· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Книжная лавка · Глоссарий ·   
Главное меню
Главная
Новости
Форум
Фотоархив
Медиаархив
Аудиотека
Каталог ссылок
Обратная связь
О проекте
Общий поиск
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
Содержание GA
Русский архив GA
Электронные книги GA
Печати планет
R.Steiner, Gesamtausgabe
GA-Katalog
GA-Beiträge
GA-Unveröffentlicht
Vortragsverzeichnis
Книжное собрание
Каталог авторов
Поэзия
Астрология
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Книгоиздательство
Глоссарий
Поиск
Каталог авторов

Алфавитный каталог

Эл. книги GA

Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Антропософская жизнь
Мастерские
Инициативы
События
Поэзия

Клычков Сергей Антонович (1889-1937)

Сборник стихотворений - 2




                                  * * *

                         До слез любя страну родную
                         С ее простором зеленей,
                         Я прожил жизнь свою, колдуя
                         И плача песнею над ней.

                         В сторожкой робости улыбок,
                         В нахмуренности тяжких век,
                         Я видел, как убог и хлибок,
                         Как черен русский человек.

                         С жестокой и суровой плотью,
                         С душой, укрытой на запор,
                         Сберег он от веков лохмотья
                         Да синий взор свой, да топор.

                         Уклад принес он из берлоги,
                         В привычках перенял он рысь,
                         И долго думал он о Боге,
                         По вечеру нахмурясь в высь.

                         В ночи ж, страшась болотных пугал,
                         Засов приладив на двери,
                         Повесил он икону в угол
                         В напоминание зари.

                         В напоминание и память
                         О том, что изначальный свет
                         Пролит был щедро над полями,
                         Ему же и кончины нет.

                         И пусть зовут меня каликой,
                         Пусть высмеет меня юнец
                         За складки пасмурного лика,
                         За черный в копоти венец,

                         И часто пусть теперь с божницы
                         Свисает жидкий хвост узды,
                         Не тот же ль синий свет ложится
                         На половицы от звезды?!

                         Не так же ль к избяному брусу
                         Плывет, осиливши испуг,
                         Как венчик, выброшенный в мусор,
                         Луны печальный полукруг?!

                         А разве луч, поникший с неба,
                         Не древний колос из зерна?..
                         Черней, черней мужичьи хлебы,
                         И ночь предвечная черна...

                         И мир давно бы стал пустыней,
                         Когда б невидимо для нас
                         Не слит был этот сполох синий
                         Глаз ночи и мужичьих глаз!

                         И в этом сполохе зарницы,
                         Быть может, облетая мир,
                         На славу вызорят пшеницу
                         Для всех, кто был убог и сир.

                         И сядем мы в нетленных схимах,
                         Все, кто от века наг и нищ,
                         Вкусить щедрот неистощимых,
                         Взошедших с древних пепелищ.

                         Вот потому я Русь и славлю
                         И в срок готов приять и снесть
                         И глупый смех, и злую травлю,
                         И гибели лихую весть!

                         <1930>


                                   МЕТЕЛЬ

                       По полям омертвелым, по долам,
                       Не считая ни дней, ни недель,
                       Словно ведьма широким подолом,
                       Машет снегом лихая метель.

                       Заметены деревни, поселки,
                       И в подлобьи сугробов - огни!..
                       И мужик к мужику - словно волки
                       От нехватки и пьяной ругни!..

                       В эти рытвины, рвы и ухабы
                       Все уложишь: и силу, и сыть!..
                       Уж на что терпеливые бабы,
                       А и то разучились носить!..

                       Ну, а если и выпадет доля
                       И не вызволит плод спорынья,
                       Что же делать: не грех, коль не воля!..
                       Да и чем не купель полынья?..

                       Где ж тебе, наше хмурое небо,
                       Возрастить среди этой пурги
                       На березах печеные хлебы,
                       На оторках осин - пироги?!

