· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Книжная лавка · Глоссарий ·   
Главное меню
Главная
Новости
Форум
Фотоархив
Медиаархив
Аудиотека
Каталог ссылок
Обратная связь
О проекте
Общий поиск
Поддержка проекта
Наследие Р. Штейнера
Содержание GA
Русский архив GA
Электронные книги GA
Печати планет
R.Steiner, Gesamtausgabe
GA-Katalog
GA-Beiträge
GA-Unveröffentlicht
Vortragsverzeichnis
Книжное собрание
Каталог авторов
Поэзия
Астрология
Алфавитный каталог
Тематический каталог
Книгоиздательство
Глоссарий
Поиск
Каталог авторов

Алфавитный каталог

Эл. книги GA

Г.А. Бондарев
Methodosophia
Die methodologie der anthroposophie
Философия cвободы
Священное писание
Anthropos
Антропософская жизнь
Мастерские
Инициативы
События
Книжное собрание

И.В. Рождественский

Отражение 12 чувств человека в речи

"Вперед, к истокам грамматики "

Вначале я хотел бы объяснить смысл названия, которое может показаться странным. Где находятся истоки грамматики? Теряются ли они в глубокой древности или их можно найти здесь и сейчас, в нашей современной жизни? "Грамматика - это самосознание языка, точно так же, как логика есть самосознание мышления» (Ойген Розеншток-Хюсси «Речь и действительность». М., 1994, с.21). Здесь, в грамматических категориях, находит свое выражение чувственный и сверхчувственный опыт людей. Ведь язык, речь - феномен чувственно-сверхчувственный, воспринимаемый нашими органами чувств и нашим сознанием. Немецкий философ Якоби писал: «Философствовать - всегда означает открывать истоки языка». В природе для того, чтобы найти источник, необходимо подниматься вверх по течению ручья, идти вперед. Ищущий получает награду в виде холодной, чистой, прозрачной воды. Поэтому отправимся в путь, к истокам грамматики, утоляя жажду познания.

Все люди, окончившие среднюю школу, несомненно помнят о том, что в языке существуют 10 частей речи и 2 особые формы глагола - причастие и деепричастие; что части речи делятся на значимые и служебные; что имя существительное отвечает на вопросы «кто? что?», а глагол - на вопрос «что делать?» Изучением состава и строения языка занимается наука грамматика. Вряд ли кто-нибудь во время школьного обучения испытывал особый интерес, изучая грамматику. Между тем, в Древней Греции ее изучали для лучшего понимания поэзии и отводили ей важное место среди 7 свободных искусств. Почему же все изменилось в наше время, и грамматика в школе и в вузе сводится, в основном, к усвоению правил изменения частей речи и соединения их в предложении?

Одна из причин этого - использование античного наследия без должного переосмысления его. Дух времени за две тысячи лет изменился, люди стали другими, а понятийный аппарат остался тем же. Мы делим речь на части речи, анализируем каждую их них, но теряем целостность самого феномена речи. В XX веке Р. Штайнером был дан мощный импульс обновления наукам и искусствам. Появилось учение о 12 чувствах, которыми обладает человек в своей полноте. Я хочу обратить внимание на другую личность, внесшую значительный вклад в развитие нескольких наук - социологии, философии, теологии, грамматики, лингвистики. Это Ойген Розеншток-Хюсси (1888-1973). Он начал поиск нового метода, который можно применить к науке об обществе, обратил внимание на человека говорящего и человека слушающего, на то, как человек меняется в диалоге. «Бог заставляет нас говорить», - так указывает Розеншток-Хюсси на сверхчувственную природу языка и речи.

Другая причина «омертвения» грамматики в наше время - чересчур пристальное внимание ученых к письменному языку в ущерб вниманию к живой речи. Часто эти феномены слабо различаются между собой. Речь - то, что звучит, что произносит человек в надежде быть услышанным. Это волевой акт, вызванный чувственными или сверхчувственными восприятиями. Происходит событие, которое нарушает привычное течение моей жизни - появляется новый человек, шумит ветер, гремит гром, и я реагирую на него, говорю о нем. Речь обусловлена своим источником, событиями внешней и внутренней жизни человека. А язык - запись речи, «умершая» речь, заключенная в знаки, уже не звучащая, а видимая. Каждый чувствует разницу между рассказанным и прочитанным анекдотом.

