Ссылки на связанные события

  • Родился А. Белый: 26 Окт. 2008

Автор Тема: 1880. Родился Андрей Белый (Борис Николаевич Бугаев)  (Прочитано 5760 раз)

0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.

Оффлайн Владимир

  • Администратор
  • Сообщений: 401
  • Karma: +0/-0
Русский поэт и писатель. Автор произведений по антропософской тематике.

Оффлайн SWING

  • Участник
  • Сообщений: 90
  • Karma: +0/-0
На днях исполнилось бы 128 лет со дня рождения Андрея Белого.
Поздравляю Вас всех с этой датой!

Вот выдержка из статьи Н. Александрова об этом событии:

День рождения Андрея Белого сегодня. Уже не первый год существует Музей Андрея Белого на Арбате (Арбат, 53), проводятся конференции, выпускаются книжки, даже собрания сочинений - и тем не менее. Не пользуется популярностью Борис Николаевич Бугаев (в литературном крещении Андрей Белый), сын Николая Васильевича Бугаева, профессора Московского университета, декана математического факультета. Для большинства публики он столь же заумен, как математические теории его отца.

Москва начала века была не представима без этого голубоглазого, безумного (с явной склонностью к аутизму и мании преследования) юноши, студента математического факультета университета, автора странных "симфоний", которые появлялись под псевдонимом Андрей Белый, автора не менее странной лирики, которая печаталась в брюсовском журнале "Весы", одержимого страстью к мифотворчеству. Андрей Белый всерьез ходил охотиться на единорогов в окрестностях Новодевичьего монастыря, чем ввергал в полное недоумение рационалистичного и трезвого Валерия Брюсова.

Стихи Андрея Белого, его "симфонии", его статьи, составившие сборники "Арабески", "Символизм", "Луг зеленый", его романы: "Серебряный голубь", Петербург", его автобиографическая проза: "Крещеный китаец", "Котик Летаев", трилогия "Москва", его мемуары: "На рубеже двух столетий", "Начало века", "Между двух революций", его наукообразные исследования (замечательная книга о Гоголе в первую очередь), его теория жеста и связанная с ней теория ритма, его визионерские и философские откровения - все это, несмотря на замечательные исследования отечественных и зарубежных филологов (Александра Лаврова, Джона Малмстада, Николая Богомолова и др.), до сих пор не осмыслено, не отрефлексировано, не востребовано.

Читатели вообще и литературно-критическая публика в частности как раньше читали, так и теперь читают "Мещан" Горького (безусловный бестселлер начала века) и романы Арцыбашева. То есть довольствуются плакатом, лубком или глянцевым журналом на худой конец. Публика по-прежнему ленива и нелюбопытна, ретроградна, дурно воспитана. Она до сих пор -- чистый лист, белая бумага, tabula rasa. Всякого рода продвинутость, предваряющая прозу XX века: и Джойса, и Пруста, и поиски концептуалистов XX века, кажется ей заумной.

И правильно, на самом деле. Действительно, как можно с увлечением читать Андрея Белого, когда он словечка не мог сказать в простоте, когда у него цитата на цитате, когда он - на основе тщательного изучения Даля создавал фантастический и, казалось бы, совершенно невиданный язык; когда теории Потебни в его интерпретации превращались, например, в художественно-лингвистическую и неудобочитаемую "Глоссолалию", когда его нервный, маниакально-депрессивный характер претворялся в ритмизованную прозу, в нанизанные друг на друга гекзаметры (как в "Крещеном китайце", что еще Мариэттой Шагинян было замечено), когда его чтение Гете, Штейнера, Ницше, неокантианцев, позитивистов, восточных мистиков, теософов, антропософов и пр. переваривалось в неожиданные философско-мистические концепции. "Это был едва ли не единственный почти гениальный человек, которого я встречал в своей жизни", - писал об Андрее Белом замечательный русский философ и человек совершенно иной ментальной и душевной организации Федор Степун.

Сегодня премия Андрея Белого, первая независимая российская литературная премия, объявляет шорт-лист. К ней можно предъявлять массу претензий, однако несомненно одно. В отличие, скажем, от премии Ивана Бунина, премия Андрея Белого полностью соответствует личности и духу человека, именем которого названа.

