· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Книжная лавка · Глоссарий ·   
Главное меню
Главная
Новости
Форум
Фотоархив
Медиаархив
Аудиотека
Каталог ссылок
Обратная связь
О проекте
Общий поиск
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
Содержание GA
Русский архив GA
Электронные книги GA
Печати планет
R.Steiner, Gesamtausgabe
GA-Katalog
GA-Beiträge
GA-Unveröffentlicht
Vortragsverzeichnis
Книжное собрание
Каталог авторов
Поэзия
Астрология
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Книгоиздательство
Глоссарий
Поиск
Каталог авторов

Алфавитный каталог

Эл. книги GA

Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Антропософская жизнь
Мастерские
Инициативы
События
Поэзия

Холостой Дмитрий

Разные стихотворения



и спросили у каната...

и спросили у каната
подошедшие зеваки: 
- ты держал его когда-то?
  он стоял тут... в белом фраке?
  расскажи нам про наряды
  про бесстрашную улыбку
  говорят, что был с ним рядом
  кто-то в небе, тенью зыбкой
  говорят, что этот кто-то
  знает тайну равновесья
  и ведёт он до полёта
  до полёта в поднебесье

приглушив вороний клёкот,
отвечал канат ветрами
из Аравии далёкой:
- вы слепы, он здесь, пред вами

и застыли у каната
погрустневшие зеваки
и глазами, воровато,
в небесах искали знаки

над лагуной бирюзовой
молодой вихрастый ветер
на крыло вставал и снова
падал в сохнущие сети

рокот рыбного базара
спорил с рокотом прибоя
вервь каната, ведьмой старой,
на костёр несли толпою

  


***

молчать, молчать, не говорить,
слов осторожно обходя овраги,
и на любое радостное "фьить"
рычать утробно, замедляясь в шаге

колодец под горой - и путь наверх
песок отметит слабости пунктиром
и вёдра не полны и скрытен стерх
одной строки, в одном дыханьи с миром 




***

он прошёл ещё немного
он пропел ещё куплет
и упал под ноги богу,
твёрдо веря - бога нет

и зрачок без новой крови,
стекленея, отражал -
одуванчик у надбровья
и коровок божьих бал




Октябрь

Хоть дождей в октябре густо,
жмётся в холод река к руслу.
А дождям в октябре тесно.
Теста осени вкус пресный.
Где сыскать для костра хворост,
чтоб души просушить морось.
Дохлой рыбой в песке лодки.
Голод чайкам лудит глотки.
Я несу им привет хлебный -
покрошу свою грусть в небо.
Смерть осинам красна в роще.
Научиться бы жить проще.
Заскрипят на реке вёсла.
Я бессрочно в октябрь сослан.
Я - сиделец тайги хмурой.
Сыч седой - мой ночной гуру.
Пусть дождей в октябре густо,
лишь не жгла бы души пустошь.
Лишь бы зря не рубить просек.
Улыбнись октябрём, осень. 




Сомненье

И вновь предчуствие весны.
Опять сомненье, как раненье,
Без жалости и сожаленья,
Мне фомкой взламывает сны.
Сомнение, как тень вины,
Как жизнь и смерть наполовину.
Я пью предчуствие весны,
Как пьют отравленные вина.
Моё сомненье мне ответ
На всё где-бы хотелось точку.
Пролистыванье прошлых лет,
Что плавание водиночку.
"И повторится всё как встарь"
Он тоже не спешил с ответом.
Сомненья ледяная сталь-
Граница между тьмой и светом. 



Судьбы усмешка

Не говорите мне:"судьбы усмешка".
Всё просто - ночь и схватка на ножах.
Шаг влево, вправо.
Страх сглотни. Не мешкай.
Блеснёт кинжал. И смерть
        блеснёт в глазах.
Так я хотел бы.
Так бы было проще.
Вдохнув рассвет, закрыть остывший дом.
Забыть про всё.
И вспомнить всё наощупь.
И не проснуться
           ночью или днём. 




Тайна

Орёл не высмотрел добычи.
Реки не отыскал олень.
Грустили горы необычно,
В обычный день.
Грустили горы по напеву.
В лесной тиши
Молчало вековое древо
В тени вершин.
Металась тенью волчья стая
Без вожака.
Не горячила кровь густая
Его клыка.
Всё было странно в этот день.
Смеялись тучи.
Смотрел задумчиво олень
С гранитной кручи.
И мчалась горная река
Неудержимо.
И тайна билась у виска
Неуловимо.
И тайна превращалась в дар,
Но было поздно.
Захохотал седой шакал
И только слёзы,
Дрожжали слёзы на щеках,
Срывались слёзы...
Я был от тайны в двух шагах,
Но было поздно. 




