· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Книжная лавка · Глоссарий ·   
Главное меню
Главная
Новости
Форум
Фотоархив
Медиаархив
Аудиотека
Каталог ссылок
Обратная связь
О проекте
Общий поиск
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
Содержание GA
Русский архив GA
Электронные книги GA
Печати планет
R.Steiner, Gesamtausgabe
GA-Katalog
GA-Beiträge
GA-Unveröffentlicht
Vortragsverzeichnis
Книжное собрание
Каталог авторов
Поэзия
Астрология
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Книгоиздательство
Глоссарий
Поиск
Каталог авторов

Алфавитный каталог

Эл. книги GA

Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Антропософская жизнь
Мастерские
Инициативы
События
Книжное собрание

В.А. Никитин

Русская идея и взаимовлияние западного и восточного христианства

Историко-географическое и культурно-политическое разделение мира и даже одной только Европы на «Восток» и «Запад» в настоящее время весьма условно. Для России географически оказавшейся на стыке Европы и и Азии, Запада и Востока, с самого начала её государственного бытия особенно характерна общность исторической и духовной жизни этих двух взаимопроникающих миров. Русское Православие, как известно, имеет общие с греческим святоотеческие корни, восходящие к эпохе единой неразделенной Церкви.

Роковую роль в возникновении предубеждения русских относительно западных христиан (латинян) имела агрессия шведских и тевтонских рыцарей против России в XIII веке.

Влияние Запада на Россию в этот период сказывалось главным образом в области ремесел и технологии, а так же военного дела. Это влияние значительно возросло при Петре I, который «прорубил окно в Европу» и открыл Россию для широкого влияния Запада. Линией раздела между западными восточным христианством (католицизмом и православием) можно было бы считать германо-славянскую границу, если бы не Польша, так как славяне-поляки принадлежали по преимуществу католической Церкви.

Русско-польские культурно-политические и церковные связи, весьма интенсивные в период раннего средневековья и впоследствии (XIV – XVI вв.), сыграли большую роль в процессе взаимовлияния западного и русского христианства.

С большинством памятников польского и европейского Возрождения в России познакомились лишь в XVII в., в связи с восприятием культуры барокко. В этот период традиционные черты русского и византийского средневековья в значительной степени трансформировались. Под влиянием католического Запада в русском богословии возникла так называемая «малороссийская традиция», главным представителем которой можно считать митрополита Киевского Петра Могилу (XVII в.). В изданном в 1646 году требнике «Евхологион» отдельные литургические молитвословия (чины и последования) взяты из римского «Ритуала» папы Павла V (1605-1621). Литургическое влияние католического Запада на русское богослужение в этот период особенно заметно. Впрочем, «латинские литургические молитвы и идеи усваивались уже и раньше, и учваваились постепенно» (Пути русского богословия. 1937. С.48). Западное влияние на некоторых русских иерархов было очевидно и в области догматической. Под влиянием «Римского катехизиса» было составлено, например, «Православное Исповедание» (1640 – 1642) митрополита Киевского Петра Могилы.

Другой выдающийся русский богослов XVII-XVIII вв. архиепископ Новгородский Феофан Прокопович (1681-1736) находился в прямой зависимости от протестанской мысли. В своих богословских лекциях он развивает идеи, заданные немецкой реформатского богослова Аманда Поландского, автора « Syntagma theologiae christianae» (Ганновер, 1609). Архиепископ Феофан Прокопович был ближайшим сподвижником императора Петра I, при котором заметно усилилось влияние протестантизма в России и с особенной силой проявились трагические последствия внутреннего раскола со старообрядцами.

Сильное влияние европейской схоластики на русское богословие продолжалось до начала XIX века. Несмотря на это влияние, русское Православие в народной массе сохранило свою национальную самобытность и удержало не только традиционные византийские обрядовые формы, но и различные формы восточной аскетики и мистики. Хотя в догматическом и нравственном богословии были использованы некоторые системы латинских и протестантских авторов, они соответственным образом трансформировались на русской почве; при этом, проходя через фильтр народного благочестия, было отринуто все чуждое и неприемлимое с сфере церковной жизни. В начале прошлого века было начато преобразование духовных школ в России, преподавание на латинском языке уступило место преподаванию на русском. Усиление русского национального самосознания, безусловно было вызвано ростом патриотизма во время Отечественной войны 1812 года.