В древних текстах летописей и священных книг не было деления текста на предложения и даже на слова, отсутствовали знаки препинания. Речь переживали как поток, и это переживание отражалось в сплошном тексте. В культурах древнего Египта и Китая записывалась даже не звучащая речь, а образ события. Язык имел больше общего с живописью, а как произносилось то или иное слово -неизвестно. Вспомним, как маленький ребенок, еще не овладевший письмом, выражает себя в рисунке. Каждый его рисунок - образ происшедшего события, сообщение, требующее расшифровки для взрослых. Когда живая речь записана, многое теряется. Практически невозможно передать в записи интонацию говорящего, быстро он говорит или медленно, делает ли паузы между словами, жестикулирует или нет. При изучении языка отсекается несущественное и подчеркивается смысл. Как мы изучаем иностранный язык? Для нас важно узнать значение слова и способы соединения слов в предложения. Необходимо также правильное произношение, но понять-то нас могут и с акцентом. Замечу, что я изучаю иностранный язык, а не иностранную речь. Грамматика, являясь наукой о языке, изучает части речи, а не части языка. Живая речь делится на части. Если причина речи - событие, вызывающее во мне определенное чувство и заставляющее меня говорить, то части речи логично соотнести с различными чувствами, которые переживает человек.

Я рискну предложить новый метод изучения и понимания речи человека и процессов ее развития. Этот метод возник как синтез учения Р. Штайнера о 12 чувствах, идей Розенштока-Хюсси о происхождении языка и подхода к изучению языка в вальдорфской школе, который предлагают В. Чахотина и Е. Огарева. Суть этого метода состоит в следующем.

Каждой части речи, а всего их можно найти 12, соответствует одно из 12 чувств человека. Духовнонаучные исследования Р. Штайнера свидетельствуют, что в своей полноте человек обладает 12-ю чувствами: жизни, тепла, движения, равновесия, осязания, вкуса, обоняния, зрения, слуха, речи, мышления и чувством Я другого. Каждое чувство развивается постепенно, в течение долгого времени. Человек испытывает чувство благодаря органу чувств. Глаз дает нам возможность видеть окружающий внешний мир, но, в более глубоком смысле, мы можем увидеть и скрытое за внешней оболочкой. «Видеть насквозь», «пронзить взглядом», «видеть сердцем», - эти выражения свидетельствуют о мудрости, живущей в языке. Простое предметное зрение развивается до духовного видения. Наши уши слышат звуки в природе, голоса людей, шум техники. По мере же развития человек может научиться слышать музыку сфер и «шум, призыв, зов времени». Тогда он поднимается к духовному слышанию и обретает дар поэта и пророка. Так же развивается и орган вкуса, язык. Не случайно в языке живут выражения: «сладкая жизнь», «острый язык», «кислая мина», «горькое известие».

Каждый человек изначально переживает звучащую речь как поток, нерасчлененное целое. Не сразу возникает деление речи на части и осознание смысла каждой из частей. В Древней Греции происходит становление грамматики как науки. Позже она развивается в Римской империи. Многие европейские языки продолжают использовать латинскую и греческую терминологию в грамматике: фонема, лексика, парадигма, презенс, аккузатив, императив и т.д. Современный человек не переживает эти термины как что-то близкое и понятное ему, они стали мертвыми научными понятиями. Без знания латинского и греческого языка невозможно понять изначальный смысл термина.

Часть речи - это термин, который не нуждается в специальном объяснении для русского человека. Обратимся к частям речи в русском языке. Расположим все 12 частей речи в таблице, в которой причастие и деепричастие также займут свои места как полноправные части речи.

Теперь дадим комментарий к таблице. Первую колонку (1) занимают числительные, существительные, имена и личные местоимения. Назовем эти части речи «предметно-сущностные». Какова их роль в речи? Они дают название явлению и предмету, имя - человеку и обозначают количество и порядок. Во второй колонке (2) находятся наречие, имя прилагательное, указательные и вопросительные местоимения и междометия. Назовем их «качественными частями речи», ведь наречие обозначает качество действия, имя прилагательное - качество моей собственной душевной жизни и явлений природы, а междометия - сложный комплекс моих чувств: страх, радость, печаль, удивление и т.д. В третьей колонке (3) расположены глагол, причастие и деепричастие. Они обозначают основное или дополнительное действие, а в случае причастия - состояние предмета, явления или человека. Вполне логично, что и причастие, и деепричастие не имеют форм будущего времени, ведь о дополнительном действии или о состоянии можно что-то сказать только в отношении настоящего или прошедшего времени. Краткое причастие используют для образования будущего времени: «будет написан», но это сложное будущее время, в котором глагол «есть» стоит в форме будущего времени, а причастие - в форме прошедшего. Только глагол с его волевым началом в форме императива имеет форму будущего времени.