                       А неплохо б для девок обновок,
                       А для баб понавешать сластей...
                       Потеплей да побольше одевок
                       Для безродных глухих волостей!..

                       Пироги, опреснухи да пышки!..
                       Подставляй, поворачивай рот!..
                       Нет, не годен к такой шаромыжке,
                       Непривычен наш русский народ!..

                       Любит потом он землю окапать,
                       Десять раз одно дело начать
                       За голодный кусок да за лапоть,
                       За сургучную в праздник печать!..

                       И когда вдруг нежданно над лесом,
                       Где в сокрытьи стоят алтари,
                       Облаков раздерутся завесы, -
                       Не поверишь в сиянье зари!..

                       Не поверишь и в звездную кику
                       На макушке с высокой луной
                       И пред ликом небесным от крика
                       Изойдешь над родной стороной!..

                       И покажется бабой-кликушей
                       У деревни согбенная ель,
                       Погубившей невинную душу
                       В эту долгую злую метель...


 
                                   * * *

                      Не знаю, друг, с тоски ли, лени
                      Я о любви не говорю:
                      Я лучше окна растворю -
                      Так хорошо кусты сирени
                      Чадят в дождливую зарю!

                      Садись вот так: рука к руке,
                      И на щеке, как на холстинке,
                      Лежавшей долго в сундуке,
                      Смешай с улыбкою морщинки:
                      Ведь нет уж слова без заминки
                      На позабытом языке!

                      Да и о чем теперь нам спорить
                      И говорить теперь о чем,
                      Когда заискрилось в проборе?..
                      Мой милый друг, взгляни на зорю
                      С ее торжественным лучом!

                      Как хороши кусты сирени,
                      Дорога, лес и пустыри
                      В благословении зари!..
                      Положь мне руки на колени
                      И ничего не говори
                      Ни о любви, ни об измене!


                                   СЛЕЗЫ

                    Горько плачет роза, в темень отряхая
                    Липкие от слез ресницы лепестков...
                    Что так горько, горько плачешь, золотая?
                    Плачь же, плачь: я строго слезы сосчитаю,
                    Разочтемся навсегда без дураков!

                    Ни слезам я, ни словам давно не верю
                    И навзрыд давно-давно не плакал сам,
                    Хоть и знаю, что не плачут только звери,
                    Что не плакать - это просто стыд и срам!

                    Плачь же, друг мой, слез притворных не глотая,
                    И не кутай шалью деланную дрожь...
                    Как тебе я благодарен, золотая,
                    За ребячество, дурачество... за ложь!

                    Видишь: ведь и я хожу от двери к двери,
                    И по правде: сам не знаю - как же быть?
                    Ведь не плачут, ведь не плачут только звери...
                    Как бы я хотел тебе, себе поверить
                    И поверив слову, снова полюбить!

                    <1930>


                                   * * *

                         Не мечтай о светлом чуде:
                         Воскресения не будет!
                         Ночь пришла, погаснул свет...
                         Мир исчезнул... мира нет...

                         Только в поле из-за леса
                         За белесой серой мглой
                         То ли люди, то ли бесы
                         На земле и над землей...

                         Разве ты не слышишь воя:
                         Слава Богу, что нас двое!
                         В этот темный, страшный час,
                         Слава Богу: двое нас!

                         Слава Богу, слава Богу,
                         Двое, двое нас с тобой:
                         Я - с дубиной у порога,
                         Ты - с лампадой голубой!

                         Зима 1930-1931


                                   * * *

                         Я доволен судьбою земною
                         И квартирой в четыре угла:
                         Я живу в ней и вместе со мною
                         Два веселых, счастливых щегла.

                         За окном неуемная вьюга
                         И метелица стелет хвостом.
                         И ни брата со мной, и ни друга
                         В обиходе домашнем простом.

                         Стерегут меня злючие беды
                         Без конца, без начала, числа...
                         И целительна эта беседа
                         Двух друзей моего ремесла.