Оффлайн Алекс

  • Завсегдатай
  • Сообщений: 510
  • Karma: +0/-0

Вот выдержка из статьи Н. Александрова об этом событии:

День рождения Андрея Белого сегодня. Уже не первый год существует Музей Андрея Белого на Арбате (Арбат, 53), проводятся конференции, выпускаются книжки, даже собрания сочинений - и тем не менее. Не пользуется популярностью Борис Николаевич Бугаев (в литературном крещении Андрей Белый), сын Николая Васильевича Бугаева, профессора Московского университета, декана математического факультета. Для большинства публики он столь же заумен, как математические теории его отца.

Москва начала века была не представима без этого голубоглазого, безумного (с явной склонностью к аутизму и мании преследования) юноши, студента математического факультета университета, автора странных "симфоний", которые появлялись под псевдонимом Андрей Белый, автора не менее странной лирики, которая печаталась в брюсовском журнале "Весы", одержимого страстью к мифотворчеству. Андрей Белый всерьез ходил охотиться на единорогов в окрестностях Новодевичьего монастыря, чем ввергал в полное недоумение рационалистичного и трезвого Валерия Брюсова.

Стихи Андрея Белого, его "симфонии", его статьи, составившие сборники "Арабески", "Символизм", "Луг зеленый", его романы: "Серебряный голубь", Петербург", его автобиографическая проза: "Крещеный китаец", "Котик Летаев", трилогия "Москва", его мемуары: "На рубеже двух столетий", "Начало века", "Между двух революций", его наукообразные исследования (замечательная книга о Гоголе в первую очередь), его теория жеста и связанная с ней теория ритма, его визионерские и философские откровения - все это, несмотря на замечательные исследования отечественных и зарубежных филологов (Александра Лаврова, Джона Малмстада, Николая Богомолова и др.), до сих пор не осмыслено, не отрефлексировано, не востребовано.

Читатели вообще и литературно-критическая публика в частности как раньше читали, так и теперь читают "Мещан" Горького (безусловный бестселлер начала века) и романы Арцыбашева. То есть довольствуются плакатом, лубком или глянцевым журналом на худой конец. Публика по-прежнему ленива и нелюбопытна, ретроградна, дурно воспитана. Она до сих пор -- чистый лист, белая бумага, tabula rasa. Всякого рода продвинутость, предваряющая прозу XX века: и Джойса, и Пруста, и поиски концептуалистов XX века, кажется ей заумной.

И правильно, на самом деле. Действительно, как можно с увлечением читать Андрея Белого, когда он словечка не мог сказать в простоте, когда у него цитата на цитате, когда он - на основе тщательного изучения Даля создавал фантастический и, казалось бы, совершенно невиданный язык; когда теории Потебни в его интерпретации превращались, например, в художественно-лингвистическую и неудобочитаемую "Глоссолалию", когда его нервный, маниакально-депрессивный характер претворялся в ритмизованную прозу, в нанизанные друг на друга гекзаметры (как в "Крещеном китайце", что еще Мариэттой Шагинян было замечено), когда его чтение Гете, Штейнера, Ницше, неокантианцев, позитивистов, восточных мистиков, теософов, антропософов и пр. переваривалось в неожиданные философско-мистические концепции. "Это был едва ли не единственный почти гениальный человек, которого я встречал в своей жизни", - писал об Андрее Белом замечательный русский философ и человек совершенно иной ментальной и душевной организации Федор Степун.

Сегодня премия Андрея Белого, первая независимая российская литературная премия, объявляет шорт-лист. К ней можно предъявлять массу претензий, однако несомненно одно. В отличие, скажем, от премии Ивана Бунина, премия Андрея Белого полностью соответствует личности и духу человека, именем которого названа.
Ох, уж эти мне филологи, особенно из советских образованцев; как часто приходится слышать, с придыханьем: "Наш безумный гений!", а им бы частицу его ума. Ну чем, скажите, стихи Белого, лирика странна? Чем она так уж качественно отличается от всей "странной" поэзии Серебрянного века? Всё им Некрасова подавай...Другое дело проза, особенно ритмическая. Почему Белый был понятен и знаменит в начале 20 века, а сейчас всё чаще слышатся попытки вырядить его в сумасшедшие?
Проза Белого, помимо прочего требует от читателя полной ассоциативной раскованности, способности создавать полную картину из одного междометия. Белый  - своего рода импресионист в литературе, к него сюжет уступает место своей эмоциональной окраске, на место " жили были дед да баба" появляется какое-нибудь "у-у-у-у-у-у.." Он был очень сенситивным человеком, за это  его почитал, по крайней мере уважал Доктор и прощал явные сумасбродства. Белый  - человек из будущего, из 6 культуры.
Есть сведения, что он - перевоплощение Микельалджело, будто-бы где-то Доктор так говорил.
А непопулярен он еще и из-за своей прямолинейности, которую не прощают.
История души сомосознающей  -гениальная вещь, многими не понятая и неоценённая. После века советсткой образованщины как могут понимать Белого? До него дорасти надо.