В годы, когда Россия возглавила борьбу народов Европы против наполеоновского нашествия, русская тема стала неотъемлемой частью европейской, в особенности немецкой литературы.

Убежденные в том, что только Православие обладает полнотой истины, старшие славянофилы – Алексей Хомяков, братья Иван и Петр Киреевские, братья Константин и Иван Аксаковы развили учение о правосланой соборности как союзе любви и свободы, призванном восстановить единство человеческого рода.

Россия, по их мысли, должна раскрыть христианскую правду о земле, деятельно-общественную правду, не раскрытую в византийском Православии. Для К. Аксакова русская история приобретала значение «всемирной исповеди». Особое место в споре славянофилов и западников принадлежит выдающемуся русскому мыслителю К.Н. Леонтьеву (1831-1891).

Леонтьев утверждал, что Россия призвана спасти разлагающуюся Европу от пороков мещанства и буржуазности, явить миру новый и высший тип цветущей культуры.

Вл. Соловьев, в отличии от Леонтьева и Данилевского, видел призвание России в отказе от национального ради универсального, в жертвенном слиянии с Европой.

Истина, как нам кажется, лежала где-то посредине – в сочетании национального и универсального, в синтезе византийского и германо-римского начал, вознесенных на новую высоту славянским духом.

Если идеализация России славянофилами и не оправдывала себя, то их критика западноевропейского рационализма и буржуазности во многом была справедлива. В этой критике они исходили из лучших достижений святоотеческой мысли, вдохновляясь духовными идеалами преподобных Исаака Сириянина, Максима Исповедника, Григория Паламы, Симеона Нового Богослова и других. Славянофилы были правы в главном: русский народ продолжал оставаться верным хранителем Вселенского Православия.

Шведский исследователь Г. Ланц, отмечая точки соприкосновения русского славянофильства с немецким идеализмом и романтизмом, справедливо пишет: « Духовные влияния, преимущественно определявшие философскую сторону слявянофильства, очевидно, тяготеют к православной богословской традиции… Славянофильство – это не патриотическое извращение немецкого идеализма и даже не реакция против современного европейского европейского рационализма. Оно является простым и единственным продолжением религиозной традиции, господствовавшей в русской жизни со времен Владимира Святого…» (H.Lanz. The philosophy of Ivan Kireevsky. – “ Slavonic rev.” L. 1926. Vol. 4. P/594-604; цит. с. 604).

Видный русский философ профессор Лев Платонович Карсавин (1882-1952) посвятил рассматриваемой теме специальную брошюру (« Восток, Запад и Русская идея». Петроград. 1922). В ней подчеркнуто, что русская религиозность и русское богоборчество являются существенными моментами проявления национального духа, которому чужд духовный духовный индифферентизм. Увлечение проблемами метафизики, некая «врожденная» спиритуальность. Борьба с эмпиризмом и рационализмом – это по Карсавину, характерные особенности «загадочной» русской души. Отсюда и героический, я бы сказал, «мученический» характер, который присущ русской художественной литературе. Красоту русского православного человека расскрыла и показала всему миру наша классическая литература. Знакомство с ней не могло не волновать европейского читателя. Не будет преувеличением, если мы скажем об огромном, поистине эпохальном влиянии Тургенева, Толстого и в особенности Достоевского и Вл. Соловьева на целую плеяду немецких и европейских писателей, философов и деятелей культуры, начиная с конца прошлого века и до наших дней. В их числе Р. М. Рильке, Ф. Кафка, С. Цвейг, Г. Гессе, Ф. Ницше, А. Эйнштейн, А. Камю и многие другие.