                         Сяду я - они сядут на спину
                         И пойдет разговор-пересвист,
                         Под который иду я в пустыню -
                         В снеговой неисписанный лист.


                                   * * *

                        Я с завистью гляжу, когда с лопатой,
                        Вскочивши на ноги чуть свет,
                        Ободранный, худой, лохматый
                        У дома возится сосед.

                        Он устали в труде не знает:
                        То с топором, а то с пилой,
                        Зато в избе его витает
                        Дух обогретый и жилой.

                        Какая это радость! Счастье
                        Какое в этой хлопотне!
                        Пускай угрюмое ненастье
                        Висит дерюгой на плетне,

                        Пусть вьюга пляшет, как цыганка,
                        Со свистом обегая кров:
                        И дров на печь и на лежанку
                        И сена хватит на коров -

                        Спокойно можно спать ложиться
                        С проконопаченным двором! -
                        Вот мне бы так с пером сдружиться,
                        Как он сдружился с топором.

                        <1931>

                                   * * *

                                                  Варваре Клычковой

                        Как не любить румянец свежий
                        И губ едва заметный пух!..
                        Но с каждым новым днем все реже
                        От них захватывает дух...

                        Черней виденье с каждым годом
                        И все безрадостнее явь...
                        Как тяжело дорогу бродом
                        Искать, где кинулся бы вплавь!..

                        А жизнь, столь полная терзанья,
                        Так коротка, так коротка...
                        И вот последнее признанье
                        Срываю с кровью с языка!

                        Пусть будет эта кровь залогом
                        Судьбе с ее лихой игрой,
                        Когда она в пути убогом
                        Вновь брезжит розовой зарей...

                        И пусть, как пахарь торопливый,
                        Морщину тяжкую судьба
                        Положит вперекос на ниву
                        Глубоко вспаханного лба...

                        Так старец, сгорбленные плечи
                        Расправив и стуча клюкой,
                        Виденью юности навстречу
                        Спешит с протянутой рукой!

                        И даже у ворот могилы,
                        Скользя перстами по холсту,
                        Как бы лаская образ милый,
                        Хватает жадно пустоту.

                        Декабрь 1931


                                   * * *

                      Лукавый на счастливого похож,
                      И часто в простоте - погибель...
                      Едва ль легко ответить мы могли бы,
                      Что нам нужнее: правда или ложь?..

                      Пусть старый Бог живет на небеси,
                      Как вечный мельник у плотины...
                      Высь звездная - не та же ль ряска тины,
                      А мы - не щуки ли и караси?

                      Бегут года, как быстрая вода,
                      И вертят мельничьи колеса,
                      И рыба грудится к большому плесу,
                      И жмемся мы в большие города...

                      И каждый метит раньше, чем другой,
                      Схватить кусок любви иль хлеба,
                      А смерть с костром луны плывет по небу,
                      Подобно рыболову с острогой.

                      Лукавство, хитрость нам нужны во всем,
                      Чтоб чаще праздновать победу,
                      Пока и нас не подадут к обеду
                      Поужинавшим глупым карасем!


                                   * * *

                          Впереди одна тревога
                          И тревога позади...
                          Посиди со мной немного,
                          Ради Бога, посиди!

                          Сядь до мною, дай мне руку,
                          Лоб не хмурь, глаза не щурь,
                          Боже мой, какая мука!
                          И всему виною: дурь!

                          Ну и пусть: с чертой земною
                          Где-то слиты звезды, синь...
                          Сядь со мною, сядь со мною,
                          Иль навек уйди и сгинь!

                          Завтра, может быть, не вспыхнет
                          Над землей зари костер,
                          Сердце навсегда утихнет,
                          Смерть придет - полночный вор.

                          В торбу черную под ветошь
                          С глаз упрячет медяки...
                          Нет уж, лучше в прорубь! Нет уж,
                          Лучше к черту в батраки!

