BDN-STEINER.RU

ANTHROPOS
Энциклопедия духовной науки
   
Главная / Именной указатель / /

БЕРГСОН

175. "Изречение на скульптуре (Изиды) в Саисе означает, собственно говоря, следующее: кто не имеет никакого желания постигать спиритуальную жизнь души, тот не должен поднимать покров Изиды; однако это смеет сделать тот, кто спиритуальную жизнь постигает, кто — выражаясь в смысле древних египтян, сегодня это звучит иначе, — кто себя как "смертного" превращает в "бессмертного". ... В эпоху, когда египетская культура уже пришла в упадок... жрецы преобразовали мистериальный принцип в принцип власти и профанам, не жреческой массе, пытались показать, что они, жрецы, бессмертны, а те, кто не является жрецами, те смертны, и, таким образом, все стоящие вне жречества не могут поднимать покров Изиды. Следует сказать, что в период упадка египетской культуры возникла эта надпись: Я есмь всe, я есмь прошлое, настоящее и будущее; моe покрывало смеет приподнять только жрец. — И жрецы называли себя в это упадочное время "бессмертными".
     Впоследствии это изречение осталось в употреблении для людей, всецело живущих на физическом плане. Так, во Французской академии, в продолжение египетского жреческого принципа, особенно значительных людей делали "бессмертными" как своих членов. Это следует вспомнить в наши дни, поскольку как раз теперь во Французской академии хотят возвести в ранг "бессмертных" Бергсона, плагиатора Шеллинга и Шопенгауэра. Эти вещи остались от давно прошедших времeн, когда их ещe понимали, теперь же, как понятия, идеи и просто слова, они далеко отстоят от места своего происхождения. ... Это говорится ради характеристики времени, а не ради его критики". 180(11)

     Перейти на этот раздел

  


     158
. "Через интуицию мы познаем, как в момент смерти входим в духовный мир. Это значит, что мы познаем действительное вечное сущностное ядро человека в его нерожденности и в его бессмертии. По сравнению с этим современная философия работает только в идеях, взятых у обычного сознания. ... Это мертвые душевные существа. ... Что же должна делать философия, желающая оставаться внутри обычного сознания? Она должна бы сказать себе: если я не желаю восходить к какому-либо сверхчувственному познанию, то я, по меньшей мере, должна анализировать, что предлагает обычное сознание. И если она это делает непредвзято, то находит, что мышление и представления обычного сознания являют собой нечто умершее. Она, таким образом, должна сказать: поскольку это является чем-то таким, что свое существо не может объяснить из себя, я должна примкнуть к тому, что предлагает действительную суть дела. — А сюда относится та непредвзятость в анализе души, которая познает, что мышление и представление — мертвые. И такая объективность возможна. ... Вполне возможно в умершее мышление воспринять содержание естествознания". Это с одной стороны. С другой же стороны, если философия хочет косвенно прийти к вечному ядру человека в его предшествовании, то кроме интеллектуального мышления ей необходимо войти в переживание воли, более юной, чем мышление, душевной силы. Тогда она познает эмбриональное свойство воли. Это стремление можно увидеть у Бергсона. Но он отклоняет сверчувственное познание и потому приходит к такому сущностному ядру человека, каким оно открывается лишь в земной жизни. Ему не удается доказать ни его нерожденности, ни его бессмертия.
     "Итак, можно сказать: все построенное обычным сознание как философия идей через непредвзятый анализ идей и воли косвенным путем может прийти лишь к выводу о том, что душа не рождена и бессмертна, а не к прямому созерцанию этого. Это прямое созерцание, т.е. наполнение философских идей, созерцание действительного вечного существа души приобретается через имагинацию, инспирацию и интуицию. Поэтому то, что касается вечного человеческой души, когда оно выступает сегодня в философии, лишь традиционно почерпнуто из старого сновидческого познания, хотя часто философы об этом не знают и полагают, что извлекают все из самих себя. Это содержание может быть пронизано диалектикой и логикой. Но действительное обновление философской жизни зависит от того, что духовная жизнь современности признает полностью сознательную имагинацию, инспирацию и интуицию; и не только признает их, но применит их результаты к философской жизни". 215(4)

     Перейти на этот раздел

  