Один из литературных вождей немецкого экспрессионизма К. Эдшмид заявил: « Гоголь, Чехов, Салтыков, Пушкин, Толстой, Достоевский. Они стали немецкими авторами» (Edschmid K. Das Buch-Dekameron. Berlin. 1928. S. 284). « Что европейская и во всяком случае немецкая молодежь воспринимает в качестве своего величайшего писателя Достоевского, а не Гёте и даже не Ницше, представляется мне решающим для нашей судьбы », - писал Г. Гессе (Schriften zur Literatur. Bd. 2, S. 321). В своей книге « Взгляд в хаос » (“ Blick ins Chaos”, 1920) Г. Гессе развивает мысль о взаимосвязанности исторических судеб России и Германии и их взаимовлиянии, призывает к синтезу европейской культуры с восточноазиатской « первозданностью».

Не менее значительное влияние на немецкую теологию и мистику, в частности на основоположника антропософии д-ра Рудольфа Штейнера, оказал Вл. Соловьев (1853-1900).Называя Вл. Соловьева «величайшим философом нашего времени», Р. Штейнер писал: « Почитайте его, и вы почувствуете, как в его душу непосредственно вливается то, что можно назвать христовой инспирацией… духовный импульс Христа действует в нём вплоть до мускулов» (Лекция 2 ноября 1918 г. « Материалы для ориентации в проблемах эпохи, Т.I. Р. Штейнер о России». Штуттгарт, 1975).

Сто лет назад Вл. Соловьев поставил вопрос о смысле существования России во всемирной истории и сказал пророческие слова: «Идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности».

Д-р Р. Штейнер в цикле своих лекций о России обращал внимание слушателей на исключительные духовные дарования русского народа, благодаря которым он «особенно способен включиться в ход развития пятой, а также шестой послеатлантической эпохи». «И сейчас ещё, - подчеркивал д-р Штейнер, - можно видеть, как в обрядах Русской Церкви просвечивает их древневосточное существо, сквозь формы Русской Церкви можно прозревать древневосточную святость и её воспринимать» (Лекция 12 марта 1916 г. Там же).

В конце XIX – начале XX века, не без влияния западной внецерковной мистики, от академического богословия в России постепенно отпочковались религиозно-философские течения, представители которых провозгласили т. н. «новое религиозное сознание», неохристианство, эпоху третьего завета – откровения Святого Духа.

Религиозно-философские собрания представителей Церкви и интеллигенции в Петербурге и в Москве в 1901 – 1904 гг. выявили и предвосхитили многие идеи и тенденции, характерные для последующего «богоискательства» и «богостроительства» как в России, так и в Западной Европе. У Роже Гароди и Тейяра де Шардена были видные предшественики на этих собраниях.

Рассвет русской богословской мысли в начале нашего столетия протекал в русле общего культурного подъема, который на Западе принято именовать «серебренным веком» русской культуры, её духовным Реннесансом. Свой творческий вклад в это движение внесли Н. Ф. Федоров и В. С. Соловьев, С. Трубецкой и Л. Лопатин, Д. С. Мережковский и В. В. Розанов, В. А. Тернавцев и А. В. Карташов, Н. А. Бердяев и священик Павел Флоренский.

Можно с уверенностью говорить о том, что к настоящему времени Запад ассимилировал многие концептуальные идеи русских религиозных мыслителей из упомянутых выше. Интерес к еим не ослабевает до сих пор. Вл. Соловьеву и Н. Бердяеву, пожалуй, посвящено наибольшее количество работ. Некоторые исследователи русской религиозной мысли отдают предпотчение К. Леонтьеву, В. Розанову или Л. Шестову. Много пишут, в частности, о влиянии Шестова, провозгласившего, что свобода духа возможна лишь в вере, на западноевропейский экзистенциализм.

Особенно оживился за последние годы на Западе интерес к творческому наследию выдающихся русских мыслителей – энциклопедистов – священника Павла Флоренского и Н. Федорова.

Наиболее известные труды П. А. Флоренского «Столп и утверждение Истины» и «Иконостас» появились в переводе на европейские языки.