И глагол, и причастие, и деепричастие обозначают процессы, протекающие во времени. Назовем их «процессуальными частями речи».

В четвертой колонке (4) находятся союзы, предлоги и частицы, которые принято называть служебными частями речи. Они не изменяются, находятся вне категорий рода, числа, падежа, времени. Наименование «служебные» отражает их второстепенную роль по отношению к значимым частям речи. Я хочу вернуть предлогам, союзам и частицам их «достоинство» и предлагаю назвать эту группу «речеобразующие» части речи. Почему? Да потому что именно благодаря предлогам и союзам отдельные части речи соединяются в словосочетания и предложения, а простые предложения становятся сложными. Отдельно стоящие слова превращаются в поток речи. А благодаря частицам мы можем создать условное наклонение («бы»), повелительное наклонение («пусть») и выразить свое согласие или несогласие («да» и «нет»). В письменном языке союзы, предлоги и частицы играют второстепенную роль, на них мало обращают внимания. Но попробуйте обойтись без «да» и «нет», «бы» и «пусть», «можно» и «нельзя» в устной речи! В известной детской игре на вопросы нельзя отвечать кратко «да» и «нет». Мало кому удается долго отвечать на вопросы без этих слов.

Благодаря речи мы осознаем свои чувства, которые находят свое выражение в словах. Событие внешнего мира становится событием моей внутренней жизни и рождает слова. Чувство как будто находит себе опору, кристаллизуется в части речи. Я попытаюсь показать, как связаны чувства и части речи, как часть речи помогает выражению и развитию чувства, а чувство, в свою очередь, помогает пережить часть речи как нечто, очень глубоко связанное с существом человека, с его способностью осознавать себя.

Обратимся к первому чувству, чувству жизни. Ребенок переживает его в своих крайностях, либо как радость и принятие жизни, либо как печаль и нежелание жить. Переход от смеха к плачу у младенца происходит очень быстро. Ойген Розеншток-Хюсси предполагает, что первоначальные и главные слова в языке - имена. Это имена богов и имена предков. Ритуал племени - призывание общего предка по имени всеми людьми. Язык, речь начинаются с имен и местоимений. Какие слова ребенок говорит вначале? Мама, папа, дядя, баба. Это существительные, но по своей сути они ближе к местоимениям. У мамы и папы есть свои личные имена, имена для внешнего мира: Мария, Иван, Олег и др. Для ребенка же личное имя родителей какое-то время не существует. Любой посторонний для него дядя или тетя. Первое имя, которое ребенок слышит и начинает произносить - его собственное имя, которое около трех лет исчезает, когда ребенок начинает говорить о себе «Я». Таким образом, обучаясь речи, ребенок встречается вначале с местоимениями и именами. Он знакомится с другими людьми, слышит их имена и свое имя из уст других. Так ребенок чувствует жизнь, протекающую рядом с ним и в нем самом. Мама рядом - жизнь прекрасна, мамы нет - и жизни нет, а есть страх и тревога. Горе тому, кто в детстве не слышал свое имя, ласково произнесенное родителями и близкими! У детей, выросших вне семьи, чувство жизни искажено, и каких усилий стоит его насытить. Итак, мы соотносим чувство жизни и имена, местоимения, включая существительные «мама», «папа» и подобные им.

