".

Руководительница одной ветви в Германии пишет мне; "Я никому в ветви вашу публикацию не покажу." — Выходит, она лучше самих членов ветви знает, что им следует, а чего не следует читать; не спросив на то ни у кого позволения, она берет на себя право определять духовную жизнь своих подопечных. Но не такова ли и церковь? Так может быть, членам той "ветви" лучше вернуться в нее, чем ждать, когда та ветвь окончательно "иссохнет"? А ведь известно, что сухие ветви "срубают и бросают в огонь". Да, Антропософское Общество, действительно, самое неподходящее место для сна. Здесь можно уснуть в "ветви", а проснуться в ужасной Камалоке, —опасность тем более вероятная, что занятие командных должностей в АО принимает едва ли не наследуемый характер. Правящая фигура сама выбирает себе преемника, долго и основательно проверяет и испытывает его на предмет полной идентичности с собой; потом приучает всех подчиняться ему и понемногу, приходя в ветхий возраст, начинает передавать ему власть.


* * *

Не из желания враждовать я говорю всем, кто имел глупость заняться в Антропософии стяжательством, карьеризмом, наживой: Идите лучше во внешний мир и там занимайтесь всем этим. Там, если даже вы получите желаемое с помощью грубого насилия, разбоя, ваша космическая судьба будет легче, чем та, которую вы готовите себе у нас .

Если кто-то ощущает зуд плоского миссионерства и проповедничества, — примкните к любой конфессии. Будет вам там и почет, и поклонение, и неплохое жизненное обеспечение. Для вечной же судьбы все обернется меньшими проблемами.

Все те, которые по ошибке набрели на Антропософию, имея врожденную наклонность к темному и атавистическому оккультизму, оставьте ее, ибо место сие свято, и дабы не впасть вам в руки "Бога живого".

Но я ничего не хотел бы советовать тем, кто влез в Антропософию и Общество,чтобы разрушать их изнутри. Лишь опыт грядущей Камалоки способен научить их не играть с огнем. Впрочем, и они могли бы помочь себе, решившись бороться с Антропософией извне.

Одному человеку не по-силам решать вопросы о том, как изменить, улучшить положение дел в Обществе (да и не в один момент их можно решить), но некоторые фундаментальные положения абсолютно ясны уже теперь. Общество непременно должно быть достойным представителем антропософского дела в мире. А это значит, что решающую роль в нем должны играть люди, владеющие как внешней наукой, так и Гетеанизмом. Как ученые, они должны быть эффективнее, чем обычные ученые и в сфере прикладных наук, и в методологии, и в философии науки. Далее, антропософы должны являть собой некий результат духовного познания, т.е. должны быть нравственнее, ибо, если они будут как все, то для чего нужна Духовная наука? Быть антропософом, значит "жить по-антропософски". Если этого нет, то зачем АО? Оно тогда становится сектой странных людей, владеющих колоссальными познаниями и обуреваемых элементарным эгоизмом, честолюбием, повышенной раздражительностью.

Нужно дать себе в том отчет: своим бытием, всем составом того, как мы живем,мыслим, чувствуем, мы привели Общество к состоянию, в котором оно не может существовать. И тем не менее, оно существует и является объектом для захвата и манипуляций разного рода оккультных дельцов закулисного мира. Не лучше ли в таком случае нам разойтись, жить дальше и работать без формальной организации? Не будет АО, не будет и прецендента для фальсификаций и профанации. А если не расходиться, то нужно много переделать и в Антропософском Обществе, и в себе.

Начать следует с себя, необходимо привести себя в реальное соответствие с теми элементарными нормами нравственности, которыми уже не одну тысячу лет руководствуется все культурное человечество. Только нужно не подчиняться им, а принять их свободно, с радостью, зная им цену. Этот минимум составляют заповеди Моисея и еще одна, новая: Возлюби Господа Бога твоего, Христа Иисуса всем сердцем и/span всеми илами ума. Умная любовь — это краеугольный камень антропософской нравственности.