                          Черт сидит и рыбку удит
                          В мутном омуте души...
                          Оттого, знать, снятся груди -
                          Счастья круглые ковши!

                          Пьешь из них, как будто не пил
                          У судьбы из добрых рук,
                          Не ступал на горький пепел
                          Одиночеств и разлук, -

                          Будто сердца жернов тяжкий
                          Никогда еще любовь
                          Не вертела, под рубашкой
                          Пеня бешеную кровь, -

                          Словно на душе, на теле
                          Нет еще ее помет!
                          Нет тебя на самом деле,
                          Друг мой, не было и нет!

                          Но пускай ты привиденье,
                          Тень твоя иль ты сама,
                          Дай мне руку, сядь хоть тенью,
                          Не своди меня с ума.

                          1934




                                   * * *

                           Милей, милей мне славы
                           Простор родных полей,
                           И вешний гул дубравы,
                           И крики журавлей.

                           Нет таинства чудесней,
                           Нет красоты иной,
                           Как сеять зерна с песней
                           Над вешней целиной.

                           Ой, лес мой, луг мой, поле!..
                           Пусть так всю жизнь и пусть
                           Не сходят с рук мозоли,
                           А с тихой песни грусть.

                           1911-1913 гг.


                               ДЕДОВА ПАХОТА

                         Бел туман спадает с выси,
                         На селе кричат грачи,
                         В седины его вплелися
                         Солнца раннего лучи!

                         Коня ивинкой сухою
                         Понукает он порой...
                         Славны думы за сохою!
                         Светлы очи пред зарей!

                         Запахал дед озимое,
                         Поясной поклон сложил,
                         Обошел кругом с сумою,
                         Хлебной крошкой обсорил.

                         За день дед не сел у пашни,
                         Распрямился и окреп...
                         Тепел вечер был вчерашний,
                         Мягок будет черный хлеб!

                         Не с того ли яровая
                         В поле скатерть за селом...
                         Будет всем по караваю!
                         Всем по чарке за столом!..

                         1911-1913 гг.


                                  ПОДПАСОК

                        Над полем туманит, туманит,
                        В тумане мигает грудок,
                        А за лесом гаснет и манит
                        Меж туч заревой городок.

                        Сегодня я в поле ночую,
                        Лежу, притаясь за скирдой,
                        Вон в высь голубую, ночную
                        Катится звезда за звездой...

                        И нехотя месяц всплывает
                        Над ширью покосов и нив,
                        И ряски свои одевают
                        Ряды придорожные ив...

                        И кто-то под голос волынки
                        Незримо поет в вышине,
                        И никнет былинка к былинке,
                        И грустно от песенки мне.

                        И то ли играет подпасок,
                        Поет ли волынка сама-
                        Ах, беден на нем опоясок
                        И с боку убога сума!..

                        Но в полночь, когда он на кочке
                        Сидит в голове табуна,
                        В кафтан с золотой оторочкой
                        Его наряжает луна...

                        А в сумку, пропахшую хлебом,
                        Волшебную дудку кладет,
                        И тихо под песенку небом
                        За облаком облак плывет...

                        Плывет он и смотрит с Опаской,
                        Что скоро потухнет грудок,-
                        Замолкнет волынка подпаска,
                        Зальется фабричный гудок.

                        1914-1917 гг.


                                   ВЕЧЕР

                         Над низким полем из болота
                         На пашню тянут кулики,
                         Уж камышами вдоль реки
                         Плывет с волною позолота.

                         Туман ложится в отдаленье,
                         Земля горбом - свежа, черна,
                         В меже соха, как привиденье,
                         И вверх зубцами борона.

                         Вдали леса, и словно лица,
                         Глядят над нами купола...
                         И тихо бродит вкруг села
                         Серебряная мглица...

                         Встает луна за крайней хатой,
                         И, словно латы, возле хат
                         На травке, мокрой и хохлатой,
                         У окон лужицы лежат...