Вторая группа слов - междометия. Это неизменяемая часть речи, которую еще сложно назвать полноценным словом, настолько туманно и неопределенно бывает ее значение вне событийного контекста. Междометие - первая спонтанная реакция на событие. Сколько оттенков чувства могут передать простые «ах», «ну», «фу»? Я бы сказал, что междометия выражают все богатство неоформленной душевной жизни человека, приливы и отливы симпатии и антипатии. Если бы существовали только междометия, и отсутствовали существительные, прилагательные, глаголы, то наша душевная жизнь осталась бы в рамках субъективных ощущений, на досознательном уровне. Любое мое «ах!», «эх!», «ого!» требует последующего объяснения для другого, иначе они останутся только моими личными переживаниями. Душевная жизнь, эмоции колеблются между полюсами симпатии и антипатии, между погружением во что-то и отстранением, между душевным теплом и душевным холодом. Чувство тепла изживает себя в междометиях. Физические тепло и холод превращаются в душевные тепло и холод в междометиях.

Как смогли бы мы пережить движение без глагола? Может быть, пережить его мы и смогли бы, но выразить в речи - вряд ли. Любое действие предполагает движение, активность. Я бегу, плыву, еду - двигаюсь во внешнем мире. Я думаю, воображаю, говорю и проявляю активность в мире внутреннем. Часы висят, ручка лежит, стол стоит - предметы находятся в состоянии покоя, но в любой момент этот покой может быть нарушен. Движение и покой - полярности, которые выражают себя в глаголе.

Перейдем теперь ко второму ряду частей речи (II) - именам существительным, прилагательным, причастиям и предлогам. Имя существительное называет предмет, явление, состояние. Что-то обретает название и становится отделенным от меня, означенным. Чтобы назвать, необходимо прежде охватить предмет, выделить его сущностную черту. В охватывании, ощупывании действует чувство осязания. Оно дает нам информацию о размере, форме, твердости или мягкости предмета. Называние вещи - акт осязания. Я провожу границу между "Я" и "не-Я". Названная вещь заключена в свои границы, она находит место в моем сознании. Вспомним, как важно для маленького ребенка все пощупать, взять в рот, бросить. Для наивного сознания того, что нельзя пощупать руками, просто не существует. Апостол Фома хотел получить конкретное, осязаемое переживание Воскресения Христа, вложить персты в его раны. Только после этого он поверил в Воскресение.

Совсем другое чувство открывается нам в имени прилагательном. Я знакомлюсь со свойствами и качествами предметов и явлений. Какой дом, какой человек, какое дерево? Я пробую вещи "на вкус". Мы различаем вкус пищи, она бывает сладкая, кислая, острая, соленая, горькая, пресная. Но чувство вкуса развивается дальше. "У него есть вкус", - так говорим мы о человеке, который любит и ценит красоту, окружает себя изысканными вещами, красиво одевается. Встречая красивое и гармоничное, возвышенное и низкое, оригинальное и пошлое, я развиваю свое чувство вкуса. Если человек, например, безвкусно одевается, значит в его одежде нет никакой гармонии, никакой отличительной черты. Прилагательные в предложении являются определениями. Они помогают нам различать качества предметов, воспитывают наш вкус и соединяют нас с миром предметов и явлений. Вкус - то, что я чувствую на границе между собой и внешним миром, прилагательное выражает отношение между человеком и окружающим его миром.

Наконец, мы подошли к седьмой части речи, причастию. В самом названии скрыта некая тайна. Случайно ли совпадение в русском языке названия церковного таинства и части речи? Кто знает... Школьное определение говорит, что причастие обозначает признак предмета по действию. Весьма тяжело понять и пережить вместе признак и действие. Поэтому обратимся вначале к чувству обоняния, быть может, оно приоткроет нам тайну причастия.

В последнее десятилетие в Европе и в России стал очень популярным роман П. Зюскинда "Парфюмер", в котором речь идет о человеке, обладающем странной способностью чувствовать и запоминать различные запахи. Сам же герой, Гренуй, не обладает никаким запахом. Он исследует запахи как естествоиспытатель, пытаясь найти квинтэссенцию запаха. Запах он переживает как душу цветка и различает тысячи различных ароматов. Конец его жизни трагичен. Гренуй присваивает себе запахи других людей, ароматы юности, красоты, любви и получает громадную власть над людьми. Но эта власть не приносит ему счастья и примирения с самим собой. Внешне являясь человеком, Гренуй оказался внутренне непричастен миру людей, он вне морали, традиции, воспитания; сирота, не знавший в детстве любви.