Быть может кому-то покажется, что сказанное звучит теологично. Но такой упрек был бы справедливым в том случае, если бы я с этого начал, не предпослав моим словам всего, что стоит в книге. Именно тогда мы и совершаем ошибку, когда оказываемся неспособны от языка ума перейти к языку сердца. Я очень много видел и натерпелся от грандиозных целей, намерений, замыслов, которые возникают в людях при отсутствии элементарной порядочности, и потому научился ее ценить.

Иной старую мораль шибко перерос, а до новой пока не дотянулся. И вот разъезжает он по городам и весям, учит законам кармы, рассказывает о Божественных Иерархиях, о перевоплощении, а ведет себя так, как будто для него самого всего этого не существует. Не нужно тут прикрываться филистерским: "Все мы не Ангелы". —Да, не Ангелы, но и "чертогону" нечего предаваться, нечего потакать слабостям,чтобы они нам не надоедали, — ибо они неисчерпаемы. Во внешнем мире есть общественные регуляторы прямого эгоизма: "око за око, зуб за зуб" и т.д. У нас же сплошь и рядом встречаешь: "молодец среди овец".

Таким образом, дело сводится к возможно большему уяснению реального положения вещей и к выработке на его основе некоего рода "общественно-духовного" договора, позволяющего создать те непременные минимальные условия, при которых Антропософия и Общество могут развиваться соответствующим их природе образом; со временем преобладающее настроение в АО стало бы таковым, что отступление от тех условий имело бы вид бестактности, и тогда — каждый, приходящий к нам, не обманывался бы в своей надежде найти добрые человеческие отношения в современном обезумевшем мире. Я не говорю, что добрых отношений у нас вовсе нет, но, что им нужно придать господствующий характер. Познание, развиваемое при соблюдении таких условий, принесет укрепление "я", а с ним — примеры более высокого состояния духа и нравственности.

Предвижу неистовые обиды, смертельную вражду, которые обрушатся на меня, если только этой книге суждено увидеть свет. Но все это я рассматриваю как неизбежное побочное следствие "хирургического" вмешательства в очень застарелую болезнь. Кому-то, в конце концов, нужно было это сделать, чтобы для всех стало ясно: почему в АО возник глубокий кризис? А причин у него по меньшей мере три:

1. Силы распада цивилизации пронизали структуры АО, Движения и их членов. Члены Общества, вместо того, чтобы со всей активностью нести Антропософию в мир, позволили "миру сему" внести силы упадка в Общество, потеряли инициативу и сами все больше подпадают влиянию нездорового образа жизни, извращенных социальных отношений, делаются рабами господствующих в мире идеологий, лжи.

2.Антропософы не постигают Духовную науку научно, отчего сообщения Рудольфа Штайнера принимаются на веру, а при малейшем напоре супостатов люди отрекаются от ими же измышленной веры.

3.Антропософам не хватает сил, серьезности, чтобы удержаться в эзотерическом, не хватает сил для перерождения, метаморфозы. Они в подавляющем большинстве не способны проходить через гетевское "умри и будь".

В силу указанных причин, АО представляет собой удручающее зрелище.Меня могут спросить: почему ты не использовал жизнерадостные краски? В ответ я тоже спрошу: скажите мне, можно ли назвать печальным "Откровение" Иоанна или прогнозы Рудольфа Штайнера? — Своим вопросом я хочу сказать, что в этой книге я занимался по-преимуществу диагностикой. Тот, в ком много сил умирания, воспримет книгу как личный упрек. Но у кого достаточно жизненных сил, получит благодаря ей побуждение к активности, к усилению работы ради обновления Общества и всего Движения.

Но если все у нас останется по-старому, то трагический конец Общества предрешен. Те силы в нем, о которых у нас так долго шла речь, ведут между собой борьбу-игру, в которой ставки все время повышаются. В Антропософском Обществе и во всей антропософской среде такие "ставки" имеют вид профанации и подмен. Рано или поздно они станут настолько "высоки", что ни один честный антропософ не согласится быть свидетелем, а тем более участником этой "игры". Жизнь в АО все теснее будет сплетаться с процессами, происходящими во всем мире и ведущими его к "малому Апокалипсису". Противостояние "левых" и "правых", "националистов" и"интернационалистов", "евразийцев" и "атлантистов" будет только обостряться. Поддержка "атлантистами" левых повлечет за собой радикализацию "правых". И тем и другим в нашей среде станут все больше помогать извне.

