Главное меню
Новости
О проекте
Обратная связь
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
О Рудольфе Штейнере
Содержание GA
Русский архив GA
GA-онлайн
География лекций
GA-Katalog
GA-Beiträge
Vortragsverzeichnis
GA-Unveröffentlicht
Материалы
Фотоархив
Медиаархив
Аудио
Глоссарий
Каталог ссылок
Поиск
Книжное собрание
Каталог авторов
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Поэзия
Астрология
Книгоиздательство
Проекты портала
Terra anthroposophia
Талантам предела нет
Книжная лавка
Антропософская жизнь
Инициативы
Календарь событий
Наш город
Форум
Печати планет
Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Книжное собрание

Т. Кузнецова

Цветаева и Штейнер

Отрывок из книги

Для России есть одно благо и называется оно теософия.
Теософия станет для России единственным средством
для того, чтобы русская народность нашла связь со своей
народной душой. И чтобы эта народная душа была бы
призвана выполнять в мире только те задачи, которые
ей одной предопределены, а никакие иные.

Рудольф Штейнер


Рудольф Штейнер (1861, Кралевич, Хорватия — 1925, Дорнах, Швейцария) — австрийский ученый и философ, чье имя приобретает известность в Европе в связи с его обширной деятельностью в теософском и позднее в антропософском обществе. Вот и встали рядом два этих слова, как будто похожих, но все же разных, причем эта разница очень показательна для личности Штейнера. Теософия и антропософия похожи в том, что они апеллируют к мудрости — софии (это греческое слово мы знаем как женское имя), но они разнятся в том, что в теософии мудрость и знание связываются с древним Востоком, а в антропософии — с западной эзотерикой, в центре которой стоит личность Христа. Рудольф Штейнер начинал как теософ, он возглавлял немецкую секцию Теософского общества, основанного в 1875 году в Нью-Йорке русской писательницей Е. П. Блаватской и американцем Г. Олкоттом. Но в 1913 году Р. Штейнер основал в Берлине собственное — Антропософское общество, и к этому времени в орбите притяжения его учения и его личности оказывается уже и находящаяся в духовном поиске Россия.

И мы не случайно сказали о притяжении личности: поставивший в центр своего учения мудрость и духовные силы человека, Рудольф Штейнер и сам был человеком необыкновенным по силе воздействия на души и умы. Один из ярых приверженцев Рудольфа Штейнера поэт Андрей Белый культурную жизнь России начала XX столетия окрестил как «настоящее штейнерианство». И здесь мы сталкиваемся с многократно уже отмеченным и все же удивительным феноменом: зачинавшиеся в Европе социальные, культурные, философские, научные идеи рождали особенный отклик именно в России. Конечно, как в случае с Марксом — можно сказать: лучше бы этого не было, но вот если взять, например, психоанализ, то в недавней книге Александра Эткинда [1] блестяще показано, какое огромное значение имел «русский контекст» в бытии и развитии психоаналитического учения: русские пациенты, русские дружбы, русские коллеги. Вот также с теософией и антропософией: всю свою жизнь Р. Штейнер был окружен русскими, и пожалуй, именно в русской душе антропософия находила самый горячий отклик.

Русской по происхождению была жена Штейнера, Мария Штейнер, дочь генерала царской армии фон Сиверса. В русских теософских кружках к 1908 году насчитывалось уже до 1000 членов. В этот год преподавательница одной из Петербургских гимназий Анна Алексеевна Каменская основывает «Русское теософское общество». Работа калужской секции этого общества идет столь успешно, что ей присваивается — с согласия Штейнера — имя основателя антропософии. А созданный в это время журнал «Вестник теософии» печатает все новые и новые труды Доктора, как называли Штейнера русские антропософы. Интерес к антропософии становится настоящей духовной тягой, о чем пишет в письме к Марии фон Сиверс Елена Федоровна Писарева, активнейший член калужской секции антропософского общества: «Мы в России остро нуждаемся в материале такого рода, который может дать Доктор. Отчаявшиеся люди бросаются на все, что касается Духа» [2].

Эту особую российскую ситуацию отлично чувствовал сам Штейнер: «Для России есть одно благо и называется оно: теософия». А в письме к одной из первых своих русских учениц известной Анне Рудольфовне Минцловой Р. Штейнер пишет о том, что теософия близка «народной душе», и предрекает духовное возрождение России:

«...В Вашей стране и именно в народе скрыто великое теософское сокровище, которое должно прийти к высочайшему духовному расцвету как раз на востоке Европы благодаря духовной связи с тем, что Вы узнали здесь как истинную теософию, а также как настоящее жизнеутверждающее, надежное в будущем христианство... На Востоке содержание народной души должно путем эволюции привести к выздоровлению всего человечества... Страдания в Вашей стране есть родовые схватки этого душевного содержания...» [3].