Поэту Высоцкому

А в бухте лазурной,
Ни много ни мало,
Три рая. И это не сказка!
Один для усталых -
Их пыльные каски
Остались на месте привала.
Их в копоти лица
В отсвете погонов,
Как лики святых на иконах.
В тени Зурбагана
Бриз юный и пьяный
Смеясь, развернёт алый парус...
Им всё что осталось -
Святое наследство.
Они возвращаются в детство.

А в бухте лазурной,
Ни много ни мало,
Три рая. И я это знаю!
Второй для влюблённых,
Беспечных и томных,
Совсем не желающих рая.
За ними плетётся
глухое злословье,
Прикрытое маской учтивой.
И вечная зависть
стоит в изголовье,
Как будто над свежей могилой.
Им много не надо -
Пустая дорога, похожая на бесконечность...
Пустая дорога - ни мало ни много.
Они возвращаются в вечность.

А в бухте лазурной
Сиянье такое -
все звёзды какие бывают!
И лижется к ней захмелевшее море,
И чУдные тени взлетают.
У третьего рая не будет ответов,
Прощания и покаянья.
У третьего рая встречают поэтов
И души пронзает сиянье! 




Закаты

Вы посмотрите на закаты.
Вы их послушайте.Они
Нам говорят,что там,когда-то
Совсем иные были дни.
Шептались вечные деревья.
Плескались сонные моря.
Туманы прятали кочевья.
Там были мы
           и Ты и Я.
Там были мы- ещё нежнее,
Ещё любимее сто крат...
И может быть,ещё мудрее
Мы были много лет назад.





Выбор

Рука, дрожащая во мгле
Коснётся стрелки.
И остановятся часы,
Поддавшись сделке.
И тишина почти жива...
И нет сомненья -
Рука дрожащая права,
Хоть на мгновенье. 




Я провожаю поезда...

Я провожаю поезда
И очень верю,
Что можно мчаться в никуда,
Без всякой цели.
Что можно броситься в вагон
С жары вокзальной.
И перепутать жизнь и сон
В дороге дальней.
В переплетеньи мыслей,лиц,
Прикосновений
Вдруг отрешиться от границ,
От всех сомнений.
Поверить запросто себе
И расстоянью.
И заглянуть навеселе
В чужую тайну.

Я провожаю поезда
Всегда из детства.
Вновь нить теряя иногда
Причин и следствий.
Я в детстве не умел читать
С боков таблички,
Лишь скорых отличая стать
От электрички.
И было странно осознать -
Пункт назначенья.
И не хотелось понимать
Его значенье.

Я провожаю поезда
Так осторожно.
Колёса,рельсы и года
Стучат тревожно...




***

Что в сказке ты найти хотела?
Смешная девочка,поверь -
Мгновение. Движенье тела.
И всё у ног твоих. И зверь. 




Художнику

Сегодня, хмурый мастер,
Ты напишешь
Одну лишь боль
И содрогнётся холст,
Когда ему под кожу просочится
Безумная,холодная тоска.
И время беспорядочно помчится,
Испуганное нервностью мазка.
И юное нагое божество
Натурщицей хмельною зарыдает,
Когда уйдёшь ты,рок свой проклиная,
И красок бессердечных колдовство.

Когда уйдёшь ты, мастер,
За тобой
Останется беззвучное пространство.
Ночную мглу 
Ты унесёшь с собой,
Как палача тяжёлое убранство. 




***
Печаль нарисовать не долго -
В саду уснувшем ряд скамеек
Пустых.
Над ними ветви клёнов
Качаются заворожённо...
И фонари,забыв о долге,
Так грустно жёлтыми глазами
Глядят на звёзды. 




***

Мне друг однажды так сказал:
"Вся жизнь - вокзал".
И расставанья
не стоит принимать всерьёз.
Нас встретят залы ожиданья.
Перроны выплеснут прощанья
ненужных слёз.
И мы,оставшиеся там, -
В пустынных переходах чуда
Пойдём совсем не к тем путям.
И вновь прибытие.
И всюду
толпа встречающих
не к нам.