История с Бернардом Шаубом — яркий тому пример. Он важен для нас двойным смыслом: в нем, кроме указанной далеко идущей и чрезвычайно опасной для нас спайки неких сил, проявилось и то дополнительное действие (оно, может быть, даже является главным) противостоящих сил, которым уничтожается, раздавливается здоровая середина. — Шауб ни в коей мере не пытается реабилитировать национал-социалистическое прошлое, но это-то как раз и не устраивает его критиков. Они всячески стараются замолчать эту сторону его взглядов на немецкую историю и тем выдают себя.

Нашим честным руководителям всех уровней я бы посоветовал уже теперь готовиться к вызовам в суды, где им придется защищать Антропософию от обвинений в расизме, антисемитизме и еще каких-нибудь "измах". Уже давно обвиняют нас в "интернационализме", другие называют пособниками шовинизма. Также и впредь одни будут клеймить нас как "пособников реакционных сил", "темных мистиков", попросту назовут "масонами", другие — "неонацистами". В этом последнем обвинении возможно сойдутся и "левые" и "правые". Хотя, что значит"сойдутся"? — они уже сошлись! Вспомните только серию статей в "Шпигеле"некоего Петера Брюгге. Примерно в то же самое время с элементами того же стиля появлялись статьи с критикой Антропософии и в Союзе. Уже тогда западногерманские специалисты и московские коммунисты рыхлили почву для разделения всех людей на "фашистов" и "антифашистов". Люди из нашей же среды укажут "внешним" — кого "брать" и о чем спрашивать.Для нас в мире в неотдаленном будущем создастся положение, мало чем отличное оттого, которое было при большевизме и национал-социализме.

Чтобы не оказаться сбитым с толку в столь усложняющихся социальных условиях, необходимо понять хотя бы их главный, первичный феномен.


Л. Синьорелли. Проповедь Антихриста


Он заключается в следующем:

С Запада, под маской гуманизма, свободы, борьбы за права личности возрождается необольшевизм, — "новый порядок", азурическая власть и религия, светская по форме и черно-магическая по содержанию.

Своего главного врага она видит в Антропософии, ибо только в Антропософском Движении имеется возможность распознать ее суть. Все остальные духовные, политические, социальные силы в мире ею уже подорваны. Не будем обольщаться пестрым карнавалом демократии, который она устраивает, чтобы до поры скрыть свой животный лик. С национал-большевизмом в современной России у нее нет никаких противоречий, как и с интернационал-большевизмом. Они союзники и решают одну главную задачу: устранение из исторического процесса народов Центральной Европы и России.

Немало людей в антропософской среде уже поставило себя на служение необольшевизму, а то и просто большевизму в его старом обличье, что почему-то не считается преступлением. В первую очередь это журналисты, поскольку в их руках теперь находятся центры фабрикации лжи. Поэтому главная опасность для нас — опорочивание, компрометация и клевета на Антропософию, распространяемые нашей прессой, типа той, которой занимаются Арфе Вагнер, Енс Хайстеркампф и др. Не нужно удивляться противоречиям, непоследовательности и безосновательности клеветы на Антропософию. В связи с близящейся инкарнацией Аримана лгать становится самоцелью и ложь принимает почти вещественный характер. Подобно тонкому яду она пропитывает всю земную атмосферу и нужно большое напряжение духовных и нравственных сил, чтобы тем ядом не отравиться.

Всегда будут существовать люди, в том числе и в нашей среде, не способные вместить знание о безграничной экспансии лжи. Кто-то из них, несмотря ни на какие факты, станет вопрошать: "Но неужели этот пресловутый Арфе Вагнер и подобные ему не понимают, каким силам они служат?" — Ну, до конца, скорее всего, — нет. Лишь позже будет понятно, что необольшевизм, наползающий с Запада, таит в себе соединенную силу трех папств: красного, черного и белого. Новейшая окаянная (ни в коей мере не "святейшая") инквизиция тройственного папства уже 80 лет искореняет, как ересь, всю духовную жизнь Европы. На новом, ближайшем этапе она предстанет без покровов.