Фототипическое издание «Философии общего дела» Н.Ф. Федорова вышло в Англии (1970) и Швейцарии (1985). Известный экуменический богослов Оливье Клеман посвятил Федорову целый раздел в своей последней книге «Третья красота». В статье «Экуменизм и встреча Господа Грядущего» О. Клеман писал, не без влияния Федорова"Тринитарный подход к человеческой тайне – закваска единства и многоразличия Церквей в Церкви, а также закваска истории, в которой одновременно взыскуются сегодня и единство рода человеческого, и специфичность каждой личности, каждой культуры". «Наша социальная программа – ТРОИЦА, - говорил Николай Федоров. – Мы также можем сказать: это наша экуменическая программа» (Единство христиан. Июль 1983. № 51. Шантийи).

Русская мечта – это мир без зла, всеобщее счастье для всех народов, а не только для русских. Такова мечта Федорова, вдохновленная идеалами Православия. В России с самого начала русской государственности, со времен князя Владимира, жило так много народов, что мечта о своем обособленном, отдельном от других народов благоустройстве воспринималась бы как недостойная мысль, как грех.

Духовное возрождение, охватившее Россию в начале нынешнего столетия, стало оказывать заметное влияние и на Европу.

Это влияние особенно усилилось в 20-е годы. Когда миллионы русских оказались в рассеянии по всему миру, но главным образом в Европе. С судьбой русского православнного зарубежья оказалась тесно связана судьба Православия на Западе, взаимодействие и взаимовлияние восточного и западного христианства. В ноябре 1922 года по инициативе группы русских религиозных мыслителей, оказавшихся в Германии, в Берлине была открыта Религиозно-философская академия, провозгласившая своей задачей христианское возрождение в Европе. В программе Академии было сказано: « Никакие внешние перевороты не могут создать лучшей жизни и преобразить души людей и души народов, если не произошло духовного возрождения, если первичная воля людей и народов больна и раздроблена, не укреплена обращением к источнику жизни – Богу» («София. Проблемы духовной культуры и религиозной филисофии». Под ред. Н. А. Бердяева. Берлин, 1923. С.136). В своей речи на открытии Академии 26 ноября 1922 г. Н. А. Бердяев указал, что в мире нарастают процессы секуляризации и дегуманизации, для противостояния которым необходимо единение всех христианских сил Востока и Запада.

Первое поколение русского православного Рассеяния не только не сохранило драгоценный духовный клад родной веры, но и преумножило его. Я имею в виду прежде всего Свято-Сергиевский богословский институт в Париже, основанный в 1925 г. Главой Русской Православной Церкви в Западной Европе митрополитом Евлогием (Георгиевсим). Из него вышли выдающиеся пастыри и богословы, удостоившиеся мирового признания не только в странах Западной Европы, но и в Америке. Среди них кроме протоиерея Сергия Булгакова следует назвать А. В. Карташова (1875-1960), Б. П. Вышеславцева (1877-1954), Г. П. Федотова (1886-1951), Л. А. Зандера (1893-1964), архимандрита Киприана Керна (1899-1960), В. Н. Ильина (1891- 1974), П. Н. Евдокимова (1900-1975), протоиерея Георгия Флоровского (1893-1979), протопресвитера Александра Шмемана (1921-1983). «Открытие Богословского института именно в Париже, в центре западноевропейской – не русской, но христианской культуры, - писал митрополит Евлогий, - имело большое значение: оно предначертало нашей высшей богословской школе экуменическую линию в постановке некоторых теоретических проблем и религиозно-практических заданий, ибо Православие не лежало больше под спудом, а постепенно делалось достоянием христианских народов» («Путь моей жизни». Париж, 1947. С.447). Об этом свидетельствуют, на наш взгляд, например, труды известного католического богослова о. Луи Буйе, в которых он старается дать некий синтез католической и православной догматики.

Под влиянием Свято-Сергиевского института в православие обратилось немало видных представителей западной Церкви, как, например, монах-бенедиктинец Лев Жилле, принятый в клир русским митрополитом Евлогием в 1927 г.; в течение 12 лет он возглавлял первый православный французкий приход в Париже, а в последствии переехал в Англию, где духовно окормлял англо-православное содружество святого мученика Албания и Преподобного Сергия Радонежского.