Автопортрет

Тишина, лишь слышен в ней,
Шорох падающих дней.
Все сомненья в одночасье -
И зачем я нужен ей ?
Сигарета к сигарете -
Ночь проходит на пролёт.
Что не так в автопортрете?
Где же я?И кто живёт?




Случайной знакомой

Я всю жизнь прохожу одиночкой.
Встречу смерть шатуном без берлоги.
Я оставлю нелепые строчки
И тревожную память дороги.
И тебе, на моём перепутье
Повстречавшейся вдруг как из сказки,
Я скажу - В этой жизненной смуте
Не ищи ни приюта ни ласки.
Не проси у судьбы и у прочих.
По домам здесь запрятаны чувства.
Этот город давно обесточен.
Лицедейство - мартышье искусство.
Пусть года как цыганские карты
На сукне разлетятся по масти.
Верь себе в ожидании фарта.
Верь душе в ожидании счастья! 




Жар

Расплавленным июлем зной
Плыл в сонном мире.
Всё, что останется со мной -
Строки четыре.
Прохожие-как корабли
Без ветра в море.
Их очертания вдали
Теряю вскоре.
И сам я кажется теку,
Теку как лава.
Я помню каждую строку.
К чему же, право?
Вокзалов гомон, шум портов,
Многоголосье.
Я кажется почти готов
Всё это бросить.
Я кажется почти готов
Прийти с повинной.
Вам хватит снов моих
              и слов
И половины. 




Лангольеры

Когда уходит время без тебя,
Растерян, одинок и безоружен,
Взглянув вокруг, ты ощущаешь ужас.
И нарастает гул небытия.

Это времени бультерьеры -
Лангольеры идут! Лангольеры!
Бесконечного хаоса вой.
Лангольеры идут за тобой!

Секунду взять назад, сбежать из плена.
Почувствовать плечом тепло Вселенной...
Нет. Невозможно. Только запах тлена.
Гул нарастает, съёживая вены.

Это времени бультерьеры -
Лангольеры идут! Лангольеры!
Бесконечного хаоса вой.
Лангольеры идут за тобой!

Здесь всё тускнеет - память и желанья.
Ещё не в прошлом, но не в настоящем.
Бесцветно на задворках мирозданья.
И только гул - он яростный и вящий.


Это времени бультерьеры -
Лангольеры идут! Лангольеры!
Бесконечного хаоса вой.
Лангольеры идут за тобой!

Просыпайся! Скорее! Скорее!
Это что же - "бульварное чтиво"?!
А быть может - мир вправду стареет ?
Вы прислушайтесь к речитативу :

Это времени бультерьеры -
Лангольеры идут! Лангольеры!
Бесконечного хаоса вой.
Лангольеры идут за тобой!       




***

Так идёт.
Под взглядом млечным
через горный пик Тянь-Шаня,
как сайгачих стад растечье,
облаков плывут лавины.
Путь один, с одним желаньем -
впиться влажными зубами,
ливней долгих, бесконечных,
в пересохшие долины.

Там, внизу, не смеет ветер
даже вздрогнуть. В ожиданьи
поле рисовое дремлет.

Тихо-тихо. На рассвете
выйдет юная селянка,
лучезарным взглядом встретит
тучку первую на небе. 



О головных уборах

Очень я люблю ходить без шапки.
Почему, не знаю, так привык.
Может быть волос моих охапка
Не терпела вязаных вериг.
Меховых не жаловала тоже,
Не боясь снежинок в голове...
Таял снег и став росою божьей,
Гнев и злобу он тушил во мне.
И корона знатная в каменьях
Я уверен, мне не подойдёт -
Облысеть боюсь в одно мгновенье
От гордыни, фальши и забот. 




Федеральная трасса М5

Вот опять я на М5
И мотив частушки пьяной
Не могу никак унять
В этой тряске окаянной.
Мир окружностью руля
Ограничен до предела.
На М5 сегодня я
Выживаю то и дело.
Федеральная она -
Эта прОклятая трасса
И идёт на ней война 
Без бомбёжек и фугасов.
Помолясь, да с матерком,
Проезжают разночинцы.
От надгробий в горле ком.
"Тройка Русь" всё также мчится... 




***

                    О пошлости, душевном спаме, 
                    О будущей, возможно, маме,
                    О поколении "без башни",
                    Доставшем простотою страшной.
 


"Простите, девушка, но Вам сюда -
И этот зал и этот столик
Вы сами заказали, да.
Нам кажется, Вас не смутит -
Наш "офицант" слегка не брит."