Троцкий, Ленин, В.Вильсон, Гитлер, Трумен, Рузвельт, Черчилль, Горбачев, цитированные нами выше писатели: Кауфман, Ницер, Калерги, Эренбург и многие, многие другие (потребовались бы многие страницы, чтобы перечислить их всех) — все они являются служителями той силы, что в новой эпохе выступает как большевизм тройственного папства. Пусть кто-то в этом ряду лишь отчасти ведал или ведает, что творит, — для судеб человечества это не имеет никакого положительного значения, как и желание современников искать себе в том ряду образцы для подражания.


* * *

В последнее время пошли разговоры о намерении создать что-то вроде 2-го класса. Давайте сразу поймем, что это означает. За подобными разговорами скрывается намерение проделать с нами тот же самый "фокус-покус", который иезуиты проделали с масонами, учредив у них высшие ступени, на которых исчезают плоды нижних. Так и мы рискуем потерять то, что дает 1-й класс. Кроме того, хотят образовать элиту и отделить ее от массы "профанов", ввести новые факторы власти (которыми уже стал и 1-й класс) и создать пищу для честолюбия. Но нужно помнить, что только великим посвященным дано учреждать на Земле и развивать места новых Мистерий. По аналогии с Союзом мы вошли в период "перестройки". Будут предприниматься попытки "встроить" Антропософское Общество в объединенную Европу, сделать из него некоего рода "антифашистский центр", для чего потребуется дискредитировать и изъять значительную часть духовнонаучного содержания. В вальдорфских школах будут все больше протестовать против упоминаний об Антропософии. Что касается истории Средней Европы, то, я думаю, ее уже и сейчас там преподают в духе Лиссау и Линденберга. Начнется издание циклов лекций Рудольфа Штайнера с большими купюрами. Одним словом, победит линия Лиссау-Линденберга. Число ее приверженцев постоянно возрастает. * В течение вот уже нескольких лет с усилиями, заслуживающими лучшего применения, г-жа Краузе-Циммер пытается развенчать все известные нам портреты Христиана Розенкрейца. Зачем ей это нужно? Ей дорога историческая правда? Для нее важны факты истории? Но она обращается с ними по методу г-на Линденберга. А таким методом каких только доказательств не было представлено в наш век. С фактами в руках доказано, что Иисус Христос не мог жить вовремена Пилата. Однажды московские культурологи в шутку доказали, что таких поэтов, как Андрей Белый и Александр Блок, не существовало; это просто псевдоним одной личности. Шутка на первый взгляд выглядела весьма убедительно.

* Я должен сделать поправку и сказать: "бурно нарастает", если учесть хотя бы то, что появилось в антропософской печати в период с апреля по август 1993 г.

Но если говорить серьезно, то мы должны знать, что великие посвященные не из честолюбия позволяют рисовать себя и фотографировать. Им важно углубить связь с возможно большим числом людей, на служение которым они себя поставили.

Не следует, конечно, игнорировать и факты истории, только обращаться с ними нужно гетеанистически и брать их в большой совокупности. Мне, например, рассказывали об одном пожилом антропософе, который в молодости посетил музей в Голландии, где хранятся записные книжки Рембрандта, и сам читал в них запись о посещении художника неким гостем, который учил его передачи светотени. Когда, после публикации статей г-жи Краузе-Циммер, антропософ снова поехал в тот музей, то записных книжек ему не показали, доступ к ним оказался закрыт.