Так что же такое запах, признак или действие? В отношении предмета, обладающего запахом, - признак, в отношении человека, воспринимающего запах, - действие. Это признак, оказывающий воздействие на людей. Вспомним, какое сильное воздействие оказывают на человека запахи ладана, нашатырного спирта, свежего сена и т.д. Тайна причастия, как части речи, проясняется. Оно выражает одновременно и признак, и действие. "Высокое дерево"и "растущее дерево" - почувствуем разницу между прилагательным и причастием. Причастие как-будто несет в себе память о действии, предшествовавшем появлению признака. "Согнутый лук" - его кто-то когда-то согнул. "Разрушенная крепость" - ее разрушили люди, время или вода. Причастие - как тонкий аромат, присущий феномену, откровение внутренней природы. Запах связан с жизнью. Цветущее дерево открывается миру в запахе, у многих животных прекрасно развито обоняние, благодаря которому они находят друг друга. Человек способен воспринимать жизнь, не разрушая ее, благодаря способности обоняния. Причастие связано с чувством обоняния, с дыханием, которое позволяет нам воспринимать запахи.

Представим, как чувствует себя человек, лишенный зрения. Ему невозможно увидеть, что находится перед ним, а что - за ним, что - над ним, а что под ним. Речь идет о предлогах, которые помогают нам ориентироваться в пространстве, выражать в речи взаимное расположение предметов, направление. Зрение охватывает и осваивает пространство в жизни, а предлоги представляют его в речи. Благодаря зрению я могу не только увидеть и сказать: это стол, а это окно. Чувство зрения помогает мне выразить отношения между предметами в пространстве. Предлог, как правило, соединяет в речи глагол и существительное и создает словосочетание. Благодаря предлогам глагол соединяется с существительным в разных падежах, как-будто "видит" существительное с разных сторон: стоять возле дома, подойти к дому, войти в дом, расположиться перед домом, думать о доме. Предлоги помогают нам выразить в речи отношение к другому человеку, увидеть, выделить его среди людей: сделать для друга, прийти к врачу, дружить с девушкой. Таким образом, предлог является частью речи, которая помогает нам видеть предмет, явление в пространстве и видеть другого человека, вступая с ним в какие-то отношения. Чувство зрения кристаллизуется в предлоге.

Четыре части речи второго ряда (II) характеризуют жизнь души рассудочной в человеке. В существительных, прилагательных, причастиях, предлогах я подхожу к объективному суждению о мире. Я как субъект противостою различным объектам и определяю их. Чувство осязания, обоняния, вкуса, зрения помогают мне узнать об объективных свойствах мира. Доминирующее переживание человека с душой рассудочной: я соразмерен миру; мир меня не угнетает, не пугает; я могу познавать мир с помощью моих чувств. Человек переживает действительность объективно, в именительном падеже, в изъявительном наклонении.

Перейдем к следующему ряду частей речи (I): числительное, наречие, деепричастие, союз.

Предлоги помогают нам освоить пространство. Встречаясь с числительными, мы попадаем в сферу времени. Многими замечено, что временные отношения выражаются в языке с помощью пространственных представлений. Время течет как река, дни бегут, молодость проходит, с утра до позднего вечера. Благодаря числительным мы измеряем время и упорядочиваем отношения во времени. Мы собираемся в большом количестве в какой-то момент времени. Не случайно числительные делятся на количественные, порядковые и собирательные. Благодаря переживанию течения времени мы можем воспринимать музыку, как искусство, протяженное во времени. В музыке царят числовые закономерности: ритм, интервал, гармония, длительность. Мир числительных описывает музыкальную реальность. Кроме того, числительные выражают представления о невидимом мире и его законах. Вспомним иррациональные и отрицательные числа в математике. Число связано со временем, с музыкой, со слухом. Мы слышим интервалы, которые строятся как числовые отношения. Мы собираемся вместе, потому что слышим призыв человека, потому что время для сбора обозначено числом (19.00). Мы выстраиваем порядок, иерархию, потому что слышим требование, приказ и становимся по—слушными ему. Чувство слуха помогает нам взаимодействовать друг с другом в пространстве и во времени. Попробуйте создать оркестр, если музыканты не обладают чувством слуха!

Область числительных - область точного, измеримого, строгого. Мы измеряем частоту слышимого звука числами. Числительное соответствует чувству слуха. Благодаря чувству слуха мы измеряем время, выстраиваем иерархию в обществе, собираемся вместе и преображаем хаос в гармонию.