             - Куда он смотрит? Взгляд горит.
               И пахнет кровью...

"Да нет же! Что Вы! Внешний вид
Всегда обманчив.
Он Вас приятно удивит,
Он, кстати, первоклассный гид.
Вид чаевых ему претит.
Вернёт всю сдачу."

            - А что за столиком у вас ?

"Ах, это... -  икебана."

            -Иконостас и унитаз!?
             Дизайн довольно странный...

"Помилуйте, мы ждали Вас!
И угодить хотели!
Дизайнер творческий у нас,
Он на "винте" неделю.
Хотите - уберём сейчас."

           -А тот вот, мрачный персонаж,
            Он чем-то удручён ?

"Художник, музыкант и паж.
Он, в общем, ни при чём.
Ему до Вас, как до луны -
Так и сказал наш босс.
Вчера был бал у ...Э-хм
Так в чём вопрос?"

          -Ваш босс? А я знакома с ним?

"Вот здесь попали в точку.
Мы Вашим творчеством горим -
Ритм, образ, чудо-строчки!!!
Мы помним всё! Перечислять?
К примеру есть названий пять: 

-------------    

"Нет, не смущайтесь, кстати, вот -
Попробуйте напитки.
Неси, небритый обормот!
(галантен лишь при пытках)
Вы тут без спутников, одна."

         -У вас такое эхо...

"Быть может вместе и до дна?
Вам творческих успехов!!!
Вы так играете с душой!
Читатели к Вам льнут!
Душа приятна нагишом.
Ханжей взашей!
...........
Вас ждут. 




***

Вот так и бывает -
Рявкну от злости,
А потом думаю,
Чего это я, барбос?
Сидел бы в будке,
Грыз свои кости
И не пугал прохожих
С букетами роз,
Озадаченных, например, стихами,
Плывущих в нирване
Или просто идущих
На свидание к даме
(Или наоборот).
В общем, неотёсанный, грубый,
Невоспитанный я - обормот.




Скрипач

Век Двадцать первый. Русская весна.
Неспешная.
Снега метут в апреле.
Но был скрипач.
И ангелы взлетели!
И демоны воспрянули от сна!
Шум в зале стих.
И понял я
          отныне
Я навсегда забуду про покой.
Меня коснулась
        дьявольской рукой
Бессонница Николо Паганини! 




Полуночный виадук

Этот звук не будет слышен,
Лишь прикосновенье вдруг.
Взмах крыла летучей мыши.
Полуночный виадук.
Надо вырваться на трассу!
Скорость пятая. Кювет.
В правом боковом погасла
Чья-то фара, жизнь и свет.
Ночь июля-паутина
Липкой сетью на спине.
Ангел мой-полметра мимо!
Шесть циллиндров в сердце мне!!!

Будет радость возвращенья.
Будет дом и ты, но вдруг-
Взгляд луны, как чьё-то мщенье.
Полуночный виадук. 




Подумалось

Вот окно.
Хоть прозрачно оно.
Всё равно.
Это тоже граница.


Иногда разбиваются птицы,
Не заметив границы незримой
Меж свободой реальной и мнимой... 




Точка настоящего

В молчании и паузах квадратных
подведена черта
Обратно
не хочется идти
и даже взгляд
на прошлое бросать
Зачем?
Когда уже
пока ещё невнятно
нам будущего розовые пятна
приносит тёплый ветер перемен.
Есть точка настоящего
но нет
в ней равновесья
и уже парящих
Нас, кажется, удерживает свет
Бескрайний свет
(под куполом блестящим) 




Подданные луны

Бьют в шаманские бубны
Подданные луны.
Этой ночью безумной
Мы луной пленены.
Славно сварено зелье!
Соблазненье мечты -
Это наше веселье.
Выпьем яд красоты!
Плавит магия пластики
Тел горячих янтарь.
Ароматами страсти
Правит горький миндаль.
Обнажённость усталости
Скроем в ночи чадру.
Не оставим и малости
Друг от друга к утру.
Нежность неги растает
Над альковом пустым.
Шторм уходит, стихая.
Мы - на суше киты.
Нам не жить в океане.
На земле нам не быть.
Лунный свет тихо манит.
Рвётся сущего нить.
Мы во времени оном.
Возрожденье в огне.
Крылья древних драконов
Нас уносят к луне.
Исчезают кварталы,
Спины крыш и мосты.
Ты мне что-то шептала,
Я услышал лишь:"Ты"
Я услышал лишь ветер,
Взмах крыла за спиной...
Блеск всех кладов на свете
Не сравнится с луной!
Нам во след нибелунги
Бросят взгляда печаль.
Нашей пристани лунной
Тихо скажем:"Встречай." 