Оффлайн SWING

  • Участник
  • Сообщений: 90
  • Karma: +0/-0
Совершенно с Вами согласен, Алекс!
Но представте себе, что лет 10 назад наши литературоведы такое бы ни в жизнь не написали. Ни про Штейнера, ни про антропософию. Эта тема вообще обходилась стороной. А теперь смотрите как заливаются соловьями.
А лет 20 назад Белый был вообще неизвестным поэтом, на нем висело табу и никто его не вспоминал. Ну, так разве что был такой дружок у гениального Блока.

Уже 5 лет как существуют литературные премии им. Андрея Белого. В учредительном уставе ее написано: "Премия Андрея Белого стремится учитывать приоритеты эстетического новаторства и эксперимента, стимулируя ту линию нашей словесности, в которой Андрею Белому принадлежит особое место. Премия призвана фокусировать внимание на авторах, ориентированных на обновление принципов письма и радикальные инновации в сфере тематики и художественной формы."
Значит уже гениальность Белого не вызывает сомнений, значит она доказала себя во времени.

На счет Микельанджело -это я первый отметил здесь на форуме. И у меня была дискуссия на эту тему с Владимиром. В теме об Интимном дневнике. Я до сих пор переживаю это сообщение из этой книги. Судьба и жизнь Андрея Белого меня очень интересует. Было бы интересно узнать что Вы думаете по поводу инкарнации Белый-Микельанджело?

Оффлайн Sergei

  • Администратор
  • Сообщений: 2 108
  • Karma: +0/-0
А непопулярен он еще и из-за своей прямолинейности, которую не прощают.
История души сомосознающей  -гениальная вещь, многими не понятая и неоценённая. После века советсткой образованщины как могут понимать Белого? До него дорасти надо.
Цитировать
Dauphine 6.2.2014,
Слышал о недавно прошедшей конференции, посвященной Андрею Белому. Чем содержательным поделятся посещавшие ее антропософы и интересующиеся наследием Андрея Белого?
http://anthroposophy.tk/index.php?showtopic=7&st=20
Андрей Белый – философ: «История становления самосознающей души» и ее контексты
Andrej Belyj als Philosoph: "Die Geschichte des Werdens der Bewusstseinsseele" und ihre Kontexte
12.-14. November 2010
Ort: Katholische Akademie Trier
Veranstalter:
Prof. Dr. Henrieke Stahl, Slavistik der Universit?t Trier in Verbindung mit
Dr. Monika Spivak, Belyj-Hausmuseum, Moskau und
Katharina Zey-Wortmann, Katholische Akademie Trier




Презентация спецномера
Амстердамского журнала Russian Literature (LXX (2011) I/II.)
Андрей Белый – философ. История становления самосознающей души и ее контексты
1 марта 2012 г.,
Мемориальная квартира Андрея Белого на Арбате
(доклад о спецномере: Хенрике Шталь)