Поэты говорят о беге времени, шуме времени. Значит, течение времени можно услышать. Для этого необходим чуткий слух. Ребенок поздно осознает временные различия. Сегодня, вчера, завтра, на следующей неделе - смысл этих слов проясняется к 6-7 годам. Течение времени - образное выражение, это не течение реки, которое можно увидеть глазами. Время течет медленно или быстро в зависимости от количества и качества событий, происходящих в жизни человека. Чтобы не быть полностью захваченным потоком времени, необходимо находить моменты покоя и созерцания, обращаться к вечности. В пробуждающемся мышлении ребенок обретает себя, способность к спокойствию и концентрации. Чуткий слух рождает подлинную речь и самостоятельное мышление.

Обратимся к следующей части речи, наречию. В речи оно соединяется с глаголом, причастием и деепричастием: быстро бегать, уходящий вдаль, находиться здесь, прийти завтра. С помощью наречия я могу соотнестись с действием или процессом. Я могу что-то сказать о качестве действия - как?, о месте действия - где?, о времени действия - когда?, о направлении действия - куда? и откуда? Наша речь представляет собой поток, в который мы погружаемся, когда говорим сами или слушаем других. Речь, слово обладают действенной силой, заставляющей меня изменяться. Когда я ищу отношение к любому действию или процессу, я использую наречия. Попробуем выстроить ряд из однокоренных слов: наречие, наречение, нарекания. В каждом случае на речь как будто что-то нисходит сверху. Что же это? Наверное, это мое сознательное отношение к речи. Я не просто слушаю другого человека, а соглашаюсь или не соглашаюсь с ним, смеюсь или печалюсь из-за его слов, понимаю или не понимаю его. Во всех этих случаях действует чувство речи. Каждый человек уникален, и речь каждого имеет свои неповторимые черты: слова, интонацию, юмор, грубость, иронию и т.д. У маленького ребенка есть великолепная способность подражать интонации, но нет развитого чувства речи. Чувство речи развивается после того, как сформировано чувство слуха. Чтобы по-настоящему почувствовать речь другого, способствует ли она раскрытию истины или уводит от нее, необходим жизненный опыт. Если моя личная жизнь наполнена различными событиями, то я смогу понять рассказ другого о жизни, соотнестись с его опытом. Иначе я просто не услышу и не пойму его. Чувство речи - социальное чувство, и наречие способствует его развитию.

От чувства речи пойдем дальше, к чувству мышления. Что значит мыслить? Если не искать ответа на этот вопрос у философов, а обратиться к личному опыту, то можно сказать: мыслить, значит находить связи между феноменами, создавать объемные представления о явлениях и процессах, соединять части в целое, стремиться к полноте истины. Как обогащается наша речь с появлением деепричастий и деепричастных оборотов? Они крайне редко встречаются в живой речи, в основном в прозе и в научном языке, а также в юриспруденции (принимая во внимание..., обращаясь к вышесказанному..., развивая эту тему...). Использование деепричастных оборотов в живой речи свидетельствует о хорошем образовании человека, его литературном или ораторском дарований. Деепричастный оборот обозначает дополнительное действие, он как будто готовит нас к чему-то главному, успокаивает нас. Речь адвоката или прокурора в суде не может быть излишне эмоциональной. Суд - место, где происходят серьезные, судьбоносные для людей события. Поэтому там, где речь идет о смысле, появляется деепричастный оборот.

Если же мы обратимся к обыденной жизни, то следующий пример покажет нам смысл деепричастного оборота в предложении. «Сидя за рулем автомобиля, слушая радио, наблюдая за дорогой, шофер успевал еще беседовать с пассажиром». О чем говорит этот пример? О том, что управление автомобилем -сложная деятельность, требующая объединения нескольких простых процессов в один сложный. О том, что человек, в отличие от животного, способен делать несколько дел одновременно, выделяя главное и контролируя общую ситуацию. Почему это возможно? Потому что человек способен мыслить. Мышление осознает сложные процессы, протекающие во времени, отделяет главное от второстепенного, распутывает узлы противоречий, соединяет различные процессы и действия в единое целое. Чаще всего деепричастные обороты используются тогда, когда речь идет о деятельности человека, реже - животного и растения: «Собака бежала, оглядываясь по сторонам. Цветы ароматно пахли, привлекая бабочек и пчел». Там, где происходит несколько действий одновременно, но действующее лицо одно, появляется деепричастный оборот. Деепричастные обороты делают деятельность нашего мышления объективно воспринимаемой в речи. Хрестоматийно известный пример: «Проезжая мимо станции, ветер сдул с меня шляпу». Он свидетельствует о том, как сложно связать несколько действий с одним субъектом. Для этого требуется работа мышления. Использование деепричастных оборотов - показатель того, что говорящий не захвачен полностью одним действием или процессом, а освобождается от них и может держать в поле своего сознания несколько действий, соединяя их в одном предложении. Мы чувствуем реальность процесса мышления в предложении с деепричастными оборотами.