Может случиться, что Антропософское Общество разорвется надвое. Одна часть уйдет в сферу романского влияния. Там даже может состояться некоего рода "канонизация" Рудольфа Штайнера. Я бы рекомендовал антропософам внимательно прочесть книгу известного теолога-иезуита Б.Грома об Антропософии.( *5 ) На две трети ее содержание представляет собой совершенно позитивное и грамотное изложение учения Рудольфа Штайнера, а в последней трети предлагается сотрудничество, например, в области педагогики, где, как пишет автор, у иезуитов тоже есть большой опыт, необходимо только с обеих сторон пойти на какие-то компромиссы и т.д. *

* Вспомним по этому поводу еще раз о компромиссах Вальдорфской школы в Москве.

Другую часть Общества попробуют окончательно встроить в структуру оккультизма западных тайных обществ и в объединенную Европу. Там тоже придется пойти на компромиссы в попытке соединить мертвые мумифицированные культы с живой водой духа. "Как достигнуть познания высших миров?", "Философия свободы" будут, подобно Гегелю, переживаться медитативно, но лишь в узких кругах оккультной аристократии; всем прочим будет дана "философская антропология".*

* Ранее в книге я приводил образ черта, который таскает горячие угли, перекидывая их с руки наруку. Что-то подобное наблюдаешь в попытках оккультно-политических сил схватить "пылающий уголь" Антропософии. Для "левых" в этом смысле особенно характерна публикация Брюгге, вышедшая потом в виде отдельной книги (Die Anthroposophen. Spigel-Buch, Rovohlt, 1984). У них прием такой: все, что онижелают прибрать к рукам, они сначала оплюют, вываляют в грязи, чтобы другие потеряли к нему интерес, а тогда спокойно присваивают. В таком стиле пишет Брюгге, и именно этим занимаются Линденберг и Лиссау. Книга же Грома характеризует подход и намерения противоположной стороны.

Это все-таки поразительно, что ни один антропософ не реагирует на такие публикации. Косвенно такое поведение также свидетельствует о том, что за кулисами АО идут фундаментальные "разборки" и до его судьбы никому дела нет. Но когда делят "шкуру неубитого медведя", то непонятно, почему сам-то он не обеспокоен подобным обстоятельством?

Со временем из открытых публикаций исчезнут также и сообщения Рудольфа Штайнера об эзотерическом Христианстве: под знаком веротерпимости, чтобы "иудаисты и магометане" могли вступать в наше общество. Наконец, со всем наследием Рудольфа Штайнера поступят так, как в свое время Рим поступил с Библией — простым людям запретят читать его книги.

Все более-менее значительные оккультно-политические силы в мире знают о жизненных силах Антропософии, что они способны оздоровить всю цивилизацию, поэтому никогда не прекратятся попытки дать им ложный ход, поставить на служение силам социальных болезней, сделав их этим затяжными. Нужно еще помнить, что борьбу с живым духом всегда ведут в широком стиле, например, в борьбе с реформацией не побоялись всю Среднюю Европу ввергнуть на 30 лет в войну, а в борьбе с социальной трехчленностью и со всей Духовной наукой затеять два опустошительных социалистических эксперимента.

К нам, антропософам, из мира Духа звучит: "Держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего!" "Держать" — означает бодрствовать и не молчать, быть активным в хорошем смысле слова. И нужно оздоровить Общество. Я не понимаю серьезных антропософов, которые молча самоустраняются, отходят от АО. Нужно бороться за Дорнах. Там стоит Гетеанум, там стоит "Новая Изида" и далеко не безразлично, что происходит вокруг нее. На сцене Гетеанума ставятся Драмы-Мистерии, "Фауст". Это и многое другое ни в коем случае не должно перейти в чужие руки.

Необходимо ввести новые принципы антропософской жизни, в корне пересмотреть статуты Антропософского Общества. В первую очередь, все в Обществе должно делаться гласно, открыто. Разве это нормально, что мы, зная о каждом дне жизни Рудольфа Штайнера, получили генерального секретаря, председателя, о котором не знаем ничего? Разве это позволительно, имея на каждом шагу нужду в деньгах для практических, научных дел, мы тратим миллионы на содержание метафизической бюрократии? Вполне резонный по нынешним условиям вопрос поставлен в одном из номеров "Инфо-3": "А не лучше ли сделать музей из Дорнаха?" Музей, конечно, — мера крайняя, но, сделав отношения братскими, не лицемерно демократическими, можно будет все устроить так, что ни за ложным авторитетом, ни за властью, ни, наконец, за поживой никто в Дорнах рваться не станет.