Цитировать
Благодарим за возможность представить новую публикацию о творчестве Андрея Белого. Номер журнала предлагает вниманию читателя исследования о достаточно незнакомом, даже, можно сказать, таинственном сочинении великого символиста: впервые изучались те части его «Истории становления самосознающей души» (далее: ИССД), которые до сих пор нигде не публиковались.
С 12-го по 14-ое ноября 2010 г. в Трире состоялась конференция Андрей Белый – философ: «История становления самосознающей души и ее контексты». Конференция была посвящена изучению этого крупного антропософско-философского сочинения. Фундаментальный труд не предназначался для печати в Советском Союзе, поскольку Антропософское общество стало запрещеным еще до начала работы Белого над книгой. Текст оставался неопубликованным и был знаком лишь узкому кругу людей, в руки которых попадались разбросанные части списков, сделанных второй женой писателя Клавдией Н. Бугаевой. Первые выдержки трактата стали появляться с 1980 г. в печати, а в 1999 г. увидела свет и вторая часть из целых трех. Однако это издание основывается не на оригинальной рукописи, а на копии Клавдии Н. Бугаевой и отличается множеством грубых ошибок. Автограф ИССД считался до последнего времени утраченным. Но недавно он был обнаружен нами в еще неописанной части фонда Белого в ОР Российской государственной библиотеки.
Всестороннее исследование, текстология и последующее комментированное издание автографа – задача российско-немецкого проекта, поддержанного фондами НИИС (DFG: 2006-2012) и РГНФ (2006-2010). Багодарим фонды за поддержку, а также РГБ за предоставление рукописи.
Научной среде проект был впервые представлен в 2010 г. на конференциях в Кракове[1] и в Москве[2]. Трирская конференция осенью того же года поставила задачей изучение текста Белого в литературоведческом, языковедческом, а также философском и антропософском направлениях.
Выражаем свою признательность всем участникам за осуществление столь сложной и трудоемкой задачи и за плодотворную совместную работу, результаты которой предлагаются в данном сборнике[3]. В двойной номер журнала вошли ровно 20 статьей. Благодарим профессора Виллема Вестстейна за любезное предоставление возможности опубликовать материалы конференции в его высокоценимом за научную доброкачественность журнале Russian Literature, а также за помощь на всех стадиях подготовки сборника к печати.
Но о чем идет речь в этом большом сочинении Андрея Белого, которое его жена Клавдия Николаевна Бугаева назвала «очерк<ом> по истории и философии культуры»[4]? В главке с названием «Тема моего исследования» сам Белый пишет следующее[5]:
«Тема моего исследования есть характеристика истории становления самосознающей души; в этом томе исследуется главным образом история ее утробного состояния; в следующем <томе> дается ее, так сказать, биография с момента рождения; дается ее детство и рисуется прохождение ей <sic! ее>, так сказать, классов, в результате которого самосознающая душа вступает, собственно говоря, впервые в жизнь; она – созрела; и это – 20-ый век.» А третья или, словами Белого, «теоретическая часть есть лишь краткая установка позиции разгляда приводимых исторических характеристик».
Сборник открывается статьями, которые знакомят публику с генезисом произведения и его главным героем, с понятием самосознающей души, история которой описывается в труде Белого.
Моника Спивак в своей статье «Андрей Белый в работе над трактатом История становления самосознающей души»[6] дает обзор этапов генезиса и последующего распространения в копиях этого самого значительного философского произведения Белого[7], которое символист в сложное время середины 20-ых годов писал «в письменный стол», как он сам выражался в письме 1927 года Всеволоду Э. Мейерхольду. Спивак выдвигает три главных тезиса о композиции ИССД: во-первых, «Белый считал книгу практически законченной, а тему исчерпанной»[8], во-вторых – книга дошла до точки, с которой надо перейти с позиции теоретика в самую жизненную практику. Последняя главка с названием «Духовное знание», согласно Спивак, Белый, наверное, по этой причине и не собирался написать: «Иными словами, не исключено, что дошедший до нас трактат ИССД – произведение <...> композиционно завершенное. Оно не доретушировано, не доправлено, но это уже вопрос не дописывания, а стилистической правки.»[9] В-третьих, ИССД находит свое продолжение в «Воспоминаниях о Штейнере», так как в «докторе» для Белого олицетворилось искомое духовное знание, идеал которого выдвигает ИССД: «В каком-то смысле ИССД, обрывающуюся на призыве к духовному знанию, и Воспоминания о Штейнере, пронизанные мыслью о непонятости Штейнера, можно вообще рассматривать как дилогию.»[10]