Бал

Бал бушевал! Бал сознавал себя
Неповторимым мигом бытия.
Сиянье шёлка, отблеск эполет.
Сбежавший локон, жаркий шёпот - НЕТ!
Едва касанье милого плеча,
Взгляд брошенный наивно, сгоряча...
Ответный взгляд. Взгляд бравший города.
Сбежавший локон. Нежный шёпот - ДА! 




Светлане

А всё-таки, как пишутся стихи?
Я вижу, ты гадаешь мне на кофе.
На блюдца белизне знакомый профиль
Всё чётче в знаках тайной чепухи.
Заметила. Улыбки лёгкий бриз.
Слова взахлёб. Настойчивость в смятенье.
И снова я наощупь на карниз
У вечности выпрашивать мгновенье.
Я слушаю, кивая невпопад,
Про век серебряный и гения в опале.
Не слышу я...вот только этот взгляд...
Тебя мне боги, сжалившись, послали.

А всё-таки, как пишутся стихи? 




***

Город в пудинге черничном
зимних сумерек увяз.
Непонятно, то ли вычтен,
то ль добавлен этот час.
Час намёков, время пряток.
Снежной пудры тонкий наст.
Безупречность циферблата
веселит заботой нас.
Нам предсказано свиданье
в этот вечер, в этот сон, 
среди флота стройных зданий,
скрытых в дымный полутон.
Среди брошенных проспектов,
потерявших свой маршрут,
среди первых капель света,
разорвавших черноту.
Перекрёсток перекрестит,
отгадаю силуэт -
иней блёстками невестит
шарф пуховый и берет.
Город в пудинге черничном,
снежной пудрой заметён,
нам покажется двуличным,
нам, оставшимся вдвоём. 




***

На угрюмой сосне
Задремала сова,
И её голова
Чуть качалась во сне.
Золотистый рассвет
Золотистым лучом -
Это всё ни при чём
Ни при чём, ни при чём...
На угрюмой сосне
Задремала сова.
И летела молва -
Ни о чём, ни о чём...
Может ветра навет ?
Он шептался в ветвях.
Золотистый рассвет.
Луч на жёлтых когтях.
На верхушке сосны
Золотистые сны.
День искрился в лучах,
Растекаясь рекой.
А на жёлтых когтях
Засыхало пятно
Бурой крови ночной.




***

Вечер.
Библиотека публичная
выдохнула последних "читал".
Сумерки встретили
мягкой двуличностью.
Нечет.
(Чёт никогда ещё не выпадал.)
Что у него?
Как всегда - лишь мелодия.
Город был явно богаче
и звал:
Сверхфешенебельность
Многонародие
Бешенство светотеней и зеркал.
Presto -
кричали глаза лимузинные.
В быстром движенье -
спасенье за спинами -
Он пошагал.
Место -
стена заведенья кирпичная.
Там закурил и немного продрог.
Город( откуда-то слева, спуская курок):
"Ваша мелодия? Ничего личного."
Быстро и точно - в висок. 




***

Я сквозь город.
Вечер. Леди.
Всё в законах променада.
С флегматичностью медведя
Провожает меня взглядом
Отутюженный "гаишник"
Из облупленной "десятки".
Купола созрели слишком
На небесных пухлых грядках.
Я сквозь город.
Мне так надо!
Я опаздываю очень!
По законам променада
Музыка проспект щекочет.
Он жеманится и тут же -
Предлагает магазины.
Маргариты варят ужин.
Окон нет - одни витрины.
Я сквозь город.
Где-то рядом
Мысль отчаянная бьётся.
Не успею! Водопадом
"бимбо", "бимбо" в уши льётся.
Солнце - ласковый ленивец
Уползает в щель заката.
Город вечером ревнивец,
Простынь площади помята.
Я сквозь город.
Мне скорее!
Мне уже почти инсультно!
Эти ж новые "бродвеи" -
И акульны и оккультны.
Я бегу сквозь улиц лживость
От названья до призванья.
Память-"бомж" всегда учтива.
Подворотни ждут свиданий.
Я сквозь город.
Время-молот
Опускается всё чаще.
ВЕчера бурлящий солод
На губах слюной горчащей.
Дайте мне один зелёный!
C чистой полосой движенья! 
Город, сам в себя влюблённый,
Засчитай мне пораженье. 