Высказывая эти мысли, я хочу лишь показать, что идеи оздоровления дел в Антропософском Обществе не обязательно искать на Высшем Девахане. Они живут между нами, рождаясь из реальных, а не выдуманных отношений. Нужно только свободно и открыто обо всем заговорить. Пусть при этом вмешаются и силы хаоса, и силы зла. Мы увидим, что на свету они куда слабее, чем во тьме.

Наконец, давайте примем всерьез то, что о сущности Антропософского Общества сказал сам Рудольф Штайнер. Я приведу только два его изречения, но если бы жизнь в Обществе была приведена в соответствие с ними, осуществились бы самые заветные наши надежды. Одно, я бы сказал, наставление Рудольфа Штайнера звучит так: "Бессмысленно считать человека антропософом только потому, что он принадлежит к Антропософскому Обществу, ибо этим тогда предполагалось бы, что все Общество имеет одно общее убеждение, общую догму. *Но такого не может быть. И если бы все Общество — согласно статутам — захотело бы клясться на общей догме, то оно перестало бы быть Обществом, началось бы сектанство" (135; 5.III).

* Я надеюсь, читатель без дополнительных разъяснений сам поймет разницу между кредо и догмой.

И второе наставление:

"Впредь само Антропософское Общество должно стать таким местом, через которое самым непосредственным образом будет протекать эзотерическая жизнь, и которое само действует эзотерически и свое эзотерическое действие осознает". Необходимо "...признание тех реальных сил, которые должны соединить отдельные, ставшие членами Общества индивидуальности. Эти силы ни в коей мере не могут действовать среди разных абстракций, программ и правил. Единственно лишь наличие реальных человеческих отношений может основать и поддержать в эзотерическом смысле Антропософское Общество. Итак, в будущем все должно основываться на реальном человеческом отношении в широком смысле, на конкретной, а не абстрактной духовной жизни" (37; стр.382—383).

К этим наставлениям мало отнестись сочувственно. Нужно понять их глубинный смысл, что можно сделать, лишь понимая характер нашей эпохи. Мы часто говоримо том, что в 1899 г. по Рождеству Христову окончилась темная эпоха, Кали-Юга, и началась новая, светлая эпоха, но мало отдаем себе отчет в том, что означает смена таких эпох. Оттого многое приходится принимать на веру, в том числе и идеи социальной трехчленности. Смена эпох продолжительностью в несколько тысячелетий означает качественное изменение самих основ по меньшей мере общественного бытия. Около ста лет мы живем в условиях качественно иного мира и не осознаем этого, принимаем все, происходящее с нами, как временное и где-то, пусть полусознательно, ждем, что вернется старое. Мы тянемся к нему, оно тянется к нам, и потому, несмотря на все наши огромные знания, призраки безвозвратно ушедшего прошлого получают приют и в нашей среде. Давайте окинем одним взглядом весь гигантский процесс нисхождения человека в бытие земного зона. Что увидим мы тогда в первую очередь? Мы увидим, что сначала этот процесс совершался под непосредственным водительством Божественных Иерархий, потом нас вели великие Посвященные. Когда зарождаются общественные институты, в них стремятся подражать высшему водительству. Но по мере того, как водительство передавалось в руки людей, в нем совершался все больший отход от высших законов развития, к нему все больше примешивался человеческий произвол. И тем не менее, до конца Кали-Юги принцип был таков: внутри себя человек имел инстинкты, необузданную природу, которая в течение тысячелетий преображалась из животно-человеческой в человеческую. Внешняя власть имела задачу регулировать эту природу извне, обуздывать и воспитывать ее. Поэтому власть требовала подчинения себе. Не случайно о необходимости подчиняться ей говорится в Новом Завете, что власти предержащие "не праздно" носят меч при себе.* Извне регулировались вопросы нравственности и права. Несмотря на все отклонения власти от высших норм, от нее всегда ждали справедливости и нравственного поведения; она же, подобно отдельному человеку, то отклонялась от них, то снова к ним возвращалась. Именно на этом пути проб и ошибок уже со времен древней Греции было изобретено и испробовано множество систем управления; демократических, теократических, либеральных, олигархических и т.д.