Хенрике Шталь в статье «Генезис понятия самосознающей души и История становления самосознающей души Андрея Белого»[11] показывает, что Белый во многом самостоятельно развивает идеи Р. Штейнера. Сам Белый назвал ИССД «студенческим семинарием над несколькими мыслями Рудольфа Штейнера, взятыми в разрезе» своих «собственных мыслей»[12]. Белый ставит акцент на самопознание я, в котором он видит функцию этой души, и на ее посредничество с духом, зародыш которого он со Штейнером считает заложенным в процессе самопознания человеческого Я. Собственно новизна концепции Белого в том, что он выработал модель для описания функций и деятельности этой души, применяя к ее определению своего так называемого плюро-дуо-монизма. Эта модель описывает посредничество души с духом с помощью подвижного мышления, характеризуемого Белым как «логический фигурализм», под котором подразумевается имагинативная деятельность, способная отразить живую идею или духовную сущность в подвижной форме или ритме как фигуративных соотношениях человеческих мыслей и образов. Эта установка на композицию в подвижной форме вариаций бросает как мост к художественному оформлению самой ИССД, так и к трактуемым в ней продуктам творчества и культуры. В своем труде Белый рассматривает разные формы этих соотношений, запечатленных в композиции произведений культур, в качестве симптомов, указывающих на состояние развития самосознающей души в определенный момент истории. Результат этого диагноза – кривая, большой отрезок которой наглядно показывает известный историософский рисунок-диаграмма Белого, хранящийся в Мемориальной квартире Андрея Белого.[13] Описанием этой же «кривой», т.е. симптомов развития самосознающей души, занимается Белый в ИССД, которое есть одновременно и философское, и художественное произведение.
Армянский философ Карен Свасьян в статье «История как материал к биографии. Андрей Белый и его opus magnum»[23] выбирает имманентный подход к анализу ИССД: как Белый в ИССД кладет в основу своего анализа истории биографическую модель, так Свасьян подвергает ИССД рассмотрению с точки зрения биографии самого автора. Исходя из антропософского «учения о Я» Свасьян предлагает буквально понять самоопределение Андрея Белого в известном письме Иванову-Разумнику 1927 года: «„Я ни Котик Летаев, ни Борис Бугаев, ни Белый; я – ‚История становления самосознающей души‘“»[24]. Получается прочтение ИССД как «уникальный самоанализ нескольких (антропософских) лет жизни <Белого> в гигантски увеличенной проекции последних пяти веков европейской истории»[25]. На примерах Свасьян документирует, что «можно наугад цитировать текст <ИССД> страницами, сопровождая их параллелями „интимного“ материала»[26] биографии ее автора. В «ИССД» Белый писал «не о себе, а себя, возникая, как сам, в письме и через письмо.»[27]
...
Статьи, собранные в номере Russian literature, лишь первые шаги к пониманию этого сложного, может, сложнейшего художественно-теоретического произведения Белого. Они открыли широкие перспективы для дальнейших исследований. Вот некоторые задачи, решение которых нам предстоит для будущей адекватной оценки ИССД:
- необходимо углубить изучение композиции текста и показать его художественную специфику на разных уровнях вплоть до ритмики;
- необходимо проследить генетические связи ИССД с предыдущими работами Белого, в особенности, с его статьями о Кризисе, но и с другими трудами с теоретико-философской установкой;
- необходимо исследовать связи ИССД с художественными произведениями Белого того же времени, особенно с драмой «Петербург» и трилогией романов о Москве, но и с его другими, в том числе теоретическими или публицистскими, текстами советского времени;
- необходимо установить ключевые идеи и концепты в творчестве Белого и рассмотреть их эволюцию, выделяя сходства, но и различия их употребления в ИССД по сравнению с их более ранним употреблением;
- необходимо выявить самостоятельное развитие антропософских и философских понятий и проблематик в ИССД;
- необходимо выкристаллизовать вклад ИССД в историю философии не только в контексте ее времени и пространства и определить ее философскую оригинальность.
На этом список задач далеко не заканчивается. Остается только снова поблагодарить всех и пригласить Вас к совместной работе над ИССД, текст которой, как мы надеемся, к концу года примет годную для печати форму.
 
Информация о журнале:
www.elsevier.com/locate/ruslit
 
Информация о спецномере и о проекте издания ИССД:
Хенрике Шталь, Трирский университет (Германия): stahl@uni-trier.de

http://www.uni-trier.de/index.php?id=43736