Пёс по имени Байкал

На вираже он вышел в лоб.
На дальнем ослепил.
Мне оставалось лишь в сугроб,
Что-б не считать могил.
Как черепаха на спине,
Крутил колёса джип.
И лопался за нервом нерв.
И страх во мне охрип.
В туманный жар издалека -
Вдруг капает бензин ?
Похоже сломана рука.
Я тут, в снегах, один...
Потом подумал - повезло,
Что был один...Ну вот -
Ещё и ноги, как назло!
А вдруг она рванёт?!
Откос не слабый, как ползти?
На трассе никого.
Я бога попросил - прости,
Не только одного.
Там часто наступал антракт.
И память тоже врёт.
Я чудом выбрался на тракт.
А он, как эшафот.
На нём и правда ни души,
Ни даже огонька.
И снег судьбу мою вершил,
Летя издалека...
Я вспомнил, где-то я читал,
Как кто-то смерти ждал.
Но я не ждал, не понимал...
Я просто засыпал...

И вдруг в звенящем этом сне,
Сквозь жар или озноб,
Я понял - кто-то лижет мне 
Затёкший кровью лоб.
Потом он отбежал во тьму
Не лаял. Нет. Он звал!!!
И люди, люди шли к нему -
"Эй, ты чего, Байкал?"  




Девятнадцатый год

Кровь русскую мешая с глиною,
От рабства шло освобождение.
И кто о чём просил Единого
В тот вечер, глядя на знамение.
Пылили трактом люди разные.
Шли рядом праведность и мужество.
Шептались:"На селе, мол, сказывают,
Что в церкви уж не будет службы то."
Не белой гвардии полковника,
Не красной армии комбрига,
Несли икону чудотворную.
И солнце шло в закат расстригой.
В России был год девятнадцатый.
Семья, народ, страна, история -
Всё шашкой от плеча распластано. 
На век - терроротерритория... 




Бубыл. 1998г

Лесная дорога на Бубыл.
Баланы в раскисшей земле.
Я сердцем в дороге той убыл,
Задушенный в хвойной петле.
За мною бессменным конвоем
Шли в серых шинелях дожди.
Мне вдруг показалось - я вою
И волком бегу впереди.
О сила твоя государство!
Я видел на Каме реке
Пенитенциарное царство
В болотном, вонючем мешке.
И все они хлебом единым,
Хотя и по масти разны,
Гулаговские пилигримы
Острожной от века страны.
Тайга цепенеет от боли.
"Лаптёжники" в сизом дыму.
Россия - сума твоя доля,
Пока ты возводишь тюрьму. 




Когда бессонница дождя...

Когда бессонница дождя
Окутает пространство ваше,
Свет не гасите, уходя,
Я к вам приду, готовьте чашу.
Налейте доброго вина -
В гостеприимстве святость скрыта.
Когда проснётся тишина,
Я к вам приду -
     И дверь открыта.
Открыта дверь, как тайный знак,
Как пристань в бесприютном мире.
Как будто можно просто так
Вселенную забыть в квартире.
Когда бессонница дождя
Окутает пространство ваше,
Вы не тревожьтесь, уходя,
Я буду сторожем бесстрашным.
Я буду охранять всё то,
Что миром названо и ладом...

Дождь будет долгим,
А потом -
Вернётесь вы, 
Я буду рядом. 




Сон

        "смоковница мягка...он при дверях" (Евангелие от Матфея)

Старик, зачем принёс ты это мне?
Что значат медяки в сухих пригоршнях?
У птиц есть голоса. Беззвучен коршун.
И ты молчишь...И жутко в тишине.

Как патиной на этих медяках,
Покрыта тусклой плёнкой моя память.
Ты хочешь разбудить? Ты хочешь ранить?
Твой нар угрюмый - мой горбатый страх.

Не вычислить, не вымолить, не внять!
Теперь я слышу эхо Междуречья.
Во множестве обличий и наречий
Рокочет гулко человечья рать.

Голодных грифов суетную прыть
В глазах твоих, читаю я, безумных.
Да, знаешь ты, как долго может выть
Отчаянье горячего самума.

Старик, зачем принёс ты это мне?
В глазах твоих пустыни катаракта.
Здесь гурии купаются в вине.
Бурлит арык и розой ночи пахнут.