                                   ПАСТУХ

                          Я все пою, ведь я певец,
                          Не вывожу пером строки:
                          Брожу в лесу, пасу овец
                          В тумане раннем у реки.

                          Прошел по селам дальний слух:
                          И часто манят на крыльцо,
                          И улыбаются в лицо
                          Мне очи зорких молодух...

                          Но я печаль мою таю,
                          И в певчем сердце - тишина...
                          И так мне жаль печаль мою,
                          Не зная кто и где она...

                          И часто, слушая рожок,
                          Мне говорят: пастух! пастух!..
                          Покрыл мне щеки смуглый пух,
                          И полдень брови мне ожег...

                          И я пастух, и я певец,
                          И все гляжу из-под руки: -
                          И песни, как стада овец,
                          В тумане раннем у реки!..


                                ЛАДА У ОКНА

                         Мокрый снег поутру выпал,
                         Каплет с крыши у окна.
                         На оконницу насыпал
                         Дед поутру толокна...
                         Толокно объяло пламя,
                         Толокно петух клюет
                         И в окно стучит крылами,
                         И, нахохлившись, поет.
                         Ленту алую вплетая,
                         Села Лада у окна:
                         - Здравствуй, тучка золотая,
                         Солнце-странничек, весна!..
                         Светит перстень на оконце:
                         За окном бегут ручьи,
                         Высоко гуляет солнце,
                         Кружат стаями грачи...
                         Далеко ж в дали веселой,
                         Словно вешние стада,
                         Разбеглись деревни, села
                         И большие города!..
                         А оконце все в узоре:
                         За туманной пеленой,
                         Словно сон, синеет море,
                         А за морем край земной...


                               ГОСТЬ ЧУДЕСНЫЙ

                     Свет вечерний мерцает вдоль улиц,
                     Словно призрак, в тумане плетень,
                     Над дорогою ивы согнулись,
                     И крадется от облака тень.

                     Уж померкли за сумраком хвои,
                     И сижу я у крайней избы,
                     Где на зори окно локовое
                     И крылечко из тонкой резьбы.

                     А в окно, может, горе глядится
                     И хозяйка тут - злая судьба,
                     Уж слетают узорные птицы,
                     Уж спадает с застрехи резьба.

                     Может быть, здесь в последней надежде
                     Все ж, трудясь и страдая, живут,
                     И лампада пылает, как прежде,
                     И все гостя чудесного ждут.

                     Вон сбежали с огорка овины,
                     Вон согнулся над речкою мост -
                     И так сказочен свист соловьиный!
                     И так тих деревенский погост!

                     Все он видится старой старухе
                     За туманом нельющихся слез,
                     Ждет и ждет, хоть недобрые слухи
                     Ветер к окнам с чужбины принес.

                     Будто вот полосой некошеной
                     Он идет с золотою косой
                     И пред ним рожь, и жито, и пшены
                     Серебристою брызжат росой!

                     И, как сторож, всю ночь стороною
                     Ходит месяц и смотрит во мглу,
                     И в закуте соха с бороною
                     Тоже грезят - сияют в углу.

                     1914-1917 гг.


							
							
							
		          ОСЕНЬ.

                          У деревни вдоль тропинок
                          В старой роще над лужком
                          Ходит тихий грустный инок,
                          Подпираясь подожком.

                          Вкруг него стоят березы
                          Все в щебечущих синицах...
                          А роса в лесу, как слезы.
                          На серебряных ресницах.

                          Что за звон в его лукошке?
                          Это падают с осинок
                          Бусы, кольца и сережки,
                          Бисер утренних росинок.

                          Опустилась непогода
                          Над опавшими ветвями...
                          Лес - как грозный воевода
                          С опаленными бровями...

                          Скатный жемчуг скромный инок
                          Красным девушкам собрал
                          - По родителям поминок -
                          Да дорогой растерял.


                                 КОЛДУНОК.