Все в том же 1908 году Анна Минцлова приглашает Р. Штейнера приехать в Россию. Штейнеру показалось это преждевременным: русское теософское движение еще не встало на научную почву. Косвенно правоту Штейнера подтвердила его ученица Ольга Анненкова, отметив, что в силу особенностей характера русские люди с трудом перенимают западные формы духовной работы и исходят прежде всего из личного переживания антропософских идей. Добавим, что личное переживание можно оценивать по-разному — в том числе и как особое достоинство, на что обращала внимание та же А. Р. Минцлова. Так или иначе, но духовный Синод наложил запрет на въезд Р. Штейнера в Россию. И в Гельсингфорсе (Финляндия) в 1912 и в 1913 годах Р. Штейнер делает два доклада специально для русских антропософов. Здесь мы подходим к важнейшей теме: участие в антропософском движении деятелей русской культуры и отношение к антропософии.

Оно не было однозначным — Штейнер нашел в России не только преданных учеников, но и талантливейших оппонентов. В 1916 году Н. Бердяев пишет статью «Теософия и антропософия в России» [4], где отдает дань уважения этим течениям равно как и самой личности Штейнера, но все же не видит здесь настоящего пути к свободному духу. Резкими противниками антропософии выступили Д. Мережковский и 3. Гиппиус. Для их позиции характерен «парижский эпизод», который описала Маргарита Волошина в своей книге «Зеленая змея»:

«Зинаида Гиппиус, восседая на диване, надменно лорнировала Штейнера как некий курьезный предмет. Сам Мережковский, очень возбужденный, устроил Штейнеру нечто вроде инквизиторского допроса. «Мы бедны, наги, и жаждем, — восклицал он, — мы томимся по истине». Но при этом было ясно, что они вовсе не чувствуют себя такими бедняками, но напротив, убеждены, что владеют истиной.

«Скажите нам последнюю тайну», — кричал Мережковский, на что Штейнер ответил: «Если Вы сначала скажете мне предпоследнюю» [5].

Основатель «Мусагета» Э. К. Метнер увидел в Штейнере «теософского пастора, выкрикивающего глубокие пошлости», Ф. Степун в своих мемуарах «Бывшее и несбывшееся» определил штейнерианство как «своеобразную смесь наукообразного рационализма с вольноотпущенной бесцерковной мистикой» [6], что совпадает с оценкой антропософии, высказанной в уже упомянутой книге А. Эткинда: «...модный мистицизм с не менее модным наукообразием» [7].

Но было и другое. «Антропософское общество в России» объединило людей, тяготеющих к философии Вл. Соловьева, и получило его имя. Первый председатель общества Борис Павлович Григоров, адвокат по профессии, вместе со своим сподвижником, поэтом символистской школы Эл-лисом (Лев Львович Кобылинский) в 1911 году основали кружок по изучению трудов Р. Штейнера и духовной практике (заседания кружка проходили раз в неделю в квартире Б. П. Григорова на Арбате). Эллис организовал также частные курсы для молодежи при издательстве «Мусагет», где вместе с историей поэзии, философией, историей символизма читался и курс антропософии. Поэт Андрей Белый и композитор Рейнгольд Глиэр, переводчик Алексей Петровский и историк культуры Трифон Трапезников, опять-таки Эллис и ученик И. В. Цветаева филолог-классик Владимир Оттонович Нилендер, первая жена М. Волошина художница Маргарита Сабашникова, сестры Тургеневы (знаменитая Ася, жена Андрея Белого и Наталья (Поццо) — для всех этих людей антропософия и личность Р. Штейнера стали огромной вехой их духовной жизни. Об этом и о многообразной деятельности «Антропософского общества в России» вплоть до его запрета в 1923 году рассказали в своих воспоминаниях А. Белый [8], М. Сабашникова [9], К. Бугаева [10], А. Тургенева [11] и др. А когда смотришь на весь спектр взглядов, увлечений, жизненных сюжетов вокруг антропософии, невольно вновь вспоминаешь Ф. Степуна: «...я с нежностью вспомнил дореволюционную Россию: до чего ж она была богата по особому заказу скроенными и сшитыми людьми» [12].