Здесь я живу, не помня ни о чём.
Истлели в прах кровавые страницы.
Да, глуп наш мир, да, мир наш обречён,
Но в нём я часть!...Ты можешь помолиться.

Предвестники, печальные гонцы,
К чему вы все являетесь так рано?
Я должен сам свою упрочить рану,
Смерть поведя по кругу под узцы.

И будет так! За медяком медяк
Роняя в пыль, ты путь освободишь мне.
Течёт песок. В часах он не иссяк.
Не вышло время. Нет. Ещё не вышло. 




Зачем я дуру полюбил?

Зачем я дуру полюбил?
Ведь знал же что-она.
Никто не подстелил опил.
Не крикнул:"Брат-хана!"
Зачем я дуру полюбил?
Хотя вот та - умна.
Но нет,мой взгляд её сверлил
И требовал - до дна!
Зачем я дуру полюбил?!
ЗАЧЕМ?ЗАЧЕМ?ЗАЧЕМ?
Теперь мне не хватает сил.
Теперь я плохо ем.
И думаю теперь порой
О той,увы другой.
Но дуру любит мой герой,
А он всегда со мной.




Принцесса Осень

Прозрачен холод сентября.
Все мысли где-то.
Как с прибывшего корабля,
Схожу я с лета.
Схожу я с лета, как с ума,
Себя забросив.
Среди встречающих - сама
Принцесса Осень.
В обратный рейс
не взять билет,
Нас ожидают.
Я соблюдаю этикет,
Как подобает.
Для одиночества теперь
Есть оправданье:
Среди бесчисленных потерь-
Одно свиданье.
Одно свидание с тобой,
Принцесса Осень.
Давай смешаемся
с   толпой
Часов так в восемь. 




А лето пришло...

А лето пришло незаметно, теплея ночами,
Прокралось тропинками парков и спящих аллей.
Я в нём оказался опять как-то очень случайно,
Заметив, что мысли и строчки вдруг стали длинней.
Растянуто время беспечно-дремотной сиестой.
Дворы-альбиносы в настырной любви тополей.
И я, в тех дворах, всё хожу, не найдя себе места.
А мысли и строчки всё медленней и всё длинней.
В нарядах своих горожанки приблизились к Еве.
Но нет, не весна и ленив поворот головы.
И нет даже чёрточки в свежепостиранном небе.
Дождей не предвидится - выдал синоптик. Увы.
Я в лето попав, разместился в нём наспех, неловко.
От тёплого пива скучнеют пейзажи вокруг.
Но чувствую, скрыта здесь хитрой природы уловка -
Попробуй подумать об осени, милый мой друг. 




К юбилею мамы

Даже мамы к юбилею 
мне не пишутся стихи.
Я писать их не умею
к юбилею. За грехи,
за какие, мне всё это -
кровь разбавил эскулап
желчью бешеной поэта,
кровь не та, я кровью слаб.
Не тверды в захвате руки,
когда надо быть как сталь.
И года стрелой из лука,
да не в яблочко, а в хмарь.
Мама, милая, родная,
ждёт меня и смотрит в даль.
В сумерках тревог сгорая,
вяжет тихую печаль.
И надежда выше смысла,
в то, что выстроится быт.
Ночь качает коромысло
звёзд...и вот одна летит.
Не ходила мама в табор
и кукушкой не была.
Но цыганские ухабы
выбрал сын, им нет числа.
Что же делать? Знаешь, мама,
завари свой чай лесной.
Это я в тебя упрямый
и задумчивый такой.
И не рад я юбилею!
И стихи свои сожгу!
Только б озеро кипрея
и твой смех на берегу. 




In vino veritas...

In vino veritas, друзья мои, in vino.
Лоза - планеты нашей пуповина.
Когда печали ржавая клюка
впивается внезапно в подреберье,
не замирайте к жизни в недоверье -
Тоскана Кьянти льёт через века!
Ломбардия - волшебница Муската,
Анкона и Саленто, Вечный Рим
прервут души испуганной стаккато
и безуспешный поиск парадигм. 