                       В облаках заревой огонек,
                       Потухает туманный денёк.

                       Повернула дорога во мглу...

                            По селу
                            Идет колдун в онучах,
                            В серых тучах...

                       Борода у него - мелкий дождичек,
                       В бороде у него - дуга-радуга,
                       А в руках подожок-подорожничек! -
                       Собрался, старина, видно надолго...

                       На прощанье махнул холдунок
                       Над притихшим селом костылем -
                       Пошатнулся окольный тынок,
                       Быстрым зайцем шмыгнул ветерок,
                       Закричал, закачал ковылем:

                           - Идет колдун в онучах,
                           В онучах - в серых тучах!

                       Догорел в облаках огонек,
                       Умер в поле денёк...


                                   ЗИМА.

                         По-за-лугу у крылечка
                         Льется Речка-Быстротечка:
                         Берега ее убраны
                         В янтари и жемчуга! -

                         В голубой ея пучине,
                         Весь в цветах речных и тине,
                         Озаренный теремок.
                         На двери, как на листочке,
                         Две щеколды - рыбьи щечки
                         Да серебряный замок.

                         Крыша вздернута, как уши,
                         Окна смотрят, как глаза,
                         У светелки - боковуши,
                         В окнах яхонт, бирюза.

                         По-за-лугу у крылечка
                         Льется Речка-Быстротечка:
                         Берега ее убраны
                         В янтари и жемчуга! -

                         Дремлет месяц на оконце,
                         Под князьком сияет солнце,
                         Облака висят, как пух,
                         Звезды с матицы пылают,
                         А по терему гуляет
                         Золотой певун - петух!..

                         Колыхаясь, приседая,
                         На жемчужном берегу
                         Пляшет старица седая
                         Вся в сосульках и снегу!..


                              ПЕСНЯ О СИДНЯХ.

                       Ой, вы, сидни, старцы-старичи!
                       Спали кудри старцам на плечи!

                       А на кудрях венцы царские,
                       Великанские, бухарские

                       Горят камнями лучистыми,
                       Бирюзами - аметистами!

                       Гром их будит- кличет на ухо,
                       Да забиты уши наглухо,

                       Завалены плечи камнями,
                       Поросли лесами давними:

                       И шумят леса дремучие,
                       И стоят в лесах под тучею

                       Ели пиками зелеными,
                       А дубы меж пик - знаменами!

                       Ой, вы, сидни, старцы - стареньки,
                       На очах растут кустарники,

                       А в кустах ехидна злючая
                       Пьет с очей слезу горючую:

                       А и очи - с грустью, с кротостью,
                       Обведены очи пропастью,

                       Тьмою темною, провалами!
                       А уста приперты скалами!..


                              ДЕДОВА ПЕСЕНКА.

                             Боронил дед зараня
                             Под весенний гром,
                             Рано рожь-боярыня
                             Вышла из хором!..
                                 Пред ея палатою
                                 С горы под уклон
                                 Вывел рать кудлатую
                                 Полководец-лен!
                                      Лен, мой лен!
                                      Мой зеленый лен!

                             Зорил с заряницею,
                             Сеял из кошла,
                             Рожь с княжной-пшеницею
                             На гумно пришла!
                                 Гости меж овинами,
                                 Шапки на бекрень!
                                 Здравствуй лен с новинами,
                                 С бражкою ячмень!
                                     Лен, мой лен!
                                     Ой, зеленый лен!

                             Заварит дед солоду
                             На весь белый свет -
                             Пелось, пилось смолоду:
                             Ой-ли, люли, дед!
                                  Не твоя ли пашенка
                                  Средь поля пуста,
                                  Пашенка-монашенка,
                                  Пустырь-сирота!
                                       Лен, мой лен!
                                       Ой-ли, люли, лен!


                                   МЕСЯЦ.

                       Месяц, месяц, встань за ивой,
                       Мне в разлуке тяжело!..
                       Друг весенний, луч пугливый,
                       Вместе выйдем на село!..