И последняя, самая сложная и возвышенная, на мой взгляд, часть речи -союз. Само ее название «союз» говорит нам о соединении частей в единое целое. Простые предложения соединяются в сложные с помощью союзов. Союз - слово, обозначающее в жизни соединение людей. Только люди образуют союз, животные собираются в стадо, стаю, табун. Союз или брак - соединение мужчины и женщины, двух свободных личностей для создания семьи. А семья всегда больше, чем просто сумма Я + Ты. Семья создает будущее и дает жизнь детям. Чтобы брак стал гармоничным и продолжительным, требуется много терпения и любви, нужно жертвовать своим эгоизмом, необходимо ставить общие цели, делать друг другу уступки, проводить вместе время, находить причины конфликтов и видеть следствия своих поступков. Выражаясь образно, брак подобен сложноподчиненному предложению, в котором есть главное и придаточное предложение. Не так ли происходит и в браке, когда муж играет главную роль, а жена обязана подчиниться и, наоборот, когда супруги меняются ролями? Чтобы почувствовать личность другого, Я другого в браке нужно слушать его, думать о нем, говорить с ним, не правда ли? Если не развиты чувства слуха, речи, мышления, то и брак получается незрелым, мучительным для обоих.

Вспомним, какие бывают союзы в сложносочиненном предложении: соединительные, противительные, разделительные. Название союзов вполне соотносимы с деятельностью Я в человеке. С трех лет Я сочиняет, творит себя во времени, когда ребенок впервые чувствует себя отделенным от матери. Благодаря развитию Я человек может соединять, разделять, противопоставлять объекты в своем сознании. Я развивается во времени в непрерывности воспоминаний и в способности к творчеству. Наши разрозненные воспоминания соединяются в память, мы делаем постоянно выбор и отделяем существенное от несущественного. Для того, чтобы сохранить свою личность, мне необходимо противопоставлять себя миру природы и миру людей, пережить свое одиночество и определенный трагизм бессоюзного состояния, когда я не могу образовать союз с другим человеком.

А чему же могут научить нас союзы в сложноподчиненном предложении? Эти союзы соединяют придаточные предложения с главным и свидетельствуют о деятельности Я в речи. Человек с развитым Я-сознанием способен идти на уступки, находить причины и следствия поступков; ставить цели; определять, что ему нужно, а что - нет; ставить условия; планировать время для выполнения задачи; искать свое место в жизни и в обществе. Перечислены все виды придаточных предложений. Развивая чувство Я другого, человек выделяет главное и пользуется различными союзами: чтобы, потому что, когда, где, куда, поэтому, если и др. Эти союзы помогают ему выразить в речи себя и свои намерения, желания, планы, ожидания и другие чувства сознательно. Задумаемся, какая пропасть разделяет два высказывания, которые могут иметь отношение к одному событию. «Ого!» - первое. «Я удивился и замер, потому что никогда не видел такого высокого человека», - второе.