Ах, поэзия не проза

Ах, поэзия не проза -
Прошептали томно мне. 
И предательски морозно,
Вдруг мурашки по спине.
Я был весел и галантен. 
Вмеру дерзок и речист.
Вечер - франт в лиловом банте,
Предлагал коньяк и вист.
Я, не чувствуя угрозы,
Плыл по "регги" не спеша.
Ах, поэзия не проза -
Мне мурлыкала душа.
Эти тайны приближенья -
Их закон непостижим.
Лунный свет обнял колени.
Мне хотелось слиться с ним. 
Мне хотелось слиться с ветром,
Губ коснувшись невзначай.
Был заманчиво ответным
Взгляд в мерцающих свечах.
И внезапно точкой-током -
Миг касания волос.
И на вдохе неглубоком
Замиранье...и вопрос:
"Этот вечер лишь начало?
 Это сказочный пролог?
Я об этом вам шептала..."

Вечер смокинг сунул в смог.


Эх, поэзия не проза.
Мы мгновения ловцы.
Мне в коньяк упали слёзы,
Сладкие как леденцы. 




Художнику и старому другу - Виталию Ниточкину

Всеобщая эвтаназия
Под чуткой опекой элит.
Но звёзды питают фантазии
И друг над мольбертом корпит.
Вздувается ящик почтовый,
Эрзацами жизни бурля.
Отключен "инет". Ночь и совы.
В бесшумном полёте Земля.
Я верю, что это случится -
Он встретит, не падая ниц,
Ниспосланых Райскою Птицей
Залётных с далёких границ.
Покажет картины в безмолвии.
На небо покажет рукой.
И телепортирует молнией
В миры, где порядок другой.
  

* Райская Птица - название созвездия Южного полушария неба 




***

Я говорю на древнем языке.
Мне чертит анаграммы на виске
Незримая, загадочная сила.
И знаки говорят - всё это было.
А дальше путь знакомый и печальный.
Я снова здесь не нахожу себя.
Прозрачного меня не замечают.
Меня не слышат, мимо проходя.
Я здесь не смог найти себе полслова,
Ползвука, полдыхания не смог.
Вся ваша жизнь - пальто с плеча чужого.
Безжалостно расчётливый подлог.
Когда-то я боялся подражаний,
Страшась повтора, застывал в пике,
Но пусто здесь. Нет жизни очертаний.
Я говорю на древнем языке. 




Другое солнце

задумчивыми грачами
повесили клювы краны
последний корабль отчалил
закутался порт в туманы
ушли облака поспешно
табором да на север
стрижи на крыле - утешат
и лету мы вновь поверим
поверим, глаза закроем
на холод ночных свиданий
согрею твои ладони
горячим ещё дыханьем
я всласть надышался летом
я зноя напился вдосталь!!!
запястье блеснёт браслетом -
цыганка моя, так просто
сцепиться на "байке" с трассой
и ночь проколоть на дальнем
нам звёздный распахнут атлас
радушьем своим астральным
я кобр твоих чёрных кольца
до Холи укрою шлемом
нас встретит другое солнце,
другим забавляясь небом.

 
(Холи - праздник весны в Индии) 




Среди земноморья

                  (от сухорукого до визы
                   две трети тихо спились в избах)

в кафе, на родине Катулла,
мурлычет сонное пиано.
здесь вечность в мифах утонула.
здесь только солнце постоянно.
к чему, космополит радушный,
"мохито" потянув слегка,
ты заставляешь меня слушать
как мир красив, и свысока
бросаешь костью мне примеры...
в бреду качается канал,
а в нём хмельные гондольеры
иль ветер с моря укачал?
иль что ещё случилось с ними?
случится что ещё со мной?
пусть моё имя на латыни
прошепчет неродной прибой.
пусть эта ночь мне вскроет вены
в объятьях ласковых олив,
лишь только б голос твой надменный
не слышать, кустоватый ив. 




о смене времён года

Вновь вытесняет хлорофилл
палитрой увяданья осень.
Ах, лето, сон мой, ты сбылось ли?
Сон, сон - мне дождь заморосил.

В тягучем этом переносе,
забытой буквой на полях,
я заплутал из лета в осень.
Отстал от выводка в полях.

Вновь набухают мёдом соты.
Вновь тяжелеют ветви слив.
Преумноженье ждёт чего-то.
Лишь я от щедрости пуглив.

Вот так, дары не принимая,
смотрю как раздаётся ночь,
как ночь жиреет, всё сжирая...
и не могу ничем помочь. 



Дата публикации: 14.10.2010,   Прочитано: 2034 раз
· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Форум · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Над сайтом работают Владимир и Сергей Селицкие
Вопросы по содержанию сайта:
Fragen, Anregungen, Spenden an:
WEB-мастеринг и дизайн:
        
Открытие страницы: 0.03 секунды