* Хотя перелом наметился уже тогда. Поэтому Христос говорит народу и ученикам: "На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; и так все, что они велят соблюдать вам, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте..." (Мф. 23; 2—3).

К концу Кали-юги человеческое, личностное целиком заполнило институт власти, а мир как бы вывернулся наизнанку. Что прежде составляло внутреннее человека, обступило его извне. Обычно подобная метаморфоза совершается в момент смерти или при переходе через Порог сверхчувственного мира. Так вот, в XX веке человечество переступило этот Порог! Вся неочищенная, инстинктивная природа человека теперь обрушивается на него извне. Произошло это потому, что человек созрел для свободы, для полного индивидуального самоопределения. Внутри себя он должен теперь находить и доброго крепкого управителя, и нравственное существо, и законодателя эстетического вкуса. Все прежние внешние подпорки пали. Какие бы старые социальные структуры теперь ни пытались реставрировать, все они будут нести только зло. Повсюду в мире институт власти заполняют преступные группировки. Массовая культура насаждает безнравственность, развращает, растлевает, истребляет всякое чувство прекрасного. Безнравственный характер принимают духовные движения и сама религиозная жизнь. Институт права творит произвол. И все это принимает тотальный, планетарный, перманентный характер. И так будет впредь, ибо мы вляемся свидетелями зарождения злой расы.

Искать что-либо в противовес этому можно только в индивидуальном начале отдельного человека. Приходящие постепенно к духовной свободе индивидуальные люди должны теперь быть всеопределяющим началом при образовании социальной структуры общества. Вот чем обусловлена необходимость социальной трехчленности. Ей нет альтернатив. В свою очередь, и в АО смысл имеет только то, что считается с "вывернутым" наизнанку миром, с миром, переступившим Порог, когда бывшее внутренним стало внешним, а внешнее — внутренним. То есть все былое Божественное водительство человеку теперь надлежит искать внутри себя, как свое высшее достояние, и им определять все внешние отношения. Вот почему Рудольф Штайнер и сказал, что впредь "все должно основываться на реальном человеческом отношении".

Создание нашего Общества не завершено. Поэтому мы должны жить ожиданием прихода великого Посвященного. А до той поры делать то, что он научил нас делать: изучать Духовную науку, работать над собой, строить социальные отношения, отношения братства и духовной свободы, нести Антропософию в мир, во всю полноту человеческой жизни.Ни на какие компромиссы с силами распада и умирания нам идти нельзя. Идеологии приходят и уходят, то же самое — и приступы массового умопомешательства, а Антропософия остается, ибо она знаменует собой начало эпохи осуществления Христианства.

Среди первых московских антропософов в момент тяжелого испытания, которому был подвергнут весь наш народ, было высказано мнение, что Антропософия видит "величие задач" советской власти. Страшно подумать, что было бы, если бы большевики догадались поддержать такое мнение.

Так давайте учиться хотя бы на горьком опыте. Придет время, когда станет прошлым то, что назревает теперь как еще одна мировая катастрофа. Люди обретут условия для свободного духовного развития. И добрым словом помянут они всех нас — кто не утратил верность духу и имел смелость бороться за истину до конца. В Писании сказано: "Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков" (I Кор. 7.23).


Аминь.


Примечания

1. "Минувшее", стр. 52.

2. Там же.

3. "Mitteilungen", №82, 1977.

4. Flensburgerhefte, №32, S. 133.

5. Bernhard Crom, Anthroposophie und Christentum, München, 1989.



Дата публикации: 15.12.2011,   Прочитано: 10079 раз
· Главная · О Рудольфе Штейнере · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Вопросы по содержанию сайта (Fragen, Anregungen, Spenden an)
         Яндекс.Метрика
Открытие страницы: 0.04 секунды