     437
. Т.Г.Гексли (1825-1895). "Он не придерживался того взгляда, что в естественнонаучном познании можно увидеть нечто такое, что ответит на последние вопросы касательно человеческой души. Но он верил, что человек со своими исследованиями должен оставаться при естественнонаучном способе рассмотрения, что у него нет никаких средств выработать знание о том, что лежит за природой".
     "Слово "прагматизм" впервые появилось в 1878г. в статье Чарльза Перси, опубликованной в американском журнале "Популярная наука". Деятельными носителями этого рода представлений являются Вильям Джемс (1842-1910) в Америке и Ф.К.Шиллер (род.1864г.) в Англии. ... Прагматизм можно назвать неверием в силу мысли. Он отказывает мышлению, желающему оставаться в самом себе, в способности породить что-либо как истину, как правомерное благодаря самому себе познание. Человек пребывает в процессах мира и должен действовать. Мышление при этом является для него помощником. Оно схватывает факты внешнего мира в идеях, объединяет их, комбинирует. И лучшими являются те идеи, которые помогают совершать лучшие дела, в которых человек находит свою цель созвучной с мировыми явлениями. Такие идеи человек признает как свои истины. Воля является господином в отношениях человека с миром, а не мышление. В своей книге "Воля к вере" Джемс говорит: "воля определяет жизнь, это ее изначальное право; таким образом, она имеет право оказывать влияние и на мышление".
     "Перед человеком встало две возможности. Он должен был либо отдаться заблуждению, что "мозг мыслит", принимая это как что-то действительное, серьезное, и что "духовный человек" является лишь поверхностным проявлением материального, либо он должен был признать в этом "духовном человеке" самостоятельную, сущностную в себе действительность. Тогда с познанием человека он изгонялся из естествознания. Мыслителями, стоявшими под впечатлением последней возможности, были французские философы Эмиль Бутру (1845-1921) и Бергсон (1859-1941)".
     "В Бергсоне философия нового времени как бы поворачивается к задаче, которую ставит перед ней время: углубиться в переживание самосознающего "я"; но она делает этот шаг, декретируя бессилие мышления. Там, где "я" должно переживаться в своей сути, оно не может ничего начать мышлением. И так это обстоит у Бергсона в его исследовании жизни. Что подгоняет живое существо в развитии, что ставит это существо в мире в ряд от несовершенного до совершенного, дается познанию не через мыслящее рассмотрение живого существа, каким оно предстает человеку в своих формах. Нет, когда человек переживает в себе свою душевную жизнь, то он пребывает в жизненном элементе, который живет и в другом существе, и в человеке, познавая, созерцает самого себя. Этот жизненный элемент должен сначала излиться в бесчисленных формах, чтобы через это излияние подготовить себя к тому, чем он становится в человеке. ... Из своего интуитивного познания Бергсон хочет дать ожить результатам естествознания таким образом, что он говорит: "все совершается так, как если бы некое неопределенное и волящее существо, назвать ли его человеком или сверхчеловеком, стремилось к осуществлению и могло его достичь только благодаря тому, что часть его самого по пути была утрачена. Эту потерю представляют собой животный и растительный мир". (Творческая эволюция.)" 18(16)

     Перейти на этот раздел

  


     439
. "Что у Бергсона дано в виде сверкающего, легко увязанного развития идей, это было более сильным, более мыслительно крепким образом выражено немецким мыслителем Вильгельмом Генрихом Пройсом. ... С исполненным силы чувством действительности соединяет Пройс природо- и миропознание, например в своей книге "Дух и материн" (1882)".

     Перейти на этот раздел

  


     477
. "Он (Соловьев) пользуется формами представлений, в которых выражали себя также Милль, Бергсон, Бутру, Вундт. Но он говорит совсем в ином роде, чем они. Он использует эти формы представлений как язык; но человечески-внутренне он открывает из другого духа. Он показывает, что на востоке Европы живет еще многое от того духа, который в начале христианского развития был и в других европейских областях, но полностью там изменился. Что остальная Европа может постигать лишь из истории, на Востоке обладает непосредственной жизнью. ...
     Для Соловьева Сын стоит в Его Божественном рядом с Отцом. Человек принадлежит природе, как и все существа. Природа во всех своих существах есть результат Божественного. Можно пронизать себя тонкими мыслями, тогда увидят Бога-Отца. Но можно также почувствовать: человек не должен оставаться природой... Природа, если он не возвысится над нею, останется в нем греховной. Если исследовать путь души в этом направлении, то можно достичь области, где в Евангелии пребывает откровение Бога-Сына. Душа Соловьева движется обоими этими путями. ... Философия у Соловьева высказывается религиозно; религия пробивается к тому, чтобы стать философским мировоззрением. В Европе нечто подобное встречается у Скотуса Эригены, а позже нет. ... Но у Эригены исчезает элемент европейского мировоззрения, а у Соловьева он обладает полнотой жизни. ... Перед душой европейского читателя это выступает из его изложений как воскресение духа первых веков Христианства. ... Соловьев может послужить расширению духовной жизни Запада". 36 с.62-65

     Перейти на этот раздел

  

  Оглавление          Именной указатель Назад    Наверх
Loading
      Рейтинг SunHome.ru    Рейтинг@Mail.ru