                       Постучися у крылечка,
                       Глянь на милую мою,
                       Я ж у церкви недалечко
                       В темных липах постою...

                       Ночь по небу звезды кружит,
                       Свежим полем шелестит -
                       Ах, о чем, о чем же тужит
                       И о ком она грустит...

                       Посвети ей на колечко,
                       Просияй в его кремне -
                       Может выйдет на крылечко,
                       Может вспомнит обо мне!..

                       Отвернется, не ответит,
                       Не изменится в лице -
                       Пусть у милой месяц светит
                       Одиноко на крыльце!..


                                   * * *

                       Осенний день прозрачно стынет,
                       Звеня охотничьей трубой...
                       Прощаюсь я с весною синей,
                       С тобой и с далью голубой...

                       Склонилась синева над чащей,
                       И очи сини и строги,
                       И в чаще тающей, шуршащей -
                       Как бы дыханье и шаги..

                       То, настороживши верхушки,
                       В прохладе слушает и ждет
                       И тихо кружит по опушке
                       Берез умолкший хоровод.

                       И лишь одна, как над могилой,
                       В необлетевший рдяный куст
                       Нагие руки уронила,
                       И тонких пальцев горький хруст.

                       И так торопится кому-то
                       Листком, всколыхнутым едва,
                       С вершины, ветром изогнутой,
                       Сказать последние слова.


                                   * * *

                         У меня в избенке тесной
                         Пес лохматый гложет кость.
                         Я ж пою со страху песню,
                         Что придет чудесный гость.

                         Верба шапку ниже клонит,
                         За прясло выходит ель.
                         За рекой к вечерне звонят,
                         За рекой поет свирель.

                         Да пройдет он только мимо,
                         В окна стукнет только раз
                         В одинокий, в нелюдимый,
                         В огневой вечерний час

                         Не войдет он, не прогонит
                         Не позванную беду -
                         Только на ходу уронит
                         Под окно мое звезду.

                         От звезды свечу затеплю
                         За вечерье сяду с ней:
                         И вода ли, песня, хлеб ли
                         Станут слаже и вкусней.

                         Буду я сидеть за свечкой;
                         Вспоминать и не жалеть.
                         Будет петь сверчок за печкой,
                         И в избе моей светлеть.

                         Посветлеет моя хата,
                         Потеплеет мой кафтан,
                         И не страсть, что пес лохматый
                         Воет у ворот в туман.


                                   * * *

                           Монастырскими крестами
                           Ярко золотеет даль,
                           За прибрежными кустами
                           Спит речной хрусталь.

                           За чудесною рекою
                           Вижу: словно дремлет Русь.
                           И разбитою рукою
                           Я крещусь, крещусь.

                           Вижу: скошенные нивы.
                           По буграм седой костырь.
                           Словно плакальщицы, ивы
                           Склонены в пустырь.

                           По лесам гуляет осень.
                           Мнет цветы, стряхает лист.
                           И над нею синь и просинь,
                           И синичий свист.

                           Та же явь и сон старинный,
                           Так же высь и даль слились;
                           В далях, в высях журавлиный
                           Оклик: берегись!

                           Край родной мой (все как было!)
                           Так же ясен, дик и прост, -
                           Только лишние могилы
                           Сгорбили погост.

                           Лишь печальней и плачевней
                           Льется древний звон в тиши
                           Вдоль долин родной деревни
                           На помин души, -

                           Да заря крылом разбитым,
                           Осыпая перья вниз,
                           Бьется по могильным плитам
                           Да по крышам изб...
									
Дата публикации: 24.09.2010,   Прочитано: 2656 раз
· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Форум · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Над сайтом работают Владимир и Сергей Селицкие
Вопросы по содержанию сайта:
Fragen, Anregungen, Spenden an:
WEB-мастеринг и дизайн:
        
Открытие страницы: 0.03 секунды