...И в «Мусагете» часто бывала Марина Цветаева. Большинство из названных здесь людей — это все ее знакомые, порой влюбленные, порой друзья, а иногда и недруги, люди, которые писали о ней и о которых писала она. Взять наудачу: В. О. Нилендер — лирический адресат «Вечернего альбома», с Эллисом связан ряд стихов и замечательная поэма «Чародей», трем сестрам Тургеневым посвящено стихотворение «Осужденные», а Асе — отдельно «Из сказки в жизнь», и кто же не помнит пленительного образа Аси, воссозданного Цветаевой в «Пленном духе», равно как и самого «пленного духа» — Андрея Белого, равно как, наконец, и собственных строк Белого — о «малиновых мелодиях и непобедимых ритмах» Марины Цветаевой.

Лекции А. Белого в «Мусагете» проходили в зале, где на стене висел портрет Р. Штейнера: «Видела его часто, года два спустя в Мусагете, но именно — видела, а чаще — спиной, с белым мелком в руке обтанцовывающего черную доску... Я... с танцующей спины Белого переходила на недвижные фасы тайного советника Гете и доктора Штейнера, во все свои огромные глаза глядевшие или не глядевшие на нас со стены. Так это у меня и осталось: первый Белый, танцующий перед Гете и Штейнером, как некогда Давид перед ковчегом» [13].

Но настоящая — единственная — встреча со Штейнером произошла у Цветаевой позже, уже в Праге в 1923 году. Мы располагаем достаточно убедительными свидетельствами того, что Цветаева была на публичной лекции Р. Штейнера. И если в «Мусагете» портрет Р. Штейнера созерцала юная Цветаева, то в 20-е годы она была уже зрелым поэтом, сформировавшейся личностью, чье мышление было направлено на те же проблемы бытия человека в мире, которые Р. Штейнер решал в своем антропософском учении. У Р. Штейнера и М. Цветаевой обнаруживаются глубокие и многообразные переклички — это и составляет предмет нашей книги.

Представляется, что тема «Цветаева и Штейнер» обретает особое значение в наше время, когда в России вновь начал пробуждаться интерес к антропософии. Пока что — как было сказано в самом начале — Рудольфа Штейнера действительно знают немногие. Но в 1991 году было вновь зарегистрировано Антропософское общество в России, запрещенное в 1923 году. Оно насчитывает в своих рядах сотни членов. Активно переводятся на русский язык труды Р. Штейнера [14]. Начинает осваиваться получившая признание в мире вальдорфская педагогика, основанная Р. Штейнером. На ее основе работают школы и детские сады. И может быть, наша небольшая книга о двух великих людях поможет многочисленным любителям поэзии Цветаевой познакомиться и со Штейнером и найти в его учении ту поддержку и утешение, которую находили и находят в нем многие люди во всем мире. Что же касается Марины Цветаевой — это еще одно видение, цветаевское творчество в свете антропософии.

Примечания


1. Эткинд А. Эрос невозможного. История психоанализа в России. М.: Гнозис. 1994.

2. Писарева Е. Ф. Письмо к Марии фон Сиверс, сентябрь 1907 // Fedjuschin V. Ruslands Sehnsucht nach Spiritualitat: Theosophie, Antroposophie, R. Steiner und Russen. Novalis Verlag, 1988. C. 89 (пер. с нем. Т. Кузнецовой).

3. Штейнер Р. Письмо к Минцловой, март 1908 // Там же. С. 94.

4. Бердяев Н. Теософия и антропософия в России. М., 1991.

5. Волошина М. Зеленая змея. Штутгарт, 1968, Книга 3. С. 195.

6. Степун Ф. Бывшее и несбывшееся. М.; СПб., 1995. С. 216.

7. Эткинд А. Эрос невозможного. История психоанализа в России. М.: Гнозис, 1994. С. 66.

8. Белый А. Воспоминания о Рудольфе Штейнере. Па риж, 1980.

9. Волошина М. Зеленая змея. Штутгарт, 1968.

10. Bugaejwa К. N. Wie eine russische Seele Rudolf Steiner erlebte. Basel: Die Pforte Basel, 1987.

11. Turgenieff Assja. Erinnerungen an Rudolf Steiner. Stut tgart, 1972.

12. Степун Ф. Бывшее и несбывшееся. М.; СПб., 1995. С. 214.

13. Цветаева М. Пленный дух // Цветаева М. Об искусст ве. М.: Искусство, 1991. С. 216.

14. «Теософия», «Философия свободы», «Очерк тайноведения», «Мистика», «Христианство как мистический факт», «Как достигнуть познания высших миров», «Порог духовного мира», «Сущность социального вопроса» и др.

Дата публикации: 28.03.2017,   Прочитано: 436 раз
· Главная · О Рудольфе Штейнере · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Вопросы по содержанию сайта (Fragen, Anregungen, Spenden an)
         Яндекс.Метрика
Открытие страницы: 0.04 секунды