Основанное в 1928 году на съезде англикано-православных студентов в городе Сент-Олбанс (близ Лондона), Содружество провозгласило своей задачей взаимное сближение восточных и западных христиан, ознакомление друг друга с опытом своей литургической жизни, обмен информацией и богословской литературой (см.: Николай Зернов. Вселенская Церковь и Русское Православие. Париж, 1952. С. 316).

В начале 20-х годов нашего столетия волны русской эмиграции докатились и до западного побережья Америки (штат Калифорния). Православные приходы, возникшие здесь, как и в странах Европы, были первоначально почти все русскими. К настоящему же времени появилось немало приходов, членами которых являются православные американцы, французы, немцы и представители других национальностей, на языке которых стало совершаться богослужение. Не так давно, в феврале 1979 г., в Православную Церковь вступили две католические общины (мужская и женская), основавшие общину Новый Скит под руководством иеромонаха Лаврентия Манкузо близ г. Кембриджа в штате Нью-Йорк, США. Несколько ранее, в 1977 г., в Православие перешла группа группа католических монахов во главе с о. Плакидой Десей. Они основали первое на Западе Афонское подворье (в юрисдикции Константинопольского Патриарха). Таким образом, Православие пустило глубокие корни на разных континентах. Дух общинности, свойственный славянам, дух покаяния и примирения, который несет всюду Православная Церковь, постепенно находит выражение в современном экуменическом мышлении. Миротворчество, являющееся сейчас главной, стержневой идеей экуменизма, идет с Востока, из недр Православия.

Протоиерей Сергий Булгаков в своей работе «Россия, эмиграция, Православие» (1925) писал: «Мы встретились с Европой на равной почве, ибо мы уже не смущаемся перед нею, чувствуя свое достоинство, и это чувство приобретено нами за последние годы. Оба наши направления – западничество и славянофильство рождались из ложного и не-должного пафоса растояния между православной Россией и Европой. Но теперь мы знаем, что есть почва, на которой мы можем встретиться как равные – как разные ветви одного и того же христианского дерева», «ибо нет другой воли к распростанению Православия кроме радостного приглашения духовно с нами жить, с нами молиться и дышать с нами одним воздухом». В приведенных словах прекрасно выражено отношение Русской Православной Церкви к инославному миру, проникнутое духом любви к единоверным братьям во Христе.

В современном мире, который становится как никогда великим и одновременно чрезвычайно малым, угрожая сжаться в комок термоядерного пепла, стремление всех христиан и всех людей доброй воли к единству «поверх барьеров» (Б. Пастернак) все возрастает, и это обнадеживающий знак. С исключительной убедительностью звучат сегодня крылатые слова, сказанные в прошлом веке выдающимся русским иерахом митрополитом Киевским Платоном (Городецким, 1803-1891): « Наши земные перегородки до неба не достигают». Благодаря экуменическому движению изжиты и уходят в прошлое многие элементы межконфессионального предубеждения и отчуждения. « В настоящее время, - справедливо отмечает протоиерей Иоанн Мейендорф, - Православие уже не является «восточной» Церковью и будет ею все меньше и меньше, так же как западное христанство перестает быть только «западным» (Вестник Русского Западно-европейского Патриаршего Экзархата. 1963. № 42-43. С. 163).

Духовное различие между Востоком и Западом, конечно, будет сохраняться в самом стиле их религиознной жизни, в особенностях традиционного богослужебного строя. Несмотря на принадлежность к различным социально-политическим «блокам», Восток и Запад связаны единым могучим духовным полем христианства. Сосуществуя в одном историческом времени, они оказывают друг на друга все возрастающее взаимное влияние.



Дата публикации: 23.07.2007,   Прочитано: 2511 раз
· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Форум · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Над сайтом работают Владимир и Сергей Селицкие
Вопросы по содержанию сайта:
Fragen, Anregungen, Spenden an:
WEB-мастеринг и дизайн:
        
Открытие страницы: 0.03 секунды