Изучая числительные, наречия, деепричастия, союзы, человек развивает душу сознательную. У него появляется переживание того, что он может творить во внешнем мире, что мир устроен непросто, но можно искать и находить законы, по которым он живет. В XX веке космонавты впервые смогли увидеть Землю со стороны, из космоса. Они пережили, что Земля прекрасна и не так уж велика по размеру. Это было удивительное космическое переживание планеты Земля как единства, огромного целого. Из космоса не различить границы между странами, мир людей предстает как единство. Это переживание души сознательной: Я по своей творческой силе больше, чем природа, Я соразмерно космосу. Если Я становится больше мира, то возрастает чувство эгоизма, с одной стороны, а с другой - чувство ответственности за жизнь на Земле, которую легко уничтожить. Душа сознательная переживает действительность как объект в винительном падеже. Я творчески преобразую мир. «Природа не храм, а мастерская», - еще одно свидетельство пробуждения души сознательной. Путь развития человечества идет от страха и почитания стихийных сил природы через поиск равновесия и гармонии с этими силами к использованию этих сил на благо человека. Интенсивное использование полезных ископаемых в последние 100-200 лет - еще один показатель развития души сознательной, которое идет вглубь, в недра Земли, и ввысь, в дали космоса.

В заключение я бы хотел показать, как части речи соотносятся с четырьмя стихиями. Начну с речеобразующих частей речи - союзов, предлогов, частиц. Частицы можно пережить как искры пламени, вспыхивающие во тьме бессознательного. Предлоги - ясный солнечный свет, дающий возможность различать положение вещей в пространстве. Союзы можно представить как

спрятанный в глубине огонь вулканов, который иногда вырывается наружу и свидетельствует о таинственной огненной деятельности Я.

Глаголы - воздух равнин, постоянно перемещающийся вверх и вниз, вперед и назад. Причастия - воздух, насыщенный ароматами, благородный воздух. Деепричастия - воздух горных вершин - холодный, разреженный, безмолвный. На вершине приходят возвышенные мысли.

Междометия - вода источников и родников, журчание ручья и «журчание» неоформленных чувств. Прилагательные - вода широких рек и озер, отражающая небо, деревья, звезды, навевающая поэтические грезы. Наречия - соленая вода морей и океанов, всегда «взволнованная» вода, готовая к буре, как речь человека, которая редко бывает спокойной.

Местоимения и имена — краеугольные камни, из которых строится семья, дом, история. Существительные - твердая земля, опора для нас в этом мире. Числительные - металлы, обладающие качеством длительного звучания (колокол), долговечные (золото и серебро), прочные и пластичные, дающие нам возможность полета.

И последнее. Традиционная школьная грамматика языка представляет собой достаточно жесткую интеллектуальную конструкцию, рамки которой сковывают творческие силы человека. Она обращается к интеллекту и не затрагивает волю и чувства. Грамматика речи подвижна, она воздействует на чувства и волю, способна к дальнейшему развитию. «Занятия грамматикой языка имеют отношение к развитию Я. И совсем не надо спрашивать, как развивают Я с помощью грамматики, грамматика делает это сама», - так выразил связь между Я и грамматикой Р. Штайнер в 1924 году.

От события во внешнем или внутреннем мире мы двигаемся к высказыванию о событии и дальше, к правилам высказывания о событии, грамматике. Если идти этим путем, можно возвысить грамматику до науки о жизни людей, которая отражается в речи. Как протекает жизнь, идет ли она к революции, упадку, анархии или войне - понять это мы можем благодаря высшей грамматике. Но это уже другая тема, которую глубоко раскрыл в своих работах О. Розеншток-Хюсси. Нашей задачей было показать, как 12 чувств человека воплощаются в 12 частях речи, как постепенно идет развитие сознания, чувств и речи человека, как пережить грамматику в единстве с чувствами и волей.


Библиография

1. О. Розеншток-Хюсси «Язык рода человеческого» М. - СПб, 2000.

2. О. Розеншток-Хюсси «Бог заставляет нас говорить» М., 1998.

3. О. Розеншток-Хюсси «Речь и действительность». М., 1994.

4. «Antvopos. Опыт энциклопедического изложения Духовной науки Рудольфа Штайнера». т.1, т.2. Сост. Г.А. Бондарев. - М., 1999.

5. Э. Дюнфорт. « Грамматическое строение языка как произведение искусства». М.2000.

Дата публикации: 02.05.2009,   Прочитано: 7751 раз
· Главная · Содержание GA · Русский архив GA · Каталог авторов · Anthropos · Форум · Глоссарий ·

Рейтинг SunHome.ru       Рейтинг@Mail.ru Над сайтом работают Владимир и Сергей Селицкие
Вопросы по содержанию сайта:
Fragen, Anregungen, Spenden an:
WEB-мастеринг и дизайн:
        
Открытие страницы: 0.03 секунды